Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок (Полдень), 10 марта 2023 года

Часть 1: Работа в подъемах и падениях

Чтец: Мы на уроке на тему «Работа в подъемах и падениях», будем продолжать читать с 19-го отрывка. «Работа в подъемах и падениях».

М. Лайтман: Вся наша работа в подъемах и падениях, и если нет подъемов и нет падений, то мы не продвигаемся. То есть невозможно продвигаться в прямой линии, на плоскости, а только в подъемах и падениях. Поэтому мы должны быть привычными к этому и относиться как к подъемам, так и к падениям, как к привычной вещи, которая как раз указывает на наше продвижение. 

Насколько есть подъемы, и насколько у нас есть падения, в соответствии с этим мы и продвигаемся. Мы уже читали и слышали, что была претензия одного ученика к своему учителю, что у него есть подъемы и падения. А учитель сказал, что у него с утра в обычном состоянии есть 200 или 400, я уже не помню, сколько написано…

Реплика (Чтец): 400.

М. Лайтман: (01:28) Да, 400 подъемов и падений. И это нормально. То есть это говорит о правильном продвижении и правильном ритме. Потому что это не как в нашем мире, что всё на плоскости, прямая линия. В духовном – если ты не в падении или не в подъеме, в одном из двух состояний, то ты вообще не находишься в направлении к исправлению. Поэтому давайте поговорим об этом и поработаем над этим, чтобы и подъемы, и падения для нас были хорошим, добрым признаком, радующим, признаком продвижения, пути вперед.

Вопрос (Киев): (02:31) Этот пример с 400 подъемами и падениями, как у человека была такая способность даже посчитать, такая чувствительность к ним?

М. Лайтман: Чем больше мы продвигаемся в подъемах и падениях вперед к исправлениям всё бо́льшим и бо́льшим, наша чувствительность к этим состояниям все время улучшается, растет. И мы можем даже посчитать их и все время ценить их, и радоваться им. 

Поэтому мы должны обратить внимание на них и должны жить в них. То есть, если я не в подъеме или не в падении, что для меня, собственно, одно и то же – это все-таки продвижение. И нет иного продвижения из состояния в состояние, то есть это или в подъеме, или в падении. Неважно, в каком это направлении: в подъеме или в падении – главное, что я все время в этом нахожусь.

И я должен обратить внимание на это и знать, как мне правильно обрабатывать их. Потому что для меня всё это – для продвижения. Я – в подъеме, разумеется, я в продвижении. Я – в падении, и в падении тоже я нахожусь в продвижении, потому что в падении я собираю внутри себя больше желаний, больше сил. Хотя, возможно, отрицательных, но я собираю их, я знаю, что потом я приду к подъему. И не может быть подъема без падения, которое бы предшествовало ему, и наоборот.

Ученик: (04:51) Я у Вас просто хотел уточнить. Вы часто рассказывали про РАБАШа, и Вы видели, когда он находился в таких состояниях. Как он с этим справлялся, что для него это тоже…

М. Лайтман: Обычно, по нему, по внешнему образу, не было видно со стороны ничего, только когда я уже очень привык. Я был более десяти лет рядом с ним, и поэтому я уже видел, что сегодня он более напряженный, более погружен в себя, больше находится в размышлении… в разных вещах. Иногда я молчал в таких состояниях и давал ему возможность побыть самому. Иногда я думал, что хорошо, если я поговорю немножко, спрошу его, и с помощью моего вопроса он начнет подниматься, и тогда это поможет ему быстрее обработать свое внутреннее состояние и поговорить со мной об этом. Поговорить об этом или не об этом, но это поможет ему быстрее обработать состояние падения и прийти к подъему. 

У меня были очень непростые состояния: сказать или не сказать, поговорить или не поговорить? Потому что такой великий каббалист, как он, он делает такие исправления, что тут весь мир может быть… Тут могут быть судьбоносные состояния. А я маленький, ничтожный, ноль-нулей, кто я рядом с ним? Я, может быть, помешаю ему в исправлении мира. И поэтому были состояния, когда я молчал. И тогда он говорил: ну, что мы учили утром, или почему ты молчал утром, что ты понял из того, что было утром? И так побуждал меня, чтобы я заговорил. Это обычно во время нашей прогулки в парке или в машине, когда ехали на море.

Вопрос (Киев): (07:35) Насчет 400 падений, Вы приводили как-то в пример ракету, которая летит к цели, и когда она отклоняется, то ее система корректирует назад в центр. Вот интересно, в такой работе, когда так много падений, действие – вернуться назад к цели, когда я чувствую, что меня отклоняют, отключают – это действие обязательно через какой-то длительный, мыслительный процесс? Или это может быть какое-то внутреннее, как будто я выпрямил спину… не знаю, как сравнить. То есть какое-то чувственное одно действие, такое напряжение?

М. Лайтман: Это чувственное действие, когда несмотря на то, что ты упал в своем отношении к тому процессу, который ты проходишь, ты поднимаешься снова. То есть ты больше хочешь ощутить Творца, ты хочешь ближе быть к Нему, ты хочешь ближе быть к Цели творения, к группе, ко всем. Обхватить, обнять, ухватить весь-весь мир над собой в себе и таким образом лететь вперед.

Это очень трудно передать словами, но это процесс, который вы должны в себе оформить. И увидите, что он уже есть в вас. В общем, мы идем по плану.

Ученик: Да, так и чувствуется, что он уже есть. У меня еще был вопрос, но я забыл. Извините. 

М. Лайтман: Ничего, что ты забыл, не говори «извините», потому что ты не виноват. Это тебе специально так сделали, чтобы ты не забывал предыдущее состояние, которое, очевидно, не нужно пока сменить.

Вопрос (Германия): (09:56) От каких падений я могу и от каких я не могу подняться?

М. Лайтман: Нет такого, что не может подняться. Не бывает падений, из которых невозможно подняться. Потому что, в конечном счете, все падения от начала и до конца, и во всех состояниях, во всех возможностях мы, да, можем поднять их к слиянию с Творцом.

Вопрос (Ж Москва): (10:47) За счет чего у нас есть возможность расширять эту чувствительность к смене состояний?

М. Лайтман: За счет чего?

Ученица: Есть возможность?

М. Лайтман: Это только за счет того, что мы вместе. Что мы учимся друг у друга, что я не должен проходить миллиарды, миллиарды состояний. Если я связан с группой и через группу еще вообще со всем человечеством, а оно постоянно увеличивается, именно для того, чтобы мы как можно бо́льшие состояния в себе смогли саккумулировать, объединить, – то нет проблем, тогда мы проходим очень много состояний. 

Ученица: Но это происходит за счет включения друг в друга?

М. Лайтман: Обязательно.

Ученица: Это должно войти в нас от других?

М. Лайтман: Обязательно за счет включения. Иначе ничего бы не произошло. Если бы я остался один, не включенным в товарищей, я бы так и остался один, и ничего бы не произошло со мной. Я бы ничего не достиг.

Ученица: Что это за процесс включения, который нам помогает вот эту смену состояний производить? Как это происходит, что мы должны здесь добавить от себя?

М. Лайтман: Мы должны добавить от себя желание, стремление, молитву о сближении и включении друг в друга.

Вопрос (Турция-3): (12:47) Душа Адама Ришона разбилась на 600 000 частей, и как следствие этого создалось очень большое падение. Как нам, Бней Баруху, сейчас выйти из этого падения вместе?

М. Лайтман: С помощью объединения между нами. С помощью объединения между нами. Нет никакой проблемы.

Вопрос (Хадера-1): (13:31) В падении мы чувствуем страдание и также радость?

М. Лайтман: Мы чувствуем то, что чувствуем. Но во всех состояниях нам нужно чувствовать только радость, потому что мы продвигаемся к цели жизни, к Цели творения все время и в падениях, и в подъемах. 

Ученик: А если мы чувствуем и то и другое?

М. Лайтман: Ты не можешь чувствовать и подъемы, и падения, если мы говорим не о чем-то особом.

Ученик: Я чувствую страдание, горечь, а также я чувствую радость, с другой стороны.

М. Лайтман: Нам нужно прийти к состоянию, когда мы чувствуем всегда радость. Потому что у нас это всегда продвижение к Концу Исправления и неважно, насколько это продвижение проявляется в нашем желании получать.

Вопрос (Хадера-1): (14:51) Вы сказали в начале урока, что человек продвигается тогда, когда находится в подъеме или падении. А если он не находится ни в подъеме и ни в падении, такое состояние может месяцами и годами продолжаться?

М. Лайтман: Да, но у тебя есть группа. Начинай производить различные действия в группе. Раздавай им чай или кофе во время урока, делай им… неважно что, только чтобы то, что есть в группе, начало влиять на тебя. И ты выйдешь из своего падения, из своей смерти, когда у тебя нет никакого изменения.

Вопрос (Ж Испания): (15:47) В этой работе Вы учите нас, что это взаимовключение должно быть много раз. Во многих случаях нет слов, нет какого-то физического контакта. Как можно подойти к подруге, как чувствовать, как работать с этим ощущением, что ты хочешь помочь, но, с другой стороны, чтобы не выскочило эго?

М. Лайтман: Снова – объединение, быть вместе со всей группой мировой – это в конечном счете продвижение в пути и сокращает время, делает подъемы и падения более эффективными.

Вопрос (Ж МАК-27): (17:05) В падении страдает наше эго?

М. Лайтман: В общем, да.

Ученица: Что такое должно произойти, что должно на него так воздействовать, чтобы оно перестало страдать? Что там происходит, что оно в итоге потом перестает страдать? 

М. Лайтман: Потому что эгоизм наш начинает ощущать, что его проигрыш на самом деле – это выигрыш. Запишите и подумайте над этим.

Вопрос (Ж Москва-18): (17:55) Падения, когда мы проходим состояние падений, исправлений эгоизма (как Вы сейчас сказали), это всегда отражается на всей системе?

М. Лайтман: Это всегда отражается, ведь мы находимся в одной системе. Мы это чувствуем или нет, не имеет значения. То, что проходит по каждому человеку, проходит и по всей системе.

Ученица: Тогда, мы же говорим, мы учим, что когда человек находится в падении, или он сам, или ему напомнят товарищи, он вспоминает о том, что нет никого, кроме Него, и это дает Творец. И с этого момента начинается подъем. Если это все проходит по всей системе, тогда, может быть, что мы: первое, вспоминаем о Творце; второе, может быть, думать о том, что если я прохожу это исправление, то это благо и для всей системы, что это приносит пользу и всей системе. Может быть, это изменит отношение к этим падениям, и мы перестанем бояться и убегать?

М. Лайтман: Да, и это тоже, есть такое. Да.

Ученица: Можно еще один маленький вопрос?

М. Лайтман: Можно, что я с тобой могу сделать.

Ученица: Когда товарищ находится в падении (просто Вы сейчас говорили про РАБАШа, это очень чувственный такой момент), как отличить моменты, когда лучше не трогать человека и просто в молитве внутренне его поддерживать, а как понимать, что лучше поговорить с ним, подойти и как-то больше участия проявить?

М. Лайтман: Это только сердце может подсказать. Никак это не объяснишь и никаким прибором не измеришь.

Вопрос (Ж МАК-21): (20:11) На одном из последних уроков Вы сказали подруге, что нужно как можно скорее проходить состояния, главное, не пропускать. Что значит пропускать или не пропускать состояния? Что происходит, когда мы пропускаем состояния, и что делать, чтобы не пропускать?

М. Лайтман: Это зависит только от вашей сплоченности в десятке и ни от чего более.

Вопрос (Челябинск-Омск): (20:52) 400 подъемов-падений не дают мне никак успокоиться, и я хотел спросить…

М. Лайтман: Что, завидно?

Ученик: Очень. Вообще, меня аж колотит внутри. Я не понимаю, что происходит. Тем не менее я хочу именно сейчас в этом разобраться, и поэтому… Как отнести все к Творцу? Если мы говорим… это каждый вздох, получается. 400 – это каждый вздох я должен относить к Творцу! Я вздохнул – я определил. Если я в этот момент понял, что это не Он мне дал, не Он со мной сделал – я уже упал, получается?

М. Лайтман: Да, конечно.

Ученик: Уже следующий выдох у меня, и это делает опять Он! И я опять нахожусь в падении, и я опять начинаю все это относить к Нему?!

М. Лайтман: Ну, и хорошо, вот и прекрасно, что ты начинаешь так ощущать. Да. Только ты успокойся, иначе тебе будет мешать, иначе нервы будут мешать. Ты успокойся и начни все-таки настраивать себя на то, что каждое мгновение ты получаешь от Него.

Вопрос (W ITA 6): (22:25) Состояние падения ведет нас, как правило, в глубину, то есть к продвижению. В десятке предпочтительнее показывать наше поражение или лучше не показывать, что ты в падении?

М. Лайтман: Нет, и в падении я должен работать. И в падении я должен продвигаться и в виде эффективном, продуктивном. Если я не буду продвигаться в падении, то я вообще не буду продвигаться. Это как колесо: когда оно крутится вперед, то часть его крутится назад, и не может быть одного без другого. 

Поэтому подъемы и падения, их суть равна, равна: как подъемы, так и падения, как падения, так и подъемы. Не может быть одно без другого. И они должны быть связаны друг с другом, поддерживать друг друга и исходить одно из другого.

Реплика: (23:54) Она спрашивает: когда мы находимся в состоянии падения, стоит показывать это состояние, как оно есть, или лучше играть перед товарищами в десятке?

М. Лайтман: Когда мы выходим из состояния падения, мы уже находимся в состоянии подъема, иначе это не выход. Мы уже находимся в подъеме. Поэтому самое маленькое ощущение падения уже включает в себя подъем.

Вопрос (W Heb 2): (24:40) Состояния должны так быстро меняться у каббалистов?

М. Лайтман: Я не слышу, что ты говоришь, повтори.

Ученица: Что приводит к быстрому изменению состояний у каббалистов?

М. Лайтман: То, что они вкладывают весь разум и сердце в состояние, в котором находятся, и хотят из этого прийти к Цели творения.

Ученица: Как они вкладывают весь разум и сердце в это состояние?

М. Лайтман: Они не привязывают себя ни к какому иному состоянию, кроме цели: быть связанными между собой и с Творцом в единое целое.

Ученица: В этих состояниях они также соединены с земной реальностью, или они отключены от нее полностью?

М. Лайтман: Это не относится к материальному.

Ученица: Как мы, когда мы еще не находимся в постижении, как мы можем увеличить свечение, которое бы на нас действовало, чтобы состояния быстрее менялись?

М. Лайтман: С помощью объединения между нами, «человек да поможет ближнему», примером.

Ученица: Последний вопрос. Как человек знает, что закончилось сейчас падение и начался подъем, и наоборот?

М. Лайтман: Это неважно. Я все время стремлюсь к чему-то одному: к слиянию между нами и Творцом. Для меня это цель. 

Ученица: Имеет разницу, какие люди находятся вокруг меня, это моя десятка или конгресс, к которым я отношусь? Зависит ли от того, что чувствует сердце, где просить объединения?

М. Лайтман: Нет, я нахожусь полностью, по-настоящему в своей десятке.

Вопрос (Ж Кавказ-1): (27:16) До этого был у меня вопрос…

М. Лайтман: Ну, забыла – забыла, ничего. Это так надо.

Ученица: У меня есть другой.

М. Лайтман: Не надо.

Вопрос (Ж Турция-7): (27:44) Как это состояние «нет никого кроме Него» влияет на состояние подъема и падения?

М. Лайтман: Напрямую действует. Подъемы и падения – всё влияет друг на друга. Но в конечном счете важно, что в общем, в целом я представляю себе это как среднюю линию. О ней мы еще поговорим потом. Понятно?

Вопрос (Ж МАК): (28:36) Как правильно должна принять десятка признание подруги, что она сейчас проходит трудные состояния? Какой порядок действий в такой ситуации?

М. Лайтман: Десятка должна ощутить, что эта подруга готова упасть им на руки, чтобы они ей помогли, как-то поддержали. Иначе, это не падение, иначе это не включение подруги в десятку. Мы приветствуем падение подруг, товарищей, потому что это тоже помогает нам взбираться наверх каждый раз.

Вопрос (W Heb 1): (29:35) Для того, чтобы справиться с падениями, нужно получить силу преодоления, которую мы получаем от Творца и от подруг. А к чему приводит вот это преодоление, то, что мы преодолеваем с помощью помех?

М. Лайтман: Мы сохраняем это, из этого потом мы составляем наше духовное кли.

Ученица: Можно продолжить?

М. Лайтман: Да.

Ученица: Это такая очень сильная энергия. Ты чувствуешь очень большую силу, нужно как-то представить себе. А куда она идет, она все время остается у нас, сохраняется?

М. Лайтман: Да, остается, сохраняется, и стоит этого не терять.

Вопрос (Heb 1): (30:30) Вы как-то сказали, что если человек находится в подъеме, то ему стоит углубиться в первоисточники.

М. Лайтман: Так написано у РАБАШа и Бааль Сулама, что это то время, когда человек находится в подъеме. Когда он находится в подъеме, именно тогда он должен изучать все первоисточники, чтобы понять намного более глубоко то, о чем они говорят.

Ученик: А какие первоисточники Вы советуете читать в этом состоянии?

М. Лайтман: Я не могу сказать тебе. Иногда я видел, что РАБАШ открывает та́к вот книгу и читает там, где откроется. Та́к вот, свыше как направят его. 

Вопрос (Ж МАК-26): (31:38) Часто во время падений включаются очень сильные эмоции, вот эта сила, которая буквально поглощает. Они обязательно должны сопровождать подъемы и падения, или лучше стараться их всё-таки отключить, потому что они мешают?

М. Лайтман: Иногда включать, иногда выключать. Но лучше всего надо всё-таки научиться взвешивать правильно в чувствах и в мыслях подъемы и падения. Но ни в коем случае не зачеркивать их. Надо относиться к ним внимательно. Главное, уцепиться за Цель творения и с ее стороны уже относиться к подъемам или падениям.

Ученица: Вот вы говорите «чувства», то есть Вы подразумеваете эмоции под этим словом?

М. Лайтман: Наверное, я не знаю, чтобы мы поняли друг друга. Чувства – это эмоции, давай, пока будем так говорить.

Ученица: Просто я думала чувство – это то, что мы чувствуем нашим шестым органом, который мы строим. С этим больше связываем чувства, а эмоции, мне казалось, что это из нашего мира.

М. Лайтман: Ничего нет из нашего мира, ничего нет из духовного мира – все это одно. Это одно. Это, в принципе, все должно уравновеситься и прийти к какому-то общему ощущению, что мы находимся в связи между собой и с Творцом, и там все происходит.

Вопрос (Ж Москва): (33:50) Есть такое понятие как прохождение состояния максимально оптимальным образом, чтобы отработать правильно и к нему уже больше не возвращаться?

М. Лайтман: Это не ко мне, обращайся к Творцу. Он дает тебе все состояния, которые ты должна правильно отработать.

Ученица: Как должна поступить десятка, чтобы помочь подругам проходить правильно, отрабатывать эти состояния?

М. Лайтман: Десятка должна всегда быть готовой поддерживать всех в десятке в правильном направлении – вместе и к Творцу, к связи с Ним.

Вопрос (Ж Испания): (34:47) Можно подумать, что, когда мы в падении, эго входит в исправление. И в «Шамати», там есть ответы на наши падения. Это действительно так?

М. Лайтман: Да. И в падениях, и в подъемах. И главное – это в падениях, из них мы больше учимся.

Вопрос (Ж Бразилия): (35:24) Вопрос подруги, она спрашивает: когда подруга находится в падении, должна ли десятка постараться выяснить, что с ней происходит? Или достаточно молиться и работать над намерением в ее отношении?

М. Лайтман: И так и так.

Вопрос (W Eng 1): (36:00) Правильно ли бояться состояний падения?

М. Лайтман: Ничего не поделаешь, каждый чувствует так, как он чувствует. Но мы должны с помощью объединения в группе чувствовать себя всегда на подъеме. Чтобы было хорошее настроение, состояние духа и сила. И преодолевать все зло только объединением в группе.

Вопрос (W Latin): (36:52) У нас в Латинской Америке второй, третий, четвертый час ночи. Вы сейчас сказали, что когда подруга находится в падении, то подруги должны быть готовы, что подруга упадет в их руки, чтобы они смогли поддержать ее, иначе это не падение. Можете ли Вы подробнее рассказать о таких состояниях, это личные, частные состояния или десятки? Как мы можем управлять ими?

М. Лайтман: Только с помощью объединения. Нам не должно быть важно, как мы себя чувствуем, не входить в это, в чувства, а входить в объединение. Вы слышите, все слышите! Я повторю. Мне неважно, в каком состоянии я нахожусь: в подъеме, в падении, в плохом, в хорошем – всё я перевожу в объединение. Все присоединяю к объединению. И когда я прихожу к объединению – оставаться там, все время быть в нем. И тогда это называется, что я нахожусь на такой автостраде широкой, широком шоссе. И так я продолжаю направление к Окончательному Исправлению.

Ученица: Если я нахожусь в падении, я могу делиться с подругами? Я сейчас прохожу нехорошее состояние и могу поделиться с ними без того, чтобы входить в подробности?

М. Лайтман: Попробуй, попробуй, а потом поговорим.

Вопрос (Ж Франция): (39:05) Подруга задает вопрос: я хотела бы понять что-то, Вы сказали, что, когда мы чувствуем падение, это значит, что мы уже находимся в подъеме. И я это не очень поняла, Вы можете это немножко объяснить?

М. Лайтман: Что она спрашивает?

Чтец: То, что мы чувствуем падения, уже сам факт ощущение падения – это уже называется, что мы находимся в подъеме. Можно ли объяснить это?

М. Лайтман: Да. Потому что подъемы, падения – это мое отношение. Это не то, что мне дают свыше та́к вот – либо подбрасывают меня, либо бросают вниз. Все зависит от того, как я воспринимаю состояние. Понятно? Отлично. 

Вопрос (Чтец): (40:08) Но ощущается падение. Что значит, что ощущается уже подъем?

М. Лайтман: Это от тебя зависит, как чувствовать это. Может быть, из этого состояния падения я чувствую подъем. Если в этом падении я вижу, что в конце падения, когда я опускаюсь-опускаюсь-опускаюсь, я приближаюсь к Творцу, чувствую сильнее Его, больше понимаю Его, и даже, исходя из моего отрицательного эгоизма, но я вижу эти вещи.

Подъемы и падения – это не то, что тьма и свет. Это понимание, это ощущение, это восприятие, вход ощущений в состояние. Так, может быть, падение становится подъемом. В последствии все эти падения присоединяются к подъемам.

Все эти падения становятся сладкими, по-настоящему сладкими. Например, в то время, когда ты любишь, ты расстаешься с партнером (со второй стороной), и потом встреча пробуждает в тебе всё состояние… Поэтому нам нужны падения, иначе мы не сможем ценить подъемы, объединения. 

В падениях есть большой вызов, в них есть большая способность поднять в нас, увеличить в нас чувствительность к встрече. Потому что без этого мы бы не знали, как порадовать Творца и радоваться самим, радоваться от нашей встречи с Ним. Это как голод и сытость. Ведь мы должны быть голодным, чтобы потом хорошо оценить трапезу, по-настоящему оценить трапезу. 

Без падений нельзя. Поэтому не надо думать, что если бы мы были более успешными, у нас тогда не было бы падений. У нас были бы такие падения, еще какие… намного бо́льшие.

Вопрос (Ж МАК-56): (43:11) Я каждую мысль должна контролировать и записывать ее либо в падение, либо в подъем и уже далее работать с ними по назначению?

М. Лайтман: Да.

Ученица: Такое вообще возможно, так вот постоянно?

М. Лайтман: Конечно, возможно. Конечно, возможно. Я вам скажу почему. Если я люблю кого-то, я хочу все время думать о нем. Поэтому всё дело только в стремлении. И всё.

Вопрос (Ж МАК-41): (44:03) Можно ли нам руководить амплитудой подъемов и падений, и как это делать, чтобы они не были такими глубокими, падения?

М. Лайтман: Вы не хотите глубоких падений? 

Ученица: Да.

М. Лайтман: Я удивляюсь.

Ученица: Но хотелось бы как-то так, по поверхности скользить.

М. Лайтман: Ой, как это противно.

Ученица: Правда?

М. Лайтман: Конечно. Нет чувств глубоких, ни положительных, ни отрицательных. Нельзя так, нет. Если вы хотите настоящих чувств, вы должны согласиться с тем, что вы ощущаете и положительные чувства, и отрицательные очень ярко, очень конкретно. Так что, не пытайтесь ничего сгладить, вы себя этим обкрадываете.

Вопрос (W ITA 6): (45:30) Вопрос подруги из десятки. Мы выясняем в разуме нашу работу в подъемах и падениях. А где заканчивается выяснение в разуме и начинается работа в сердце?

М. Лайтман: Всё это вместе, все выяснения должны быть внутри сердца. Только мы пока еще не чувствуем сердцем, мы не можем войти внутрь сердца, не можем говорить из сердца. Но придет время, и сердце смягчится, и мы сможем говорить из сердца друг с другом. До такой степени, что сердца будут говорить между собой, не рот и язык, а сердце напрямую сердцу. До такой степени, что они смогут войти вместе в единство, в объединение и стать одним сердцем.

Вопрос (Darom 1): Есть ли в мысли выражение любви?

М. Лайтман: Конечно, есть, да.

Вопрос (Тбилиси): (47:24) Есть явное ощущение, что все мировое кли в исправленном состоянии. Но они так высоко надо мной, что просто улетели куда-то. Что делать с этим ощущением, и куда идти дальше, просто все исправлены, кроме меня?

М. Лайтман: Это очень хорошее чувство. Так что соглашайся быть между ними, пригни голову, чтобы они приняли тебя в свое общество.

Вопрос (Ж МАК-21): (48:15) Должны ли мы делать выяснения, находясь в состоянии падения? Или же по алгоритму: мы понимаем, что мы в падении; мы делаем все необходимые действия на объединение поверх отторжения и в желании создать эту молитву из сердца, хотя в этот момент чаще всего не получается? Либо делать выяснения, входить, и в этот момент получается в тебе три человека: один обвинитель, другой защитник, третий наблюдатель. Как с этим работать?

М. Лайтман: Так, как вы думаете, так и работайте. Вы думаете в правильном направлении.

Хорошо.

Чтец: (49:16) Начнем 19-й отрывок. Пишет РАБАШ. 

19. Каждое действие, которое он способен произвести, он должен делать его, как будто он находится в состоянии подъема. Поэтому, когда он совершает некоторое преодоление во время падения, это называется пробуждением снизу. И от всякого действия, которое он производит, веря, что такова воля Творца, от самого этого он удостаивается большего приближения, т.е. человек сам начинает ощущать, что Творец приблизил его. [РАБАШ. Статья 6 (1990). Когда человек должен пользоваться гордостью в духовной работе]

М. Лайтман: Еще раз прочитай.

Чтец: Повторное чтение первоисточника (50:08-50:55)

Вопрос (Ж Кавказ-1): (51:08) Получается, что мы вносим в себя все эти свойства, и они как бы общаются друг с другом внутри моего сердца. Так они еще и завидуют друг другу, или это я как бы им завидую? Я за них прошу, они получают через меня, и при этом я еще им завидую?

М. Лайтман: Это всё ты так считаешь, это всё еще исправится.

Вопрос (W Heb 1): (51:40) Вопрос десятки. Есть ощущение, что желание проходит деление на две части. Первая – это есть эго, которое страдает. А вторая – над ним есть отчаяние, что мне не удается любить подруг так, как Творец хочет, чтобы я любила. И для того чтобы я просила у Него свойство отдачи. Это та самая точка, в которой Творец делает, чтобы я была независимой?

М. Лайтман: Да.

Ученица: Еще вопрос. Я люблю своих детей, и я готова им служить, но это у меня от природы. Должна ли я чувствовать такую обязанность по отношению к Творцу для духовного объединения с десяткой?

М. Лайтман: Скажем, что да, попробуй как-то приблизиться к этому. Хорошо? Прекрасно.

Вопрос (W Latin): Вопрос от моей подруги. Что значит «размягчать сердце»?

М. Лайтман: Размягчать сердце? Чтобы оно любило всё, чтобы оно любило всех.

Вопрос (Челябинск-Омск): (53:21) До конца еще с вами не выяснил один момент. Вот сейчас мы находимся в десятке в относительном таком объединении, то есть можем всё относить к Творцу, как я это полагаю на своем уровне. Сейчас я всё принимаю как падение, абсолютно. То есть всё, что через мои животные чувства проходит. Я вижу товарищей на экранах, я вижу Вас, я вижу всех – и это определяю как падение. Потому что в этот момент не отнес это всё к Творцу, что это именно Его проявления.

Но объединение мое с десяткой покрывает это все и как бы это все выравнивает. Здесь у меня такой вопрос: что значит выдерживать среднюю линию? Это же не просто быть в благодарности, потому что, покрывая это, я должен возвращаться к этому, я должен опять как бы набирать то, что Творец хочет мне показать.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Хорошо, Он мне показывает тогда не преодолевая, а покрывая это единством в десятке. Левая линия как бы сразу затушевывается в этот момент, я ее нахожу именно в том, что сразу ищу эти состояния вокруг, я цепляюсь за них, за эти состояния?

М. Лайтман: Ты должен цепляться за группу и за Творца. И тогда эти состояния в той мере, в которой они должны быть включены в это, они включатся, и ты это увидишь.

Вопрос (Молдова): (55:21) Я из всех этих наших уроков понимаю так: если думаю, что я в падении или я подъеме – значит, я не в десятке. Потому что, если я в десятке, я ощущаю, что это падение десятки и подъем десятки. И поэтому, если ощущаю я падение, то я ощущаю, что это в десятке. Я молюсь за товарищей, чтобы Творец дал им наполнение, чтобы были все в подъеме. Если я ощущаю, что я в подъеме, то это значит, десятка в подъеме – может, кто-то из товарищей что-то сделал, и десятка в подъеме, и я это ощущаю. Тогда я молюсь, чтобы Творец нам увеличил келим и увеличил возможность для работы. Правильно это?

М. Лайтман: Все верно. 

Где мы находимся?

Чтец: 20-й отрывок.

М. Лайтман: Почитай.

Чтец: (56:19) 20-й отрывок. Пишет Бааль Сулам.

20. Ведь, если не подтолкнуть, человек ленится сделать [малейшее] движение и согласен оставаться в том состоянии, в котором он находится.

Тогда как, если он спускается на ступень, более низкую, чем он понимает, это дает ему силы для преодоления, ведь он не может оставаться в таком плохом состоянии, поскольку в состоянии, в которое он спустился, он не может согласиться так оставаться. Поэтому он обязан каждый раз преодолевать и выходить из состояния падения, и тогда он должен привлекать величие Творца, и это заставляет его привлекать свыше более высокие силы, иначе он останется на самом дне низости.

Получается, что всякий раз, благодаря «волосам», он всё более раскрывает величие Творца, вплоть до того, что он раскрывает имена Творца. [Бааль Сулам. Шамати, 33. По поводу жребиев в Йом Кипур и у Амана]

Вопрос (Ж МАК-23): (57:57) Вы говорите сегодня, что падение и подъемы, они равны. Почему мы всегда падение ощущаем как очень длительный труд, а подъемы, как мимолетное что-то такое пролетает, как стимул просто для дальнейшей духовной работы? Можно их уравновесить?

М. Лайтман: Это зависит, дорогая, от нашего отношения к падению или подъему, только лишь от этого. Только лишь от этого. 

Закончим, я должен уже уйти. Всего доброго вам всем, и встретимся завтра с помощью свыше. Всего доброго. 

Чтец: Спасибо Раву, спасибо всем. Мы завершим песней.

Песня (59:01-01:02:11)

Набор: Команда синхронного набора

Видеофайл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/4lVzzFAG?mediaType=video