Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки

Ежедневный утренний урок, 14 сентября 2019 года. 

Исправление разбиения (Подготовка к конгрессу в Европе) – 2. Цитата 5.

Чтец: Отрывок номер пять. «Шем ми-Шмуэль». Глава Аазину.

Замысел творения был в том, чтобы все стали одним целым, чтобы выполнить желание Творца, как сказали мудрецы в Зоар, что был Адам Ришон, который сказал всем творениям: «Давайте поклоняться и благословлять Творца, который сотворил нас». Но из-за грехопадения (Адама Ришон) этого не получилось, и даже у лучших в поколении не было возможности объединиться вместе для работы Творца, а были только единицы. И исправление этого началось в поколении раздора, когда произошло разделение в роду человеческом, то есть, чтобы началось исправление, люди должны были собраться в союз для работы Творца, начало которому положил праотец Авраам, и привело бы к тому, чтобы организовалось сообщество людей для работы Творца. Авраам ходил и призывал именем Творца, пока не собралось вокруг него большое общество – люди дома Авраама. И это продолжалось и ширилось, пока не образовался народ Израиля. И Окончательное Исправление произойдет в будущем, когда все станут одним целым, чтобы исполнить Его желание. [Шем ми-Шмуэль. Глава Аазину] (02:03)

М. Лайтман: Так это на самом деле произошло в истории. Мы видели также, согласно каббалистам, которые жили в разные периоды, насколько их работа в соответствие с периодом, отличалась. Период приблизительно 3 000 лет от Адама до Авраама – мы не понимаем и не знаем, но это были только отдельные места, где изучали науку каббала – методику Адама Ришон. Затем в Вавилоне уже произошло очень большое существенное изменение по отношению к науке каббала. О ней много слышали, но приближалось к ней не много. Но в любом случае это уже не единицы, не отдельные личности, как в период от Адама до Авраама.

А со времени Авраама уже образовалась группа, которая называется народом Израиля. Они уже начали реализовывать методику «Возлюби ближнего, как самого себя», то есть исправления души, пока не исправили ее на уровнях «мохин дэ-хая». «Мохин дэ-ехида» не могли исправить, потому что для этого необходимо всё кли. И поэтому это было выполнено только частично. И тогда каббалисты это поняли. И ждали 2 000 лет изгнания, чтобы вышел народ Израиля из изгнания, чтобы присоединить к себе души народов, чтобы было сближение между теми и другими. И поэтому произошло падение желания получать почти на уровень народов мира. (04:37)

А затем уже, как говорит Бааль Сулам, мы находимся в период прихода Машиаха, в период последнего поколения, и мы уже входим в эту работу. На самом деле в наше время мы видим, насколько высшее управление подталкивает нас вперед, хотим мы того или нет, так происходит. И так оно и произойдет – не то, чтобы мы хотели и делали. Нет у нас никаких планов в отношении этого, кроме обычных планов: распространять науку каббала, что началось еще во времена Бааль Сулама, и в особенности во время РАБАШа, – и так продолжать.

Но получается, что нас вводят во всё более широкие круги вокруг всего мира, – и так мы будем развиваться. И поэтому всё это росло, пока не образовался народ Израиля. И Окончательное исправление произойдет, когда все станут единым сплочением. Я думаю, что мы направлены на это, и должны на самом деле видеть наставление хорошее свыше, что мы удостоились быть реализующими его. Это понятно? Хорошо, продолжим. (08:31)

Чтец: Прочтем отрывок номер шесть из Зоар для всех, глава Ноах. 

Любым зачинщикам раздора – нет существования. Ведь всё то время, пока сердца и желания жителей мира находятся в единстве между собой, хотя и восстают против Творца, не будет властен над ними высший суд, как это случилось в поколении раздора. Но после того, как разделились, сразу же сказано о них: «И рассеял их Творец оттуда (по всей Земле)». Потому-то зачинщикам раздора – нет существования.

Таким образом, всё зависит от произносимого устами. Ведь как только смешался их язык – сразу же «рассеял Творец их оттуда». Однако на будущее сказано: «И тогда Я сделаю этот язык понятным для всех народов, чтобы все призывали имя Творца и служили Ему вместе». «И будет Творец царем над всей землей, в этот день будет Творец един, и имя Его – едино». [Зоар для всех. Глава Ноах, п. 386-388] (09:45)

М. Лайтман: То есть преодолевать различия, в которых мы находимся, между ментальным восприятием, чувственным, эмоциональным, над различными языками, над всеми восприятиями – это наша работа – быть как одна группа, несмотря на все различия, «все преступления покрывает любовь». Недостаточно тех различий, которые были в Вавилоне, – нужно, как слышал Авраам от Творца, что будет эта земля не для вас, и что вы удостоитесь большого достояния. В чем достояние? – Что это большой эгоизм в разных видах проявления, которые есть и раскрываются меж нами. И каждый чувствует другого очень далеким от него и обратным ему, и даже не понимает язык ближнего, и так далее. Мы должны всё это преодолевать. И мы видим, что до сегодня мы сделали всего лишь какую-то подготовку, в любом случае с помощью наших переводчиков. А с этого момента и далее, по всей видимости, этого будет недостаточно.

Мы должны прийти к состоянию, когда мы будем понимать один другого через сердце, через внутренние каналы, а не через переводчиков с языка на язык и через все эти искусственные вещи. Но всё должно быть понятным, как объединение людей в одного человека, Адама. И поэтому мы должны будем на этих конгрессах начать стараться чувствовать: как мы понимаем друг друга, несмотря на разные языки. Понимать друг друга в любом случае. Не потому, что мы слышим несколько слов, но, чтобы было по-настоящему внутреннее понимание. Как будто мы не говорим на языках через какие-то аппараты восприятия, перевода, нет. Но коммуникация связи между нами будет, как в одном человеке. То есть понятно – от одной мысли к другой, а не внешняя передача через языки и всевозможные действия. Мы должны стараться раскрыть такие связи между нами, между всеми. (13:19)

И все ближайшие действия, которые мы собираемся сделать, приведут нас к необходимости, к возможности так почувствовать друг друга. Хорошо? Понятно? Ладно. Это, конечно же, между нами, во внутреннем ядре наших групп, наших десяток, согласно мере стремления, – быть одной десяткой, мы придем к этому, а весь остальной мир постепенно тоже почувствует, насколько это важно ему. Дальше. Москва!

Вопрос: В связи с тем, что на конгрессе мы будем как раз соединены в десятки, нет ли, может быть у вас какого-то материального совета: как нам преодолеть это разделение языков меж нами на этом европейском конгрессе? Может быть стоит специально посадить товарищей, говорящих на разных языках, в одну десятку, для того чтобы взрастить желание связываться больше сердцем, чем через разум? Может быть какой-то есть материальный совет? (14:39)

М. Лайтман: Я не знаю. Вы прежде всего, спрашиваете человека, у которого нет никакой склонности к языкам, нет никакой возможности выучить какой-то язык. Даже иврит – насколько я затрудняюсь с этим языком. Я уже почти 45 лет в стране, не умею говорить, как следует. Вот так это устроил мне Творец. Но наша работа – находиться на связи. Я не думаю, что это пойдет быстро (так мне кажется, я не знаю). Еще раз. Этап – это этап очень новый, очень сложный, как мне представляется. Я отношусь к нему в очень таком осторожном виде. Посмотрим, как сделать.

Прежде всего, постараемся быть объединенными внешним образом: понимать друг друга через переводчиков, через объятия, через песню и так далее. И постепенно раскроем, какое отдаление существует меж нами, насколько мы вместе в наших усилиях, когда мы будем молиться и захотим сблизиться, и будем просить у Творца, чтобы сплотил нас. На самом деле это может быть в очень хорошем, приятном виде – внутри, когда мы начнем чувствовать друг друга, когда это вдруг откроется. 

Но говорить об этом много я не могу. Для чего нам это? Всё это мы пройдем. И для меня все эти шаги – это новые шаги, я в этом не был. Я только понимаю и чувствую, что именно так нужно сделать, как это было и раньше, но сейчас это такие этапы – более продвинутые. Посмотрим. (17:33)

Вопрос: Вы, может быть сможете описать результат этого этапа? Какова наша цель?

М. Лайтман: Наша цель – начать чувствовать кли Адама Ришон, когда нет у нас этого ощущения, нет в нас внутренней структуры этого кли. Когда мы в нем находимся все вместе и объединены все вместе, хотя пока еще разделены и поделены, и размежеваны, и отдалены друг от друга, но всё-таки хоть как-то зависим друг от друга. Не то, что есть у меня десятки в Латинской, в Северной Америке, в Европе и повсюду. Я вспоминаю их и не вспоминаю. Мы должны начать чувствовать это кли, когда я скажу: «Нахожусь в этом». Когда я завишу от них, они от меня, это всё живет во мне в малом таком, особом, очень определенном виде, но это есть. Я уже не могу выйти из этого, но это реальность, которая раскрывается.

Это уже соответствие Творцу, с одной стороны; и материя этого мира пока что, с другой стороны. И образуется здесь система связи между нижним миром и высшим. Это то, что я надеюсь, мы начнем распознавать, чувствовать, и всё. И тогда мы вследствие усилий находиться в этой системе, начнем чувствовать сердце всех, насколько это будет единым сердцем. Общий разум, когда это будет единым разумом. Начнем чувствовать новые законы, буквально духовные – это система Адама Ришон. И вследствие всего этого будем продвигаться. То есть это, по сути дела, наша жизнь, наша жизненная сила внутри этой системы. Когда вне ее нет духовной жизни и вообще существования, а только эта – материальная, а внутри нее мы живем духовной жизнью. (20:11)

Вопрос: Почему вы только настаиваете на языке? Вы говорите много о языке.  

М. Лайтман: Это то, что произошло в Вавилоне. Это вещь очень ясная, характерная для разбиения, для отдаления между людьми. Но язык есть язык, как он пишет: «язык для нижних, для высших», – это непросто. То есть это понятие взаимосвязи, коммуникации в конечном счете. Язык – это коммуникация. Но поговорим о том, что такое язык, что такое уста, речь, буквы, – вокруг всего этого мы будем изучать. (21:00)

Вопрос: В продолжение этого, вы не могли бы объяснить на отрывке, который мы только что слышали: в чем было разбиение относительно языка в Вавилоне, ибо там было две вещи: прекратили понимать, а во-вторых, рассеялись. Вы можете объяснить, что там было?

М. Лайтман: Нет, тогда мы это вместе и раскроем. Что я буду что-то теоретически изучать? Нет, вот так испытывать давление, что мы не находимся в связи, а должны находиться в связи. Поймем, что произошло там в соответствии с тем, что мы можем исправить сейчас. 

Ученик: Я спрашиваю, потому что вы якобы описываете процесс исправления. 

М. Лайтман: Процесс исправления – «Из твоих действий познаем Тебя», согласно твоим действиям, ты и познаешь – без философии, но согласно действию. (21:52)

Чтец: Отрывок номер семь из «Шестьсот тысяч душ», Бааль Сулам.

Нет в мире ничего, кроме одной единственной души, как сказано: «И вдохнул в его ноздри дыхание жизни». И та же душа находится в любом из сыновей Израиля – в каждом полностью, словно в Адаме Ришон. Ведь духовное не делится и не рассекается на части, как это свойственно материальному. Как сказано, «600 тысяч частей и множество духовных искр», душа разделяется эгоизмом каждого из людей. То есть вначале эгоистическое тело выталкивает и отдаляет от себя свет души. Но если посредством изучения каббалы тело исправляется, то в мере его исправления начинает светить в нем общая душа.

Поэтому, относительно материального тела, есть два состояния: 

1. Когда человек чувствует свою частную душу и не понимает, что она общая душа для всего Израиля. 

2. Когда не светит ему на самом деле общая душа Израиля во всю свою силу, а только частично, то есть в мере его исправления и единения с душами. 

И это признак полного исправления тела, когда человек ощущает, что его душа пребывает во всем народе Израиля, в каждом из них, а потому уже не чувствует себя отделенной от остальных частью, ведь они зависят друг от друга. И тогда становится совершенным, без всякого изъяна, и светит в нем душа доподлинно во всю свою силу, как в Адаме Ришон. [Бааль Сулам. «Шестьсот тысяч душ»] (24:05) 

М. Лайтман: Это значит, что нет здесь деления, а всё это в нашем внутреннем разбиении, насколько каждый находится в своем желании получать, в соответствии с этим он видит мир разбитым, разделенным, рассеянным, сопротивляющимся на всех уровнях и во всех его частях. И постепенно, с помощью усилий включиться всем в одну десятку, он начнет видеть и чувствовать, что это всё единая система, части единой души, и что всё это зависит от него, насколько он увидит это как единую систему – десятку, не более того. И в соответствие с этим, раскроется ему свет, который в этой системе, когда почувствует в этом вечность, совершенство высшей силы, которая так устроила ему весь процесс в отдалении, рассеянии, в противоположности, в исправлении, в сближении, в слиянии.

И это всё для того, чтобы он понял из тьмы свет, из разделения слияние и всё это для того, чтобы достичь вечности, совершенства, высшего света. Всё это то, что нам предстоит сделать. И поэтому насколько мы будем стараться быть как каждая десятка, так и все десятки вместе, как единый механизм, единая система – десять, не девять и не одиннадцать и, кроме этого, нет ничего, тогда мы в таком виде будем продвигаться и постигнем каждый и все вместе душу. (26:11)

Вопрос: Если можно об этом говорить, что это за язык? Что передает один другому?

М. Лайтман: Язык, когда мы передаем друг другу? – Канал с наполнением, как один парцуф другому. Это называется «язык» – то, что называется «буквы работы» – насколько каждый своей частичной пока что работой, определенной на малом участке, вкладывается, чтобы быть связующим между тем, что есть перед ним и за ним. При любой возможности только обеспечивать связь – это работа каждого. И следствие той связи, которую ты обеспечиваешь, ты включаешь себя и в высших, и в нижних, благодаря этому ты постигаешь высшую силу. Для того чтобы передать свет, ты должен совершить зивуг с высшим – спуститься к нижнему, связаться, пробудить. Вся работа – в коммуникации между всеми. (27:32)

Ученик: Вы сказали утром, что мы обязаны раскрыть сеть связей между нами, в которую выловим Творца. 

М. Лайтман: Да, когда в целом это одна десятка, но когда мы это раскрываем и исправляем, есть у тебя бесконечное количество десяток во всевозможных формах, когда они связаны друг с другом, все хохмот, бинот, кетэры, ЗА, малхуёт, все они связаны каждый со своим видом, затем каждый связан с высшим и нижним. Это не согласно его виду. Затем согласно уровням авиюта, а затем согласно системам хасадим и системам хохмы, согласно святости и нечистоте. Очень много систем. Подобно организму человека, который мы еще не очень-то познали, но посмотри, сколько есть у нас в теле, ты, как врач знаешь. Это такие системы, нам известно может быть на один промиль в соответствии со всем функционированием его. И так мы должны раскрыть высшую систему, которая называется Адам, и благодаря этому раскрываем Творца. Нет большего наслаждения, нет наполнения разума и чувств большего, чем это. Человек просто не устает от этого. Он получает такие силы – глаза открытые, сердце увлекается вперед. Короче, что сказать тебе, – это развитие очень прекрасное. Это задача. (29:40)

Ученик: В этой системе, в этом мире нет расстояния, это вообще не связано с состоянием, с телами?

М. Лайтман: И здесь нет ничего. То, что нам кажется расстояниями и представляются нам такие вещи – это всё проявляется в нас, в нашем чувстве. Нет, этого мира тоже не существует. Всё это существует в чувствах. (30:05)

Ученик: Как мы связываемся, например, с каждым из товарищей внутренне, с каждым из товарищей в Европе так, чтобы он прямо сейчас почувствовал бы эту связь, это течение?

М. Лайтман: Будем стараться, насколько это возможно. Я ничего вам не буду рассказывать, потому что на словах это невозможно передать. Вследствие усилий вы начнете чувствовать эти вещи, потому что любое усилие, как молитва. И вследствие этого это будет, а то, что я расскажу тебе вещи, которые не находятся в ощущении – это философия, и поэтому я не пойду на это. (30:43)

Чтец: Отрывок номер восемь, «Мир в мире», Бааль Сулам.

8. Свойство «единственности» присутствует в каждом из нас в большей или меньшей степени. Мы выяснили, что в нем заложен высокий, красивый и величественный смысл, поскольку свойство это дано нам прямо от Творца – единственного, являющегося корнем всех творений. Вместе с тем, когда ощущение единственности соединяется с нашим узким эгоизмом, действие его становится разрушительным. Оно стало источником всех несчастий мира, как произошедших, так и будущих. И вследствие единственности Творца, которое облачается в эгоизм, это ощущение единственности – та мера, которая разрушает всё. 

Нет ни одного человека в мире свободного от этого свойства, а все отличия между людьми определяются лишь способом его использования: для удовлетворения ли сердечной части, достижения богатства, власти или почета. Этим творения и различаются между собой. Однако все творения мира схожи в том, что каждый из нас стремится использовать всех остальных ради собственной выгоды, применяя все имеющиеся в его распоряжении средства и совершенно не учитывая, что он строит свое благополучие на разрушении достояния ближнего. [Бааль Сулам, «Мир в мире»] (32:29)

М. Лайтман: Это то, что мы должны раскрыть, это то, что мы должны исправить. Исправление должно быть постепенным, невозможно сделать его интегральным образом – взять все неисправности и подставить их под свет, чтобы свет исправил, – нет. Это должно произойти чувственно, когда мы раскрываем страдания, проблемы и недостатки при каждой неисправности. И когда эта неисправность является существенной, которая отдаляет нас от Творца, когда этим мы доставляем страдания высшей силе и так далее, и тогда только в таком виде мы можем требовать исправления.

И невозможно это сделать за один раз, не выяснив каждую вещь. И проблема не в каждой вещи, а в связи – тысячи-тысячи-тысячи, бесконечное количество связей между нами, которые мы должны исправить. И во всем есть свой смысл, есть раскрытие зла и добра, то есть большая работа, но с помощью совместных усилий, света, возвращающего к источнику общего, это происходит быстро.

Как и сейчас – никто из нас не ждал, что сейчас мы будем говорить об общем исправлении в системе Адама Ришон, и вдруг мы раскрываем, и вы увидите буквально в течении нескольких ближайших месяцев, насколько мы входим в это исправление. И нет у нас вроде бы к этому никакой подготовки – откуда, почему, мы еще не хотим, подожди, ну давай построим десятку, давай будем говорить из десятки, как мы связываемся между десятками, может быть, – нет. Вы видите, это обязанность войти в это и начать работать с большим кли. Хорошо? Москва. (34:50)

Вопрос: Когда вы сказали, что наша задача в этот раз максимально почувствовать кли Адама Ришон, представилось, как бы привиделось, что на этом конгрессе, может быть, сделать такое подключение со всего мира, чтобы мы смогли совсем как бы раствориться в этих границах, чтобы совсем они нас как бы раздавили, и это заставило бы нас искать какую-то такую внутреннюю связь. То есть, как опция, помимо того, что будет происходить в Европе, сделать еще подключение с разных частей мира, подготовленных групп, чтобы вы могли прочувствовать, и мы могли бы раствориться, чтобы перестали существовать эти границы и начался внутренний поиск. (35:38)

М. Лайтман: Я с тобой согласен. Конечно, мы должны стараться прилагать усилия вокруг Европы, чтобы всем объединиться. И насколько мы поддерживаем это, и каждый старается исчезнуть, как личность, только поддерживает других. Когда нет у него другого места, кроме как объединения меж нами. И в целом, то объединение, которое мы постигаем, тогда мы начнем чувствовать начало кли Адама Ришон – это очень особая вещь. Есть там другие законы, духовные, которые мы начнем немножко прощупывать, нащупывать их, видеть их, чувствовать немного и это то, что будет увлекать нас вперед.

И хотя мы не способны быть связанными даже в десятки в правильном виде, но может быть, что именно вследствие того, что мы приходим к необходимости говорить об объединении между десятками, – это выстроит также и каждую десятку в отдельности. Потому что на самом деле, с точки зрения логики это понятнее, потому что законы в десятке – это те же законы, что и между десятками. Только между десятками – это наиболее ярко выражено. В десятке мы еще не очень-то понимаем, что должен делать, чтобы быть связанным с товарищем. Поэтому просто будем идти, согласно тому, как ведут нас, и мы увидим, что одно выяснится из другого. Что хотя мы и думаем, что нужно еще работать в десятке, но именно эта работа между десятками принесет нам пользу, что бы мы были связанными, понимающими, какая связь должна быть в каждой десятке и внутри себя. (37:57)

Вопрос: Может быть, стоит сделать это упражнение в течение недели? Выяснить вопрос, когда десятка заботится о другой десятке, и получить какие-то ощущения от этого?

М. Лайтман: Я не знаю. Попробуйте, может быть. Я не знаю. Если ты спрашиваешь меня, пока еще это мне не понятно, в каком виде мы можем приблизиться к этому. Это мне кажется – мы, как Колумб, видим берег и должны приблизиться к нему, но как приблизиться, что делать, как это в точности, – не знаем. Это приключение своего рода, которое нам предстоит совершить. Посмотрим. Поэтому пробуйте так эдак, но в любом случае, более всего мы должны говорить о связи между десятками. И о связи в Европе в особенности, пробудить их, привлечь их, поддерживать их, оберегать их. Может быть, мы должны поделиться, когда каждая группа возьмет какую-то часть европейского кли? Я не знаю, чтобы были здесь различные советы, я не против. Главное думать вокруг этого, выяснить нам всё это. (39:51)

Вопрос: Что оживляет эту сеть связей и что умерщвляет ее?

М. Лайтман: Сеть этой связи мы не должны оживлять, она живет сама, есть в ней НАРАНХАЙ, Свет бесконечности есть в этой связи. Но насколько я присоединяюсь к этой сети связей и хочу участвовать в ней, и хочу ввести себя в эту сеть связей, так я включаюсь в Свет бесконечности. Творец находится в этой связи, наполняет ее, раскрывается из нее, согласно нашему подобию свойств этой сети.

Ученик: Что означает ввести себя в эту сеть связей?

М. Лайтман: Это установить между нами такие виды связей, вследствие которых (из которых) мы сможем обратиться к Творцу, для того чтобы раскрыл эту сеть связей между нами, чтобы мы были уже связаны таким образом правильно. То есть наша работа в усилиях и в молитве, и выяснениях, снова молитва и благодарность, и снова просьба. И всё время работать так между нами и Творцом, между нами и Творцом «Исраэль, Тора, Творец едины» – пока это не раскроется в наших чувствах, в нашем ощущении, между нами в действии, что пребывает эта сеть связей, и Творец наполняет ее, оживляет ее. Требовать, чтобы так раскрылось. Будем учиться и помогать друг другу, чтобы у каждого было участие в этой молитве. (42:20) 

Вопрос: Десятка, которая хочет участвовать и реализовать этот этап, что она должна делать? Прежде всего сама с собой? Возбудить заботу об этом, да?

М. Лайтман: Она должна пробудить заботу, должна научиться тому, о чем говорится, о какой системе говорится. Также есть изучение, когда мы должны представить, о чем говорится, что сейчас раскрывается меж нами, как мы должны быть связаны друг с другом, как мы должны заботиться. Сейчас есть у нас забота о наших европейских товарищах, – как мы сможем окутать их вместе, принять в объятия вместе, замкнуть их вместе в хорошем виде. Вот так постоянно делать такое давление мягкое, но постоянно и всё больше и больше, (знаешь, как с тестом) – придать им форму одной десятки, когда мы пользуемся ими вместе в этом. Не то чтобы мы вместе с ними участвуем, не то, чтобы мы извне смотрели на это, но когда участвуем с ними вместе во всем, а когда мы участвуем, мы стараемся участвовать из наших десяток, не каждый отдельно, что тоже возможно, но лучше в десятках. Потому что через десятки ты вводишь туда на самом деле свечение, тогда как если ты один, нет здесь свечения, ты помогаешь, поддерживаешь, но не на высокой ступени. (44:07)

Ученик: То есть участие десятки ради реализации этого этапа вначале должно выражаться в чем? В какой-то дискуссии? Каждая десятка должна обсудить, в чем должна выражаться эта забота по отношению к Европе, давление по отношению к ней?

М. Лайтман: Они должны почувствовать, что мы очень заботимся прежде всего. Заботимся в хорошем правильном виде, когда мы очень и очень хотим оживить их, пробудить их, поддержать их, когда мы готовы быть с ними во всех работах, связи между ними и во всём, когда мы не требуем от них ничего, а только хотим вместе с ними участвовать в этом.

Ученик: Эту заботу каждая десятка должна выразить каким-то образом, который найдет правильным, в какой-то форме?

М. Лайтман: И эту заботу, конечно же, мы должны пробудить между нами и передать эту заботу и беспокойство им.

Ученик: А как передать менее важное?

М. Лайтман: Попробуйте в разных видах, которые подходят им. (45:20)

Вопрос: Сейчас в особенности перед конгрессом, когда многие товарищи участвуют в работе по подготовке, даже говоря на том же языке, раскрывается различие между нами. Как мы можем работать с различиями, когда не понимаем друг друга, несмотря на то, что есть один язык? Как мы можем объединиться?

М. Лайтман: Ты прав, мы никогда не смотрели на Европу, да. Давайте сделаем честный отчет: кто из нас считался когда-нибудь с Европой? Мы Бней Барух мировой, кто думал? Это было какое-то белое пятно на земном шаре и нас абсолютно не интересовало, абсолютно. Англия? Что там такого со всеми этими…? Ничего. Франция? Германия? Все эти Южная Европа, Восточная Европа – абсолютно не интересовали нас. Мы не думали о них серьезно как-то, что будет у них на самом деле место на нашей карте, что это группы относятся как-то к Бней Баруху и могут участвовать правильно, серьезно. Нет. Когда европейский конгресс был особенно мощным, подобно, например, конгрессу даже в Южной Америке, в Северной Америке, я уже не говорю о России? Нет.

Выходит, будто раскрытие Вавилона и цель объединения выпала Европе. И потому мы должны приложить усилия, нужно стараться реализовать это именно так, на этом континенте. Новая работа – это вызов, ничего подобного этому перед нами не стояло. Если мы когда-нибудь набрасывались на Италию, на Испанию, на Германию, какой-то может быть маленький конгресс в Чехии, в Литве, – понятно. Но в Европе? Объединять Европу? Нет. А теперь мы должны заботиться на самом деле, в течение ближайших двух месяцев, чтобы все наши европейские группы поняли, о чем речь. Нам следует передать им весь материал, всё наше воодушевление от текущего этапа в исправлении. Мы должны видеть в них территорию, из которой мы обязаны перейти к следующему исправлению. Это шаг на пути. Не то чтобы мы имели в виду всю Европу, мы имеем в виду всё наше мировое общее кли, без исправления которого мы не сможем продвигаться, и поэтому мы все должны давить именно на них. (49:47)
Берлин.  

Вопрос: Как нам правильно принять заботу десяток из Петах-Тиквы, чтобы не быть получающими?

М. Лайтман: Я не думаю, что здесь проблема получить или не получить. Я не думаю, что должны что-то отталкивать. Мы должны, в основном, быть связаны все вместе. И не важно кто получает, а кто даёт. Это единая система, в которую мы сейчас включились, и нет расчётов: кто дает, а кто получает от меня. Я просто должен заботиться об общем состоянии – если для этого я должен получить от всех, – я получу. Это не называется получением, потому что я делаю это ради того, чтобы быть связанными с ними, и чтобы все были связаны через меня. Поэтому мы не должны думать в этом направлении. Если это интегральная система – все получают, отдают, все воздействуют без всяких проблем. (51:08)

Вопрос: Перед каждым европейским конгрессом, как я помню, говорили о европейском борде, координаторах, а затем ничего не происходит. Чего мы ждем сейчас? Что гарантирует, что что-то сейчас произойдет?

М. Лайтман: Мы должны сейчас организовать не европейский борд, а наш мировой борд, мировую дирекцию, которая пока что начнет с объединения всех келим – наших, всех наших групп в мире вокруг Европы. Это не европейская дирекция – мы же не делим мир на дирекции, части, на континенты. Мы говорим о едином кли! И поэтому европейская дирекция или мировая, правильней сказать, которую мы должны сейчас создать, в ней должны участвовать группы из Северной и Южной Америки из Австралии, не важно – все, все! А не то, чтобы Европа заботилась сама о себе, так не бывает в интегральном кли. Все заботятся обо всех, но в данный момент с акцентом на Европу. Когда тело больное, оно начинает заботиться о какой-то своей части, которая сейчас больна, и всё тело заботится об этом. (52:48)

Вопрос: Есть один день после, когда мы смотрим уже на конгресс в Араве, большой конгресс в Израиле. В Европе должна быть определенная структура, которая будет поддерживать себя после конгресса, и мы должны после всех разговоров взять это в руки? (53:18)

М. Лайтман: Я не думаю, что это будет правильно. Я думаю, что должен быть общий борд, который будет заботиться и до конгресса, и во время конгресса, и после конгресса обо всём мировом кли. А сейчас его состояние таково, что мы заботимся о нём через Европу, а потом будем заниматься им через что-то другое. Допустим: конгресс в Араве, Большой конгресс, и так далее. И не важно, где именно это произойдет, та же самая дирекция обязана заниматься всем кли в целом. Нет Европы до конгресса, нет Европы после конгресса – есть мировой Бней Барух перед конгрессом, после конгресса и на веки веков. Всё! Именно так следует рассматривать состояния. То, что нам дают улучшить и усовершенствовать какие-то вещи, попробовать на Европе – это правильное место. Но подход должен быть мировой, всеобщий. Австралия! (54:50)

Вопрос: Специфический вопрос относительно маленьких групп. Скажем, есть только три, четыре активных человека в группе, которые говорят на языке, который очень отличается от других языков. Как эти маленькие группы могут стать частью всех? (55:19)

М. Лайтман: Пусть постараются, я не могу тебе сказать, как. Пусть стараются быть объединенными. Вы должны понять – в тот момент, когда мы начнём думать обо всём кли, о мировом кли, об исправлениях, – кто в состоянии, тот присоединится, а кто не в состоянии, – не присоединится и останется тогда во вне. Всё. Ты не можешь тащить людей, которые не в состоянии или не хотят. У них нет желания, у них нет права, чести. Ты не можешь. Поэтому мы заботимся, помогаем друг другу, но ради того, чтобы достичь объединения вокруг единой цели, и цели, которую мы определили на данный момент. И всё, не надо говорить о какой-то группе, которая живёт в каком-то месте удаленном, и будто-то мы должны заботиться об этой группе – не должны о ней заботиться. Она должна заботиться о себе. Мы заботимся об объединении всех. И всегда у нас есть какая-то цель, вокруг чего конкретно мы прикладываем это усилие. Продолжим. (56:45)

Чтец: Девятый отрывок из газеты «Народ» Бааль Сулам.

Под термином «эгоизм» я подразумеваю не первоначальный, природный, а главным образом узкий эгоизм. Ведь первоначальный эгоизм есть ни что иное как себялюбие, и в нём заключена вся позитивная сила, поддерживающая существование индивидуума. И с этой точки зрения эгоизм не является абсолютным противником альтруистической силы, хотя и не служит ее интересам. Однако, в процессе использования, эгоизм по природе своей становится предельно узким, ибо он в той или иной степени вынужден приобрести характер ненависти и эксплуатации ближнего, чтобы облегчить собственное существование. И речь идет не об абстрактной ненависти, а о той, которая проявляется в действиях по эксплуатации другого на благо себе, низводящих по ступеням все большего порока: как хитрость, кража, грабеж, убийство. Это называется узким эгоизмом, и в этом смысле, он противоречит и является полным антагонизмом любви к ближнему, представляя собой негативную силу, разрушительную для общества». [9. Бааль Сулам. Газета «Народ»] (59:43)

М. Лайтман: Понятно, что в нашем эгоизме есть несколько уровней, есть личный эгоизм, всегда это за счет ближнего, или скрытный, или вообще нет – он любит спать, любит гулять, любит отдыхать. Это не происходит напрямую, не приводит ни к какому ущербу ближнего, или приводит. Эгоизм начинается с того, что не связано с другими в индивидуальном плане, а заканчивается тем, что доставляет наслаждение от того, что вредит ближним без всякой пользы даже для себя. (01:00:43)

Вопрос: Можно ли описать, как вы видите этот мировой борд, чем он занимается, кто находится в нем и как он действует?

М. Лайтман: Я думаю, что этот широкий борд, в котором находятся разные связные между группами во всем мире. У тебя есть как бы сеть, и в этой сети есть узлы – соединительные узлы. И там находятся такие люди – они отвечают за Америку, за Европу, за Азию, Африку и так далее. Есть люди, которые отвечают за различные части, но, когда они действуют, они действуют из общей заботы, из общего взаимодействия между собой. Они являются рош – организующей, объединяющей все группы. И они действуют таким образом, что имеется у них образовательный процесс, как дать всем группам ощущение того, что мы все вместе связаны друг с другом, и эта связь увеличивается постоянно. Это должна быть группа людей, которая в состоянии выполнять эту должность. Это не вопрос распространения, как мы говорили утром о проблеме с Северной Америкой. Это не вопрос распространения, не вопрос учебы – это вопрос групповой, но на более высоком уровне, когда не заботятся о том, что происходит с каждой из групп конкретно, а только о связи между группами, общей системе. Она собственно проблематична. (01:02:55)

Мы видим это во всем мире, и также и в болезнях человека, в его теле. В основном проблема в связи между частями, между системами. И согласно этому мы понимаем, что какая-то система потеряла равновесие сама по себе. Но мы проверяем ее, как пишет Бааль Сулам: «Согласно вреду или пользе по отношению к общей системе». Этот подход – это новый подход, мы не говорили о нем, не углублялись в это. У нас нет ощущений и келим для этого. Как я проверяю, насколько ты полезен группе или нет? Если человек в группе, то еще как-то можно, но как группа по отношению к другим группам, по отношению к общему кли, – тяжело.

Нет у нас какого-то внутреннего строения, соответствующего этому. Нам самим придется включиться друг в друга, и это собственно цель всего этого, – чтобы мы все включились бы в эту систему и начали бы ощущать душу Адама Ришон. Начали бы управлять ею, и согласно сближению между собой, с этой системой, мы увидим, как устремятся к Нему все народы. Все те, у которых нет устремления к этому, также почувствуют, что им хорошо быть в такой связи друг с другом. Откуда? Сами по себе почувствуют, без всякого распространения. Распространение будет в том, что мы объединимся всё больше и больше между собой. (01:04:52) 

Ученик: Так они должны создать воспитательную связь, воспитательный процесс связи между группами?

М. Лайтман: Да. 

Ученик: И пока еще у нас нет понимания и ощущения?

М. Лайтман: Мы приобретем это в пути, мы изучим это, будем изучать это по дороге. Я всегда так поступаю. И я вам говорю, что это этап, как пишет Бааль Сулам, когда мы находимся в процессе, называемом «последнее поколение». У нас нет в этом никакого понимания, никакого знания. Это интегральная система. Даже в технике на различных уровнях имеется проблема с такими системами. У нас нет для этого достаточного строения мозга, сердца, даже математики, физики. Нет-нет, мы не предназначены для понимания таких систем. (01:05:57)

Ученик: Так пока еще нет у нас этого, есть ли место…

М. Лайтман: Есть место, чтобы втолкнуть себя туда, и тогда получить свыше свет, возвращающий к Источнику, который выстроит в нас различные ячейки и системы, и тогда мы сможем. Так это и работает.

Ученик: Окей, пока что то, что естественным образом развивается, это все эти пересечения в системе, которые очень заботятся о связи между собой, но каждый сейчас пытается заботиться о своей области. Скажем, Европа о своей области, Северная Америка о своей – это правильно, как предварительный этап, для создания мирового борда, который обеспечивает связь между группами? (01:06:49)

М. Лайтман: Наверно, да, я не знаю. Надо идти в этом направлении, тогда изо дня в день, даже из часа в час мы начнем чувствовать, мы сможем говорить. Надо говорить об этом, надо определять времена, когда мы будем это выяснять. И таким образом сможем развить всё это. Никто в мире кроме вас не готов к этому. (01:07:17)

Ученик: Это время утреннего урока вместе с вами?

М. Лайтман: Я не знаю, утренний ли урок или другое время, может быть, вместо вечерних уроков займемся этим. Понимаешь? Я вижу это, как гораздо более важное и срочное. 

Ученик: Но это что-то, что делает группа людей или это происходит среди всех нас, как в мировом кли?

М. Лайтман: Мы решим, например, вечерами, с семи до восьми вечера, или с шести до семи, когда вам удобно. Мы сидим и обсуждаем это, и связываемся с разными другими группами, и таким образом развиваем тему. Чтобы нам было яснее, чтобы каждый из тех, кто участвует, даже те, кто не участвует практически, тем не менее, из общей связи между нами у них также выстроятся эти самые внутренние системы, чувства, восприятие, более через разум, более интегрально. Поговори с человеком с улицы обо всем этом или вообще о науке каббала, насколько он не поймет, о чем ты вообще говоришь. Откуда у тебя это? – а вот так, из того, что ты занимался, и у тебя ничего не было, но ты занимался этим, свет постепенно светил и организовал тебе эти чувства и разум, и ты уже по-другому можешь думать и чувствовать. (01:09:10)

Ученик: Скажем, нынешний этап, о котором мы говорим, это выражение заботы о Европе, это предваряющий этап своего рода, как подготовка мирового борда, для того чтобы подготовить связь между группами. Мы еще не находимся пока что на связи между группами, мы находимся в zoom-in в Европе. (01:09:36)

М. Лайтман: Нет-нет, понятно, о Европе, но мы хотим относиться к Европе всем миром, всем нашим мировым кли, всё. Всё же тебе нужна какая-то цель конкретная. Тогда все как бы налетают на эту часть, на этот район в общей системе, который сейчас неисправен, а мы хотим им заниматься. (01:10:07)

Ученик: То есть уже сейчас мы, по сути дела, строим сеть между группами – тем, что весь мир заботится сейчас о Европе? 

М. Лайтман: Ну, конечно, конечно, мы уже в процессе. С того момента, когда начали об этом говорить, – всё. 

Ученик: Теперь то, что было в виде понимания разумом, линеарно. В линеарном виде сейчас нужно создать группу, которая заботится о Европе. Это естественным образом то, что мы сделали. Теперь мы слышим, что есть понятие группы в Северной Америке, нужно позаботиться о ней. Это правильная мысль? (01:10:48)

М. Лайтман: Это само по себе. И то, я не думаю, что мы в одной группе можем заботиться обо всем мире. Должна быть одна большая группа для общего объединения всех людей, в смысле мирового Бней Баруха, и в ней различные секции, которые будут заботиться о континентах. (01:11:28)

Я очень надеюсь, что вы будете в Северной Америке, поговорите там со всеми и передадите, видимо, эту заботу также и им. Я очень заинтересован в том, чтобы все вместе приняли участие. Ну, что поделаешь, ладно, всё сложится. Я понимаю, что я не прав в том, что давлю на людей. Может быть это не в их возможности исправить или реализовать то, что следует. Но, поймите, почему я давлю. Дайте совет, как вести себя правильно, по-другому, так, чтобы несмотря ни на что, всё исправилось. Нью-Йорк. (01:12:36)

Вопрос: Где-то полтора года назад, перед последним конгрессом в Северной Америке, была создана мировая группа поручительства. Когда мы собрали людей, именно как вы описываете, которые были связующими звеньями в системе, у которых была возможность почувствовать, что более-менее происходит в их регионах, и была связь с регионами. Но, когда мы работали с этой командой, мы видели, что у этой команды есть более внутренняя сила, чем сила заниматься внешними действиями. То есть, когда мы там встречаемся, чтобы создать внутреннюю силу, поднять важность и привлечь какую-то силу, затем можно идти на то, что нужно делать где-то там конгресс, здесь, или там. Но мы не видели, как это могло быть более действенным. Теперь вопрос: это команда мировая, как вы видите, должны в действии заниматься связью между группами? Подготовить такие собрания товарищей? (01:14:05)

М. Лайтман: Мы проведем встречу здесь, в Израиле. И, конечно же, будем на связи со всеми в мире, кто заинтересован быть в этом процессе, и будем говорить об этом. И постараемся развить всё это так, чтобы мы поняли, как нам следует действовать. То, что было – было; теперь раскрывается что-то новое, увидим. Будем надеяться, что нас не опустят вновь на работу на более низком, чем этот, уровне. Ибо эта работа в усилении кли Адам Ришон в целом, в его части, которая сейчас должна пробудиться за счет воздействия света, возвращающего к Источнику, всё. (01:15:00)

Подумаем, сядем, поговорим, придумаем всякие идеи, – то, что мы поймем из нашей учебы. Сделаем это по вечерам, и из этого больше поймем, что мы должны делать. Всё должно прийти согласно нашим усилиям. Если ты спрашиваешь меня сейчас, я не знаю, что делать. Но когда мы сядем, начнем говорить, начнем изучать, начнем как-то соединять всё это, то постепенно всё проявится. Раскроется место для света, возвращающего к Источнику. Всё. Берлин. (01:15:56)

Вопрос: Как мы можем объединяться с десятками в Европе, если видно, что они просто не выполняют рамки. Что можно просто принять их, как они есть? В той форме, как они находятся за счет будущего исправления, то есть, как мать заботится о ребенке? (01:16:24)

М. Лайтман: Мы не определяем им никаких форм, никаких рамок, никаких условий, чтобы в этих условиях они обязаны были бы существовать. Ничего! Без всякого давления. Кто хочет – участвует, кто не хочет – не участвует. Всё. Нет насилия в духовном. Они в десятке могут попытаться давить на своих товарищей, но мы, собственно, не давим ни на кого. Мы заботимся только о том, чтобы все наши десятки и отдельные люди получили поддержку, получили пробуждение, возбуждение. И чтобы почувствовали, что через связь между нами мы вошли в процесс, называемый исправление последнего поколения, системы Адама. Всё. Балтия. (01:17:46)

Вопрос: У нас просьба и вопрос. Сейчас вот мы подключились через систему, которая называется «Галакси кли – 1», но ее нужно улучшать, потому что она работает очень плохо, но помогает именно взаимовключиться с товарищами всего мира. Вот сейчас у нас и Берлин подключился. И ты можешь найти товарищей, которые смотрят уроки, и просто зайти к ним и быть вместе. И мы просим, чтобы эта система заработала, чтобы все товарищи могли зайти и пользоваться. И без всяких технических проблем начали вот взаимно включаться друг в друга. (01:18:42)

М. Лайтман: Я надеюсь, что в той самой системе, в этом мировой всемирном борде, в нем также будут люди, которые относятся к связи – наши техники, и они займутся этим, может быть, с вашим участием. (01:19:06)

Ученик: Вопрос про десятки продолжаю. Когда вы как бы подтолкнули зайти в эти постоянные десятки, это как-то очень усилило именно группу Балтии. Но потом почувствовалось, как духовная теплица – есть у тебя утренний урок, может быть распространение, и уже все хорошо. Как бы какой-то ступор и, не знаю, как сказать. (01:19:46)

М. Лайтман: Я вместо тебя это выражу. Начал ли ты заботиться о более внутренней системе – объединении между сердцами, объединении всех с Творцом, чтобы вы начали чувствовать, что надо быть «как один человек с одним сердцем»? И из этого одного сердца вы должны раскрыть духовное, Высший мир. То, что вы организовались во внешних рамках, очень хорошо. Что в этом плохого? Ничего плохого. Из нее прыгай дальше. Это только внешнее, всего-навсего внешняя система, внешние рамки. Я надеюсь, что мы, когда начнем работать над этим, у вас будут вопросы, мы сможем на них ответить и направить вас правильнее. (01:20:43)

Реплика: Я хотел рассказать из нашего опыта в десятке. Мы создаем связь между группами: в пять подключаемся на Zoom с товарищами в Европе, из всех стран, из России, Украины, из Израиля, и делаем сильное собрание товарищей, укрепляем связи между десятками. (01:21:20)

М. Лайтман: Отлично, хорошо.

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/1p8dPV4X?language=ru