Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 10 апреля 2024 года
Часть 1: Рабаш. Пойдем к фараону – 2. 13 (1986)
Мы изучаем статью РАБАШа «Пойдем к фараону – 2». Во 1-ом томе статья находится на 249-й странице.
Пойдем к фараону – 2.
(00:37) Книга Зоар спрашивает: ««Пойдем к фараону»1. Но ведь следовало сказать: «Иди к фараону» и т.д.»2 «Когда увидел Творец, что Моше боится, а другие назначенные высшие посланники не могут приблизиться к нему [то есть к чудовищу], сказал Творец: «Вот Я против тебя, фараон, царь египетский, большое чудовище, лежащее среди рек его»3. То есть Творец должен был вести с ним войну, а не кто иной, как сказано: «Я, Творец»4, как объяснили [мудрецы]: «Я, а не посланец»5»6. Конец цитаты.
А разница между «пойдем» и «иди» состоит в том, что «пойдем» означает, что мы пойдем вместе, подобно тому, как человек говорит товарищу: «Пойдем».
И следует понять это, ибо книга Зоар говорит: зачем Творец должен был идти с Моше? Потому что сам Моше не мог вести с ним войну в одиночку, а [воевать должен] сам Творец и никто иной. В таком случае, зачем же нужен был Моше, чтобы он пошел с Творцом? Ведь Писание говорит: «Я, а не посланец» 5. В таком случае, какая польза от того, что Творец пошел к фараону, называемому «чудовище», вместе с Моше? Он ведь может пойти к фараону и без Моше.
И, кроме того, следует понять то, что сказали наши мудрецы: «Сказал Рейш Лакиш7: Злое начало человека одолевает его каждый день и ищет, как умертвить его. Как сказано: «Смотрит грешник на праведника и ищет, как умертвить его»8. И если Творец не помогал бы ему, он бы не выдержал. Как сказано: «Творец не оставит его [человека] в руке его [злого начала]»9»10.
И тут тоже возникает вопрос: если сам человек не в состоянии одолеть [его], а Творец обязан помочь, зачем же нужно это дублирование? То есть или пусть Творец даст силы человеку, чтобы он сам одолел его, или пусть Творец сделает всё. Зачем же тут нужны как бы две силы: одна – человека, а потом сила Творца? И как будто только благодаря им обеим можно одолеть зло, а одной силы недостаточно.
Известно, что совершенство человека состоит в том, что он должен достичь цели творения. То есть достичь цели, ради которой был создан мир, называемой «насладить Свои творения». То есть творения должны прийти к получению блага и наслаждения, которыми Он задумал насладить их.
А до этого творение еще не называется творением, подобающим Творцу, ведь известно, что от совершенного Деятеля должны исходить совершенные действия, то есть чтобы все ощутили красоту, заключенную в творении, и чтобы у каждого была способность превозносить и восхвалять творение, и чтобы все могли восхвалять и благодарить Творца за то творение, которое Он создал, и чтобы все могли сказать: «Благословен тот, кто сказал и возник мир»11. То есть все благословляют Творца за то, что Он создал добрый мир, полный наслаждений, и все веселы и рады наслаждению, которое они ощущают от изобилия наслаждений, получаемых в мире.
Однако когда человек начинает проверять, действительно ли он доволен своей жизнью, сколько наслаждения он получает от себя и от окружения, в котором он находится, тогда он видит наоборот – что все испытывают страдания и боль, и каждый страдает по-другому. А человек должен сказать: «Благословен тот, кто сказал и возник мир» 11, и тогда он видит, что говорит это неискренне. Однако известно, что благо и наслаждение не могут раскрыться в мире до того, как у мира есть отдающие келим, поскольку наши получающие келим всё еще загрязнены получением для себя, которое очень ограничено по своему размеру, а также отделяет нас от Творца (это означает, что на получающие келим было произведено Первое Сокращение, чтобы там не светило высшее благо. См. Предисловие к книге Зоар, п. 138).
(07:11) А [когда работают,] чтобы обрести отдающие келим, здесь начинаются раздор и войны, поскольку это противоречит нашей природе. И для этого нам были даны Тора и заповеди, чтобы достичь уровня отдачи, как сказали наши мудрецы: «Я создал злое начало и создал Тору в приправу к нему»12.
А также нам дана заповедь «Возлюби ближнего своего, как самого себя»13. И рабби Акива говорит: «Это великое правило в Торе»14. Другими словами, тем, что он работает над любовью к товарищам, он приучает себя выходить из эгоистической любви и приходить к любви к ближнему.
Однако следует понять то, что мы видим своими глазами, что есть люди, которые вкладывают силы в любовь к товарищам, и, тем не менее, ни на йоту не пришли к любви к Творцу, чтобы они могли работать в Торе и заповедях из любви к Творцу. То есть в любви к товарищам они говорят, что они немного продвигаются, однако в любви к Творцу они не видят никакого продвижения. Однако следует знать, что и в любви к товарищам тоже есть уровни, то есть нужно думать об обязательности любви к товарищам.
Ведь это можно уподобить зданию, в котором есть два этажа, а также нулевой этаж. И царь находится на втором этаже. И говорят тому, кто хочет войти к царю, то есть вся цель его состоит лишь в том, что он хочет поговорить с царем лицом к лицу, – ему говорят, что он должен сначала подняться на первый этаж, потому что невозможно подняться на второй этаж до того, как поднимешься на первый.
И это наверняка каждый понимает правильно. Однако есть причина, что нужно подняться на первый этаж, которая называется «исправления», то есть благодаря тому, что человек поднимется на первый этаж, там он сможет научиться, как можно говорить с царем лицом к лицу. И у него будет возможность просить у царя всё, чего сердце его пожелает. Тот человек, который слышал, что сначала нужно подняться на первый этаж, а потом можно подняться на второй, понял это очень хорошо. Однако поскольку всё желание его – встретиться с царем, и он не заботится ни о чем, получается, что то, что ему сказали, что он должен подняться на первый этаж, было для него ярмом и поклажей.
Однако выбора нет. И тогда он поднимается на первый этаж, и ему неинтересно смотреть на то, что там есть, хоть он и слышал, что на первом этаже человека учат, как разговаривать с царем. Однако он не обращает на это внимания, ибо это не является его целью, ведь целью его является царь, а не то, чему он может научиться на первом этаже. Ведь его целью является не учеба, а целью его является увидеть лик царя. И зачем же ему тратить время на пустые вещи, ведь перед царем всё ничтожно и незначительно. В таком случае, зачем ему интересоваться, что учат на первом этаже.
И поэтому, когда он поднимается на первый этаж, у него нет желания задерживаться там, а он хочет сейчас же подниматься на второй этаж, где находится сам царь. Ведь в этом всё его стремление. Однако ему говорят: «До того, как ты научишься законам, которые действуют на первом этаже, ты, без сомнения, оскорбишь достоинство царя. И потому тебе нечего надеяться, что ты сможешь подняться на второй этаж до того, как ты научишься всему, чему следует научиться на первом этаже».
(12:51) Аналогично в любви к товарищам – мы тоже слышали, что нельзя удостоиться любви к Творцу прежде, чем человек удостоился любви к товарищам, как сказал рабби Акива, «возлюби ближнего своего, как самого себя» есть великое правило в Торе. В таком случае, когда он занимается любовью к товарищам, он не смотрит на любовь к товарищам как на некую ценность, имеющую значение, а [рассматривает] ее как излишество.
И он готов исполнять это из-за того, что нет выбора, и каждую секунду он смотрит: «Когда я удостоюсь любви к Творцу и смогу избавиться от любви к товарищам, ибо эта работа для меня как ярмо и груз. Ведь мне очень тяжело терпеть моих товарищей, так как я вижу, что у каждого из них есть свойства, отличные от моих, и нет у меня никакого подобия им. И только поневоле, из-за того, что у меня нет выбора, – ведь без любви к товарищам я не могу прийти к любви к Творцу, – я вынужден сидеть с ними.
Однако я могу сказать себе: что я выигрываю от этих товарищей? Лишь одно – а именно, я исправляю себя в смысле изнурений, вызванных тем, что я сижу с ними вместе и терплю речи этих товарищей, которые мне не по духу и не по свойствам. Но что поделать? Мне говорят, что я должен страдать в этом мире, поэтому я страдаю, и я сижу и жду, когда придет время, и я смогу сбежать от них и не смотреть на низость, которую я в них вижу».
Получается, что он не берет из любви к товарищам лекарства, называемого «любовь к ближнему», а [занимается ею] из-за того, что ему сказали, что нет втогда какыбора, иначе он не сможет достичь любви к Творцу. И поэтому он занимается любовью к товарищам и исполняет все обязательства, которые товарищи накладывают на него. Но то, чему нужно научиться у них, – от этого он далек. То есть из эгоистической любви он не выходит и к любви к ближнему не приходит. И он занимается любовью к товарищам не из любви, а из страха, – ведь в любовь к Творцу не дают войти прежде, чем входят в любовь к товарищам. Поэтому он боится не заниматься любовью к товарищам, так как ему не дадут войти в любовь к Творцу.
И это как в [вышеприведенной] аллегории – ведь ему не давали войти на второй этаж, где находится царь, без того, чтобы он сначала поднялся на первый этаж. И имеется в виду, что это для того, чтобы он научился законам, обязывающим остерегаться, чтобы не оскорбить достоинство царя. В таком случае логика подсказывает, что когда он входит на первый этаж, он должен быть в радости, ибо сейчас он учится, как не оскорбить достоинство царя, и он выиграет от этого, так как потом, когда он войдет в царский чертог, он не оскорбит, страшно подумать, достоинство царя. И отсюда следует, что когда он находится на первом этаже, он обращает внимание на то, как действуют тут все законы и привыкает к ним, ведь он желает войти к царю, чтобы дать царю, а не, страшно сказать, пренебрегать достоинством царя.
И это относится только к тому, кто желает войти к царю, чтобы доставить царю наслаждение. Тогда как тот, кто хочет войти к царю из-за получения для себя, смотрит на всё, находящееся на первом этаже, как на лишнее, которое ему не интересно. А то, что он должен подняться на первый этаж, вызвано лишь страхом, ведь он знает, что ему не дадут подняться на второй этаж прежде, чем он поднялся на первый. Однако у него нет никакой необходимости учить законы, которые там учат, чтобы не оскорбить достоинство царя. Так как всё его желание войти к царю вызвано только любовью к себе.
(19:16) Поэтому мы обязаны знать, что любовь к товарищам дана нам, чтобы научиться по ней, как не оскорблять достоинство царя. Это означает, что если у него нет желания только доставлять наслаждение царю, он, безусловно, оскорбит достоинство царя, что называется, что он передает святость внешним. И потому не надо пренебрегать важностью работы в любви к товарищам, ибо от нее человек научится, как выйти из эгоистической любви и встать на путь, ведущий к любви к ближнему. А когда он завершит работу в любви к товарищам, он может удостоиться любви к Творцу.
И следует знать, что у любви к товарищам есть такое свойство, что человек не может обмануть себя, говоря, что он любит товарищей, если на самом деле он не любит их. Ведь тут можно проверить себя, действительно ли у него есть любовь к товарищам или нет. В то же время в любви к Творцу человек не может проверить себя, действительно ли намерение его – любовь к Творцу, то есть желание его – давать Творцу, или же желание его – получать ради получения.
Однако следует знать, что после всех исправлений, которые человек может сделать без помощи Творца, он не удостоится никакого продвижения в работе по отдаче. И мы спросили: в таком случае, зачем человеку нужно совершать действия, чтобы потом удостоиться помощи Творца? Ведь Творец может помочь даже и без действий нижних, так как в любом случае работа человека не будет способствовать никакому продвижению в работе. Но дело в том, что если человек не начнет работу, то он не узнает, что не может победить в войнах со злым началом. Тогда как, если человек начинает продвигаться в работе Творца и делает то, что в его возможностях делать, тогда он может воздать истинную молитву, чтобы Творец помог ему.
Однако зачем Творец хочет, чтобы он воздал истинную молитву? О смертном можно сказать, что он хочет, чтобы тот обратился к нему с истинной просьбой. Ведь, [если есть] истинная просьба, с которой человек обращается к товарищу, тогда товарищ воздает ему истинную благодарность. И для смертного, ищущего почестей, благодарность, которую тот воздает ему, подобна тому, что он унизил себя, и он этим наслаждается. Однако, что касается Творца, неужели Он нуждается в уважении людей, которое они должны Ему оказывать? В таком случае, для чего Творец хочет, чтобы человек воздал Ему истинную молитву из глубины сердца?
Однако дело в том, что, как известно, нет света без кли, то есть нет возможности дать человеку нечто, чтобы оно было очень важным. И если у него нет желания этого, он будет пренебрегать им и не будет его беречь, и оно пропадет, так как потребность в чем-либо определяется тем, насколько ему [этого] недостает, и это определяет важность. И какова важность, такова и мера, с которой он может беречь этот дар, чтобы он не пропал, ведь иначе всё уйдет в клипот.
И это называется вскармливанием клипот, то есть всё уходит в получающие келим, которые берут всё, чем человек пренебрегает в отношении святости, в свое распоряжение. И отсюда мы знаем, почему человек должен начинать работу. Однако почему Творец не дал человеку силу, позволяющую ему завершить работу в одиночку, без помощи Творца?
Дело в том, что известно, как книга Зоар объясняет слова мудрецов: «Пришедшему очиститься помогают»15. И [Зоар] спрашивает: «Чем?» И отвечает: «Святой душой»16, то есть он получает свечение свыше, называемое «душа», которая называется «божественным постижением», и это входит в замысел творения насладить Свои создания.
(26:09) Получается, что благодаря тому, что у него есть кли и желание обрести отдающее кли, он впоследствии получает свет, называемый душой. В таком случае они нуждаются и в том и в другом. То есть человек должен начать с того, что обретет кли. А из-за того, что он сам не может завершить, тогда он взывает к Творцу, чтобы Он помог, и тогда он получает свет.
И отсюда поймем слова: «Пойдем к фараону, ибо Я ожесточил сердце его и сердце рабов его, чтобы совершить Мне все эти знамения Мои в среде его» 1. И многие спрашивают, почему Творец ожесточил сердце его. Писание объясняет: «Чтобы совершить Мне все эти знамения Мои 'отот' в среде его» 1. И это означает: почему Творец ожесточил сердце человека, и он не может победить в войне со злым началом самостоятельно?
А ответ состоит в том, что имеется в виду: чтобы человек воззвал к Творцу. И благодаря этому у него будет кли. И тогда Творец может поместить в это кли буквы 'отиёт' Торы внутрь него, и это свойство души, которую Творец дает ему в виде помощи. И это свойство: «Тора и Творец едины», где под «знамениями Моими» 'отот' имеются в виду буквы Торы 'отиёт' в плане имен Творца. И это свойство «насладить Свои создания», являющееся свойством замысла творения насладить Свои создания. И это приходит к человеку, именно когда у него есть кли. А кли это появляется благодаря ожесточению сердца, ибо тогда есть возможность воззвать к Творцу, чтобы Он помог. И Он помогает святой душой, как сказано выше.
И отсюда поймем, что значит «пойдем к фараону» 1, то есть ты и Я вместе, другими словами, человек должен начать. И тогда он видит, что он не способен победить его. И на это указывает то, что Моше боялся подходить к нему. И тогда Творец сказал: «Вот Я против тебя, фараон» 3, то есть тогда пришла помощь от Творца. А чем? Святой душой, как сказано выше в словах книги Зоар.
Получается, что ожесточение сердце, как сказано: «Ибо Я ожесточил сердце его» 1, произошло, чтобы было место для молитвы. А молитва эта не подобна молитве смертного, который ищет почестей, – чтобы тот попросил его, и это потешит его тщеславие. А здесь цель молитвы состоит в том, чтобы у него было кли, то есть чтобы у него была потребность в помощи Творца. Ведь нет света без кли. А когда человек видит, что он никак неспособен помочь себе, тогда у него есть потребность в том, чтобы Творец помог ему.
И это, как сказали наши мудрецы: «Творец жаждет молитвы праведников»17. И тут тоже возникает вопрос: неужели Творцу нужно смирение человека, чтобы он просил Его? Однако, как сказано выше, поскольку желание Его – насладить Свои творения, но нет света без кли, поэтому он жаждет молитвы праведников, потому что этим они раскрывают келим, в которые Он сможет давать. Отсюда следует, что когда человек видит, что он не в состоянии одолеть свое зло, это является истинным временем просить помощи у Творца.
И из сказанного поймем, почему Творец сказал: «И возьму Я вас народом Себе и буду вам Всесильным, и вы узнаете, что Я Творец, Всесильный ваш, выводящий вас из-под ига египетского»18.
(32:32) А наши мудрецы в трактате Брахот объяснили это, сказав так: ««Выводящий вас из-под ига египетского»18. И наши мудрецы [сказали], так сказал Творец Исраэлю: «Когда Я выведу вас, Я сделаю вам нечто, чтобы вы знали, что это Я, тот, кто вывел вас из Египта». Как сказано: «Ибо Я Творец Всесильный ваш, выводящий вас»18»19. Конец цитаты.
Отсюда получается, что недостаточно, что Творец вывел народ Исраэля из Египта, когда они освободились от мучений и страданий, которые они испытывали там. А когда говорят о работе Творца, возникает вопрос: неужели было недостаточно того, что сейчас они стали свободны от рабства изгнания, где они не могли служить Творцу из-за власти фараона? А всё, что они строили для себя, какое-то достижение в работе, всё это поглощалось землей, как объяснили наши мудрецы: ««Питом и Рамсес»20. Рав и Шмуэль – один сказал: «Он назывался Питом. А почему же его называли Раамсес? Потому что [здания] разрушались 'митросес' по одному»»21. И Раши объяснил: «Когда они строили немного, оно разваливалось и падало. И они снова строили, а оно падало»22. «А другой сказал: «Он назывался Раамсес, а почему же его называли Питом? Потому что [здания] по одному поглощались устами бездны 'пи теом'»21.
Мы видим, что Рав и Шмуэль расходятся не в действительности, а в [ее] объяснении. А действительность там была такова, что всё, что они строили, падало. Где имеется в виду, что всякий раз, когда они строили для себя какое-либо здание в работе, приходили египтяне, то есть чужие мысли египтян, и разрушали всю их работу. Другими словами, вся их работа, когда они работали изо всех сил, чтобы преодолевать и совершать святую работу, – всё это поглощалось землей. И каждый день они должны были начинать заново. И им казалось, как будто они никогда не занимались работой в святости. И еще более того – всякий раз, когда мнение их было, что нужно идти вперед, они видели, что мало того, что они не продвигаются, они еще и шли назад, ведь у них всегда возникали новые вопросы по поводу «кто и что».
И отсюда следует понимать этот исход из Египта, то есть что у них уже была способность служить Творцу без чужих мыслей египтян. В таком случае это знание, о котором сказано: «И вы узнаете» 18, – о чем сообщает нам то, что следует знать, что Творец – тот, кто выводит их из земли египетской? И еще большее недоумение вызывает, когда мы начинаем рассматривать египетское рабство, – ведь они работали на тяжкой работе и освободились от этого, чего же им еще не хватает?
А что такое тяжкая работа 'авода́т па́рех'? Наши мудрецы объяснили: ««Всякой работой, к которой жестоко 'ба-па́рех' принуждали их»23. Сказал рабби Шмуэль бар Нахмани: сказал рабби Йонатан: «То есть они заменяли мужскую работу на женскую, а женскую – на мужскую»»24. ««И поработили египтяне сынов Исраэля тяжкой работой 'ба-па́рех'»25. Рабби Элазар сказал: «Ласковыми устами» 'бе-пэ рах'»24.
И следует понять, что такое «тяжкой работой» – что это значит в отношении работы в святой работе? И нужно различать два аспекта.
Действие, называемое открытой частью, – то, что раскрыто человеку, и нельзя сказать, что он ошибается или обманывается, ибо в том, что открыто взору, нельзя сказать, что в этом есть ошибка. Ведь в действии по исполнению заповедей и изучению Торы он видит, а также другие могут видеть, исполняет ли он действия в Торе и заповедях или нет.
Намерение. И это называется скрытой частью, так как в отношении намерения в действии, производимом человеком, другие не могут видеть, каково его намерение в этих действиях. Да и он сам тоже не может видеть намерение действия, ибо в намерениях есть возможность для заблуждения и самообмана. Ведь только в том, что видно глазу, что называется открытой частью, все могут видеть истину. Тогда как в том, что зависит от намерения сердца и от мысли разума человек не может полагаться на себя. Получается, что это скрыто от него и от других.
(40:11) А теперь мы можем объяснить, что такое «тяжкая работа», о которой [мудрецы] сказали, что «они заменяли мужскую работу на женскую»24. Ведь мужской работой называется, когда он уже «мужчина» 'ге́вер', то есть уже может преодолевать 'леитгабе́р' свое зло и заниматься Торой и заповедями в плане действия. И потому, что он должен делать, когда он уже называется мужем 'иш', что означает «воин» [букв. «муж войны»], который способен воевать со своим злом в плане действия? Поэтому настало время, когда он должен начинать работу во втором свойстве, как сказано выше, то есть в свойстве скрытого, то есть в намерении. Иными словами, стараться, начиная с этого момента и далее, направлять все свои действия, чтобы они были ради доставления наслаждения Творцу, а не ради собственной выгоды.
А что же сделали египтяне, когда увидели, что он – «муж», способный выйти из-под их власти и войти в святость. Тогда они поменяли их работу и дали им «женскую работу», что означает, что вся работа их будет женской работой, то есть египтяне дали им понять: «Кому нужны эти намерения, ведь главное это действия! А здесь, в действиях, ты достигнешь успеха, как ты видишь, что ты мужчина, то есть ты можешь преодолевать зло в себе и заниматься Торой и заповедями во всех деталях и тонкостях, и ты должен вложить всю свою энергию в то, чтобы делать всё в Торе и заповедях с большей точностью.
Но ты не должен заниматься намерениями, ибо эта работа не для тебя, а для избранных. А если ты войдешь в работу по отдаче, то есть будешь обращать внимание на то, что во всем следует строить намерение, чтобы оно было ради небес, у тебя уже не будет сил быть таким педантичным в открытом действии, где ты себя не обманешь. Ведь ты видишь, что ты делаешь. Поэтому там у тебя есть возможность расти, чтобы все действия твои были бы [правильными] во всех деталях и тонкостях.
В то же время в намерениях у тебя нет настоящей проверки. Поэтому мы советуем тебе для твоего же блага, и не думай, что мы, страшно сказать, хотим оттолкнуть тебя от святой работы. А наоборот, мы хотим, чтобы ты поднимался по ступеням святости».
И это называется, что «они заменяли мужскую работу на женскую»24. Вместо того, чтобы делать работу, относящуюся к мужчинам, они объясняли народу Исраэля, что для них лучше делать женскую работу, то есть то, что относится к женщинам.
«А женскую работу – на мужскую»24 означает, что те люди, у которых нет сил преодоления, а «ослабли силы его как у женщины»26, то есть они были слабы в исполнении Торы и заповедей, так как у них не было сил соблюдать и исполнять заповеди даже в том, что открыто, называемом одним лишь действием. И вся работа по преодолению была лишь в действии, а не в намерении.
(45:25) Пришли к ним египтяне и дали им понять: «Мы не хотим мешать вам в святой работе, а наоборот, мы хотим, чтобы вы были истинными работниками Творца. То есть мы видим, что вы хотите исполнять святую работу. Поэтому мы советуем вам, чтобы главная работа была не в действии, а главное – намерение. Поэтому вместо того, что вы занимаетесь преодолением в свойстве действия, то есть вы привыкаете преодолевать свое тело, чтобы учиться еще час или молиться еще полчаса. И вы хотите стараться отвечать: «Благословен Он!» и «Благословенно имя Его!» и «Амен!», и не разговаривать во время повтора молитвы. А кому это нужно?
Главное – это намерение ради небес. Туда вы должны прикладывать всю силу вашего усилия. Зачем же вам тратить ваши силы на пустые вещи, хотя с точки зрения закона, вы и должны соблюдать все эти маленькие вещи, но это не работа для вас. Это подходит для женской работы. А вы должны исполнять мужскую работу. А то, что вы хотите работать лишь в действии, нехорошо для вас. Ведь вы должны заниматься главным образом намерением, то есть всю силу, которая есть у вас, чтобы делать что-либо, используйте эту силу, чтобы направлять намерение, чтобы всё было ради небес. Но не думайте, что мы хотим, страшно сказать, мешать вам в работе Творца, ибо мы хотим наоборот – чтобы вы поднялись по ступеням святости и пришли к совершенству, которым называется [состояние], когда все ваши действия будут направлены лишь на доставление наслаждения своему Создателю».
А поскольку они находятся на ступени «женщин», то есть у них пока еще нет сил преодолевать даже и в свойстве действия, что называется состоянием «ослабли силы его как у женщины»26, – то египтяне дали им понять, что главное – это намерение, то есть лишма. И египтяне были при этом уверены, что у них не будет сил преодолевать в святой работе.
И это как сказал Рамбам, который написал: «И сказали мудрецы, обязан человек всегда заниматься Торой даже в «ло лишма», ибо из «ло лишма» придет в «лишма». Поэтому, когда обучают малолетних, и женщин, и всю неграмотную массу, их обучают только работать из страха и для получения вознаграждения, пока не умножится разум их, и не преисполнятся они большей мудростью, им приоткрывают тайну эту очень постепенно, приучая их к этому без давления, пока они не постигнут Его, и не познают Его, и не станут служить Ему из любви»27.
И египтяне стали советовать тем, кто находится в свойстве женщин, не следовать словам Рамбама, а наоборот: несмотря на то, что они находятся на ступени женщин и малолетних, они дали им понять, что они должны начинать свою работу сразу же с намерения лишма. И египтяне были при этом уверены, что они останутся под их властью, вне святости.
(50:42) Получается, что это называется тяжкой работой, то есть как объяснил рабби Шмуэль бар Нахмани: «Тяжкой работой – означает «ломкой»»24. И Раши объясняет: «Ломкой и разламыванием тела и поясницы»28. А причина этого в том, что если заменить мужскую работу на женскую, а женскую – на мужскую, будет, как мы объяснили, что поскольку мужская работа состояла в том, что они должны были преодолевать, и идти вперед, и строить намерение лишма, а они ослабили их в этой работе, так как египтяне были против этой работы, – поэтому, кроме того, что они должны делать работу в преодолении, чтобы иметь способность направлять ради отдачи, у них была еще работа в том, что египтяне давали им понять, что вся эта работа излишня. Так как работа по отдаче не для них, а для избранных. И, таким образом, эта работа называется двойной работой.
Работа с усилием, чтобы они могли настроить намерение ради отдачи.
И бороться с ними, и сказать, что это неверно, а они, на самом деле, смогут прийти к лишма, а не как говорят египтяне, что они должны делать женскую работу. И в этом состояло всё устремление египтян – чтобы они не приблизились к работе на отдачу.
А также они заменяли женскую работу на мужскую, то есть, как сказано выше, они говорили, что женская работа ничего не стоит, ибо они исполняют Тору и заповеди лишь в действии, то есть вся их война со злым началом направлена только на действие, (а не,) как сказал Рамбам, что женская работа должна быть только в исполнении действий, а не обучать их тому, что нужно настраивать намерение ради отдачи.
Поэтому, когда явились египтяне и сказали им, что они должны совершать мужскую работу, то есть настраивать намерение ради отдачи, эта работа была для них тяжелой.
В лишма вы вообще не способны работать.
Преодолевать тело и исполнять практические заповеди им было тяжелее, чем до того, как пришли чужие мысли египтян и дали им понять, что действия в исполнении заповедей без намерения ничего не стоят, и принизили важность Торы и заповедей в «ло лишма». Получается, что сейчас из-за египтян женская работа стала для них низкой. И это привело их к «тяжкой работе», которая, как сказано выше, является ломкой тела и поясницы.
Получается согласно вышесказанному, что есть три понимания слова «тяжкий» 'па́рех'. И нет никакого противоречия между одним пониманием и другим. Ведь все эти три вещи там были, но каждый выбирает понимание согласно своей ситуации.
Вот первое объяснение: «тяжкой работой» 'бе-парех' – рабби Элазар говорит: «ласковыми устами» 'бе-пе рах'.
Рабби Шмуэль бар Нахмани сказал: «ломкой» 'приха́', что означает «разбиение».
Рабби Шмуэль бар Нахмани сказал: сказал рабби Йонатан: «То есть они заменяли мужскую работу на женскую, а женскую – на мужскую»29.
Однако все объясняют, что «тяжкая работа» – это «ломка», то есть разламывание тела. И причина этого в том, что эта работа была тяжкой, вплоть до того, что эту работу называют «работой, ломающей тело и поясницу». И это из-за того, что они заменяли мужскую работу на женскую, а женскую – на мужскую. И это приводит их к «тяжкой работе», как сказано выше.
Однако почему они слушали мнение египтян? Это было вызвано тем, что они говорили с Исраэлем «ласковыми устами» 'пэ рах', то есть мысли египтян являлись к Исраэлю с «ласковыми устами», то есть что всё, что они говорят им делать, [якобы,] не призвано отдалить их от работы Творца, страшно сказать, а наоборот, они хотят указать им, как успешно идти путями Творца, и чтобы они не тратили времени впустую, без пользы, то есть не видя продвижения в святой работе. И поскольку они слышали, что к ним обращаются «ласковыми устами», им было тяжело преодолеть эти мысли.
Отсюда следует, что говоря, что они заменяли мужскую работу на женскую, он объясняет, почему они слушали египтян. И ответ: из-за «пэ-рах», то есть потому что они говорили с Исраэлем «ласковыми устами» 'пэ рах'. Получается, что по двум вышеназванным причинам они стали работать в «тяжкой работе» 'парех'. И это, как говорит рабби Шмуэль бар Нахмани: «парех» – это работа с ломкой 'приха', то есть работа, которая ломает тело.
(58:30) И отсюда следует понять, неужели народу Израиля не достаточно того, что Творец вывел их из Египта, то есть что они вышли из-под их рабства и могли заниматься Торой и заповедями, каждый согласно своему постижению, а у египетской клипы не было сил противостоять их работе? Насколько велико это чудо! И кто может оценить важность этого? Ведь когда человек дает себе самоотчет, [он видит,] сколько страданий и мучений он переживает, находясь в изгнании в рабстве фараона, царя египетского, и насколько он оценивает в своем сердце меру тьмы «Питома и Раамсеса», которые они строили, как сказано выше.
А сейчас в один момент открылись врата египетской клипы, и они вышли на свободу, и вошли в свою собственную власть. То есть сейчас у них была свобода заниматься Торой и заповедями, сколько душе угодно, без всяких помех. Какую радость и подъем духа это приносит человеку, когда он сравнивает время тьмы и время свечения. И это, как сказано: «Отделяющий свет от тьмы»30.
И из сказанного следует понять, почему так необходимо знать, что лишь Творец – тот, кто выводит вас из страданий египетских, как объяснили наши мудрецы: «Когда я выведу вас, я сделаю вам нечто, чтобы вы знали, что Я – тот, кто вывел вас из Египта»26. Ведь сказано: «что Я Творец Всесильный ваш, выводящий вас из-под ига египетского»18. И дело в том, что всегда следует помнить о цели, к которой мы должны прийти. А поскольку цель творения – насладить Свои создания, наша цель состоит в том, чтобы получить то благо и наслаждение, которые Он задумал для нас. Однако для исправления, называемого слиянием, которое означает подобие по форме, мы должны произвести работу, позволяющую обрести отдающие келим. Однако это лишь исправление творения, а не совершенство. А совершенством называется знание Творца – познать и постичь Тору, называемую «имена Творца».
(01:02:17) И отсюда следует, что недостаточно того, что у нас уже есть сила исполнять Тору и заповеди без всяких помех, ибо это лишь исправление, а не совершенство цели. А совершенством цели является постижение знания Торы, в свойстве «Тора и Исраэль, и Творец есть одно». И потому сказали наши мудрецы: «Так сказал Творец Исраэлю: чтобы знали вы, что Я – Творец Всесильный ваш, который выводит вас, то есть Я, а не посланец», что означает, что всё общество целиком должно прийти к знанию Творца, и это называется «Тора» в смысле имен Творца. [РАБАШ. Статья 13 (1986). Пойдем к фараону – 2]
М. Лайтман: Спасибо чтецу. Ну, что я могу сказать? Статья... Статья... Кто-то хочет добавить к тому, что мы читали, услышали? Нет.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:04:07) Да, я запутался. Царство мужчин, женщин, в чем работа там? В чем ошибка перепутать женщин с мужчинами и мужчин с женщинами? Что он хочет нам, собственно, сказать?
М. Лайтман: Хорошо. Так ещё?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:04:59) Что значит в нашей работе «иди к фараону» и «пойдем к фараону»?.
М. Лайтман: Иди – это один пошел, а пойдем – это уже двое.
Ученик: Как определить личным образом, что я иду к фараону?
М. Лайтман: Ну, когда ты идешь один. А пойдем к фараону, это уже двое.
Ученик: Тогда я должен удостоиться того, что идем к фараону? Это заслуга человека?
М. Лайтман: По-видимому, да. А иначе не удается приблизиться к фараону и выйти от него, и вывести народ оттуда, из-под силы фараона.
Ученик: Идем к фараону – это, собственно, точка встречи с Творцом? Он определил нам там, что я тебя встречу там, когда пойдем к фараону?
М. Лайтман: Да. Хорошо. Это тут каждый понимает в соответствии с тем, что он постигает.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:06:34) Действительно, по отношению к работе мужчин и женщин человек всегда может добавить ещё в действиях. А когда он знает, что нужно заниматься работой женщин, начинать входить в усилие с намерением? Это тоже не понятно. Что такое усилие с намерением?
М. Лайтман: Ну-ну.
Ученик: Вообще, мы говорим, что в каждый свободный момент мы все время должны заниматься действиями. Может быть, это приводит к разбиению в теле, и невозможно еще больше что-то добавлять к усилиям? Ещё какая-то функция, еще? И давить на товарища – это вообще неверно. Может быть, поднимать важность намерения, а не действий? Когда «туда», когда «сюда»?
М. Лайтман: Ну да. Вопрос.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:07:56) Он привел пример двух уровней, что на первом уровне есть любовь к товарищам, а на втором уровне – любовь к Творцу. И заниматься работой на первом уровне, любить это состояние – так можно прийти ко второму уровню. Без того, чтобы нанести ущерб чести царя или выйти на второй этаж – это изначально было целью. Потом он приводит еще разделение на две части работы в Торе и заповедях: в действии и в намерении. Это два вида работы. Вопрос: есть ли тут тоже, что я должен делать прежде и потом? Или как в любви к товарищам... сначала любовь к товарищам, а потом любовь к Творцу. Так и здесь? Сначала Тора и заповеди в действии, а потом я удостаиваюсь в намерении?
М. Лайтман: Вопрос тоже, да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:09:07) Он пишет... кому он заменил работу женщин на работу мужчин? Именно тем, которые в состоянии выйти из-под власти египтян? И тогда как бы возникает вопрос: а что это за женщины, а что это за люди, которые в состоянии выйти из Египта? Которые там находятся на правильном пути?
М. Лайтман: Вопрос, да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:09:46) Тоже, на первом уровне и на втором он определяет состояние, когда работают в любви к товарищам по причине страданий, что он обязан, и что он страдает от этой работы. И потом он пишет, что там он берет лекарство, поэтому он занимается, потому что нет выхода. И вопрос, что это за лекарство, которое есть в любви к товарищам? Что значит потерять это лекарство или наоборот принять его?
М. Лайтман: Что человек должен знать, это ему важно или нет.
Ученик: И вначале он понимает, что это важно, он просто делает это по причине страданий, нет выхода, так я работаю в этом. А потом он говорит, что когда человек работает от безвыходности, он понимает, что это важно, но он работает от безвыходности, и тогда он теряет это средство.
М. Лайтман: То есть он должен работать не оттого, что у него нет выхода и выбора, а из важности Творца.
Ученик: То есть работаем в любви к товарищам из-за важности Творца, и в этом состоит лекарство? В чем оно?
М. Лайтман: Продолжаем. Продолжаем, продвигаемся.
Ученик: Лекарство – это продвижение?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:11:18) Каков совет человеку, как написано, что он страдает и ждет, когда придет время и я смогу бежать и не смотреть на низость товарищей? Что можно посоветовать человеку в таком состоянии?
М. Лайтман: То есть он видит, насколько он слаб и не хочет продвигаться в работе.
Ученик: Это значит, что он видит свое состояние?
М. Лайтман: Да.
Ученик: А каков совет в этом месте, что он не может вытерпеть это состояние?
М. Лайтман: Из того, что не может терпеть это состояние, но в принципе он выдает молитву, чтобы Творец его спас.
Ученик: Еще он пишет: в любви к товарищам говорят, что немножко продвигаются, а в любви к Творцу не видят никакого продвижения. Но если человек чувствует наоборот, в состоянии, когда он видит, что он продвигается в любви к Творцу, но не видит, что он продвигается в любви к товарищам.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Что в этом состоянии?
М. Лайтман: Должен исправлять все эти вещи по пути. И то, что он не приближается к товарищам, так он видит, что в своей работе с Творцом он как бы продвигается. Да?
Ученик: Да.
М. Лайтман: А почему? Потому что нет у него любви к ближнему, и Творец тоже находится в этом определении, любовь к ближнему. Тогда получается, что человек не идет правильно. Любовь к товарищам помогает ему здесь понять, с каким намерением он относится к Творцу.
Ученик: Может быть реальность, когда есть любовь к Творцу, но нет любви к товарищам?
М. Лайтман: Так вот это неправильно. Так он это и обнаруживает, что если он стремится к Творцу, но не стремится к товарищам прежде, то любовь к Творцу несовершенна, там есть подмена.
Ученик: Любовь к Творцу и любовь к товарищам приходят вместе?
М. Лайтман: Человек должен уравнять это.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:14:03) Вообще, любовь к товарищам, он пишет, что невозможно удостоиться любви к Творцу, прежде чем человек удостаивается любви к товарищам. Как сказал раби Акива, что возлюби ближнего как самого себя. Что значит любить товарища вообще?
М. Лайтман: Что ты заботишься о его исправлении так, как ты заботишься о самом себе.
Ученик: И мы знаем, что на пути мы раскрываем, что ты и о себе не заботишься. Духовность тебе важна, и ты, собственно, не заботишься о ней, как тебе бы хотелось о ней заботиться, о духовном.
М. Лайтман: И что?
Ученик: И тогда возникает вопрос: как тебе добиться успеха в любви к товарищу, как ты любишь самого себя? Как тебе заботиться о том, чтобы у товарища было желание к духовному, сила к духовному? Ведь ты и в отношении себя не добиваешься успеха.
М. Лайтман: Это значит, что в этой ситуации ты начинаешь обнаруживать, что заботиться о товарище или заботиться о самом себе, это ведь то же самое, так ведь?
Ученик: Да.
М. Лайтман: И что?
Ученик: И тогда возникает вопрос: в этой точке как тебе добиться успеха в любви к товарищу? Как тебе удастся полюбить товарища, заботиться о нем, чтобы он действительно добился успеха?
М. Лайтман: У тебя получится заботиться о товарище именно потому, что ты видишь, что заботиться о товарище или заботиться о самом себе – это то же самое.
Ученик: Вот это знание, в нем есть уже сила сблизиться с товарищем?
М. Лайтман: Да.
Ученик: (01:16:20) Он также пишет, что нужно знать, что нам дана любовь к товарищам, чтобы научиться на этом не наносить ущерб чести Царя. Я обратил внимание, что мы в работе действительно стараемся не наносить ущерба товарищу. Может быть, с течением времени, постепенно, если я ему скажу что-то неправильное или покажу неправильное отношение, я вижу, что это непонятно. Так каждый входит, старается не затрагивать, и выходит, что каждый товарищ находится в каком-то месте, где: вот это мое место, и желательно, чтобы не было здесь… Понимаете, такая стена, каждый охраняет свое место и старается не наносить ущерб товарищу.
М. Лайтман: Ну а дальше что?
Ученик: И тут возникает вопрос. Важно ли так осторожно относиться к товарищу, не показывать ему излишнее отношение, или неважно, ошибаемся, и отношения предпочтительнее, чем отсутствие отношений?
М. Лайтман: Да. Что правильнее для продвижения?
Ученик: Я лично чувствую, что предпочтительнее интеракция.
М. Лайтман: То есть раскрыть?
Ученик: Раскрыть.
М. Лайтман: Даже, может быть, отношение неправильное, но все равно его раскрывать.
Ученик: Предпочтительнее раскрыть?
М. Лайтман: Нет, я ничего не устанавливаю. Секундочку. Так вот, если ты говоришь, что надо обнаружить, и ты тем самым можешь обидеть, повредить товарищам – это тебе поможет?
Ученик: Он говорит, что тогда ты нанес ущерб чести Царя. А как тебе быть осторожным здесь? И если уже нанес ущерб, как тебе исправить это? Что это за осторожность здесь: не нанести ущерб товарищу, и в то же время не бояться быть с ним в связи, не разбить эту стену? Об этом вопрос. Тут некая граница.
М. Лайтман: Хорошо. Что думают товарищи?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:19:22) Иногда египтяне советуют человеку работать в намерении, а иногда в действии.
М. Лайтман: И что?
Ученик: Я хотел спросить: в каких случаях они рекомендуют работать в намерении, а в каких случаях в действии? Что такое действие в нашей работе? Что называется действием?
М. Лайтман: Действие в нашей работе – это то, что он пишет, что нужно через действие прийти к намерению.
Ученик: Да, но действие – это объединиться, да?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Заниматься любовью к ближнему. Так иногда он говорит, что если ты занимаешься любовью к ближнему, то ты обязан заниматься намерениями. Оставь это действие, оно неважно. А иногда человек занимается намерениями, и он говорит ему – оставь, это только для единиц, а ты должен заниматься действиями. И так они приводят человека к неуспеху, в соответствии с РАМБАМом.
М. Лайтман: Правильно.
Ученик: Так как же не слушать их, как выйти из этого?
М. Лайтман: Так я услышал. Хорошо.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:20:53) Что значит научиться говорить с Творцом лицом к лицу? Он говорит, что я поднимаюсь на первый этаж, и я там учусь говорить с Творцом, лицом к лицу. Что это значит?
М. Лайтман: Что ты начинаешь обнаруживать и раскрывать, какая связь есть у тебя с Творцом вообще.
Ученик: Если я, собственно, хочу исправить себя и прийти от любви к товарищам к любви к Творцу, и я беру хисароны товарищей и прошу о них, они важнее, чем мой личный хисарон. Об этом я все время прошу. Это ли означает, что я все время прошу Творца, что я говорю с Ним лицом к лицу, когда я прошу за хисароны товарищей, когда товарищи важнее меня?
М. Лайтман: Если это так, то ты можешь просить, требовать.
Ученик: Это, собственно, мы говорим все время, что связь с Творцом, она через товарищей. И если я раскрываю хисароны товарищей, что они важнее моих, то как бы Творец показывает мне, как мне строить общее кли, общий хисарон, с которым мы хотим перейти от любви к товарищам к любви к Творцу? Так я чувствую.
М. Лайтман: Да, когда ты берешь их хисароны, и открываешь перед Творцом, и это для тебя важнее, чем твои собственные хисароны.
Ученик: Но о каких хисаронах я должен просить? Мне нужны такие хисароны, которые направляют на цель?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Правильно? Не любой хисарон. Бывают разные хисароны. Есть тут ступени?
М. Лайтман: Хисароны товарищей, они все, если ты их выполняешь, они тебя приводят к цели.
Ученик: Так не делать расчеты? Любой хисарон товарища, с моей точки зрения, он существует, и о нем нужно просить?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:23:28) Хочу продолжить вопрос, который задал товарищ. РАМБАМ предупреждает нас, что египтяне не дают им идти в направлении намерения, женщины выполняют работу в действии. Как не служить египтянам, которые желают, чтобы мы работали не в святости, а ради желания получать? Как не впасть в это?
М. Лайтман: Что мы должны стараться быть в любви к ближнему и с точки зрения действия.
Ученик: И что это значит, быть в действии, в любви к товарищу, в любви к ближнему?
М. Лайтман: Ну, что мы пока еще не занимаемся намерениями. Вот и все.
Ученик: Но это очень опасный момент в работе. Как не впасть в то, что египтяне тебе говорят, что работай в намерении, потому что этого Творец желает, мы так победим фараона. Смотри, в действиях ты ничего не можешь сделать, и тогда ты приходишь к молитве, и тогда мы вместе победим фараона в намерении, в конце концов, а не в действии. Ведь это цель. Как же не запутаться здесь? Действие, в конце концов, приводит к молитве, но как тебе видеть, что ты находишься в правильной молитве, в правильном месте?
М. Лайтман: Как ты можешь быть уверен, что ты просишь, и что на твою просьбу Творец совершает действие?
Ученик: Об этом вопрос. Мы оставим это на уровне вопроса?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:25:32) Тут есть момент, когда он пишет, что в любви к товарищам есть особенность, что человек не может обмануть себя и сказать, что он любит свою группу, в то время, когда он ее не любит. И тут можно критиковать себя, проверять, есть ли у него действительно любовь к товарищам или нет. В то время, в любви к Творцу человек не может проверять себя, есть ли у него намерение любить Творца, то есть желание отдавать Творцу или получать для себя ради это ради самонаслаждения.
Вопрос: любовь к группе? Я обращаю внимание, что все, что я определяю как любовь к товарищам, вклад в группу, даже вклад в величие цели, все это, в конечном счете, эгоистическое. Так что же, в конце концов, как я могу проверять себя, в чем я люблю группу, если я, в конце концов, вижу, что все это эгоистическое?
М. Лайтман: А что он советует?
Ученик: Он пишет, что он советует начать работу, и с помощью того, что человек старается, прикладывает усилия в этом, это приводит его к молитве. Но мне все еще не понятно, что такое любовь.
М. Лайтман: Ты не понимаешь, что такое любовь, но ты все-таки приходишь к молитве, к просьбе, и это, в принципе, и приводит тебя к решению.
Ученик: Я каждый раз чувствую, что моя молитва тоже ложная, она становится пустой, потому что эго крутит мной и показывает каждый раз, что это так, что это для себя.
М. Лайтман: А какая молитва может быть не ради тебя самого? Ну, помогите, помогите ему. У тебя есть ответ?
Петах-Тиква-Центр: (01:28:13) Когда я раскрываю эгоистическое желание в себе, я обращаю его к товарищу, и я поднимаю к Творцу вместо товарища, и я ставлю товарища вместо себя. Но всякий раз, все больше и больше, все быстрее и быстрее, я прихожу… Я слышал от Вас, что нам нужно заботиться об исправлении товарища.
М. Лайтман: Так.
Ученик: Я каждый раз раскрываю, что товарищ не нуждается в исправлении, что я – это тот, который нуждается в исправлении. Так просить о товарище, это лишь механизм? Не просить за себя?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Переводить все ощущения к товарищу, даже если товарищ не нуждается в исправлении? Я полон чувств, но чувства исчезают, и я вижу, что Творец не нуждается в моих желаниях, и товарищ не нуждается в моих желаниях. И я снова возвращаюсь в начальную точку: я тот, который нуждается в исправлении. Так что? Просить, чтобы доставить удовольствие Творцу, в этом решение? Как выйти из этого цикла?
М. Лайтман: Выйти из этого цикла, замкнутого круга, только через действие.
Ученик: (01:30:41) А какое действие? Действие – это заботиться об исправлении товарища, так я слышал.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Но снова, я попадаю в замкнутый круг.
М. Лайтман: Почему?
Ученик: Я раскрываю, что товарищ не нуждается в исправлении, это я нуждаюсь в исправлении.
М. Лайтман: Да. И?
Ученик: Но надо просить о товарище, о его исправлении. Это как бы лекарство – любить товарища, заботиться о товарище, заботиться о его исправлении, любить товарища. Но я раскрываю, что он не нуждается в исправлении, а это я нуждаюсь в исправлении. Как же выйти из замкнутого круга?
М. Лайтман: Ты сейчас обнаружил, что тебе нужно?
Ученик: Что мне нужно?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Я должен просить, чтобы Творец наполнил кли. Мне нужно кли отдачи.
М. Лайтман: Да. Ну?
Ученик: Но так просить… Товарищ – это как бы свет? Это свет, возвращающий к Источнику, он приходит в виде товарищей? Моя десятка все время двигает меня, они стараются придать мне правильную форму, заставить делать действия, которые доставляют наслаждение. Я желаю правильного кли, но не для себя. Но единственный, кто нуждается в исправлении – это я.
М. Лайтман: Да. А как ты приходишь к такому решению, что только ты нуждаешься в исправлении?
Ученик: (01:33:11) Мне понятно, что снова и снова я делаю действия, как будто я правильный, у всех проблемы, они делают неправильно. И тогда я вижу вокруг себя только действия, я вижу… Чему тут завидовать, в чем должна быть зависть? Я хочу только быть таким. Я не хороший пример, а они всегда показывают мне правильный пример. Так как же хотеть, чтобы они были лучше, чем то, что я вижу? Они ждут для меня.
М. Лайтман: Если ты чувствуешь так, то тебе надо только вознести эту молитву, и все. Мне кажется, что это решение.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:35:10) Я продолжу выяснение. К человеку, который раскрывает или видит, что Творец помогает ему увидеть, что у него есть проблема, эго сразу входит туда и портит связь. Как бы не дает тебе достаточно отменить себя, чтобы просить об исправлении. Ты видишь это и сразу убегаешь. Так каков совет? Мы видим, что при этом как бы раз за разом теряется исправление. Пропускаешь исправление. Так какое окружение должно быть у человека, чтобы он не мог убежать от этого исправления, чтобы он мог просить о нем?
М. Лайтман: Почему именно этот вопрос? Что человек должен вообще чувствовать?
Ученик: Человек должен чувствовать, что есть в нем ненавистник, есть в нем что-то, что мешает ему просить за других.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Он видит, что он не может, что он не дает свету распространиться вовне.
М. Лайтман: И на самом деле должен был бы просить за других?
Ученик: Да.
М. Лайтман: И не просит за других. А что, он просит за себя?
Ученик: Нет. Сейчас у него новая ситуация, он понимает истину, но он не может ею заняться, не может ее изменить.
М. Лайтман: То есть он как бы находится в тупике?
Ученик: Человек знает и чувствует, какой выход, что он может просить сразу, чтобы Тот позволил ему быть таким. Но эго сразу туда входит и портит эту связь. И не понятно, почему. Ведь человек уже понимает, что он нуждается в этом. И атаковать можно иным образом. Только когда человек раскрывает это место, это не значит, что решение там. То есть война не в этом месте. То есть, это раскрытие, но чтобы действительно прийти к решению, нужно работать иначе. Так это выглядит. Но где?
М. Лайтман: Ну, да. Это особая ситуация.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:38:10) Что значит любить других? Находиться в совпадении по свойствам с ними или наполнять их?
М. Лайтман: Любить других, это значит наполнять их.
Ученик: А как я могу их наполнить, если я – это только желание?
М. Лайтман: Это через тебя.
Ученик: Что это значит? Что я могу дать им?
М. Лайтман: Что им нужно для исправления?
Ученик: Чтобы Творец присутствовал между нами, пребывал между нами.
М. Лайтман: Хорошо. И что?
Ученик: И тут я в тупике.
М. Лайтман: Ладно, мы еще придем к этому. Мы еще к этому придем.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:39:10) Когда человек находится в виде женщины, когда у него есть сила работать на ближнего только в действии, а не в намерении, то приходят египтяне и говорят: оставь эту работу над объединением, над любовью к ближнему. Ты должен работать только в намерении. Это еще одно препятствие. И что тут можно сделать?
М. Лайтман: То, что говорят человеку, что ты должен работать только над намерениями.
Ученик: Да, у человека сейчас есть сила работать в любви к ближнему, делать для них трапезу, заниматься распространением, но только на таком уровне. И тут приходят египтяне и говорят: нет, намерение – это важно, оставьте действие.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Важно намерение. И тут они как бы еще больше ожесточают и заставляют пренебрегать работой в ло лишма. Ведь если у тебя нет намерения, ты должен работать и из этого прийти к намерению?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Вопрос: что можно ответить таким мыслям?
М. Лайтман: Может, нам надо перечитать две последние страницы.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:40:56) Для того, чтобы прийти к отдающим келим, тут начинается спор, война, потому что это находится в нашей природе. И как человек может приучить себя выходить из любви к себе и прийти к любви к ближнему? Как это вообще возможно? Что значит приучить себя?
М. Лайтман: Приучить себя – это значит стараться через силу совершать действие.
Ученик: Но он может почувствовать только то, что у него нет сил.
М. Лайтман: И все-таки ему надо через силу совершать действие.
Ученик: Объединение между нами должно основываться на необходимости помощи свыше? Это вопрос, я не знаю.
М. Лайтман: То есть надо ли нам объединиться в нашей негативной стороне? То есть то, что мы не можем со своей стороны, и тогда мы кричим Творцу – спаси.
Ученик: Да.
М. Лайтман: Или?
Ученик: Нет, необходимость, чтобы это пришло от Него свыше, через отрицание.
М. Лайтман: То есть вот это решение?
Ученик: Я спрашиваю, я не вижу, как человек может себя приучить к такой работе.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:42:30) Не знаю, товарищ спросил или утверждал, но все вопросы здесь замечательные, потому что все проходят одни и те же состояния. Не важно, что нам сейчас раскрывают, что я эгоист, или то, что товарищ неисправленный. Не важно, что раскрывают нам. Как ценить того, кто раскрыл это нам, и за это хвататься, что Творец раскрыл нам это состояние. Это важно, и с этого начинать работу, а не забывать о главном. Как удержать величие Творца вместе с раскрытием?
М. Лайтман: Но если ты раскрываешь, что то, что ты сейчас понимаешь, чувствуешь, что это приходит к тебе от Творца, то что тебе нужно еще?
Ученик: Прежде всего, сказать спасибо. Состояние ужасное, но спасибо, что Ты мне его раскрываешь. Прежде всего. И с этого все начинает проясняться, иначе можно заниматься тысячью состояний и не выйти из них. Может быть я ошибаюсь, я спрашиваю, как это сделать, чтобы действительно не запутаться в том, что раскрывается, и почему это раскрывается?
М. Лайтман: Это раскрывается для того, чтобы мы пришли к решению, по-видимому. Но это понятно, в какой ситуации мы приходим к решению, в каком случае.
Ученик: Я думаю, что он в конце говорит (последний абзац), что надо пойти к тому, что Творец, Тора и Исраэль едины, то есть всегда надо сочетать все. Нельзя чем-то пренебречь, потому что тогда мы пропадаем. Нет тогда решения.
М. Лайтман: Да. Так это... Ну так все-таки какое решение? Требовать, по-видимому. Просить, требовать, что? Что требовать?
Ученик: (01:45:12) Чтобы мы вместе держались. Удерживали вместе Творца.
М. Лайтман: Только если мы будем вместе, то решение как бы придет автоматически?
Ученик: Если нет, то нам не за что будет держаться. Если мы не будем об этом просить, что тогда? Что делать в состоянии, в которое мы падаем? Там ничего нет.
М. Лайтман: Это значит, что нам надо просить объединения. Потому что в нашем объединении мы собираем все наши желания, все наши хисароны. И их мы можем предоставить, подать Творцу. Может быть так?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:46:14) Объединение между нами – это нулевой уровень, и с этого мы начинаем? Когда нам удается справиться с любовью к товарищам, тогда мы поднимаемся на следующий этаж?
М. Лайтман: Можно так сказать, да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:46:40) Что значит исполнять любовь к товарищам не по причине любви, а по причине страха?
М. Лайтман: То есть что мы можем потерять. И такой подход, да.
Ученик: Так собственно, я остаюсь эгоистом. Я не люблю товарища, а просто хочу войти в чертог Царя?
М. Лайтман: Нет, я хочу прийти к любви к товарищам. У меня пока еще нет ее.
Ученик: Так еще раз. Он пишет здесь, что исполнять любовь к товарищам не по причине любви, а по причине страха. И не дают войти в любовь к Творцу, прежде чем входит в любовь к товарищам. То есть он боится, что он не исполняет любовь к товарищам, потому что он не может войти в чертог Царя.
М. Лайтман: А к любви к товарищам у него нет особой потребности?
Ученик: Да.
М. Лайтман: Так что же он делает?
Ученик: Но до того он пишет, что из любви к себе он не выходит и к любви к ближнему не приходит. То есть я объединяюсь не потому, что я люблю товарищей, а это что-то мое эгоистическое. Я все еще эгоист.
М. Лайтман: А если ты просишь любви товарищей, потому что у тебя нет другого пути, как только через них прийти к любви к Творцу?
Ученик: Это должно быть молитвой из глубины сердца, в сознании.
М. Лайтман: Ну, тогда есть о чем просить.
Ученик: Эта просьба должна прийти к Творцу через товарищей, через усилия в объединении к объединению?
М. Лайтман: Да. Тут вопрос, можем ли мы просить на два шага вперед?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:49:02) Продолжает то, что товарищ пытался выяснить, когда подменяют работу. Я хочу понять немножко. Йосеф же пришел с братьями к любви к товарищам. Они хотели объединиться, прийти к любви к Творцу без любви к товарищам?
М. Лайтман: Да.
Ученик: И тогда их выбросили в Египет. А Моше говорит, что мы можем направить все наше действие на Творца. Тогда, когда египтяне хотят подменить человеку работу, что они видят? Что он уже может совершать действия в любви к товарищам. И они хотят его уронить, что можно прийти к любви к Творцу без любви к товарищам, чтобы вернулся только к намерениям еще до того, как Йосеф собрал своих братьев, вернуть их еще до захода в изгнание. То есть я работаю на Творца, а любовь к товарищам – там нет ничего у меня.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И что человек может быть в любви к товарищам и направлять на Творца. Тогда они хотят его сбросить с точного намерения, которое основано на любви к товарищам, сбросить его только в действия, чтобы не направлять эти действия на Творца. Это та путаница?
М. Лайтман: Да, как бы. То есть дело действительно в этой точке.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:50:47) Тоже подробнее об этом моменте. Первый вопрос. Творец проводит нас через эти состояния. Нам есть что делать с тем, что наш эгоизм нас так путает, подменяет работу мужскую на женскую и наоборот – мы с этим можем что-то сделать? Или просто читать РАБАШа, посмотреть и сказать, даже с благодарностью: спасибо, что мы находимся на пути, и мы эти вещи ощущаем, и в какой-то момент придет освобождение. Нам есть что... Скажем так, он пишет, что человек идет по пути, а фараон начинает его путать, подменяет работу женскую на мужскую, любовь к товарищам, приближаться, а эгоизм говорит: не надо тебе действовать, давай занимайся намерениями, а потом, наоборот, действием. То есть путает со всех сторон. Вот весь этот процесс…
М. Лайтман: Это неверно. Эго – это ангел Творца, он не просто так путает человека. Нет такого в природе, чтобы в этом не было необходимости. То есть, если действует что-то на человека, это только для того, чтобы направить его, приблизить его к избавлению. Иначе это бы не работало, это понятно, потому что мир – это все ангелы. Так что ты хочешь сказать?
Ученик: Это как раз понятно, о чем Вы говорите, что все эти вещи, которые происходят с нами по пути, что как бы нам подменяют работу, что все это ангелы, как Вы сказали, которые в конце концов приводят нас к цели. Кроме того, что ты смотришь на процесс, который мы проходим, есть что-то, что мы можем сделать? Я даже подробнее скажу. Он в конце пишет, что все это для того, чтобы привести нас к состоянию разбиения перед Творцом, эти каторжные работы принудительные. В конце концов, мы же обратимся к Творцу, это ведь цель. В конце концов...
М. Лайтман: А какие должны быть состояния, чтобы мы обратились к Творцу, чтобы ты был в таком бесконечном крике?
Ученик: (01:53:37) Тут как раз и возникает вопрос. Я боюсь, я смотрю на весь этот процесс, и я смотрю: какая разница – прийти к разбиению, сломаться, обратиться к Творцу или впасть в безразличие? Есть тут такой момент, то есть человек работает, работает на пути, я читаю об этих состояниях, я так впечатляюсь: как здорово быть здесь и встретить каббалиста, который говорит об этом! Я даже получаю удовольствие от этого и чувствую благодарность, как говорит товарищ. Но на практике, когда я вижу, что должен прийти к слому, к крику, я боюсь, что из этих всех состояний я буду продолжать следовать пути и потом где-то там умру, а крик от этого слома, который должен прийти, не придет. То есть смысл вопроса вот в чем. Из того, что мы проходим, мы должны ждать, что и крик придет в конце концов, что Творец даст нам этот крик, или есть что-то, что я могу сделать?
М. Лайтман: А почему у нас нет крика? Почему, чего не хватает?
Ученик: Не знаю. Я читаю статью и говорю: я столько сделал действий, чтобы приблизиться к товарищам, любовь к товарищам. Пришли мысли: ага, тебе говорят, недостаточно действий, делай действия, а потом намерения, потом снова действия… То есть путают. Но крик, крик! То есть я могу годами работать: действия-намерения, намерения-действия, путаться. Замкнутый круг. И...
М. Лайтман: Прекрасно. Замечательное ощущение.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:55:27) Сегодня мы так глубоко погружаемся, и как раз то, что написано в статье. А в чем выражается это отягощение, что, собственно, Творец отягощает сердце фараона? То есть чем Он отягощает наше сердце?
М. Лайтман: Когда человек чувствует себя… даже не чувствует себя запутанным, а он запутан. Затем, да, это зависит от того, насколько он связан с товарищами и чувствует, что он находится в путанице.
Ученик: Тогда я спрошу по-другому. То есть 400 лет надо работать. Это ведь не годы, это ступени, по-видимому. В чем разница между одной ступенью и другой в этой работе в Египте?
М. Лайтман: Что человек чувствует себя в большей глубине. В большей глубине в работе.
Ученик: Раскрытие того, что Творец раскрывается человеку тем, что Он отягощает сердце фараона – это на одном каком-то этапе, или человек это понимает каждый раз заново на протяжении этих 400 лет?
М. Лайтман: Человек это понимает заново – я не знаю, что ты имеешь в виду под «заново». Он больше понимает причины и результаты того, что прошел.
Ученик: Еще один вопрос. Мы работаем много, пока змей вдруг не раскрывается. Среди всех желаний и всего, вдруг ты видишь, где находится этот змей, он как бы обнаружился. И когда его видят, прежде чем ты его поймаешь, прежде чем ты его за хвост схватишь, он раз – исчез. И это много-много страданий потом приносит. Столько работы ты сделал, удалось попросить, увидеть истину, и раз – все убежало, исчезло. Может, в этом и есть это отягощение заново, что человек чувствует и впадает в отчаяние? Я думаю, что, может быть, это имеется в виду, может быть, в этом как раз дело – отягощение?
М. Лайтман: Да, что мы не можем ухватить этого змея, раскрыть истину.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:58:21) В продолжение товарища. Как ускорить весь этот процесс? Это личная работа или…
М. Лайтман: С помощью внимания каждого и всех вместе.
Ученик: Хорошо. Скажем, обращаем это внимание, совершаем работу, пытаемся сделать эту работу в этих состояниях. Вопрос: как ускорить это время?
М. Лайтман: Ускорение времени зависит от обращения внимания.
Ученик: Это моя личная работа? Каждый из нас должен, собственно, обращать внимание?
М. Лайтман: Все мы.
Ученик: Скажем, в десятке. Нам нужно работать над этими состояниями, как бы количество, качество этих состояний, которые надо пройти? Или просто продолжать? Потому что ощущение, как товарищ сказал, такое, тебя бросает из стороны в сторону, ты обнаруживаешь: ты вдруг тут, потом ты вдруг там. Такая повседневная работа, утром ты встал, и все, и на работу, работаешь больше, работаешь меньше. Но вопрос, как все это ускорить, как двигаться в этом направлении?
М. Лайтман: Как ускорить? С помощью объединения вместе в молитве.
Ученик: А что мы объединяем?
М. Лайтман: Мы объединяем наши крики в один общий крик. Как сказано: возопили сыны Израиля от работы.
Ученик: Что значит соединить крики?
М. Лайтман: Что мы чувствуем друг друга, и от общего разочарования, от общего отчаяния поднимаем крик, хисарон, МАН.
Ученик: (02:00:40) Ну, мы сидим в десятке, встречаемся в зуме, выясняем эти вещи, читаем, делимся. Я чувствую, что все время двигаемся вокруг всего этого. Вы вчера сказали: давайте-ка 20-30 раз в день выясняйте, повторяйте, возвращайтесь к этому. Но я не могу сказать, что чувствую, что мы соединили крики, что действительно объединили крики.
М. Лайтман: Ты не чувствуешь, что ты объединился в крике с товарищами?
Ученик: Я не знаю даже, могу ли я это измерить. Приходим к таким моментам. Подключаемся в зум, иногда несколько товарищей открывают сердце, и ты чувствуешь: ого! Все мы чувствуем что-то такое, но сказать, что я знаю: ага, это и есть та точка, и как надо приходить каждый день или все время. То есть иногда понимаем, к чему надо прийти. Но как это ускорить? Я думаю, что мы все чувствуем необходимость в этом направлении. Это уже не вопрос.
М. Лайтман: Видимо, нужно прийти к состоянию, когда в крике мы чувствуем объединение между нами.
Ученик: Ну, смотрите, были на протяжении многих лет много состояний, таких драматических состояний, скажем так. Ты приходишь, но все просто сосредотачивается на одной точке, ты даже готов не спать и два дня, и… Ну, что на самом деле? Но ощущение, что мы говорим о таком моменте... А может быть, и да. Как бы это наша жизнь, может быть, и есть эта точка. То есть мы должны прийти к какому-то очень драматическому состоянию, когда все условия так складываются от самых внутренних до самых внешних, что все это обращается туда. И ты говоришь: все, ничего другого нет, только это, мы перед Высшей силой. И произойдет какое-то чудо, Он сделает? Или мы должны просто жить жизнью каббалистов, когда каждый день заново строится эта связь с Творцом?
М. Лайтман: «Каждый день», это уже существует. Но какое состояние должно быть, чтобы я сказал, что Творец завершит за меня?
Ученик: (02:03:18) Это вопрос. Он говорит, что то, что есть у него кли и желание к отдающим келим, дает возможность получать свет, который называется душой. То есть человек начинает получать кли, и тем самым не может закончить, он кричит Творцу, что… и тогда получает свет. Понятно, что мы все не можем закончить эту работу, это даже не вопрос. Никто ведь, наверное, не думает: ну, а что, что мы не сделали в первой половине, к какому крику мы еще не пришли?
М. Лайтман: Да. Ладно. Нужна еще подготовка. Еще часть подготовки.
Вопрос (Киев-1): (02:04:23) Тут он пишет неоднократно в статье, что занимаемся мы различными действиями, но не ставим перед собой задачу приобрести любовь к товарищам, чтобы прийти к любви к Творцу. Это резкое такое заявление. Как нам это намерение каждый раз держать в любом нашем действии? Что значит, что я это намерение перед собой держу каждый раз?
М. Лайтман: Нет, это понятие внутреннего ощущения. Как можно сказать: что значит удерживать намерение?
Ученик: Так, а что это за внутреннее ощущение должно быть?
М. Лайтман: Что мы находимся в смятении. Как мы можем требовать от Творца помощь? Это сегодня непонятно, то, что я слышу. То есть как бы Творец спрашивает, чего вы хотите, а мы не можем практически сказать, чего нам не хватает.
Ученик: А какой правильный ответ?
М. Лайтман: Мы должны найти его. Понятно?
Вопрос (Москва-1): (02:06:19) А вот как раз в продолжение о чем молиться. Вопросы товарищей кажутся длинными и неинтересными. Мы не понимаем вообще, о чем молиться в таком состоянии?
М. Лайтман: О чем мы должны молиться? Это непонятно?
Ученик: Непонятно.
М. Лайтман: Не то, что мы не понимаем, мы не чувствуем в сердце тот самый хисарон, ту боль, о которой мы должны вскричать, и тогда Творец начнет раскрываться в этой боли. Этого у нас еще нет. Но таково состояние, ладно. Это состояние приходит от Творца и нам нужно найти на него правильный ответ.
Что у нас еще?
Вопрос (Москва-8): (02:07:29) Здесь написано: а человек должен сказать, благословен тот, кто сказал и возник мир. И тогда он видит, что говорит это неискренне. С помощью каких действий мы сможем прийти к искренности?
М. Лайтман: Да, это проблема, нужно выяснить. Я понимаю.
Вопрос (Москва-7): (02:08:00) Помимо всего прочего остался вопрос в воздухе: можем ли мы просить на два шага вперед? И в конце выяснение было такое, что, видимо, мы должны прийти к состоянию, когда мы чувствуем в крике объединение между нами. Можем ли мы просить на два шага вперед, и чтобы эта просьба была почувствовать в крике объединение между нами?
М. Лайтман: Ладно. Короче, нам есть еще что выяснять. Есть нам что еще выяснить.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:08:48) Правильно ли просить? Просто просить: дай нам общую просьбу, чтобы у нас было общее требование.
М. Лайтман: Мы видим, что этого недостаточно. Должен быть более глубокий вопрос.
Ученик: Вот сегодня весь урок мы слышали, что очень широкий спектр просьб у каждого, так, так и так. То есть каждый, кто встал и просил что-то свое, иное. Так почему бы не просить вместе: ну, выясни нам правильную просьбу.
М. Лайтман: Хорошо.
М. Лайтман: Ладно, что у нас вообще еще на уроке?
Чтец: А это для Йеуды.
М. Лайтман: Читать. Мы успеем? Хватит нам времени?
Чтец: Ну, хотя бы начнем. Перейдем к следующей части урока.
Набор: Команда синхронного набора
Шмот, 10:1.↩
Зоар, Бо, п. 36.↩
Йехезкель, 29:3.↩
Ваикра, 25:38.↩
Пасхальная Аггада.↩
Зоар, Бо, п. 38.↩
Описка. В трактате Кидушин эта цитата приводится от имени р. Шимона бен Леви.↩
Псалмы, 37:32.↩
Псалмы, 37:33. Творец не оставит его [праведника] в руке его [нечестивого] и не [даст] обвинить его на суде его↩
Трактат Кидушин, 30:2.↩
Из благословения перед утренним чтением псалмов.↩
Трактат Кидушин, 30:2.↩
Ваикра, 19:18.↩
Берешит Раба, 24:7.↩
Трактат Шабат, 104:1.↩
Зоар, Ноах, п. 63.↩
Трактат Евамот, 64:1.↩
Шмот, 6:7.↩
Трактат Брахот, 38:2.↩
Шмот, 1:11.↩
Трактат Сота, 11:1.↩
Трактат Сота, 11:1. Комм. Раши.↩
Шмот, 1:14.↩
Трактат Сота, 11:2.↩
Шмот, 1:13.↩
Трактат Брахот, 32:1.↩
Рамбам, Мишне Тора, Законы возвращения, 10:5.↩
Трактат Сота, 11:2. Комм. Раши.↩
Трактат Сота, 11:2.↩
Из молитвы «Авдала», которую произносят на исходе субботы.↩