Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Полдень), 22 сентября 2023 года
Часть 1: «Молчание прекрасно»
Чтец: Урок на тему «Молчание прекрасно». Мы читаем подборку избранных отрывков, начиная с 10-го.
М. Лайтман: Да, так продолжим, пожалуйста.
Чтец: 10-й отрывок. Пишет РАБАШ.
10. Во время собраний нужно быть серьезными, чтобы не выходить из намерения, ради которого они собрались. А из соображений скромности, что является очень большим делом, было принято показывать наружу, что он не серьезен. Но, на самом деле, в сердцах их был огнь пылающий.
Однако людям маленьким, по крайней мере во время собрания, следует остерегаться того, чтобы не устремиться за речами и действиями, не ведущими к цели, ради которой они собрались, состоящей в том, что с помощью этого нужно прийти к слиянию с Творцом. [...]
Только когда находятся не среди товарищей, лучше не показывать наружу намерения, скрытого в их сердце, и внешне быть, как все, как сказано: «И скромно ходить пред Творцом Всесильным твоим». И хотя на это есть более высокие объяснения, но и простое объяснение есть тоже очень большое дело. [РАБАШ. Статья 1, часть 2 (1984) Цель группы – 2]
М. Лайтман: Может быть, еще раз.
Чтец: (01:53) Еще раз 10-й отрывок. Пишет РАБАШ.
Повторное чтение первоисточника
Вопрос (Ж МАК-51): (03:28) Значит ли это, что даже, находясь в миру, в каждое мгновение нашей жизни нужно держать намерение на объединение?
М. Лайтман: Обязательно пытаться быть все время в правильном направлении своих мыслей и ни в коем случае, с другой стороны, не показывать свои мысли другим.
Ученица: Нужно держать направление на объединение с людьми или же с Творцом через людей?
М. Лайтман: С Творцом через людей – если это люди из вашей группы. А если это не из вашей группы, то вообще – быть только в направлении к Творцу.
Вопрос (Турция-2): (04:26) Сказано, что нужно быть серьезными. Что такое «духовная серьезность»?
М. Лайтман: Духовная серьезно – это когда я все время направлен на Творца через товарищей и к Цели творения через Творца. То есть я – через товарищей к Творцу к Цели творения. Если я нахожусь в своих мыслях в этом направлении, тогда это называется, что я серьезен.
Вопрос (W Heb 3): (05:21) Завтра мы собираемся на собрание подруг и особый урок. До этого есть время, когда мы собираемся с угощением. Как удерживать молчание и скромность и быть в мысли, для того чтобы поддержать духовную работу подруг перед собранием?
М. Лайтман: Вы прежде всего должны поговорить между собой и подвести итоги, чтобы вы были серьезными, согласиться между собой: что, насколько вы сможете сконцентрироваться в одной мысли, в одном направлении к одной цели все вместе, – в соответствии с этим вы будете в правильной мощи, чтобы достичь цели. И будем надеяться, что вы сможете это сделать. Вы говорите о нашем завтрашнем уроке?
Ученица: Да.
М. Лайтман: Хорошо. Я тоже постараюсь находиться в том же намерении, что и вы, направленном к той же цели, вместе со всеми.
Ученик: Вчера уже прислали учебные материалы, и подруги начали готовить вопросы, как Вы просили, и мы сейчас попробуем реализовать Ваш ответ, как успеем до завтра.
М. Лайтман: Удачи нам.
Вопрос (Петах-Тиква-17): (07:04) Бааль Сулам пишет, что и простое пояснение тоже важно. Имеется ли в виду, что когда приходит кто-то чужой и начинает говорить серьезно, имеется в виду и связь с внутренней работой у нас, когда мы в десятке, никаких внешних людей нет, бывает вообще такое состояние?
М. Лайтман: Я не понял.
Ученик: Когда приходит незваный гость, что называется кто-то чужой, как он пишет, – это имеется в виду, когда бывает такое состояние во внутренней работе между нами? Или речь реально о каком-то внешнем человеке, который приходит?
М. Лайтман: Нет. Если мы собираемся, и вдруг приходит кто-то, не относящийся к десятке и вообще к нашему пути, нам нельзя говорить о нашем пути и нашем намерении; мы должны говорить о том, что интересует всех, то есть людей, подобных ему, или если есть несколько таких людей. Всё. Поэтому нужно остерегаться.
Ученик: Можно ли как-то это перевести на внутреннюю работу, ведь весь мир находится внутри меня? Что означает этот закон во внутренней работе?
М. Лайтман: Я не знаю, что такое «весь мир находится во мне, внутренняя работа». Если я нахожусь вместе с людьми, из которых часть относится к моей группе, а часть – нет, так я должен быть со всеми, не в себе, а в том, что интересует всех. Скажем, тебя пригласили на какое-то торжество, и там находятся разные люди, также и часть твоей группы. Так нужно быть со всеми, а не только в том, что интересует тебя и часть группы.
Вопрос (Киев): (09:10) Выяснения о том, насколько где и когда можно говорить о том, как дела у товарища, вообще в жизни, как утром еще выясняли: как дела, как бизнес, как теща, – мы же все равно говорим об этих вещах в разных местах. Но… а где об этом можно говорить, где нельзя? И как это правильно делать…?
М. Лайтман: О нашем пути, о нашей цели, о занятиях, о связях между нами – мы можем говорить только, когда мы между нами.
Ученик: О материальных вещах товарища, о каких-то жизненных проблемах, о работе – вообще не рекомендуется об этом говорить, или…?
М. Лайтман: Вообще не рекомендуется говорить о том, что относится к группе, если есть посторонние люди. Говори о посторонних, говори то, что интересно в общем всем.
Ученик: Но я имею в виду, когда мы с товарищами собираемся. Например, мы с товарищами делаем трапезу, и у нас большая вообще нехватка. Мы полностью в виртуальном режиме, уже несколько лет практически полностью, и у товарищей чувствуется нехватка поговорить о простых обыденных вещах, что они нас тоже объединяют, когда мы узнаем какие-то такие вещи о товарищах. И мы, например, устраиваем трапезу и на этой трапезе говорим и об этих вещах простых, материальных, и связываем это все, поднимаем, читаем отрывки, проводим семинар, например. Так нормально делать?
М. Лайтман: Да, да.
Вопрос (МАК-24): (11:03) Нужно ли говорить или лучше молчать, когда ощущаешь, что у группы есть некий недостаток в продвижении, или лучше сфокусироваться именно на себе, на своем продвижении?
М. Лайтман: Это зависит от группы. Если вы связаны между собой и вас беспокоит качество вашей связи между собой, то вы можете об этом говорить. Но это только если не присутствуют посторонние люди.
Вопрос (Хайфа-2): (11:47) Если вдруг приходит незваный гость, а мы продолжаем говорить на свою тему, как вести себя? Встречается часто, что просто не обращаем внимания, что кто-то приходит, а мы продолжаем говорить. Как вести себя?
М. Лайтман: Ты должен почувствовать, чтобы это интересовало всех, но только согласно тем людям группы, которые собрались.
Ученик: Другие не почувствовали, что пришел кто-то чужой, продолжали говорить на наши темы. Что мне делать в такую секунду?
М. Лайтман: Нельзя говорить о том, что относится к группе, к Цели творения, к нашей учебе, если есть посторонние люди. Точка.
Вопрос (Петах-Тиква-18): (13:03) Мы, как правило, говорим между товарищами о действиях по отдаче. Насколько я понял, тут он говорит о том, чтобы показать намерение сердца, а это не совсем понятно.
М. Лайтман: Это то же самое. Это то же самое – тебе нельзя говорить с посторонними людьми, если они не относятся к группе.
Ученик: Между товарищами?
М. Лайтман: Между товарищами можно говорить о том, что вы согласились между собой, как дозволено.
Ученик: Но ведь невозможно понять, какое намерение в сердце товарища.
М. Лайтман: Поэтому об этом и невозможно говорить.
Вопрос (Ж Кавказ-1): (13:56) Бывает очень трудно понять подругу, образ ее мышления не воспринимается. Надо ли вникнуть и стараться понять? Или есть другие точки взаимовключения, и не важно, как подруга выражает свои мысли?
М. Лайтман: Лучше всего в таком случае молчать. Вот и все.
Ученица: Так объединение тогда будет происходить при молчании с этой подругой, которую ты не понимаешь?
М. Лайтман: Будет. Постепенно придет.
Чтец: (14:46) 11-й отрывок. Пишет Бааль Сулам.
11. У великих и знаменитых мудрецов есть обычай – в тех местах, где они собираются раскрыть что-либо глубокое, они начинают свою речь словами: «Вот я раскрываю пядь и скрываю две».
А наши предшественники очень остерегались лишнего слова, как указывают нам мудрецы: «Слово – серебряник, молчание – два». Это означает, что если есть у тебя на устах слово дорогое, стоящее серебряник, знай, что промолчать и не произнести его стоит два серебряника.
Имеются в виду те, кто нагромождает лишние слова, в которых нет ни смысла, ни пользы делу, только лишь для улучшения слога, чтобы украсить его в глазах читателя. И это, по мнению наших предшественников, было строго запрещено. [Бааль Сулам. Раскрытие пяди и скрытие двух]
М. Лайтман: Еще раз.
Чтец: (15:59) Еще раз 11-й отрывок. Пишет Бааль Сулам.
Повторное чтение первоисточника
Вопрос (Ж МАК): (17:10) Когда мы собираемся в женском кругу, мы стараемся сконцентрироваться на работе, цели, намерении. Но все-таки, не зная, например, о работе друг друга, мы говорим о семьях немножко: делимся радостями, горестями, о детях, о внуках знаем. Можно ли все-таки немножко включать это?
М. Лайтман: Конечно можно. Это позволяет людям быть ближе друг к другу. Так что все, что приближает людей друг к другу, вы можете использовать. Но! Но главное – не упускать, для чего вы собрались, в чем заключается цель вашей группы.
Вопрос (W Latin): (18:07) Можно ли понять из последнего отрывка, что нет необходимости в длинных объяснениях, когда мы выражаем себя, не надо слишком долго объясняться? Есть ли отличие между: обучать и произносить, говорить?
М. Лайтман: Мы должны постепенно так приблизиться друг к другу, чтобы не было у нас потребности в лишних словах, когда мы понимаем друг друга даже без разговоров. И поэтому написано, что если слово – серебряник, молчание стоит двух, что если люди молчат – они обычно сильнее связываются, больше входят друг в друга, и так связываются друг с другом.
Вопрос (Ж Питер): (19:42) В чем значение и особая ценность того, что мудрецы оставляли тайну в своих раскрытиях?
М. Лайтман: Они не оставляли тайну в своих разговорах, они просто говорили только то, что необходимо для передачи друг другу, и стерегли себя от лишних слов. Понятно, да?
Вопрос (Ж Италия): (20:24) Я поняла, что я не должна показывать свои глубокие мысли наружу. Означает ли это, что сами мысли теряют фокусировку и цель?
М. Лайтман: Да, и это тоже. Вообще, относительно того, что вовне, нужно говорить только то, что касается дела, по отношению к тому, что нужно: «Ну как на работе и в разных местах. Да. И возьми вот так и так». И все. Тогда как с товарищами, когда мы находимся вместе, мы можем говорить от нашего сердца.
Вопрос (Москва-7): (21:47) В отрывке, который мы сейчас читали, складывается впечатление, что там два смысла. То есть в первой части будто бы то, что ценно, наоборот, не надо произносить то, что ценно. А вот во второй части смысл выглядит так, что будто бы просто не надо много лишних слов говорить, то есть говорить только то, что приносит пользу.
М. Лайтман: И это верно, и это верно.
Ученик: Ну, то есть у меня два впечатления. А какой на самом деле смысл закладывали мудрецы, когда писали это? Поясните, пожалуйста.
М. Лайтман: И то, и другое. То есть говорить мало и по делу. Это то, что было между ними принято.
Ученик: Вот-вот, мало и по делу – это ко второй части отрывка. А в первой части как будто бы наоборот: то, что ценно, вообще не надо произносить. Это вдвойне ценно – не приносить то, что ценно.
М. Лайтман: Если ты можешь сдержаться, то молчи. Если ты будешь говорить, то подумай так, чтобы говорить ценные вещи для мира, для других. Тогда после этого ты можешь говорить.
Ученик: (23:24) А можно еще раз этот отрывок прочитать и вот именно первую часть. Мне не удается, видимо, вопрос сформулировать. То есть там смысл в том, что то, что ценно – не говорить.
Чтец: Прочитать первую половину отрывка?
М. Лайтман: Это 11-й.
(Читает и комментирует первоисточник)
У великих и знаменитых мудрецов есть обычай – в тех местах, где они собираются раскрыть что-либо глубокое, они начинают свою речь словами: «Вот я раскрываю пядь и скрываю две».
Это значит, что я, даже раскрывая пять, вместе с этим скрываю две. Почему? Он продолжает.
А наши предшественники очень остерегались лишнего слова, как указывают нам мудрецы: «Слово – серебряник, молчание – два».
То есть равно двум монетам.
Это означает, что если есть у тебя на устах слово дорогое, стоящее серебряник, знай, что промолчать и не произнести его стоит два серебряника.
Имеются в виду те, кто нагромождает лишние слова, в которых нет ни смысла, ни пользы делу, только лишь для улучшения слога, чтобы украсить его в глазах читателя. И это, по мнению наших предшественников, было строго запрещено.
То есть всегда, если ты хочешь что-то сказать, ты должен меньшим количеством слов выразить это, и чтобы все слова были больше направлены на твою цель. Чтобы люди поняли из нескольких слов, которые ты извлекаешь из уст, уже все самое большое и продолжительное. Понятно?
Вопрос (Петах-Тиква-22): (26:11) Мы изучали, что разум является тем кли, которое обслуживает желание. И обычно, когда желание чего-то хочет достичь, то пользуется разумом для достижения этого. Мой вопрос такой. Бывают состояния, когда у желания есть определенное направление, и все-таки разум не сравнивается с желанием, и есть противоположность между разумом и желанием. Что нам делать в таких состояниях, потому что часто такие состояния встречаются в жизни?
М. Лайтман: Лучше всего это молчать. Замолчать, пока все не созреет и не станет понятно, что тебе стоит сказать, как отреагировать.
Ученик: Я имею в виду слова, которые я не должен извлекать наружу. Но у меня есть внутри себя внутренняя война.
М. Лайтман: В этой внутренней войне тоже дай всему этому успокоиться и войти в какое-то состояние, чтобы все собралось и восполнило друг друга.
Вопрос (Ж Германия): (28:05) В связи с предложением: раскрытие пяди и скрытие двух. Раскрытие одной части, то есть осознание чего-то вынуждает меня скрыть две части, и таким образом я перекрываю свой эгоизм?
М. Лайтман: Лучше всего молчание. Дать всему, что есть в тебе, чтобы это созрело, и тогда станет понятно, что тебе стоит выносить наружу, о чем говорить, а о чем нет.
Вопрос (Ж Киев-7): (29:06) Говорить нельзя, а писать можно? И писать можно ли другим или писать самим. Записи делать. Там тоже есть с этим проблема.
М. Лайтман: Тоже есть с этим проблема, потому что все, что вы выражаете письменно, это еще хуже, чем вы выражаете устно. Потому что то, что письменно – это уже относится лично к вам, это вами написано и уже оторвать это от вас нельзя.
Ученица: А если это личные записи, которые никому не раскрываешь. Тоже нельзя, не стоит это делать?
М. Лайтман: Я не знаю. Я не советую.
Ученица: А наши учителя? Бааль Сулам получал разрешение специальное для того, чтобы писать свои статьи широким массам? В этом вопрос. Почему он мог, а другие учителя не могли, например, разглашать и не писали книги сами.
М. Лайтман: Да, есть этому причина.
Вопрос (Ж Испания): (30:34) Как помочь хорошим словом, но с жестким сердцем? То есть если мы не пользуемся словами, как воспользоваться хорошими словами, чтобы размягчить каменное сердце?
М. Лайтман: Воспользоваться словами – да, и хорошо говорить друг с другом, но, как правило, в том, что необходимо, в том, что нужно. Я понимаю, что особенно женщинам это тяжело. Мужчины, как правило, и так любят молчать, а женщины, поскольку от самой природы нужно заботиться о детях – поэтому, да, есть склонность к разговорам. Ни в коем случае, не дай бог, они ни в чем невиновны, просто так природа всё уготовила таким образом. Вот и всё. Поэтому не надо на это обращать внимание, мы всё это проходим, чтобы вы знали, как каббала относится к словам, которые вылетают из уст человека.
Вопрос (Ж Москва): (32:12) Вы буквально практически ответили на вопрос, который у меня был. Да, я как раз про женскую десятку хотела спросить: женская десятка – там очень важно, чтобы проявить чувства и эмоции, женщине очень важно выговориться – это есть природа такая. А как правильно все-таки открывать это сердце и применять молчание внутри десятки, именно внутри женской этой природы…
М. Лайтман: Учитесь, учитесь этому сами между собой.
Вопрос (Питер): (32:51) То, что на меня ограничение распространяется, на неисправленного эгоиста, – мне это понятно, а почему каббалисты сами тоже как бы не говорили, хотя они уже были исправлены, уже находились в подобии Творцу? Почему у них тоже такое ограничение было на общение?
М. Лайтман: Да просто потому, что полезней молчать. Как они пишут: нет ничего лучше, чем молчание. А если уж ты говоришь что-то, то ты говоришь по делу и только.
Вопрос (Ж МАК-39): Слова о величии подруги, которыми мы порой играем – они, получается, тоже должны принять новую форму: как бы говорить то, что выходит из сердца искренне о величии подруг, а не из расчета?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-36): (34:02) Люди, которые занимаются просвещением, распространением, письмом, созданием контента, обучением – они тоже должны сдерживаться в словах?
М. Лайтман: Нет. Все, что относится к профессии, специальности, к их работе – здесь нет ограничений.
Вопрос (Италия): (34:39) Почему Творец молчит с нами? Мы хотим услышать Его, но Он молчит, Он не говорит с нами. Когда Творец уже прервет свое молчание?
М. Лайтман: Когда ты начнешь говорить уже из исправленного сердца напрямую к Творцу. Понятно?
Вопрос (Ж МАК-41): (35:21) Промолчать о своих внутренних переживаниях – это значит не сбивать товарищей с пути, так как у них есть свои какие-то переживания, это правильно?
М. Лайтман: Может быть и верно, но если вы очень хотите что-то сказать своему товарищу, то вы можете это сказать. Только в том случае, если это послужит большей связи между вами.
Ученица: А можно еще вопрос от нашей комнаты?
М. Лайтман: Ну.
Вопрос (Ж МАК-41): (36:05) Молчание помогает нам сбалансировать внутренне мужскую и женскую энергию?
М. Лайтман: Я об этом как-то не думал. О балансе внутренней мужской и женской энергии я не думал. Об этом нигде не слышал. Мы должны пытаться вообще изначально, то, что мы сегодня учим, – говорить только по делу, как можно больше. Это не относится к нашей профессии (есть тут учителя, родители и так далее), там где надо – там мы открываем рот, но там, где не надо – мы пытаемся молчать.
Вопрос (W Eng 1): (36:53) Иногда мы делимся определенными точками утреннего урока или дневного, когда мы впечатляемся этим – можно этим делиться в письме или в чате группы?
М. Лайтман: Да, конечно. Конечно, можно.
Вопрос (Питер): (37:32) Вопрос такой про молчание: оно же должно… Молчание мое в десятке – оно вследствие моего внутреннего молчания с самим собой? То есть каким образом тут выстраивается с самим собой молчание, или это обычно остается? И второе. Молчание с Творцом – при обращении к Нему тоже, может быть, всякие глупости не стоит говорить?
М. Лайтман: Ну, да. Но дело в том, что надо все-таки попытаться не быть абсолютным молчальником, а разговаривать, поддерживать связь с товарищами и внутреннюю «из сердца в сердце», и через общение вербальное, и, кроме того, просто, чтобы человека беспокоило, насколько он связан с товарищами в группе.
Ученик: Второй вопрос: когда товарищи соединяются вместе, мы стоим, и нам, молча, хорошо друг с другом – это как раз-таки то, что мы должны достичь в обычной жизни, не собираясь в такие круги?
М. Лайтман: Если у вас при этом одинаковое ощущение в сердцах, то это очень хорошо.
Чтец: (38:55) 12-й отрывок. Зоар для всех.
12. Сказал рабби Эльазар: «Молчание мое возвело высший Храм, Бину, и нижний Храм, Малхут». И это несомненно так, ведь сказано: «Слово – золото, но молчание – вдвое дороже». «Слово – золото» – т.е. сказал, выразив собственное мнение о нем, «но молчание – вдвое дороже» – но то, что прекратил говорить, стоит вдвое дороже, потому что были сотворены и возведены два мира вместе – Бина и Малхут. Ведь если бы я не перестал говорить, то не постиг бы единство двух этих миров. [Зоар. Предисловие книги Зоар. Статья «Мать одалживает свои одежды дочери», п. 18]
Вопрос (Германия): (39:52) У меня есть вопрос по предыдущему отрывку, что в окончательной Цели творения все должно раскрыться. Правильно ли, что если я раскрываю пять и скрываю две, я просто служу процессу, чтобы достичь это?
М. Лайтман: Да, на самом деле это так на пути исправления, когда на самом пути мы связываемся друг с другом настолько, что нам не придется говорить – мы почувствуем нашу связь от сердца к сердцу.
Вопрос (Ж МАК-70): (41:03) У нас возникли разночтения по поводу трактовки слова сэа в этом отрывке. Каково вообще каббалистическое значение слова сэа?
М. Лайтман: Это мера чего-то (10 или 50 г), но эта мера веса. Когда-то это было как мера денег.
13-й отрывок?
Чтец: (42:00) 13-й отрывок. Пишет Орхот цадиким (Пути праведных).
13. Слыша, как люди срамят тебя, молчи! Это великое достоинство — молчать, когда срамят! [Орхот цадиким (Пути праведных). 21]
М. Лайтман: Еще раз.
Чтец: (42:24) Повторное чтение первоисточника
Вопрос (Ж Испания): (42:38) Когда мы сохраняем молчание – это может привести к тому, что приведет к большему осознанию, если мы больше молчим?
М. Лайтман: Да.
Чтец: (43:20) 14-й отрывок. Орхот цадиким (Пути праведных)
14. Сказано: «Жизнь и смерть во власти языка». Ибо своим языком человек может натворить пострашнее, чем своим мечом: он может предать смерти другого, кто находится далеко от него, а меч умерщвляет только того, кто рядом. Вот почему человеку даны два глаза, два уха, две ноздри, но один рот, — чтобы он меньше разговаривал. Молчание приличествует мудрецам, а уж глупцам — тем более. [Орхот цадиким (Пути праведных). 21]
М. Лайтман: Прочитай еще раз.
Чтец: (44:20) Еще раз прочитаем 14-й.
Повторное чтение первоисточника
Вопрос (Николаев-Сочи): (45:11) Все-таки непонятно. Говорящий человек: говорящий, разумный – это как бы высшая ступень, единственное существо, которое разговаривает. А здесь получается, что это как какой-то рудимент, то есть не нужное что-то, что в итоге вообще должно... мы перестанем и говорить, то есть это какое-то будущее…
М. Лайтман: Нет-нет-нет. Наш рот – не рудиментарный орган, ни в коем случае. Но мы должны знать, как мы с ним должны работать. Поэтому он и указывает здесь, что если рукой или мечем ты можешь поражать того, кто находится вблизи тебя, то с помощью языка ты можешь доставать людей на расстоянии. И в этом конечно заключается особая сила именно говорящего человека. Так что мы должны понимать, что, когда мы открываем рот – мы при этом можем поразить других людей.
Ученик: Получается, раньше люди тоже умели не разговаривать – это как эволюция сейчас и мы на промежуточном этапе: научиться теперь работать со ртом, он как бы авансом дан что ли?
М. Лайтман: Нам даны все возможные наши возможности, для того чтобы мы подняли над ними над всеми наш разум, и научились управлять всеми нашими возможностями правильно. Вот и все.
Вопрос (Ж МАК-88): (47:13) В отрывках говорится, что молчание приветствуется. То есть это нужно прикладывать усилия или же молчать нужно, когда ты понимаешь, что за этим молчанием стоит?
М. Лайтман: Нет, надо просто пытаться говорить, когда это необходимо, не более того.
Ученица: А если сложно сдерживаться в молчании, что тогда делать?
М. Лайтман: А вы напевайте про себя.
Вопрос (Ж Реховот-1): (48:05) Как правильно сочетать молчание, разговоры и воодушевление?
М. Лайтман: Нет, тут нет отношения к конгрессу. На конгресс, на который вы соберетесь (мужчины, женщины), мы здесь все должны будем открыть друг другу: и улыбки и сердца, все, что только есть. И не надо сдерживаться. И не надо сдерживаться!
Ученица: Так улыбаться?
М. Лайтман: И улыбаться и говорить.
Ученица: Можно еще небольшой вопрос?
М. Лайтман: Да.
Ученица: Мы завтра приходим на Ваш урок и собрание подруг – это очень волнующе. Мы хотим сконцентрироваться на вопросах, которые интересуют все женское кли. На чем сконцентрироваться во внутренней подготовке до завтра?
М. Лайтман: Через то, что мы открываем наше сердце и хотим поместить туда всех товарищей и подруг. И все. Приходите завтра и будем учиться вместе как это делать.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-33): (49:43) У меня вопрос от подруги относительно песен. Как мы должны оберегать себя во время песни?
М. Лайтман: Во время песни, в чем должна быть осторожность? Точно так же, как и в разговорах: если есть какой-то смысл, если есть какая-то цель, если есть цель объединения, слияния с Творцом – пожалуйста, можно петь. Если ты можешь петь Псалмы – пожалуйста, пой вместе с подругами, – очень уважаемо.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-33): (50:37) Я тоже могу спросить?
М. Лайтман: Да.
Ученица: На физической встрече десятки есть подруги, которые вообще не говорят. То есть, если задают вопрос на семинар – они молчат и не более того. И у меня ощущение: я с ними совершенно незнакома, не знаю каково их желание, и я не чувствую их желания. Я представляю себе, что оно общее. Так как мы должны к этому относиться, в связи с молчанием и разговором?
М. Лайтман: Это не намеренно, не специально. По-видимому у них такой характер или что-то, – вы проверьте, а мы выясним.
Вопрос (W Rus): (51:21) Вчера на утреннем уроке мы выяснили, что точка сокращения является сутью экрана. Работа с языком, мы с этого начинаем сокращение?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-9): (51:53) Часто бывает, что мы едем на автобусе, и водитель слышит все что у нас внутри происходит: он слышит весь наш контент, с начала и до конца.
М. Лайтман: Ну и что? Не волнуйся – он не слышит. Он не услышит. Чтобы услышать – нужно сердце открыть.
Вопрос (Киев): (52:42) Бааль Сулам пишет о голосе тонкой тишины в статье «Шофар Машиаха», то, что этот голос тонкой тишины предшествует громкому звуку шофара. Это и есть эта система: из молчания тишины мы переходим к правильному разговору голоса к ступени возвышения?
М. Лайтман: Да. Совершенно верно.
Вопрос (Ж МАК-26): (53:09) Как мы можем говорить через намерение без слов, так как слова я чувствую, как ложь, а намерение, как правда?
М. Лайтман: Ну вот так и научитесь говорить постепенно.
Все будет нормально.
Вопрос (Ж МАК-41): (53:37) От нашей десятки мы уже несколько дней пытаемся Вам это сказать. Все то тепло и любовь, которую Творец передает через Вас нам, которую мы ощущаем, мы не хотим ничего для себя, мы хотим все это вернуть Творцу с благодарностью к Вам. Спасибо Вам большое. За каждую Вашу улыбку – спасибо.
М. Лайтман: И вам также. Я это чувствую. Спасибо.
Вопрос (Германия): (54:17) Вопрос относительно меча и языка. Язык является началом любви к ближнему?
М. Лайтман: Да.
Ученица: А молчание является нулевой частотой? А молчание – это антенна творения, направленная на Творца?
М. Лайтман: Это красиво.
Ученик: Начало – это пространство, которое образуется, это подобно пространству, в котором создал Творец творения?
М. Лайтман: Да, да.
Ученик: То что мы говорим с Творцом – это настоящий человек, который говорит?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Мы очень рады видеть Вас на конгрессе.
М. Лайтман: Я тоже этого ожидаю.
Вопрос (W Heb 2): (55:52) У нас завтра есть два мероприятия: собрания подруг и урок Рава с женщинами. И я слышала, что мужчины ждут требования от женщин. Вы можете объяснить, чего именно они ждут от нас?
М. Лайтман: Я не знаю, не имею отношения ни к мужчинам, ни к женщинам. Я учитель, и поэтому я не могу себя больше как бы соотносить ни с мужчинами, ни с женщинами – совсем нет. Поэтому вы должны поговорить с представителями мужчин, женщин, чтобы они все выясняли. Или допустим, завтра на утреннем уроке встаньте и объясните, в чем проблема.
Ученица: Что Вы имеете в виду: встать и объяснить, в чем проблема?
М. Лайтман: Что бы вы хотели услышать.
Вопрос (Ж МАК-51): (57:17) В 13-м отрывке говорится, что слыша как люди срамят тебя – молчи. Можно промолчать, но есть еще невербальный разговор, когда другой человек может видеть все, что ты чувствуешь. Как с этим быть, это не считается?
М. Лайтман: Это не считается. Это находится выше наших возможностей.
Вопрос (Ж МАК-97): (57:47) У меня такое впечатление, что мы обречены на молчание, потому что ни словами, ни письменно мы не можем передать свои постижения. Это верно?
М. Лайтман: Нет, неверно. Вы можете напевать без слов, вы можете писать, вы можете даже говорить. Почему нет? Только говорить то, что относится между нами, как самая важная направляющая нас к Цели творения, к Творцу.
Вопрос (Сибирь): (58:37) В начале урока Вы сказали, что даже с людьми не из группы – быть только по направлению к Творцу. Как быть по направлению к Творцу с людьми не из группы?
М. Лайтман: Не знаю, не знаю. С людьми не из группы по направлению к Творцу – я не знаю, к чему я это сказал. Наверное это… к этому было представлено еще несколько предложений. Не знаю.
Ученик: Вы говорили, что постоянно быть в намерении даже, когда мы не на встречах, что мы должны быть направлены на связь в десятке.
М. Лайтман: Но это вообще человек постоянно должен вот так направлять себя – через своих товарищей к Творцу. Это наше постоянное направление в течение всей жизни. Стараться быть в этом, поддерживать в этом друг друга.
Вопрос (Ж Германия): (59:53) Все разногласия из молчания приходят к миру, но я могу это сделать только в течение урока. Что я могу сделать, чтобы достичь этого и в течение дня?
М. Лайтман: Есть книги, у тебя есть интернет – ты можешь все это доставать еще и еще раз. Ты можешь посмотреть в нашем архиве все, что произошло 10 лет назад, 20 лет назад, есть полно материалов. Удачи.
Удачи.
Объявление (01:01:08)
Песня (01:01:50)
Набор: Команда синхронного набора
Видеофайл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/2iSxD99R?