Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок №1, 3 июля 2021 года

Работа в подъемах и падениях

Чтец: Мы учим нашу тему: «Работа в подъемах и падениях». Будем читать избранные отрывки из первоисточников.

М. Лайтман: Да. Я постараюсь читать и объяснять, потому что тема очень важная и очень волнующая, потому что мы всякий раз находимся в подъемах и падениях, и как мы должны работать с ними и взять от них максимальную пользу. Как колесо: как половина продвигается вперед, так вторая половина продвигается назад. Как мы можем работать с этими двумя частями вместе – так, чтобы и подъемы, и падения, и в особенности падения, продвигали бы нас? Потому что, в общем, то, что нам нужно – это хисарон.

Высшее благо находится вокруг нас. «Вся земля полна Славой Его», что называется, бесконечный свет, и нам нужен только хисарон к нему. Поэтому именно в падениях, если мы правильно пользуемся ими, мы раскрываем хисарон правильным образом. И тогда приходит свет и исправляет хисарон, чтобы соответствовал раскрытию света в нем, и так мы каждый раз продвигаемся. Поэтому мы должны очень уважать падения и понимать, что именно в них мы раскрываем правильное кли для продвижения к Творцу. В подъемах тоже есть работа, но главным образом − работа в падениях, что называется «по ночам». (02:15)

Тот, кто готовит себя к этому, выигрывает во времени, в темпе и в качестве продвижения тоже. Мы видим из разных текстов каббалистов, из Псалмов Царя Давида, насколько каббалисты всегда учили и делали какую-то работу по объединению именно по ночам (в материальных, астрономических ночах), потому что страдания нашей работы − во тьме. То есть мы хотим поднять разбитые келим Адама Ришона, присоединить их к объединению между нами и подготовить из них место для исправления, которое происходит благодаря свету и наполнению. Это и есть работа.

Поэтому, по сути дела − в противоположность всему миру и в противоположность всем начинающим, которые не очень-то любят отрывы и падения, мы, когда продвигаемся, должны всё больше и больше ощущать, насколько именно в падениях есть особый вкус. Как нет еды без приправы, невозможно есть без соли, без перца, без разных приправ, так и мы должны понимать, что именно эти добавки от наших хисаронов дают вкус свету, именно это делает свет ощущаемым в 620 раз больше, чем то, что было без нашего входа во тьму. (04:15)

Поэтому мы должны обращать внимание, как работать в падениях, во тьме, в состоянии, когда мы вначале не очень ощущаем, что в этом есть польза, что лучше было бы без падений, без проблем, без тьмы, без разделения, без разочарования. Но потом мы начинаем действительно ценить эти состояния, потому что именно благодаря им, именно проходя через эти состояния, мы ощущаем особые вкусы, особые входы, которые более правильно удерживают свет как добрый, где точки тьмы, состояния тьмы дают нам вкусы в свете. Иначе это просто свет без всякого вкуса.

Возьмите, например, что-нибудь сладкое, просто сладкое, на 100% сладкое – это вообще невозможно есть. Вы знаете, что когда делают торт, туда добавляют ром, коньяк, разные такие даже острые вещи: соль, перец для того, чтобы уравновесить, сгладить вкус сладости. Потому что невозможно узнать свет, получать свет без тьмы, преимущество света − именно из тьмы.

Поэтому работа в подъемах и падениях должна быть всё время, всё время одно за другим. Насколько мы можем выделить тьму, ощутить в ней хисароны, ощутить в ней разные свойства, якобы негативные, – именно благодаря этому мы можем больше раскрыть свет как добрый. А когда мы раскрываем свет как добрый, именно это и приходит, поскольку мы ощутили вкус тьмы.

Поэтому по дороге к Окончательному, совершенному состоянию – Гмар Тикуну, к которому мы стремимся, мы должны раскрыть всю тьму, которая есть, которую Творец приготовил нам именно при разбиении кли Адама Ришона. Это то, что Он сделал, это то, что Он подготовил нам. И благодаря тому, что мы раскрываем всякий раз больше и больше решимот от разбиения – благодаря этому мы всё больше и больше можем почувствовать вкусы, разные нюансы в свете, в отношении Творца к нам. (07:13)

Давайте, мы начнем эти отрывки и посмотрим, что пишут об этом РАБАШ, Бааль Сулам.

1. Любую вещь, вкус которой человек хочет попробовать [чтобы понять,] стоит ли ему использовать ее, он обязан изучать по контрасту, как сказано: «Как превосходство света над тьмой». Подобно тому, как человек не может наслаждаться покоем, если он не знает, что такое усталость. Поэтому человек обязан пройти процесс подъемов и падений, но не впечатляться падениями, а прилагать усилия, чтобы не убежать с поля боя. Поэтому, хотя в процессе работы он должен осознавать, что это две [разные] вещи, однако в конце работы он видит, что свет и тьма подобны двум ногам, которые ведут человека к цели. [РАБАШ. Статья 34 (1988) «Что такое день и ночь в духовной работе»] (08:26)

Чтец: Повторное чтение отрывка (08:30-09:38)

М. Лайтман: Ну, начнем выяснять эти вещи.

Вопрос (Киев-1): Как все-таки, находясь в падении, действительно прийти к вкусу подъема, к раскрытию Творца, к свету, а не просто перетерпеть, например, это падение? Сделать его подъемом?

М. Лайтман: Прежде всего это зависит от величины души: большая она или маленькая. То есть, большое или маленькое кли есть у человека. Мы не можем измерить это каждый сами и не можем, тем более, сравнить наши келим: что у меня с товарищами, между десятками. Мы не можем еще этого сделать. Это потом мы увидим, как мы можем измерить и сравнить, и познать это, и работать с этим во взаимном дополнении.

Поэтому у нас нет выбора, мы обязаны принимать наши состояния и удерживать себя таким образом, когда каждое состояние, которое есть у нас, есть у каждого частным образом, все эти состояния обязаны раскрыться на пути к Окончательному исправлению. Поэтому то, что дается нам, только ускоряет наша развитие. И это зависит от того, насколько «человек да поможет ближнему», насколько мы приблизимся друг к другу. Согласно этому мы очень быстро узна́ем, как реализовывать эти состояния (и подъемы, и падения) и вести к тому, чтобы мы приблизились и соединились и с помощью подъемов, и с помощью падений. (11:46)

Это как в нашем мире − мы понимаем, что не может быть одно без другого. Возьмите электричество, магнетизм, любые природные явления, притяжение-отталкивание, ничто не может существовать, если за этим не стоит вторая сила. И у нас тоже. Мы должны понимать это не как маленькие дети, что может быть только сладкое – это невозможно, мы понимаем, что обязана быть противоположная вещь. Как сказано, любая вещь, которая выясняется, выясняется только из противоположного, и именно когда оба они дополняют друг друга, мы можем понять, что такое свет, и что такое тьма, а иначе мы не различали бы ни одно из них. (12:37)

Ученик: Скажите, но когда раскрывается падение, как можно описать самый быстрый и эффективный способ использовать его?

М. Лайтман: Самая лучшая методика работать во время падения, это когда я начинаю ценить падение и принимать его как подъем. «Преимущество света из тьмы», поэтому у тьмы есть роль не меньше, чем у света. И я отношусь к ним обоим творчески, не может быть одно без другого. Поэтому состояния, которые я прохожу во тьме, должны быть для меня состояниями, в которых я как раз понимаю больше, ощущаю в них больше. Я начинаю видеть бо́льшую работу Творца надо мной, почему Он делает это со мной, что Он делает, чего Он хочет. И я начинаю наслаждаться этими состояниями не просто, как светом.

Мы видим, что сутки, день и ночь, согласно науке каббала, начинаются с вечера: «И был вечер, и было утро – день один». То есть прежде всего каждое состояние начинается с тьмы, с ночи, оттого, что человек не получает свет. А почему не получает свет? Это раскрываются в нем новые келим, разбитые, потому что мы все − результат разбиения Адама Ришона, и тогда эти раскрывающиеся келим несут нам тьму.

И мы должны внутри себя организовать эту тьму и подготовить наше отношение к тьме так, чтобы через тьму мы начали видеть свет. Потому что на самом деле нет тьмы, всё полно светом. Земной шар крутится вокруг солнца, и он скрывает от нас свет (земной шар, земля – это желание), а потом раскрывает. (14:49)

И в духовном это тоже так. Мы получаем тьму, потому что есть добавки желания получать, которые раскрываются друг за другом. То есть раскрывается большее желание получать, мы ощущаем тьму, и если мы относимся к ней правильно, тогда превращаем ее в новый день, новый свет. И снова, когда мы пользуемся им целиком, снова наступает тьма. Но это уже новая тьма, новая ночь, и мы снова готовим себя к новому дню. И так из тьмы к свету, из тьмы к свету – это наша работа. (15:59)

Ученик: А мы можем как каббалисты или как ученики-каббалисты, крутить этот земной шар быстрее?

М. Лайтман: Это зависит от нас, конечно! Это зависит от нас. Написано, что «Исраэль ускоряют время, освящают время» (от слова «святость»). Так написано, что всё зависит от нас, пока мы не приходим к состоянию, что нет разницы между тьмой и светом, а все это − один день. Просто, если я пришел к исправлению, то для меня нет тьмы и света – всё − один день, всё − один свет, свет бесконечности. (16:26)

Ученик: Это потому, что мы воспринимаем и тьму, и свет одинаково, либо потому, что состояния так быстро меняется, что нет разницы?

М. Лайтман: Ты говоришь, как архитектор. Это раскрывается − только день, только свет, потому что мы поднимаемся над желанием получать, над земным шаром. И тогда там – только свет. (17:19)

Вопрос (Петах-Тиква-31): Есть ли разница между падением, которое является следствием наполнения напрямую и следствием продвижения?

М. Лайтман: Мы не знаем, откуда приходят падения, но мы можем ускорить время. То есть приблизить новые падения, чтобы над ними были новые подъемы, и так это будет. Но с помощью чего именно мы можем привести к падению и подъему точно (не в общем, а в точности), мы не знаем, потому что это зависит от решимот, которые должны раскрыться. И кроме того, это зависит от общего времени в группе, в других десятках, соседних с нами, и так далее. (18:30)

Вопрос (Петах-Тиква-35): Что означает «выделить тьму», и как мы с этим работаем в десятке?

М. Лайтман: У тебя есть достаточно статей РАБАШа, который пишет об этом. Мы должны относиться к тьме, как к свету, прежде всего − принимать эти состояния, что они приходят от Творца. И поэтому, если я вхожу напрямую в Источник, в Творца, то мне должно быть не важно, что я получаю от Него: тьму или свет. Главное, что я пользуюсь тем, что получаю от Него, и так, чтобы приблизиться к Нему.

Ученик: А что значит выявить, увеличить тьму?

М. Лайтман: Я просто даю тьме важность не меньше, чем свету. (19:31)

Вопрос (Тель-Авив-3): РАБАШ нам пишет, что падения и подъемы – это две ноги, которые ведут к цели. А какова цель, которую человек должен ставить перед собой в любом раскрывающемся состоянии?

М. Лайтман: Когда он поднялся над тьмой и светом так, что главное для него – это связь с Творцом, с Источником. Творец – это Источник тьмы и света, и я хочу, благодаря ощущениям тьмы и света, соединиться с Ним. И тогда для меня не важно, тьма или свет, главное, что я всё время направлен на их Источник, на Творца. (20:20)

Вопрос (Голландия-1): Что означает почувствовать этот вкус? Что определяет этот вкус? Как нам в точности знать, о каком вкусе я должен просить, какой вкус должен добавлять? Как это выяснить?

М. Лайтман: Я не знаю, какой вкус, и на самом деле не очень понимаю твой вопрос.

Чтец: Он имеет в виду то, о чем здесь сказано, – любую вещь, вкус которой он хочет попробовать. Поэтому он спрашивает, что это за вкус? Какой вкус надо добавить?

М. Лайтман: Любую вещь, вкус которой человек хочет попробовать, чтобы понять, стоит ли ему пользоваться ею, он обязан изучить по контрасту. Это всегда так, как «преимущество света из тьмы». Это то, что мы должны главным образом, то, что нам надо. Это подобно тому, как человек не может наслаждаться покоем, если он не знает, что такое усталость.

Поэтому мы находимся в смене состояний: отдаление-приближение, отдаление-приближение, так Творец всё время занимается нами. Как мы, допустим, учим маленького ребенка идти: мы ставим его перед собой, держим руками, он с трудом стоит. И мы хотим, чтобы он начал идти, мы оставляем его и отдаляемся от него, и тогда у него нет выбора. Он стоит, плачет, но выбора нет, он делает какой- то шаг вперед и хватает наши руки. Мы снова оставляем его и сдвигаемся назад, и у него нет выбора, он снова идет вперед. Это точно, как мы учим детей, так и Творец обучает нас.

Вопрос (Алматы): Почему тьма для каббалиста становится важнее подъема?

М. Лайтман: Потому что во тьме раскрываются разные правильные хисароны, которые отделяют нас от Творца, между нами и Творцом, и тогда мы можем исправить их и приблизиться. Невозможно без тьмы: я не знаю, где мне приблизиться, что нужно исправить, где движение, которое я должен сделать внутри себя для того, чтобы быть больше соединенным с товарищами и с Творцом. Поэтому ощущение тьмы необходимо.

И как раз каббалисты известны тем, что делают работу по ночам, ночью, из стражи. Ночью мы строим наши келим для света, и когда наши келим готовы, в них раскрывается свет – это называется «день». То есть нет дня, и нет ночи – мы находимся в мире, целиком наполненном светом. Творец находится и наполняет всё мироздание. Это не как солнечный свет, когда мы видим солнце или нет, а мы находимся в состоянии, которое целиком – свет.

И тогда приходит тьма − из того, что мы не можем раскрыть свет из-за отсутствия наших келим. Если мы готовим наши келим, то начинаем постепенно видеть свет, что он существует, и мы существуем в нем. Это начало дня, и мы проходим так в ощущении света, как день. А потом снова раскрываются новые решимот, испорченные, и постепенно (это как солнце садится) мы входим в вечер и в ночь.

И снова мы исправляем наши разбитые келим, которые раскроются сейчас в конце дня, и готовим себя к следующему дню. И когда мы подготовили их, мы снова раскрываем свет, завтрашний день. И так мы продвигаемся. То есть мы определяем, каждый, каждая десятка определяет для себя, когда свет, когда тьма, когда ночь, когда день. Это так. (25:40)

Вопрос (Африка-1): Может ли нанести ущерб нашей учебе ощущение подъема, и если да, то что делать?

М. Лайтман: Только одно может нанести ущерб нашей работе – это когда мы не успеваем соединиться между собой, когда раскрывается какое-то отдаление между нами в разных видах и характерах. Мы должны сразу работать над этим для того, чтобы изгнать его. Изгнать, то есть быть над ним, внести это отдаление как раз внутрь нашей работы, когда мы покрываем его объединением. И так все отдаления, которые раскрываются: мы покрываем их объединениями между собой.

Вопрос (Италия-2): Ощущение, что ты находишься во тьме, является хорошим ощущением. Есть страх перед такими ощущениями, никогда не хочется заходить в такие ощущения. Но это ощущение тоже приходит благодаря свету?

М. Лайтман: Конечно, это приходит благодаря свету. На самом деле, нет тьмы − ахораим, задняя часть света, обратная форма света, называется тьмой.

Есть два языка в науке каббала: иврит и арамейский. В иврите ор – это день, свет, а на арамейском – орта, это тоже как свет, но поскольку это обратный язык, то это ночь.

То есть нет разницы, кроме как относительно человека, как он принимает: арамейский – это со стороны келим, а иврит – со стороны света, и так они оба работают над нами. (28:51)

Вопрос (Солт-Лейк-Сити): Каковы последствия для товарища, который убежал с поля боя?

М. Лайтман: Он не находится ни в наших подъемах, ни в наших падениях, а как будто выпал из этого продвижения. Мы должны как-то помочь ему не полностью выпасть, рассматривать его, как больного, скажем, как он не может пока делать что-то, но оставить ему место. Насколько можно, мы оставляем ему место. Если он захочет вернуться, пусть вернется. Вот и всё. Только при условии, что он не мешает, что просто не хочет вредить нам. Если он хочет вредить десятке, то мы уже прекращаем с ним всякую связь. (30:09)

Вопрос (МАК 6): Как быть? Я просил новую ступень, ее дали и долгое время сил хватало только на механическую молитву. Такое ощущение, что превратился даже не в животное, а в материю. Я что-то не так делал?

М. Лайтман: Не об этом ты должен молиться. Ты должен молиться только об объединении с товарищами и ни о чем другом. Это кли, в котором ты раскроешь свою следующую ступень. Не забывай о кли.

Вопрос (РТ 27): Только когда есть сильное давление, страхи в келим этого мира, тогда чувствуется необходимость в том, чтобы связаться полным образом с десяткой и Творцом. Как только это давление снижается, сразу пропадает необходимость в правильном объединении и возникает страшное ощущение, что я всё время нуждаюсь в давлении этого мира, потому что только тогда есть шанс на связь с Творцом и товарищами.

М. Лайтман: Это пока еще всё недостаточная связь, недостаток веры. Это придет. Только продолжать, продолжать, продолжать с возможно большей частотой.

Вопрос (Волга): Я в работе замечаю, что процентов 90 времени нахожусь в каком-то промежуточном состоянии. Это ни подъем и ни падение. Как грамотно вывести себя отсюда, хоть туда, хоть сюда?

М. Лайтман: Я понимаю тебя. Такие состояния присутствуют и еще будут наступать. Я рекомендую делать это с помощью связей с товарищами, механических связей, и через распространение, чтобы у тебя была какая-то группа, где ты объясняешь, что такое наука каббала и тянешь людей к тому, чтобы они приблизились к этому. Благодаря этому ты сможешь ускорить время и изменить его так, чтобы каждое время, каждое состояние выделялось бы. Но если ты один, или связь между вами слабая, тогда вы как бы подвешены в воздухе.

Чтец: Нам прислали замечательный отрывок из РАБАШа. Можно прочитать его? Уже выставлено.

М. Лайтман: Какой отрывок?

Чтец: Отрывок из третьего тома РАБАШа, продолжение из того, что мы учим о свете и тьме. Прочитать или пойдем вперед?

М. Лайтман: Я не знаю, я не читал. Я не знаю, о чем ты говоришь.

Чтец: Уже выставлено в системах. Есть перевод.

М. Лайтман: В каких системах?

Чтец: В системах переводчиков. Нет проблемы прочитать. Но можно идти дальше.

М. Лайтман: Где написано, у нас тут?

Чтец: Нет, в документе его нет. Это добавка.

М. Лайтман: Добавка – добавка. Продолжаем.

Чтец: Продолжаем. Второй отрывок. Пишет РАБАШ: (34:16)

2. Человек должен обращать на это внимание и верить, что Творец помогает ему и направляет его, чтобы он шел по пути, ведущему в царский чертог. Получается, что он должен радоваться тому, что Творец управляет им и дает ему также и падения. Другими словами, человек должен верить, что, как человек может понять, что Творец дает ему подъемы, ведь тут нет сомнения, что человек не может сказать, что это он сам получил подъемы, а это Творец желает приблизить его, поэтому Он дает ему подъемы – так же человек должен верить, что и падения дает ему Творец, поскольку Он желает приблизить Его. [РАБАШ. Статья 6 (1990) «Когда человек должен пользоваться гордостью в духовной работе»] (35:04)

Повторное чтение отрывка (35:14-36:07)

М. Лайтман: Я вижу, что это понятно, да? Это понятно, но это говорит о многом. То есть и подъемы, и падения я отношу к Творцу. И если я чувствую в одном из них больше, чем во втором – это признак того, что мое желание получать всё еще направляет меня на состояния, в которых удобнее, в которых есть больше удовольствий. А если я исправляю желание получать, то нет подъемов и падений, всё является состоянием объединения с Творцом.

Вопрос (Hebrew 10): Раньше мы слышали, что каждая десятка должна решить сама, находится она в подъеме или в падении. Вопрос: как она производит это выяснение и как она решает?

М. Лайтман: Прежде всего человек должен точно знать, в каком состоянии он находится. И если есть связь между ними, то они уже могут поговорить об их общем состоянии. Но если нет связи между ними, то слова не помогут. Они не могут сблизиться с помощью того, что будут говорить. Мы не находимся в каком-то объединении, как в правительстве или там еще где-то, где мы проводим собрания.

Мы должны почувствовать, что находимся вместе в таких состояниях, в наших усилиях, в подъемах, в падениях, и поэтому разговоры не очень помогают. Они должны проявиться благодаря нашему общему ощущению.

Твой вопрос нереален для духовного, непрактичен. Он практичен, когда ты сидишь с женой или со своими родственниками, или с кем-то на работе каким-то образом, и вы обсуждаете ваши отношения. В духовном это не так. В духовном − из того, что мы стремимся к единой цели, к единому стилю, мы начинаем чувствовать, что находимся в этом, между нами должно проявиться общее ощущение. Иначе это будут просто слова.

Вопрос (Тель-Авив 4): Правильно ли думать, когда я думаю о десятке и о Творце, что это подъем, а если я не думаю, то это падение?

М. Лайтман: Можно и так сказать. Да, разумеется, это один из признаков.

Вопрос (Франция): Хотел спросить. Упражнение, которое Вы дали, где мы должны проверить состояние десятки. Мы видели, что или мы все всё время в падении, или все в подъеме. И как понять этот результат?

М. Лайтман: Это потом. Если мы работаем между нами и все время стремимся быть в подъеме, что даже и наши падения мы начинаем ценить как подъемы, то выходит, что мы восполняем друг друга, и так мы продвигаемся. Так мы катимся, как колесо. Это называется, что мы начинаем проходить кругообороты между нами, вместе. Если мы объединяемся в таких состояниях, что часть сверху, часть снизу, в любом состоянии, но мы крутимся вместе, мы вместе стремимся к той же цели, мы дополняем друг друга в ощущении, в понимании, в общей цели. (41:00)

Вопрос (чтец): Может быть, в десятке есть товарищи, у которых внутренний характер больше соответствует работе в падениях, а у кого-то больше соответствует в работе в подъемах?

М. Лайтман: Так происходит, и даже во многих десятках. Но нам еще рано такое выяснять. Это раскроется, и тогда мы об этом поговорим.

Вопрос (Петах-Тиква-24): По поводу падения. Падение – это вопрос только ощущения или это вопрос понимания? Потому что я могу чувствовать плохо – РАБАШ говорит, что это как раз хорошо, это признак продвижения. Как мне определить, что я в падении или в подъеме? Должен ли я вообще определять это?

М. Лайтман: То, что РАБАШ пишет – это РАБАШ пишет. Но как ты́ определяешь – для тебя это падение или подъем?

Ученик: Это и есть вопрос.

М. Лайтман: Нет, это не вопрос. Наша работа – превращать тьму в свет, и проводить работу именно ночами, готовить келим. В той мере, в которой мы готовим наши келим к свету, мы начинаем чувствовать в них свет.

Нет тьмы и света, как у нас на земном шаре, когда мы крутимся вокруг нашей оси, и тогда у нас есть день и ночь в зависимости от того, с какой стороны мы находимся по отношению к солнцу.

Но мы здесь должны делать нашу общую работу. Всё. И если мы определяем, что наше состояние – это слияние, и насколько была тьма – мы превращаем ее в келим слияния, то мы входим в день, в свет. «И тьма будет светить как день» – так написано, так должно быть. И всё. Нет тьмы, нет ночи – всё является днем, день единый для Творца.

Ученик: Я могу ощущать хорошо и не думать сейчас особенно о товарищах. По сути дела, на самом деле я оторван: есть другие вещи, которые наполняют меня. Я могу ощущать плохо, и тоже без всякой связи с десяткой. Так как мне определить, что я в подъеме, в падении?

М. Лайтман: Ты должен решить, где ты находишься: в своем «животном», которое хочет сидеть в будке и только чувствовать, что ему хорошо, или ты хочешь быть в твоей душе и тогда чувствовать, что тебе хорошо при условии, когда ты не чувствуешь тьму, а только свет, поскольку ты принимаешь это от Творца. И это не потому, что есть тьма и свет, а потому что ты принимаешь от Творца, и поэтому для тебя всё – свет. (44:25)

Ученик: То есть это всё в разуме, это оторвано от ощущения?

М. Лайтман: Я думаю, что это только в ощущении. Ты думаешь, что это в разуме – пусть будет пока в разуме. Я вообще не понимаю, как можно говорить о разуме в науке каббала, если наше кли – это желание.

Вопрос (Алматы-1): Мне кажется, что я неправильно воспринимаю подъемы или падения, потому что как только я чувствую связь с десяткой, в это же мгновение мне раскрывается, что я полностью погружен в свое желание получать. Как держать правильное направление, верное, истинное?

М. Лайтман: Объединение в десятке и направление вместе с десяткой на Творца – это правильное и хорошее направление. И я стараюсь находиться в этом состоянии, в этом направлении всё время, несмотря на все разные решимот, разные состояния, которые проходят по мне.

Вопрос (Петах-Тиква-31): Должны ли мы прийти к состоянию, когда падения ощущаются вне нас, как ученые, которые исследуют явления вне себя, или как раз входить внутрь и включиться в эти состояния?

М. Лайтман: Только внутри нас. Вся наука каббала – это изучение ощущения, которое проходит желание получать человека. Нет ничего, что было бы в действительности, кроме желания, и мы изучаем только перемены желаний, которые мы чувствуем в этих изменениях.

Вопрос (Чтец): Он начинает этот отрывок и пишет, что человек должен обращать на это внимание и верить, что Творец помогает ему, он может идти по пути, ведущему в Царский чертог. Есть ли совет, как больше обращать внимание?

М. Лайтман: Только с помощью окружения.

Ученик: Это, в общем, понятно, но как?

М. Лайтман: Нет, всё выясняется в мысли: если мы думаем о десятке, насколько может всё свободное время, которое есть у него, в этом состоянии сосредоточить себя вместе с десяткой на цели, то тогда Творец дает нам такие правильные состояния, скажем так, чтобы мы всё время были сосредоточены на этом и продвигались. Нечего делать, так всё.

Вопрос (Петах-Тиква-35): Правильный путь, ведущий к Царскому чертогу – это, что я рад, что получаю от Творца падение, и только с помощью этого могу продвигаться?

М. Лайтман: Да. (47:40)

Чтец: Продолжим третий отрывок. Пишет РАБАШ:

3. В каждом начале человек обязан начинать заново получение высшей малхут, и недостаточно того, что вчера у него была вера в Творца. Поэтому всякое получение высшей малхут считается новым свойством, то есть сейчас он получает часть пустого пространства, которое было свободно от высшей малхут, и помещает это пустое место и наполняет его высшей малхут.

Получается, что он выяснил сейчас что-то новое – то, чего не было, прежде чем он взял это пустое место и наполнил его высшей малхут. И это называется, что он поднял новую искру в святость, и во множестве подъемов он всегда поднимает искры из пустого пространства к святости. Получается, что от каждого падения он приходит к новому началу и поднимает новые искры. [РАБАШ. Статья 6 (1991). Что такое «пастухи стада Авраама и пастухи стада Лота» в духовной работе] (49:19)

Повторное чтение отрывка (49:23-50:34)

Вопрос (Киев-1): Что такое «высшая малхут»? Как мы в нее поднимаем пустое место?

М. Лайтман: Есть малхут дэ-бина, и есть малхут дэ-малхут, и нам нужно подняться из малхут дэ-малхут в малхут дэ-бина. Малхут – это власть. Власть желания получать – это малхут, власть желания отдавать – это бина. Нам нужно поднять все наши желания, которые раскрываются в нас, к отдаче.

Ученик: Как мы это делаем?

М. Лайтман: С помощью того, что мы объединяемся между собой и молимся, просим у Творца, чтобы Он дал свет для объединения между нами. Если нет объединения, не о чем просить, но в той мере, в которой мы объединяемся, мы просим, чтобы это объединение между нами дало свет. И тогда Творец дает свет для объединения между нами, о котором мы просим. Это называется «поднять молитву», и тогда мы чувствуем объединение, которое Он выполнил, и в этом объединении мы начинаем раскрывать Высшую силу, которая, собственно, и является Творцом.

Вопрос (Днепр): По этому отрывку − мы должны поднять искру, молитву. Мы пишем молитву после каждого урока. Будет ли правильно, если те, кто находятся на подъеме – благодарят, а те, кто находятся в падении – просят? Можно так выстраивать молитву?

М. Лайтман: Разумеется, это возможно сделать, и хорошо, если вы будете так делать: каждая группа, каждая десятка – поднимать что-то от себя. И не волнуйтесь – к Творцу нет очереди, Он работает с бесконечными входами. У каждого, кто поднимает молитву, уже есть контакт с Творцом.

Творец, собственно, чувствует два обращения: или обращение с просьбой, или обращение с благодарностью. Или просьба, или благодарность – нам нужно находиться в одном из них или, может быть, в них двух вместе. Но обращение к Творцу – это единственная вещь, в которой мы действуем. С помощью этого мы можем изменить наше состояние и продвигаться к исправлению.

Вопрос (KabU 3): Есть ли прямая связь между нашими духовными подъемами и падениями − и состояниями, которые мы проходим и переживаем в нашем материальном мире?

М. Лайтман: О, это мы будем учить, но не сейчас. Разумеется, есть связь. Но изучить эту связь мы можем только после того, как мы будем управлять падениями, подъемами, всеми нашими состояниями с помощью связей между нами и с помощью нашей связи с Творцом. Тогда мы начнем изучать практически и этот механизм тоже. Это придет. Это особая учеба, очень замечательная. Я сам мечтаю об этом, потому что не был в группе, которая могла бы изучать это практически и изменять практически действие творения. Это называется, что «праведник молится, а Творец выполняет». Я надеюсь, что мы к этому придем. Всё зависит от вас. Это не фантастика, не что-то нереальное, мы можем к этому прийти. (55:50)

Вопрос (Петах-Тиква-13): Мы читали об искрах. Что такое искры? Как их исправляют?

М. Лайтман: Искры – это части желания, которые мы должны выяснить и соединить со светом, и каждая из них превратится в кли. Объединение искр строит в нас по-настоящему правильное кли.

Вопрос (Хадера-1): Понятно, что мы всё еще ощущаем свет во тьме, в наших получающих келим. В тот момент, когда у нас есть падение, и есть уже отдающие келим, можем ли мы ощутить там свет?

М. Лайтман: Свет, который ощущается в отдающих келим, – это духовный свет, духовное наполнение, а тьма, которая чувствуется в келим, – это духовная тьма. Мы об этом говорим.

Ученик: В тот момент, когда есть падение, в каких келим мы ощущаем тьму?

М. Лайтман: В наших келим получения, мы пока находимся только в них в намерении ради получения.

Ученик: То есть мы ощутим свет в получающих келим, которые будут ради отдачи?

М. Лайтман: Да. Нет других келим, нет келим «не получения». Кли – это желание получать, намерение ради получения дает ощущение тьмы, а намерение ради отдачи дает нам ощущение света. Но желание – это всегда желание получить, желание насладиться, и в этом оно не меняется.

Ученик: Так что такое духовная тьма?

М. Лайтман: Духовная тьма – это когда я в моих келим чувствую, что я нахожусь в намерении ради получения.

Вопрос (Петах-Тиква-30): Если у меня слишком мало подъемов и падений, и я хочу усилить темп, могу ли я пользоваться подъемами и падениями группы или мирового кли, или даже человечества, чтобы быстрее продвигаться?

М. Лайтман: Разумеется, ты можешь. Если у тебя есть связь с группой, то с помощью этого ты продвигаешься. Я не понимаю вообще вопрос.

Ученик: Можно ли, допустим, использовать подъемы и падения человечества для ускорения продвижения или нет?

М. Лайтман: Ты не можешь, у тебя нет никакой связи с этим − только в твоих фантазиях тебе кажется, что ты с ними связан. С помощью чего? Ты находишься с ними в общем кли? Ты чувствуешь их боль? Ты рад их радостью? Ты хочешь поднять их, спасти их?

Ученик: Может быть, с помощью распространения? Может быть, распространение помогает этому?

М. Лайтман: Распространение помогает, но это всё еще очень далеко. Ты всё еще думаешь, как ты заработаешь на своей связи с человечеством, а не как ты можешь вызвать продвижение человечества, приблизить человечество к Творцу. Ты думаешь, как ты приблизишься, и в этом небольшая разница. (59:46)

Вопрос (Фокус-группа): Что означает, что каждое падение – это новое начало? (01:00:01)

М. Лайтман: Как мы начинаем это учить от того, что «был вечер, и было утро – день один». Падение – это не падение, а начало раскрытия разбитых решимот на следующей ступени. Решимот от следующего состояния раскрываются всё больше и больше, пока мы не входим в ночь (то есть во тьму) всё больше и больше, пока мы не начнем работать с этой тьмой. Несмотря на то, что это тьма, мы хотим находиться в свя́зи с ее Источником, то есть с Творцом, как написано, что «Тебе [принадлежит] день, и Тебе – ночь».

И так мы правильно работаем с тьмой, пока не приходим к свету. В тех же самых келим, которые были не исправлены, в которых мы чувствовали тьму (ночь), мы начинаем относиться к ним иначе – начинаем молиться, просить об исправлении. И тогда для тех же самых келим приходит исправление, и в их исправлении мы чувствуем день (свет). Так это происходит.

То есть те же самые келим, в которых была тьма, становятся днем, а затем вместо них раскрываются еще раз новые келим – это разбитые решимот, и мы снова начинаем чувствовать тьму и исправляем их, и приходим, что с помощью этих келим раскрываем свет, раскрываем день. Так это меняется, флип-флоп, в таком виде мы переходим от ночи ко дню. Но всё начинается с тьмы – «и был вечер, и было утро – один день», потому что мы все являемся результатом разбиения, и любая ступень раскрывается в разбиении.

Ученик: А что происходит с кли в падении?

М. Лайтман: В падении мы чувствуем, насколько мы далеки друг от друга и от Творца.

Ученик: Да, но что происходит с кли? То есть, почему тебе нужно падение, чтобы было кли?

М. Лайтман: Я не понимаю вопроса. Вообще всё предложение не понимаю. Повтори.

Ученик: Он пишет, что каждое падение – это новое начало. Почему, чтобы было новое начало, нужно начинать с падения?

М. Лайтман: Раскрываются новые решимот разбиения. После разбиения у нас есть много решимот. И это, как такая сумка (чертеж 1, 01:03:15), такой мешок с множеством решимот: здесь у тебя есть очень много решимот, и тогда они раскрываются. Свет действует на них (чертеж 2, 01:03:31), и они начинают постепенно подниматься, это означает изменение времени. Этим мы живем, нет другого. Это то, что происходит. Пока мы не опустошим весь мешок, и все решимот не поднимутся в нашем ощущении в разуме и в сердце, и тогда мы реализуем все эти решимот и будет Конец Исправления.

Ученик: Так по чертежу, что такое падение?

М. Лайтман: Падение – это раскрытие новых решимот. Приходит решимо (чертеж 3, 01:04:15) и поднимает себя к моему сознанию, к моему ощущению, и тогда я живу этим решимо. Я проживаю его. Вначале я проживаю его, как падение, а затем я начинаю относиться к нему, как к подъему. Всё. (01:04:49)

Ученик: Так в чем разница между тем, что я отношусь к этому, как к падению, или я отношусь к этому, как к подъему?

М. Лайтман: В состоянии падения я чувствую это решимо, его авиют, насколько я далек, насколько я нахожусь во тьме, в различных пониманиях. Мне плохо – это тьма, и то, что я далек от товарищей – это иная тьма, и то, что я далек от Творца – это еще иная тьма, всякие такие виды тьмы. И в духовном есть много. Если я начинаю определять свое кли, ставить ему диагноз, чем я болен внутри своего желания, то я раскрываю там очень много источников болезни. И тогда я все эти точки поднимаю к Творцу, и с их помощью прихожу к объединению между мной и товарищами, объединению со всем кли Бней Барух, объединению со всем мировым кли, когда я считаюсь со всеми. И в конечном счете, я всё это сосредотачиваю на Творце для того, чтобы доставить Ему наслаждение.

Ученик: Так что такое именно подъем? Падение – понятно. Что такое подъем?

М. Лайтман: Падение – это то, что с помощью этих разбитых решимот, которые раскрываются во мне, я могу сделать максимум, насколько я в состоянии объединения со всеми разбитыми келим от ближайшего круга к более широким кругам: от десятки – к Бней Барух − к общему кли, к человечеству. И всё это – поднять к Творцу, чтобы всё это Он исправил. И об этом написано, что «Творцу работа», «Творец будет Царем над всей землей» и так далее.

Вопрос (Болгария-1): Не очень понятно, как определить общее состояние десятки, если мы работаем через наше ощущение? Не разговариваем, не говорим открыто об этом?

М. Лайтман: Что значит, что мы не говорим открыто об этом?! Мы все-таки понимаем это, говорим иногда об этом, это не запрещено. Мы хотим показать друг другу, насколько мы стремимся к любви, − так написано, что мы должны показывать. Нам запрещено только ослаблять друг друга, проявлять пренебрежение, равнодушие. Но мы должны пробуждать товарищей, и каждый, кто видит, насколько он находится в состоянии подъема именно с помощью группы, должен сказать это, он должен встряхнуть группу, добавить им настроения. Почему нет?

Как я это делаю с вами ежедневно? Откуда вы знаете, в каком состоянии я сейчас нахожусь? Что, для меня всё – день, всё – свет, всё – хорошо и замечательно? Но я обязан так проявляться перед вами, и так каждый. Это называется «человек да поможет ближнему», и с помощью этого мы продвигаемся. (01:09:22)

Вопрос (Турция-3): Как товарищ может влиять на другого, который находится в падении, для того чтобы стремление того товарища, который находится в падении относительно Творца, выросло, и у него было бы большое желание приложить усилие?

М. Лайтман: Я не очень понимаю его вопрос, потому что он перепутал здесь несколько состояний. Нам нужно видеть в каждом товарище, насколько я могу добавить ему пробуждение, подъем, хорошее настроение, радость, величие цели. И из этого – величие группы, величие объединения между нами, и так далее, насколько возможно. 

Есть люди, которые говорят об этом больше, есть − которые меньше. Это также зависит от человека, от состояний, которые человек проходит. Но нам запрещено говорить о том, что не поднимает товарищей и десятку, и вообще всю нашу группу в нашей работе. Только ради этого я должен работать. Поэтому запрещено говорить о том, что может вызвать какое-то падение, даже пусть это будет истиной. Какая разница? Я не ищу истину, в каком состоянии мы находимся. Я ищу всё время подъем.

Вопрос (Италия-4): Как товарищи в десятке могут выиграть от моих падений и подъемов? Как я могу направить состояния так, чтобы товарищи получили от этого пользу, а не я?

М. Лайтман: А почему и не ты? И ты вместе с ними, это же общее кли. Я не могу не думать о себе, потому что это… Я − что, вывожу себя из этого кли, убираю из нашей лодки? Я должен быть вместе с ними в этом кли, на этом судне. И поэтому мы действуем, каждый по отношению к другому, и все по отношению ко всем. Но себя не выводить, не убирать. Это ведь не настоящая ситуация, что я не думаю о себе. Я обязан думать о себе тоже, и всё. Также и в нашей молитве, когда мы молимся за тех, за других, за тех и о нас. В конце, но всё равно – и за нас. Так это написано в молитвенниках.

Вопрос (Петах-Тиква-20): Вопрос по поводу решимот. Решимот раскрываются всё время, но я не чувствую, что успеваю их как-то обрабатывать. Есть какой-то порядок раскрытия решимот? Есть ли связь между подъемом и падением?

М. Лайтман: Решимот раскрываются в соответствии с порядком разбиения, от легкого – к более тяжелому, по закону «Поднимают в святости, а не опускают в святости». Поэтому мы должны так работать. Я не перехожу к следующему решимо, если не исправил предыдущее решимо. Поэтому не думай, что ты должен торопиться исправлять решимо, иначе ты не успеваешь, и они от тебя убегают. Решимот не сдвинутся никуда, ты должен пройти их, исправлять их одно за другим. Поэтому не ленись, а исправляй то, что у тебя есть каждую секунду, когда раскрывается. (01:15:00)

Вопрос (МАК 3): Состояние запутанности, растерянности – это очередное падение или подъем? И какие мои действия, чтобы быстро выйти к следующему состоянию?

М. Лайтман: Мы не очень считаемся с тем случайным ощущением, которое приходит: я запутался, я чего-то не знаю, или я радуюсь, или я печален, – не очень-то. Мы берем в расчет то, насколько я могу все эти состояния присоединить к десятке и к Творцу. Это правильная реализация, потому что все остальные обращения, все повороты, которые я буду делать, − я буду всегда только путать и ничего не исправлю.

Поэтому вся моя работа в момент, когда я ощущаю новое состояние, − я хочу это состояние связать с десяткой, присоединить это состояние к десятке, и вместе с десяткой – к Творцу. Не самому, а вместе с десяткой – к Творцу. И тогда я чувствую, что я нахожусь в правильном состоянии, что я реализую свое состояние правильно, и всё.

То есть в первую очередь – просто бежать вместе с десяткой к Творцу, как маленький ребенок, который бежит к маме, а рядом с ней, конечно же, ему хорошо. И никакой другой реализации я не хочу.

Вопрос (Алматы-1): В продолжение вопроса из Италии. У меня давно этот вопрос. Нам высылают Псалмы, и мы читаем их, ваш перевод, в соответствии с днем. И там Царь Давид всегда говорит: «Я, мне», и мы знаем, что он включал в себя весь Исраэль. Как нам отождествлять себя, то есть молиться за свою душу, чтобы так включать себя?

М. Лайтман: Царь Давид – это общая малхут. И поэтому Псалмы (то, что он написал) приняты всем человечеством. Их читают все, не только евреи. Потому что он этим выстроил отношение человека к Творцу из самого нижнего состояния, из самой малхут, до кетэр.

И поэтому нет выражения малхут более совершенного и правильного по отношению к Творцу, иначе как то, что есть в Псалмах. Бааль Сулам говорил о них, что это свет без кли, вот так. Поэтому хорошо, что вы читаете, мне здесь нечего сказать.

Я когда-то находился в таком состоянии, когда у меня было время, я тоже прошел по Псалмам, я их немножко упростил. Извините меня за это выражение, что если вообще такое возможно, так отнестись к Псалмам.

Но я сделал это из того, что у меня не было выбора, как только приблизить их для новичков, которые не знают иврита, которые говорят только на русском, − для того, чтобы хотя бы понимали, о чем идет речь. Так я позволил себе «испортить» эти святые слова Царя Давида.

Стоит, стоит читать, но также и понимать, что это − чуть-чуть так попробовать на вкус то, что там есть, потому что они очень глубоки. И это действительно наука каббала в ее совершенном виде, когда малхут соединяется с кетэром. (01:20:10)

Вопрос (МАК 6): В материальном, когда приходит тьма, мы ложимся спать, уходим в бессознательное состояние, в режим ожидания, и только свет дня нас пробуждает. Что-то подобное происходит с нами в духовном? И если да, то как мы с этим работаем?

М. Лайтман: Когда приходит новое испорченное решимо, мы находимся в состоянии, которое называется сон, дрёма. Тьма и сон, потому что мы находимся в недостатке, в отсутствии света, и не очень можем выяснять вещи и уж тем более их исправлять. И потому это состояние называется «ночью». Мы находимся в состоянии, когда мы не очень видим наше состояние, и поэтому это называется сном – сон, дрёма, дремота. Это состояние в духовном. Нет ночи, как будто мы отключаемся от нашей жизни. Да, в духовном мы отключаемся от этого духовного, активного состояния «ради отдачи». Это называется у нас ночью, и тьмой, и сном.

Вопрос (Голландия-1): Что имеется в виду, когда пустое место наполняется высшей малхут?

М. Лайтман: Решимо – это хисарон, который мы должны обработать и обнаружить, что мы хотим с этим хисароном работать не по отношению к себе, а по отношению к Творцу. И тогда мы соединяемся между собой, просим у Творца, чтобы помог нам исправить решимо, чтобы из решимо получилось кли, то есть хисарон к Творцу, отдача к Творцу.

Отдавать Творцу я могу только в одном: если это будет из «ради получения» к «ради отдачи». То есть мы просим у Творца, чтобы у нас была сила объединения, и через объединение была бы сила экрана, и чтобы мы могли получать свет таким образом, чтобы он был ради отдачи, чтобы там был правильный расчет. Все эти вещи мы делаем в объединении между нами и в обращении к Творцу. Это подготовка к правильному духовному действию.

И когда это состояние мы превращаем через объединение и к Творцу в исправление кли, мы раскрываем высший свет. Это называется, что мы приходим к утру, из ночи к утру, и начинаем получать внутрь себя высший свет всё больше и больше. Он наполняет нас, пока не проходит по всему кли, исправляет его, наполняет его. Это называется, что мы уже в чем-то в дневное время суток. И потом, к вечеру, раскрываем новые решимот разбиения, и тогда это называется, что мы заходим в новые сутки через ночь.

Вопрос (Петах-Тиква-27): Мы слышали, что решимот и хисарон – это неисправленное желание. Есть ли связь между частным решимо и решимо десятки, и есть ли связь в этом процессе, когда они пробуждаются?

М. Лайтман: Да, это правильно, тут есть связь. И мы потом обнаружим эту связь, когда между нами есть действительно соединение в правильной десятке. Каждый обнаружит себя, почему он принадлежит к этим людям, если можно так сказать, – к людям, к этим решимот, и вообще к этому процессу, который проходит десятка. Всё будем знать, ничего случайного нет. (01:25:15)

Ученик: И то, что Вы рисовали прежде, весь мешок решимо, это общее для всей десятки или общее для всего мирового кли?

М. Лайтман: Да, это общее для всего кли Адама Ришона.

Ученик: А у нас, у всего Бней Барух, есть такой общий мешок решимот?

М. Лайтман: Да, конечно же, конечно! Эти вещи раскроются, насколько они сейчас находятся в этой подготовке − в общей, в личной, во всех частностях.

Вопрос (МАК 10): Мы в десятке все должны прийти к ощущению, что мы больны, что нам без доктора, без света никак «не выгрести»? Это должно быть?

М. Лайтман: Да, это должно быть – ощущение того, что мы больны, и что есть врач, а это высший свет, Творец, и может принести нам выздоровление через соединение келим. Ни одно наше кли не является дефектным, изъян – в разбиении между нами, в связях между нами. Иногда человек хочет исправлять себя − это неправильно, потому что Творец разбил связь между нами, то есть между нами образовались трещины, между всеми и всеми. В этом проблема, это мы должны исправлять. Никто не должен исправлять себя, самого себя лично, индивидуально, совсем нет. Проблема – в связи между нами. Но будем надеяться, что мы это исправим, и нет других исправлений. (01:27:27)

Вопрос (Чтец): Во время ощущения человек ощущает себя плохо – нехорошо. Это верно?

М. Лайтман: Зависит от того, какое ощущение.

Ученик: Есть некие негативные ощущения относительно товарища, относительно Творца, относительно пути, он чувствует отторжение, чувствует, что он сердится. Об этом я говорю.

М. Лайтман: Да, может быть. Он только не понимает, что все эти отрицательные состояния, о которых он говорит, что там он чувствует себя нехорошо, он должен обращать к Творцу. В конце концов, есть только один Источник.

Ученик: Это вопрос, об этом говорят и другие товарищи. Если он связывает это с Творцом и говорит, что это приходит от Творца, и Творец Добрый и Творящий добро, и так далее, то он как бы выполнил действие по причастию, соединил это с Творцом, с Добрым и Творящим добро и так далее. Но ведь ощущение не изменилось!

М. Лайтман: Нет, оно этим меняется. Скажем, я связал это с Творцом, что «нет никого кроме Него», Он Добрый, Несущий добро, так написано, и Он на меня воздействует, Он спускает мне это состояние. И это состояние, хотя я чувствую его нехорошим, но я нехорош как бы сам по себе, это как бы обнаружение болезни.

Ученик: Он понимает это в разуме. И только иногда, на самом деле ]понимание] того, что это приходит от Творца, ощущается как подслащение, но как правило – нет, и ощущение остается паршивым.

М. Лайтман: Это тоже от Творца. Ну хорошо, это пришло от Творца, и что? А если ты перестанешь обращать на это внимание, в чем исправление?

Ученик: Я об этом и спрашиваю. Если я нахожусь в плохом ощущении, то я оскверняю Творца и остаюсь в падении?

М. Лайтман: Нет, нет! Он себя обвиняет, а не Творца! Он обвиняет себя, что он неправильно реагирует на раскрытие разбиения, которое Творец ему раскрывает.

Ученик: Но то, что я ощущаю, это мое состояние относительно Творца. Если я чувствую себя плохо, то я в падении? Я не могу оправдать Творца.

М. Лайтман: Ну и что?

Ученик: Так я об этом и говорю, мы должны быть всё время в радости, на подъеме.

М. Лайтман: Стараться, но если вместе с этим вот это «плохо» от тебя не уходит, и ты чувствуешь себя плохо, так что? Ты же пока еще в этом. Конечно же, это состояние совершенно легитимное. Да, мы находимся в начале пути.

Понятно, что человек находится в плохом ощущении, не может от этого подняться. Он всё еще не может сказать о Творце, что Он Добрый, Несущий добро, он жалуется. Или как бы говорит Творцу: «Правильно, я раскрываю, что это зло, и я плохой, и всё, и всё». Но всё равно он относит все-таки эти вещи к высшей силе, что Творец раскрывает ему это. Пока постепенно мы не приходим к такому состоянию, что нет зла, и не приходит зло от Творца, и в человеке нет зла, а Творец только раскрывает возможность еще и еще приближаться, приближаться. Но − так, постепенно.

Я готов это объяснять снова и снова, разные эти формы и варианты, если будете спрашивать. (01:31:33)

Вопрос (Кармиэль): Вы сказали в одном из ответов: «Правильная десятка». Что такое правильная десятка?

М. Лайтман: Правильная десятка – это то, что РАБАШ пишет, что вот так мы должны быть соединены. Если мы стремимся быть соединенными так, как пишет нам РАБАШ в своих статья о группе, это значит, что мы правильная десятка. Но конечно, каждый раз мы совершенствуем себя.

Ученик: Кроме объединения мы должны всё время заботиться о том, чтобы быть связанными с Творцом, обращаться к Нему в просьбе, с благодарностью?

М. Лайтман: Да, это тоже есть в объединении, в соединении – быть соединенными между нами и между нами и Творцом.

Вопрос (Тель-Авив-4): По этому отрывку. Что значит «подниматься»? Что такое, когда человека поднимает что-то, и как можно оступиться в этой работе?

М. Лайтман: Поднимается – это он обращается к Творцу через десятку. Я проверяю также и вас, насколько вы отвечаете за те вопросы, которые вы задаете.

Вопрос (Hebrew 10): Как десятка правильно работает с хисароном товарища, с падением товарища?

М. Лайтман: Помогает ему, как РАБАШ пишет, чтобы помогали друг другу. Тогда называется, что работает правильно.

Вопрос (Тель-Авив-3): Почему человек должен стремиться обратить тьму в свет, чего ему недостает во тьме?

М. Лайтман: Во тьме ему не хватает света. Это называется «свет отдачи Творцу», вот так. Всё, достаточно этих вопросов, вы все начинаете сейчас опускаться.

Чтец: Четвертый отрывок. Пишет Бааль Сулам так. (01:34:12)

4. Если это падение для подъема, считается это подъемом, а не падением, а на самом деле само падение – это подъем, ибо буквы молитвы сами наполняются светом, и в короткой молитве сократится свет, ибо не будет хватать букв. [Бааль Сулам. Письмо 25]

Повторное чтение отрывка (01:34:37-01:34:59)

Чтец: Пятый отрывок. Пишет РАБАШ.

5. Падение, которое он получил, – для его же пользы. Это о нем свыше заботятся по-особому, опуская из предыдущего состояния, в котором казалось ему, что есть у него немного от совершенства, о чем говорит его согласие оставаться в таком виде во все дни своей жизни.

Тогда как сейчас, видя, что отдален от духовного, он начинает думать: «Чего же в самом деле от меня хотят? Что на меня возложено сделать? К какой цели я должен прийти?» И видит человек, что нет у него никакой силы для работы, что находится он между небом и землей. И лишь тогда может человек укрепиться в осознании того, что только Творец может ему помочь. Сам же по себе – он потерян.

Про это сказано: «Надеющиеся на Творца – обновят свою силу». То есть те, кто видят, что, кроме Творца, в мире нет ничего другого, что помогло бы им, – такие люди каждый момент возобновляют свою силу. Выходит, что само падение как раз и является подъемом, поскольку именно оно позволяет им поднять свой уровень, так как нет желаемого наслаждения без предварительного желания. [РАБАШ. Статья 29 (1986). Лишма и ло-лишма]

Повторное чтение отрывка (01:37:18-01:38:46)

М. Лайтман: Очень сильный фрагмент. Я рекомендую почитать это несколько раз и читать это каждый день.

Вопрос (МАК 10): А можно по предыдущему отрывку? Что такое «буквы наполняются светом» и «будет хватать букв»?

М. Лайтман: Нет-нет, я не хочу говорить об этом, мы к этому еще не пришли, нас это будет только путать. Ты попытайся почувствовать, что говорит тебе каждый отрывок, и спроси о его содержании, а не «буквы, которые наполняются светами». Это нам сейчас не важно, не это мы сейчас выясняем.

Вопрос (Зихрон-2): Какая разница между короткой и длинной молитвой? Он говорил об этом в четвертом отрывке.

М. Лайтман: Это глубина просьбы. Короткая молитва – это «ой». А длинная молитва − когда ты объясняешь, и почему, и как, и что ты хочешь из этого состояния, как ты его ощущаешь и так далее. В этом разница.

Если на самом деле это воздействует на человека, то он так и развивает, разрабатывает обращение к группе и к Творцу, то есть это становится такой длинной подробной молитвой.

Вопрос (Salt Lake City): Написано в этом отрывке, что только Творец может помочь. Как Творец помогает?

М. Лайтман: Как Творец помогает? Да неважно как, у Него есть много разных путей. Но то, что Он помогает, это точно. И Он реагирует на каждое обращение, на каждую молитву. Даже если ты говоришь и обращаешься со своими глупостями, всё равно Он Себя не закрывает, а реагирует на каждую вещь.

Мы находимся в системе, только поймите – система. Если по отношению к этой системе ты действительно задействуешь желание, ты задействуешь систему своим желанием. Ты не пишешь кому-то, какому-то человеку, чтобы впечатлить его, и получится-не получится. Нет, ты заходишь со своим хисароном в систему, она реагирует, и ты должен почувствовать эту реакцию.

Если ты не строишь себя в том, чтобы подействовать на систему, так она не реагирует, и тогда ты как бы ничего и не чувствуешь. Но это неправильно. Она все равно реагирует, только таким образом, что ты чувствуешь, что она не реагирует. Это тебя в любом случае пробудит добавлять в свое обращение еще и еще. (01:42:51)

Вопрос (Latin 4): По поводу падения, о котором говорится в тексте. Я должен ощущать себя плохо, если я в падении?

М. Лайтман: Нет, почувствовать радость от падения, как и от подъема, потому что ты понимаешь, что сейчас раскрываются тебе новые желания из разбиения, – то, что Творец приготовил еще в самом начале творения, когда разбил кли Адама Ришона. А сейчас эти келим раскрываются как разбитые. И мы чувствуем в их раскрытии – да, вот это испорчено, и это, и вот это, и это что-то там нехорошо, и здесь. Понятно, что так должно быть. Мы это понимаем, и поэтому относимся к этому серьезно, по-взрослому, и всё.

Поэтому мы на это не сердимся, и это всё не сильно нас смущает. Наоборот, мы очень довольны тем, что раскрываются новые разбитые состояния, и мы можем сейчас в десятке организовать их между нами и поднять к исправлению – к Творцу. Пусть Творец исправляет все эти состояния, раскрывает между нами разобщенность, эгоизм в каждом, непонимание, отсутствие общего ощущения. И мы просим у Творца, чтобы Он это исправил. Это всё.

Вопрос (Тель-Авив-4): Вопрос по предыдущему отрывку. Как я знаю, что я закончил время молитвы, а не остановился посередине?

М. Лайтман: В принципе, мы молитву завершаем тогда, когда получаем то, что просим. А иначе, как я оставлю молитву, как я оставлю обращение к Творцу? Я всё время нахожусь в молитве. Как написано: «Дай бог, чтобы молился весь день». Нечего нам больше делать в нашей жизни, как только раскрывать разбитые келим и поднимать их к исправлению – к Творцу. И всё. Творец их исправляет и наполняет, и так до Конца Исправления. В этом вся наука каббала – наука, как получать от Творца исправление, а потом наполнение.

Вопрос (Петах-Тиква-18): Падение – это отрыв от Творца. Если так то, что такое падение ради подъема, если я отрываюсь от Творца, чтобы соединиться с Ним заново?

М. Лайтман: Ты не вызываешь отрыв от Творца, а только соединение. Если ты не видишь, что ты в отрыве, ты должен проверить себя, а может − попросить у Творца, пусть раскроет, где ты недостаточно соединен с другими. В Его свете ты раскрываешь, насколько у тебя есть недостаток соединения с товарищами, и тогда ты увидишь, о чем просить. Это называется свет АБ-САГ, который мы изучаем в науке каббала. Он приходит, светит нам и несет нам ощущение недостатка в построении, в соединении кли. (01:47:17)

Ученик: Если так, можно ли сказать, что отрыв – это отрыв от десятки, от группы?

М. Лайтман: Да, отрыв от группы. И в соответствии с этим − отрыв от Творца.

Ученик: Я не совсем понимаю тогда, что называется падением?

М. Лайтман: Падением называется твоя оценка по отношению к высшей силе. Сначала тебе это было важно и близко, ты воодушевлялся этим и обращался к Нему, молился. А сейчас у тебя этого нет. Ощущение Творца исчезло, ты Его не ценишь, ты не стремишься к Нему – это падение. Это раскрываются новые решимот из разбиения, и ты пока еще не чувствуешь, что тебе необходимо их обработать, а находишься в такой спячке, собираешься идти спать.

Ученик: Это не называется скрытием?

М. Лайтман: Нет, у скрытия есть много вариантов. Это тоже, конечно же, скрытие. Но есть такое скрытие, которое продвигает человека, а есть скрытие, которое как будто бы отдаляет, вызывает со стороны человека пробуждение. Это то, что называется «Мой Любимый подобен лани», – то, что мы изучали.

Вопрос (Москва-4): Хотел уточнить. Когда ты лежишь, например, у тебя нет сил. Ты всё понимаешь, можешь думать, даже просить о товарищах, но нет сил пошевелиться что-то сделать. Это падение или подъем?

М. Лайтман: Зависит, относительно чего ты измеряешь. Если ты измеряешь относительно величия Творца, велик в твоих глазах Творец или мал, − измеряй в соответствии с этим, это вещь совершенно личная.

Вопрос (MAK 6): Что значит радоваться падениям, но не впечатляться ими?

М. Лайтман: Я не знаю, как это сказать. Должно быть и то, и другое. Я радуюсь падениям, потому что в этом раскрывается новое кли. Я радуюсь тому, что есть у меня сейчас возможность подняться из этого состояния к состоянию объединения, выяснения, исправления.

Но между тем и этим может быть, что я нахожусь в каком-то смятении, что не могу с собой ничего сделать − и не просить, и вообще не вижу своего состояния. А кто-то, кого ударили по голове, теперь без сознания. Но могут быть такие состояния и посередине тоже.

Вопрос (Петах-Тиква-13): Спасибо за это особое выяснение. Сегодня я хотел бы спросить: в отрывке говорится о короткой молитве. Мы часто в конце урока составляем молитву, и есть состояния, когда каждый в десятке что-то добавляет. И так мы пишем молитву – это собрание того, что сказали товарищи. Либо мы берем всё, что сказали товарищи, и стараемся вывести особенно сконцентрированное предложение на продолжение дня, чтобы работать с этим. Что правильнее, как работать с этим?

М. Лайтман: Попробуйте и то, и другое, и решите. Здесь есть много всяких вариантов: у каждой десятки, у каждого человека может быть по-своему. Но не наберешься ума без опыта, и каждый – в соответствии со своим опытом. Поэтому «нет насилия в духовном», каждый должен попробовать и принять то, что будет ему на пользу. А потом проверить: может быть, его подход тоже будет меняться. Его решения тоже могут меняться. (01:52:21)

Ученик: А что означает определение «короткая молитва»?

М. Лайтман: Короткая молитва – это, когда спрашивает не о многих деталях, а только о чем-то одном, главном. То есть нет у него еще достаточно проясненного кли, и поэтому свет, который будет исправлять это кли, наполнять его, будет кли в соответствии с этим слабым светом.

Ученик: На утреннем уроке мы часто сосредотачиваемся на одной работе, и в конце урока, в молитве, мы стараемся, чтобы молитва была связана с темой урока, а не распыляться на множество тем, чтобы помочь нам выяснить тему, которую начали во время урока. Правильно ли так работать?

М. Лайтман: Я и на это тоже не хочу особенно ничего говорить. Вы ведь каждый день слышите от меня уроки, два с половиной часа каждый день. Так решайте сами, как вы думаете, и как вы слышите, и соедините все эти вещи в группе, обсудите. Я заранее соглашусь с тем, что вы решите.

Ученик: Можно уточнить? На уроке вы даете нам определенную тему, которая подходит нашему уровню развития. В этот день мы должны концентрироваться на этой теме?

М. Лайтман: Да, об этом я уже много раз говорил. Утренний урок мы повторяем в течение дня и возвращаемся к нему. Об этом не надо спрашивать, мы говорили об этом. Я думаю, что это должно быть понятно всем.

Вопрос (Турция-7): Когда я вижу, что мой товарищ в падении, – это из-за недостатка влияния с моей стороны?

М. Лайтман: Нет, у каждого есть расчет: и общий, и частный. Мы не можем делать такие расчеты − нам и не нужно так уж копаться во всех этих вещах. И когда мы разделились и отдалились через разбиение кли Адама Ришона, это было заблаговременное действие Творца.

Поэтому я не могу как бы наказывать или обвинять. И мне нечего сказать о ком-то, что кто-то виноват в моем состоянии, нет − кроме Творца, который уготовил все эти вещи заранее, чтобы потом помочь нам исправить их и подняться к состоянию бесконечности и совершенства.

Поэтому мы не связываем ни с кем, ни с одним товарищем ничего плохого. А всё исходит и нисходит из Единой Высшей силы, которая совершила разбиение, и в этом разбиении раскрываются все изъяны.

Вопрос (Петах-Тиква-19): Падение эффективности способствует движению. Вопрос: можно ли через большее объединение в группе, в десятке избегать резких падений или это невозможно сделать?

М. Лайтман: Мы не решаем количество и качество падений − так же, как количество и качество подъемов. Потому что это всё зависит от того, насколько мы готовы и способны объединиться.

Ученик: Падения уже заложены в решимот? Решимо определяет? Или можно изменять падения?

М. Лайтман: Если раскрывается решимо, то в это решимо уже включено всё исправление. Мы должны только вызвать в нашей молитве, в нашем обращении, в нашем усилии свет, возвращающий к Источнику. Но не то что мы́ исправляем: мы вызываем свет, и он исправляет.

Ученик: Я спрашиваю: его можно избегать с помощью объединения?

М. Лайтман: Объединением можно предварить удары. Мы готовим себя таким образом, что то, что раскрывается, раскроется не как удар, а как излечение, как необходимое.

Вопрос (Франция): Когда я выхожу из падения, я прихожу к какому-то стабильному, устойчивому состоянию. Как я могу это состояние отнести к Творцу?

М. Лайтман: Устойчивое состояние – когда я прохожу падения и подъемы в разных видах и характерах, но всегда стараюсь быть максимально связанным с группой и с Творцом, чтобы все изменения, которые я прохожу, практически сразу же исправлялись через мое практически постоянное объединение с группой и с Творцом. Так я стараюсь действовать. (01:58:54)

Чтец: 6-й отрывок, пишет нам РАБАШ. 

6. Человек должен верить, что получил падение потому, что его «отбросили» свыше. Поэтому он упал в такое низменное состояние. Тогда он может работать над собой, производить исправления, дабы не вернуться вновь к падению, поскольку должен верить, что падение является для него исправлением. [РАБАШ. Статья 43 (1990). Что означает: «Не сажай себе Ашеру рядом с жертвенником» в духовной работе] (01:59:32)

Повторное чтение отрывка (01:59:34-01:59:58)

М. Лайтман: То есть будут падения и будут проблемы, но это всегда исправление. Смотрите, что он пишет: Человек должен верить, что получил падение потому, что его «отбросили» свыше. Смотрите, какие слова он использует, он очень точно выбирает слова. Поэтому он упал в такое низменное состояние… Его сбросили свыше. Тогда он может работать над собой, производить исправления, дабы не вернуться вновь к падению…

Падение в том, что он упал, или в том, что он чувствует, что это падение, и его сбросили, поскольку должен верить, что падение является для него исправлением? Если он правильно относится к падению, он видит, что это не падение, а падение само и есть подъем – «поднимают в святости, а не опускают». Это всё зависит от отношения человека: радоваться падениям не меньше, чем подъемам.

Чтец: Что значит − может работать над собой, производить исправления? Вы же сказали совершенно четко и резко, что никто не исправляет себя?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Что такое − человек работает над собой, производит исправления?

М. Лайтман: Когда он соединяется с другими и вызывает связь с ними, свет, возвращающий к Источнику. И так свет приходит и связывает их, и раскрывает в них место.

Ученик: Так в состоянии падения нет никакого другого исправления, как только бежать к товарищам?

М. Лайтман: Все наши исправления – только в связи между нами, ни в ком конкретном. Я хочу исправить себя – как я исправляю себя? Нечего исправлять, не в чем. Нет никого, ничего ни в ком. Ты эгоист? Верно: ты ненавидишь всех, ты отталкиваешь всех от себя. Это всё нормально, нечего в тебе исправлять. Начни связываться с другими и увидишь, насколько много есть здесь у тебя тем для исправления.

Ученик: Но и здесь, когда он связывается с другими, если товарищи не попросят о нем, он не будет исправлен? Они способствуют его исправлению.

М. Лайтман: «Человек да поможет ближнему».

Вопрос (Хайфа-1): Немножечко всё-таки наведите мне порядок в голове. Ведь принято, что когда товарищ проходит состояние, он просит мысли группы. А что мне делать, когда мне больно оттого, что больно ему? А что − сказать, что мы радуемся? Чем на практике я могу помочь ему? Как я могу поучаствовать в мысли десятки?

М. Лайтман: Если это товарищ, который находится в свя́зи с вами и участвует в уроках и других разных ваших собраниях, то вы должны установить между собой, что вы напоминаете в различных своих действиях, что вы думаете о нем. Всё. Поэтому, не дай бог, если он болен. Или здоров, но у него есть какие-то проблемы. Или мы хотим так просто просить за каждого товарища – это возможно, можно. (02:04:20)

Ученик: Каждый товарищ должен лично сказать, или, к примеру, дежурный?

М. Лайтман: Я бы сказал, что вы вместе должны просто упоминать перед учебой, что вы хотите учиться ради этого товарища, чтобы он получил направление Творца более особое, более мягкое. Я не знаю, какая проблема там есть, но это вещи, которые обычно, если мы хотим объединиться, если мы стремимся к объединению, если мы молимся вместе, чтобы объединение преуспело, − то здесь, в общем-то, нечего добавить, нечего. Потому что мы хотим включить в это весь мир, всех людей, все души.

Вопрос (Merkaz 1): Подъем приходит вместо падения, или это всё добавляется одно к другому?

М. Лайтман: Подъем приходит вместо падения − где изменение, где Творец работает с тобой, где ты ощутил Его как падение, но сейчас ты ощущаешь это изменение как подъем, потому что ты изменился, и ты изменил свое отношение.

Вопрос (Петах-Тиква-31): Очень часто бывают ощущения, что мы падаем в одно и то же место. Вы всегда говорили, что нет такого, что мы падаем в одно и то же место, что это всегда другое состояние. Так вопрос: откуда ты знаешь, исправил ли ты это состояние, а не получаешь одни и те же результаты всё время?

М. Лайтман: Главное для меня не то, насколько я продвигаюсь, а то, что я всё время ощущаю себя продвигающимся. Потому что я не могу проверить, я хочу только видеть, что мои состояния всё время изменяются, и я всё время нахожусь в большем объединении, в более точном направлении на цель творения, в более общем объединении.

Это то, что мы делаем: мы из нашей десятки хотим войти в объединение в нашей десятке, и в объединение всех десяток во всем мировом кли, во всех душах. Об этом мы хотим говорить. И согласно мощи объединения между нами, направлении объединения между нами, − согласно этому мы готовим место для раскрытия Творца.

Поэтому система достаточно проста, там есть много всего внутри, но это – оставь свету, оставь Творцу. Он говорит: «Вся Тора – это вещи легкие (простые)».

Ученик: Вопрос: как ты проверяешь, в конце концов? Ты же чувствуешь одно и то же, как будто ты не продвинулся.

М. Лайтман: Я не произвожу проверку и не хочу производить проверку. Я хочу быть только в правильном направлении, в правильном притяжении. И кроме этого мне ничего не важно. (02:08:23)

Вопрос (Петах-Тиква-10): Мы сказали сейчас, что человек должен исправлять себя. Но если я правильно услышал, человек эгоист и вообще − отталкивает и отвергает всех. Так в чем разница «исправлять себя» и «исправлять мое соединение с другими»?

М. Лайтман: Это называется «исправить себя». Когда я исправлю все свои связи со всем человечеством, со всеми душами, со всеми келим – это называется, что я исправляю себя, что во мне (внутри меня) − нечего делать. Все мои келим, всё, что я вижу неисправленным, эгоистическим, разбитыми – это всё как бы в моей периферии, где-то вне тела. Как мы учим в Бейт Шаар Каванот – где находятся клипот? – за пределами тела.

Ученик: Может быть, можно дать пример, чего не надо исправлять? Потому что очень путает. Что мне не надо исправлять?

М. Лайтман: Я не должен исправлять никакое свойство во мне. Я должен исправить только все свои свойства в свя́зи с ближним.

Ученик: Скажем, меня отталкивают товарищи, есть какое-то отвращение. А что значит, мне не надо исправлять мое отвращение к товарищам?

М. Лайтман: Ты должен соединиться с ними. Развивать такие разные органы чувств, свойств, действий, когда ты соединяешься с ними, иначе не получится. Это берет много времени, я знаю по себе. И всё-таки тогда ты приходишь к состоянию – это исправление, кроме этого ничего. Творец разбил, Он порвал кли Адама Ришона на куски, на осколки. И мы должны попросить, чтобы Он соединил, собрал нас обратно.

Ученик: А свойства во мне, которые не надо исправлять, имеется в виду мой характер?

М. Лайтман: Ты не можешь исправить их, Творец не собирается исправлять их. Это не дано для исправления. То, что есть у тебя внутри, что ты ощущаешь сейчас, – это тоже следствие того, что порвались связи между тобой и другими. Поэтому ты, может быть, чувствуешь, что ты не исправлен, но не то что на самом деле тебе есть, что исправлять. Само по себе – нет, а только связи между нами. Каждый, как элемент кли Адама Ришона сам по себе в порядке. Но что происходит относительно других? Поэтому всё исправление – только в объединении между нами. И если человек заботится о себе, кто он и что он – это еще больше эгоист, он еще больше увеличивает свое эго.

Ученик: Заботиться о хороших отношениях с другими – это исправление? Чтобы я был соединен с ними – это хорошее отношение?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Чтец): Я просто продолжу выяснение, чтобы был конкретный пример. Скажем, у человека есть такой характер – он лентяй по сути своей. И эта леность может ему повредить, он ленится нашем на пути.

М. Лайтман: «Сиди и ничего не делай – предпочтительно».

Ученик: Он как бы не реализует свой потенциал. А есть кто-то более энергичный, но у него нет этого.

М. Лайтман: Прежде чем он выясняет, где он может реализовать себя, пусть ничего не делает. Как мы учим у Бааль Сулам, когда он пишет, что все страдания в мире – от людей, которые делают всякие бессмысленные дела. Вся система природы от нас ничего не требует − ничего, кроме объединения между нами. (02:13:13)

Ученик: Скажем, человек выясняет для себя, что он в свое свободное время связывается с товарищами. Но вечером, когда подводят итоги, он ленится, он готов лучше полежать на диване. Это ведь как бы его характер такой, он просто такой ленивый?

М. Лайтман: Есть такие, кто бегут к этим вещам, а есть такие, кто устраняется от этого.

Ученик: Так этому свойству есть исправление или нет?

М. Лайтман: Нет, сами свойства он не может исправить, только через подъем важности. Но подъем важности приходит со светом, то есть это исправление только через молитву, только с помощью молитвы.

Вопрос (Москва-3): Я хотел выяснить, может ли десятка сделать так, чтобы не было падений?

М. Лайтман: Нет, не дай бог – это не будет продвижением, если не будет падений. Падения и подъемы должны следовать попеременно, одно за другим, и как можно быстрее, и как можно бо́льшие.

Не бояться падений. Я понимаю, что вначале это очень неприятно, пока человек не определяет, что все падения, как и подъемы, приходят свыше, и нет в них ничего, кроме как установить меру неисправности в кли, которое уже было и только сейчас раскрывается. И мы должны только просить, чтобы вместо этого пришло исправление.

И нужно радоваться раскрытию, как пишет Бааль Сулам: «Радуйся грешникам, которые раскрываются». Потому что те, которые не раскрылись, безнадежны. А если они раскрываются, то это приводит к святости дня. Поэтому так мы и должны к этому относиться.

Вопрос (Москва-1): Чуть ранее прозвучало, что если я оцениваю Творца, это значит, что это падение.

М. Лайтман: Мое падение (если я чувствую, что я нахожусь в падении) – это потому, что я недостаточно ценю Творца. Потому что, если бы я ценил Его больше, то я бы ощущал вместо падения даже подъем, может быть, да. Так в чем вопрос? Я не вижу здесь вопроса.

Вопрос (Петах-Тиква-9): С одной стороны, он должен верить, что падение – это исправление для него, и радоваться этому. А с другой стороны, он должен работать над собой, производить исправление, чтобы снова не приходить к падениям?

М. Лайтман: Нет, падения пусть будут, но он будет принимать их каждый раз более по-взрослому, без падений невозможно. Но каждое падение может быть либо продолжительным, которое забирает все силы человека, истощает его в течение месяца, или может пройти как маленький укол, и он сразу использует этот укол и исправляет. Всё зависит от отношения человека к тому, как он ощущает падения, как он оправдывает падения. (02:17:58)

Ученик: То есть после того, как прошло падение. А до этого нам не надо прилагать усилий?

М. Лайтман: До этого он через объединение с товарищами, через уроки, которые он изучает, должен подготовить себя, чтобы знать, как относиться к падению, когда оно приходит. Если он правильно принимает это падение, тогда он даже ожидает падения, как и подъема.

В чем проблема в падении? Когда я теряю вкус (потому что раскрывается новое кли, и оно не исправлено), когда я могу радоваться, то есть я могу радоваться только «обратным образом» (могу радоваться только иначе, а не то что высший свет приходит и пощекотал меня, и я радуюсь) − я радуюсь тому, что постигаю действия Творца, то, что Он делает со мной. Это понятно?

Вопрос (Интернет): Мне не удается понять, как происходит исправление каждой личной проблемы, которая раскрывается как тьма, через объединение в десятке? Разве объединение – это средство отнести это к Творцу и оправдать Творца, или объединение – это цель?

М. Лайтман: Мы не можем исправить никакое положение, кроме как через объединение между нами. Потому что все наши состояния, которые раскрываются, частные или более общие, − все они являются результатом разбиения, разбиением связи, которое было в Адаме Ришоне между всеми частями его души, всеми его частями. И поэтому, если мы не приходим к объединению между нами через разные состояния, которые раскрываются, то мы не исправляем. Каждое исправление – в объединении.

Вопрос (Ашкелон): Мы не всегда правильно оцениваем состояния подъемов и падений в каждый конкретный момент. Бывает, есть ощущение, что ты в падении, а это как раз наоборот – ты был на подъеме. И наоборот. Где эта нулевая точка, когда я могу оценить? Кто может помочь мне правильно оценить состояние?

М. Лайтман: Разница между падением и подъемом – в изменении от плюса к минусу, как ты оцениваешь отношение Творца к себе. Если ты оцениваешь его вдруг как зло, то это падение. Если ты оцениваешь его всё еще как добро, то это подъем. И так далее. Это все зависит от человека – насколько он готовит себя, и насколько он исправляет себя с помощью других.

Здесь есть много всего. Ты можешь подготовить себя, и тогда вы будете продвигаться вместе. А когда ты исправил себя, ты можешь во всех частных состояниях, которые раскрываются тебе, быстро выйти в исправление, оправдать Творца за то, что Он раскрыл тебе зло. Оно было уже давно, и Он делает тебе подарок, одолжение, что Он раскрывает тебе это разбиение, эту болезнь. И тогда ты просишь об излечении.

Но может быть иначе, когда ты вкладываешь больше в группу, и тогда группа заботится также о тебе во всех состояниях, которые есть с тобой. Здесь есть несколько сочетаний разных вещей: либо ты, либо группа, либо связь с Творцом. Старайтесь быть сильными во всех этих состояниях, во всех этих областях. (02:23:18)

Вопрос (Петах-Тиква-18): Он пишет здесь в отрывке, что он чувствует, что он потерян, и только Творец может ему помочь, что его сбросили свыше.

М. Лайтман: Прекрасное состояние.

Ученик: В этом состоянии нет ни логики, ни разума, ни слов. Просто такой внутренний крик и слезы.

М. Лайтман: Нет. Это не то состояние. Что он говорит? Что ты сейчас читал? Он знает, что находится перед Творцом, и Творец вызывает в нем эти состояния, верно? Почитай, почитай.

Ученик: У меня нет этого отрывка перед глазами.

Чтец: Я прочитаю. Сначала или только эту часть?

М. Лайтман (читает и комментирует первоисточник): 

6. Человек должен верить, что получил падение потому, что его «отбросили» свыше. Поэтому он упал в такое низменное состояние. Тогда он может работать над собой, производить исправления, дабы не вернуться вновь к падению, поскольку должен верить, что падение является для него исправлением. [РАБАШ. Статья 43 (1990). Что означает: «Не сажай себе Ашеру рядом с жертвенником» в духовной работе] (02:24:34)

Это то, что ты хотел? Если он находится в таком состоянии – что плохого в этом?

Ученик: Нет у меня ни мозгов, ни слов выразить в молитве, как выйти из этого состояния. В том состоянии, в котором я нахожусь, только внутренний крик, колоссальная боль внутри. Я не знаю, как выйти из этого состояния.

М. Лайтман: От чего у тебя есть боль?

Ученик: Боль от отрыва. 

М. Лайтман: От чего? Вы в группе?

Ученик: Да.

М. Лайтман: Группа не хочет тебя?

Ученик: Да. Меня сбросили свыше.

М. Лайтман: Я не понимаю «свыше», я не понимаю, что значит «сверху». Творец дает тебе ощущение, что товарищи тебя не хотят?

Ученик: Да. Есть опасность того, что я могу уйти с пути.

М. Лайтман: Я это не понимаю. Это состояние очень личное, нужно это выяснить.

Ученик: Я спрашиваю: как человек, у которого есть огромная боль, может просить о чуде? Я не знаю, как решить ситуацию. 

М. Лайтман: Я тоже не могу решить, потому что я не понимаю этого состояния. Я не понимаю. Поэтому ничего не могу тебе сказать, нужно выяснить. Выясняй, поговори с теми людьми и серьезным образом между вами в десятке, и выясните это состояние. Может, действительно ты им сделал что-то такое, из-за чего они не хотят быть с тобой в связи? Может быть, так проверь.

Ученик: Та точка, о которой я спрашиваю, в тот момент, когда я совершенно маленький, я не знаю, как просить, как молить…

М. Лайтман: Если ты ничего не знаешь, тогда выходи из десятки, ты не имеешь отношения к духовной работе. Либо ты берешь на себя ответственность, и делаешь что-то, либо – ничего. Ты не можешь быть и внутри, и снаружи.

Ученик: Я не спрашиваю о работе в десятке, брать ли на себя ответственность, я спрашиваю о просьбе – о просьбе и молитве. Как я могу правильно просить, чтобы произошло чудо, чтобы состояние изменилось?

М. Лайтман: Я не знаю. Чуда не будет, это я тебе обещаю. Нет чудес. Зачем нам чудеса? Нам нужны исправления, согласно тем решимот, которые раскрываются. Выясни все эти вещи в группе, и я готов послушать. Но на самом деле здесь есть проблема. Тебе нужна, может быть, помощь кого-то из товарищей, чтобы он тебя как-то поддержал, потому что я вижу, что все эти проблемы продолжаются.

Вопрос (Днепр): Получается, что почти в каждой статье РАБАША и Бааль Сулама написано, что «Творец закончит», «только благодаря Творцу», «милостью Творца». Именно это сбивает человека, и он падает, именно из-за этого падает. Зачем мне это знать? Целесообразней мне не знать, что Творец закончит, сразу пропадает ответственность, мы думаем, что Творец всё закончит за тебя. Вот этот момент я не могу понять.

М. Лайтман: Объясняю. Конечно же, всё делает Творец. Это Единственная сила, нет никого кроме Нее, которая действует во всём, что есть. И каббалисты этого не скрывают, они как раз раскрывают это всем. И кроме того, они объясняют нам, как мы можем обратиться к этой Единой силе, которая действует во всем мироздании, что нет никого, кроме Нее, и это сила, которая исправит нас. И эти обращения к Ней − то, что нам нужно сделать.

Как нам правильно работать, если нам не объяснят, что Творец делает всё? Если мы не узна́ем, что Творец делает всё, то мы, как идиоты, и это – всё человечество. Все делают такие действия и думают, что от этого будет хорошо. Ничего от этого не может быть хорошего, потому что с помощью всех наших действий, которые мы здесь, внизу совершаем, как маленькие жучки, насекомые, мы в итоге приходим к отчаянию, к безвыходности, что нам нечего делать, кроме как попросить, чтобы Творец сделал всё. «Творец закончит за меня».

Как раз наоборот, к тому, что ты говоришь, я должен знать, что Творец делает всё, и только наше обращение − вместе, когда мы соединяемся и требуем от Него, − это то, как мы Его задействуем. Так мы можем задействовать Его, и так Он исправляет нас. Как исправляет? Мы не знаем точно, потому что Его мысли мы не постигаем, только лишь после исправлений. Но сейчас мы просим из разбитого состояния, и поэтому невозможно понять Его. Только просить. (02:30:44)

Ученик: Тогда, когда мы хотим запланировать это падение, мы можем пользоваться, допустим, отрывками, которые говорят о нашей работе, и отрывками, когда мы говорим, что Творец закончит всё? Просто понять порядок в проведении собраний, обсуждений.

М. Лайтман: Я на самом деле не понимаю, о чем ты говоришь. Мы всё время учим, в чем заключается наша работа – в просьбе к Творцу, чтобы Он совершил исправление. И наша работа начинается с того, что мы ощущаем неисправности, и все наши неисправности – в недостаточном исправлении между нами, а всё наше обращение к Творцу − чтобы убедить Его и попросить Его, чтобы Он исправил объединение между нами, связь между нами. Нечего больше делать, кроме этого. То, что ты хочешь согласно своим мозгам достичь системы, соединить души и так, и сяк, делать это согласно тому или сему – это твое дело. Делай, что хочешь, но только знай, что это всё – ложь.

Вопрос (Днепр): Скажите, пожалуйста, мы воспринимаем падение, как лучшее, потому что у нас всё действует из противоположности? И эти падения, я правильно понимаю, должны вытекать из того, что мы движемся к объединению? И не надо искусственно создавать эти падения, а при продвижении к объединению они возникают сами. Это правильно?

М. Лайтман: Да, верно. Исходя из того, что мы продвигаемся к цели, мы идем на двух ногах: левая-правая, левая-правая. «Левой» называется то, что я выясняю, чего мне недостает, чтобы правильно продвинуться к правой. И так я каждый раз соединяю то, что я раскрываю хисарон, разбиение в левой, исправляю его объединением с правой; снова раскрываю разбиение в левой, и снова исправляю его правой. И так мы продвигаемся.

Подумайте об этом, и продолжим это. Даже сегодня в течение дня, может быть, сделаем. Давайте посмотрим. Пишите в систему boardworldkli, и может быть, мы продолжим днем, немного говорим об этом. 

Чтец: Да, у нас дневной урок в два.

М. Лайтман: Да, с двух до трех поговорим об этом, хорошо? Ну, и закончим урок.

Объявления (02:33:53-О2:34:45)

Песня (02:34:46-02:35:47)

Набор: И. Лисина, Л. Соловьева, Э. Малер, Ю. Малышева, Т. Ярошевская, Н. Подеберий, С. Деменчук, Н. Щербухина, Л. Рогачевская, М. Мартынова, Л. Панкова, Т. Воронкова, Э. Малер.

Редакция: И. Слепухина

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/5ZiUCY6k