Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 5 апреля 2025 года
Часть 1: Бааль Сулам. А это для Йеуды
Чтец: Мы продолжаем статью со строчки «А в таком случае».
А в таком случае, следует понять, в чем состоит преимущество формы человека относительно животного в плане существующей в них подготовки. На самом деле, считается, что оно состоит в их запросах, ибо запросы человека, несомненно, отличаются от запросов животного. И потому в той же мере отличается избавление Творцом человека от избавления Им животного.
М. Лайтман: То есть, по сути, если мы хотим различить, в чем есть различие между человеком и животным, и вообще между всеми частями творения, то это в хисароне, который у каждого из них. И согласно хисарону, который есть в них, согласно этому Творец может исправить это желание и наполнить его.
Поэтому мы должны проверить: в чем разница, в чем преимущество, в чем различие между желанием, стремлением, запросами, как он говорит, животных и человека. И в этом вся разница, по сути, между тем, что мы, когда рождаемся и находимся в отсутствии духовного, и тем, что мы приходим к самому высокому уровню раскрытия Божественного.
Тот, кто приходит к уровню Окончательного Исправления, называется человек, или стремится к этому, по крайней мере, в пути. А тот, кто находится в полном отсутствии в этом мире, без ощущения, где он находится относительно Творца, называется животным. И вся разница между нижней этой точкой животного и самой высокой точкой человека, разница между ними в их хисаронах, которые есть у нас. Так что является хисароном, который ведет нас к тому, чтобы стать человеком?
Чтец: (02:16) И вот, после всех исследований и проверок мы не находим особой потребности, заложенной в желании человека, которой не было бы во всем роде животных, кроме пробуждения к духовному слиянию.
М. Лайтман: Это стоит просто отметить. Все, что есть в нас, большее, чем уровень животного, чего нет в плоскости этого мира, где мы находимся просто так, – это пробуждение к высшему, к более высокому уровню, к уровню Творца. Нет никакой разницы между животным и человеком ни в чем.
Так где наша культура, это интересно, наука, и вообще, все, что есть в нас, что мы такие развитые, богатые относительно животных и зверей? Если наше стремление со всеми возможностями в нас, с желаниями, со способностью нашей, если все эти вещи, по сути дела, в использовании только в плоскости этого мира, мы называемся животным. И если у нас есть стремление от животного к более высокому уровню, чем эта плоскость, это называется человек.
Чтец: (04:02) И только род человеческий готов к этому, и никто кроме него.
М. Лайтман: В чем тут дело? Человек – это тот, кто раскрывает свое желание к Божественному. Когда раскрывается в нем желание к Творцу, его можно назвать уже человеком, Адамом.
Чтец: (04:36) И получается, что всё существование рода человеческого оценивается лишь по этой заложенной в нем подготовке – стремиться к работе Творца.
М. Лайтман: В каждом из нас, во всех миллиардах, которые находятся на Земле, есть точка в сердце. Она скрыта, и все еще не выказывает себя, но эта подготовка дает каждому как бы имя человека, но по будущему, что когда-то это пробудится, даже у кого-то, кто совершенно сегодня не чувствует никакой связи с этим.
Чтец: (05:18) И этим он выше животного. И мы уже неоднократно говорили о том, что даже абстрактное мышление, необходимое и для ремесел, и политического управления, мы находим у животных в большом понимании и во множестве деталей.
М. Лайтман: Можно объяснить это в животном в человеке, можно объяснить на уровне животного в животных. Они там образуют стаи, семьи – вся разница, разница количественная, не качественная. Качество – это с уровня на уровень, количество… по количеству мы больше в разуме.
Чтец: (06:06) И отсюда мы также поймем, что отсутствие, предшествующее существованию человека, есть отрицание желания и стремления к близости Творца, ибо такова ступень животного.
М. Лайтман: То есть тут уровень животного, он говорит, что это «животное особое». Тот, кто чувствует, что у него есть отсутствие Творца, как он говорит, «отрицание», ну давайте объясним по-простому. То есть животное, которое мы говорили до этого, это тот, кто не чувствует пробуждения к Творцу, а с момента, когда появляется пробуждение к Творцу, называется Адамом.
Чтец: (06:59) И таким образом, мы поймем слова Мишны, которая говорит: «Начинается с позорного состояния и заканчивается достойным». Т.е., как сказали [мудрецы], нужно помнить и изучать это отсутствие, предшествующее нашему существованию, как сказано, в положительном смысле. И это – позорное состояние, предшествующее достойному. И из него мы лучше и сильнее поймем достойное состояние. Т.е. как мы учили [в Мишне]: «Начинается с позорного состояния и заканчивается достойным».
М. Лайтман: То есть только из отсутствия хисарона. И хисарон чем больше и более детальный у человека, только из этого хисарона и в соответствии с ним, из этих мест, в соответствии с этими хисаронами – каждый ощущает изгнание из божественного. И там эти хисароны, которые до этого были недостойны Творца, не хотели Его, противостояли Ему, там он почувствует слияние, соответствие, благодарность и любовь к Нему.
У нас нет других мест, где мы раскроем отношения, близость, почувствуем божественное совершенство, вечность, познаем все мироздание, кроме как в тех желаниях, которые пробуждаются у нас сейчас как помехи. Мы должны относиться к ним с хорошим ощущением, как к дорогому кли, инструменту, который нельзя потерять, как бы может разбиться, как к дорогому сосуду, у нас не будет возможности, не будет способности тогда через него ощутить Творца, нашу вечность.
Это отсутствие, которое все время пробуждается в нас, очень-очень важно, на самом деле человек, так написано, должен благодарить за хорошее, так же как и за плохое, то есть это кли, это не… Это только относительно нас раскрывается сначала как отсутствие, чтобы дать нам ощущение нехватки, чтобы потом в таком виде мы ощутили ощущение наполнения, но само оно со стороны Творца никогда не находится в негативе.
(09:47) Поэтому, когда мы выходим сейчас после праздников в нашу жизнь обычную, и поэтому человек обязан также работать, быть вместе с обществом и жить семейной жизнью, чтобы у него были помехи. Благодаря этим помехам, которые он получит в семье, от детей, от своей работы, от своего окружения широкого, он сможет оттуда просто против своего желания получить такие впечатления, в которых он почувствует отсутствие божественного.
И вопреки этому, если он захочет раскрыть Творца, захочет не расставаться с ощущением связи с божественностью, которую он обрел в хорошие моменты, называется, что этим он снова и снова присоединяет к своему кли новые желания, исправляет их. И в них потом он почувствует с большей силой раскрытие Творца ему.
Поэтому начинают с порицания, а заканчивают восхвалением – это непреложный закон во всех состояниях, на всех ступенях. Им нужно хорошее окружение, хорошее общество, учеба, рамки, чтобы эти помехи, как можно быстрее вошли бы в исправление и присоединились к восхвалению.
Чтец: (11:29) И в этом также смысл наших четырех изгнаний, одного за другим, предшествующих четырем избавлениям, одному за другим,...
М. Лайтман: Мы знаем, что все наше развитие, по сути, согласно четырем стадиям прямого света в его источнике. Кроме четырех стадий прямого света, когда свет развивает кли и приводит его к состоянию малхут Бесконечности, нет ничего, все остальное – это реакция кли на это состояние. Она хочет уподобить себя свету, наполняющему его.
Это можно уподобить точке малхут Бесконечности, которая раскрывает себя, что она находится в море света. И этот свет приходит к ней волнами, и она чувствует отношение света к ней – это, по сути, Творец. Связывает Творца с собой и сейчас она хочет дать всем этим волнам любви то же отношение со своей стороны, и тогда она начинает работать, до тех пор пока в конечном счете не уподобляет свое отношение этому морю, в котором она находится. Две эти волны – это девять сфирот прямого света и отраженного света, и между ними становится объятие, зивуг на одном уровне без перерыва.
Так все, как Творец создал эту центральную точку по четырем стадиям прямого света, так форма нашего исправления обратна тоже по четырем стадиям, из этой малхут – наружу. Кроме этих четырех стадий нет ничего. Малхут, когда раскрывает свое отношение к Творцу, исправляет себя, проходит четыре этапа отсутствия и раскрытия. И отсутствие и раскрытие – это четыре галута, изгнания и избавление.
Чтец: (13:59) …вплоть до четвертого избавления, являющегося окончательным совершенством, ожидаемого нами скоро в наши дни, амен. Ведь изгнание есть отсутствие, предшествующее существованию, каковым является избавление.
М. Лайтман: То есть в начале всегда на каждой ступени, на каждом этапе мы чувствуем хисарон большой, большие страдания, ужасные, в разных формах, а потом чувствуем раскрытие. Эти изгнания в нашем мире тоже. Как они распространяются в материи. Мы знаем, что такое изгнание – это уничтожение, погромы и все, что с нами происходило. А в духовном – это результат того, что мы чувствуем в духовном тоже как отсутствие. Ощущение ужасное, но то, что мы можем сделать, это подготовить себе окружение, атмосферу, поддержку внешнюю от группы так, чтобы мы прошли в духовном, в материальном вообще не будем нуждаться в этих изгнаниях, а пройдем их в духовном. И пройдем в духовном хорошо, и быстро, и комфортно, только в увеличении стремления к раскрытию, к Избавлению из изгнания.
Чтец: (15:47) И, исходя из того, что это отсутствие, есть подготовитель к существованию к нему относящегося, подобно посеву, который является подготовлением к жатве, как это объясняется в книгах, поэтому все буквы слова «избавление» (геула) присутствуют в слове «изгнание» (гола) кроме буквы «алеф», которая указывает на Властелина мира.
М. Лайтман: То есть разница между «изгнанием» и «избавлением» – это раскрытие Творца, буква «алеф», которая символизирует Творца. И если раскрывается Творец то же «изгнание» становится «избавлением», то есть те же келим «изгнания», те же келим, те же свойства. Когда мы присоединяем только раскрытие Творца, тогда вместо «изгнания» становится «избавлением».
Чтец: (16:58) И это показывает нам, что форма отсутствия есть не что иное, как отрицание существования. И вот форма существования, то есть Избавления, передана нам словами: «И не будет больше каждый учить ближнего своего… ибо все познают Меня, от мала до велика».
М. Лайтман: То есть есть у нас состояние, когда мы находимся все в «изгнании», а потом приходят люди, которые уже более продвинутые и обучают людей, которые менее продвинутые, вплоть до уровня, когда все приходят к тому же раскрытию божественности, к тому же пониманию, к тому же слиянию.
И это говорится относительно всех душ, которые находятся во всех людях в этом мире. Все, как части той же души Адама Ришона, должны прийти к одинаковому уровню раскрытия Творца, как сказано: и все познают Меня, от мала до велика. То есть все на той же ступени. Той же ступени имеется в виду, что будут относиться к одному уровню.
Чтец: (18:33) А в таком случае предшествующая ему форма отсутствия, то есть форма изгнания, будет лишь отрицанием знания Творца, что является отсутствием буквы «алеф», недостающей нам в слове «изгнание» (гола), и ожидаемой нами в Избавлении, представляющем собой слияние с Властелином мира.
М. Лайтман: То есть когда мы можем сказать, что мы находимся в «изгнании», как действительно мы чувствуем «изгнание», что нам не хватает раскрытия божественности, буквы «алеф», и тогда «изгнание» действительно ощущается как «изгнание», а не просто животное страдание или всякие другие вещи.
То есть вы можете только отсюда понять, насколько человек должен пройти ужасные состояния душевные. Если бы он проходил это без общества и без помощи со стороны других, и без включения с ними, без их помощи и общей работы внутренней и духовной, и внешней, насколько только катастрофы внутренние и духовные, и ужасные страдания он должен был пройти. Против бесконечности, против полного раскрытия он должен был бы сначала опуститься в состояния душевные ужасные. И только возможность пройти эти состояния – благодаря включению в другие души помогает ему все-таки пройти их без падения в состояния, которые невозможно пройти для человека.
(21:15) То есть хотя мы говорим, что отсутствие предшествует и обязано как бы быть равным с присутствием, то есть изгнание должно быть по своей горечи и силе ужасным как избавление. Но мы не ощущаем его в таком виде, потому что мы можем удостоиться избавления через взаимовключение с работой каждого, то что я включаю в себя других, другие включают меня, я делаю в их келим, и они делают в моих келим, и эти келим потом соединяются в действии «рав поалим микабцеэль» так, что у меня есть сила пройти эти изгнания не на уровне негативной бесконечности. Потому что оттуда я не мог бы выйти, а на уровне, когда я могу даже поднимать ощущение изгнания, если я связываю его уже с будущим избавлением, эффективным образом ощущаю изгнание, и я могу вообще пройти его в подъеме и перевести все страдания – из телесных страданий или душевных страданий в страдания любви и стремления.
Может быть, слишком так я это закрутил. Короче мы не обязаны ощущать глубину негативных ступеней так, как высоту позитивных ступеней, которых мы удостаиваемся. Я не должен опускаться в минус 20, чтобы подняться в плюс 20, потому что в плюс 20 я поднимаюсь через работу взаимовключения с другими. И тогда мой выигрыш во много раз больше относительно того, что я чувствую негатив. И негативность – это тоже я могу не ощущать, если я в ней раскрываю, к кому я стремлюсь, то есть в силах человека в конечном итоге ощутить себя комфортно и хорошо.
Это не получается практически совершенно всегда, но можно сказать так, что Творец, когда подготовил нам путь, в основе пути, Он подготовил возможность, чтобы весь путь мы ощутили от начала и до конца, как будто мы находимся в Окончательном исправлении, как находимся в самом хорошем состоянии. Только всякий раз в разной мере, в окончательном исправлении все лучше и лучше, есть такая возможность, теоретическая, я не говорю, что я не вижу возможности абсолютно быть в этом, но теоретически возможно. Потому что самые ужасные страдания, если дают их человеку постепенно, ему дают так, что он всегда может подсластить их и перевести их в страдания любви. Мы еще объясним это когда-нибудь.
Чтец: (24:53) И в этом как раз и состоит всё освобождение души нашей, не более и не менее. И потому мы сказали, что все буквы слова «избавление» 'геула' присутствуют в слове «изгнание» 'гола', кроме «алефа», символизирующего Властелина мира. И пойми это как следует.
М. Лайтман: Нечего добавить. Буква алеф и все.
Чтец: (25:22) И для того чтобы понять этот важный момент, упомянутый выше, состоящий в том, что само отсутствие и есть то, что готовит соответствующее ему существование…
М. Лайтман: Почему отсутствие готовит существование? На сколько оно раскрывается во всех видах, как раскрывается, в каких формах, которые есть там, в миазмах как бы этих, кавернах, которые отсутствуют у меня, так и так. И я раскрываю на самом деле, что у меня отсутствует раскрытие Творца, и в каком виде отсутствует, и в каких видах отсутствует с помощью страхов и тревоги, и неприятностей, и стыда. Если я раскрываю все эти каверны, которые присутствуют, пустоты, которые есть в отсутствии, то в них я как раз согласно этому потом ощущаю наполнение.
Чтец: (26:19) …рассмотрим это на примере поведения в этом, материальном, мире. Ведь [говоря о] понятии свободы, очень высоком и возвышенном, мы видим, что ее могут вкусить лишь избранные, да и они только при соответствующей подготовке, однако большая часть народа совершенно не способна ощутить ее вкус. В противоположность этому, в отношении понятия рабства большой и малый равны между собой, и даже самый худший человек из народа не может его выдержать.
М. Лайтман: Он говорит, никто не хочет переживать рабство, терпеть рабство. Зависит от того, в чем он ощущает рабство. Если раскрывается ему это, он не может терпеть. Но, по сравнению с этим, избавление, по сравнению с рабством, тоже каждый чувствует иначе. Может быть, прочти дальше.
Чтец: (27:58) (Как мы видели в польском народе, потерявшем свою государственность только из-за того, что бо́льшая его часть не умела по достоинству ценить преимущество свободы и не оберегала ее, и потому они [т.е. поляки] попали под иго российского правительства на сто лет. А в течение этого времени все они стенали под игом рабства, страстно добиваясь свободы, – от мала до велика. И хотя они всё еще не имели представления о вкусе свободы согласно ее [истинному] образу и подобию, и каждый представлял ее себе, как хотел, однако в отсутствии свободы, т.е. в рабстве, способность ценить и любить свободу прочно отпечаталась в их душах. И вместе с тем, когда они освободились от ига рабства, мы видим, что многие из них ошеломлены и абсолютно не знают, что они выиграли от этой свободы, а некоторые еще и раскаиваются, говоря, что собственное правительство отягощает их налогами и поборами еще больше, чем чужое, и лучше бы мы оставались, как раньше. Ибо на них сила отсутствия еще не подействовала в должной мере.)
М. Лайтман: Пример, который мы понимаем, как следует, да? Нам было очень хорошо в изгнании, мы вернулись сюда, в землю Израиля, удостоились избавления, с радостью убегаем в Америку, да? И не чувствуем вообще, что нам нужно это избавление, да. А чего не хватает? Не хватает, что ощущение избавления может быть только из полного осознания изгнания, а иначе мы не чувствуем, что были в изгнании.
У тебя было изгнание в чем? Ты недостаточно зарабатывал, да, ты недостаточно мог выезжать, может быть, в поездки заграничные, правительство русское не давало тебе. А сейчас у тебя есть все. Проблема?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (31:02) Если мы говорим, что невозможно терпеть отсутствие, как можно выстроить кли? Поскольку недостаток света строит кли.
М. Лайтман: Если мы никогда не можем терпеть настоящее отсутствие, как мы можем все-таки прийти к построению совершенного кли? Потому что совершенное кли основывается на этом совершенном отсутствии, которое должно быть.
Решение в том, что процесс, когда мы строим кли – это процесс аккумулятивный, накопительный. То есть я раз за разом, раз за разом прилагаю усилия и чувствую всякий раз хисароны, и дополняю их в каком-то виде, и делюсь со своими товарищами их хисаронами – они мне, я им.
Но в каком виде я меняю свои хисароны на их хисароны? Я получаю от них их пробуждение как будто к Творцу, и передаю им мое пробуждение к Нему. И в таком виде мы удостаиваемся, вместо того, чтобы ощущать негатив, ощущать позитив в стремлении. И в этом мы, тем, что я смотрю на тебя, насколько ты стремишься к Творцу, что есть у меня от этого? То же стремление к Нему.
Ученик: Иногда, да.
М. Лайтман: У меня есть стремление к Нему, то есть я действую, как будто у меня есть хисарон. Я раскрыл его, но я не раскрыл его, как хисарон у себя, я раскрыл его, как твой подъем. Получается, что я сразу удостаиваюсь кли исправленного, и не нужно ощущать в нем негатив, а ощущаю в нем позитив, позитив в стремлении к Творцу. Это называется страдание любви. Понимаешь?
То есть, благодаря тому, что мы работаем в группе, и в распространении, и в разных вещах, от этого мы обретаем позитивный хисарон, прямо к Творцу. Мне не нужно входить в какие-то войны и уничтожения, и какие-то погромы, и разные вещи. Нет. Чтобы стремиться к Творцу из этого. Я могу стремиться к Нему из того, что я делаю действия сам, позитивные, которые сразу принесут мне положительный результат, положительный хисарон.
Ученик: (33:50) Это должно быть два ощущения вместе?
М. Лайтман: Что значит два ощущения вместе?
Ученик: Невозможно избавиться от отрицательного состояния.
М. Лайтман: Негатив ты ощущаешь, потому что ты чувствуешь горечь в своей жизни, но главным образом – это горечь, чтобы у тебя было раскрытие божественного. Ты переводишь хисарон из хисарона пропасти ужасной в хисарон стремления к Творцу. И эта работа помогает тебе.
Это то, что называется, что мудрецы Гмары произвели исправление по сравнению с мудрецами Мишны: что ты спи на земле, страдай всем, что есть, вводи себя в хисароны, в давление, которое будет издеваться, мучить тебя. Не надо это делать, мы сделаем это иначе. Мы так произведем исправление, чтобы человек получил стремление к Творцу, перескочив над этим телесным страданием, над хисароном.
Телесный хисарон не думает, что ты этим исправляешь его, что он остается в каком-то виде, что нужно будет исправить его – нет. Ты берешь его и исправляешь тем, что ты вкладываешь от себя при всех возможностях этого мира.
Спрашивайте.
Я не могу выяснить достаточно хорошо, но...
Ученик: (35:41) Так, секунду, если у товарища не хватает что-то, я вижу, что ему не хватает, и я наслаждаюсь этим, что ему не хватает? Я выигрываю от того, что ему не хватает?
М. Лайтман: Как ты это завернул вообще?
Ученик: Как я выигрываю хисарон к Творцу от того, что товарищу не достает Творца?
М. Лайтман: Я не вижу, что ему не достает Творца. Я вижу, насколько он в воодушевлении от того, что не хватает ему Творца, я приобретаю его воодушевление.
Ученик: Когда я вижу, что он воодушевляется, значит, я вижу его, что он страдает?
М. Лайтман: Когда страдают, я не могу воодушевиться этим. Откуда? Как может быть, что я воодушевляюсь тем что он страдает? Ну, понятно, что я ему не завидую, может быть даже хочу помочь, но... Нет тут. Но это место моей работы. Не понимаете?
Ученик: Так каково должно быть отношение к товарищу, когда мы видим его в двух состояниях? Чтобы увеличить стремление.
М. Лайтман: От того, что товарищ находится в плохом состоянии, у меня есть только возможность ему помочь с помощью материальных действий, телесных. От того, что он чувствует себя хорошо, показывает хороший пример, и я впечатляюсь, насколько он находится на подъеме к Творцу. Если я приобретаю это от него, то я покупаю исправленные келим к Творцу. Я впечатляюсь целью, этим властелином мира. Я впечатляюсь этой буквой Алеф, которой не хватает мне для того, чтобы выйти из моего изгнания. А затем, когда я прихожу еще на учебу, и привлекаю к себе света, которые исправляют меня, с помощью тех потребностей, хисаронов, которые я получил от группы, тогда мне не нужно никаких других страданий, ведь у меня есть сразу же страдания любви. Я от группы получаю страдания любви – это последние страдания перед избавлением. Это и есть результат группы, когда нет у меня никакого источника, иного источника таких страданий, от которых я моментально перескочил бы к раскрытию Творца.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (38:43) Все каббалисты были в этом?
М. Лайтман: Все каббалисты организовывали окружение для себя.
Ученик: А в этом поколении?
М. Лайтман: В нашем поколении мы находимся в особенном состоянии. Это особенное состояние, об этом пишут Бааль Сулам и другие каббалисты, это нечто другое. Но понятие группы никогда не исчезнет, потому что взаимовключение душ – это вещь необходимая для того, чтобы прийти к Окончательному Исправлению. Только эти группы были большие, связывались друг с другом, передавали друг другу их воодушевление, свое величие Творца.
Например, здесь была группа Москвы. Ну, даже группа Вены, ладно. И они видят, насколько мы хотим избавления, получили впечатление от этого, и сейчас у них это впечатление в сердце. Это впечатление подобно решимо. То, как мы это изучаем с предыдущего состояния.
Мы поместили их в наше состояние, мы выстроили какое-то особенное состояние, они чуть-чуть приоткрыли его, и они смогли войти в него и получить впечатление. Теперь, если они захотят прийти к таким же состояниям, которые они прошли здесь, то, от чего они впечатлились, и захотят эти состояния на самом деле реализовать их самостоятельно в своей группе по отношению к Творцу, то они правильно воспользуются взаимовключением, это так называется.
Ученик: (40:38) У нас в поколении есть условия, которые больше ускоряют?
М. Лайтман: Да. А мы сами, чтобы прийти к кли еще большему, мы должны к себе тоже подсоединять еще и людей снаружи, и подниматься ввысь, поднимать наш уровень. Надеюсь, это то, что сейчас будет после праздников, начнем серьезную учебу совершенно на другом уровне.
Это чувствуется после каждого праздника, насколько вид учебы, ее глубина отличается. Верно? Чувствуется же. И это является результатом того, что мы вложились в другие, внешние группы, и то, что мы присоединили их хисароны к себе. Насколько их хисароны как бы выглядят маленькими относительно наших, и еще не раскрыты, и еще непонятны, не обработаны в них, не переработаны, но тем не менее, по отношению к нам – это хисароны важные.
Ученик: У нас в нашем поколении есть лучшие условия, процесс быстрее?
М. Лайтман: Процесс быстрее, может быть, не знаю. В любом случае процесс может быть только между людьми, у которых пробуждается точка в сердце. Вчера я выступал на радио на русском языке, и он говорит, что нас, допустим, слышали двести тысяч человек. Из двухсот тысяч человек, может быть, услышали меня, услышали через точку в сердце, те, кто почувствовали реакцию в сердце, допустим, две тысячи.
Из этих двух тысяч (в них есть уже подготовка, кроме того, чтобы услышать, и сказали бы, по-видимому, это нормально, здесь есть что-то) готовы прийти и вложиться, допустим, двести. Из этих двухсот, может быть, двадцать придут и, может быть, двое останутся. И это нормально, это хорошо, если можно так вообще, так, чтобы после этой лекции остались два человека. Только такие. И если мы говорим о том, как мы можем ускорить избавление – только через то, что мы еще и еще распространяем эти знания всем, что, может быть, кто-то еще не слышал, он услышит.
Ученик: (43:51) Да, но у прошлых каббалистов не было радио.
М. Лайтман: В прежние времена они не нуждались в такой рекламе, они не подошли к такому избавлению в мире. Об этом пишет Бааль Сулам, что сейчас пришло такое поколение, прежде такого не было, не было, к кому обращаться. И вообще все были чистые, тонкие настолько, что Ребе объяснял, рассказывал так, что в начале 20 века, скажем в 20-е годы 20 века, когда в России и Польше были такие революции… Но он говорил, что если в 19 веке можно было обратиться к какому-то еврею или кому-то и сказать, что есть возможность прийти к раскрытию Творца, была такая чистота в людях, которые могли отбросить всю свою жизнь и входили бы в это целиком, подобно хасидам Коцка. Не было у них еще большого желания получать. Они могли еще сосредоточиться на работе Творца практически без помех.
В то время как, ну, даже видно по технологическому развитию. В XIX веке была все еще, ну, культура, скажем так, на высоте. В XX веке какая культура? Никто не слышит всех этих артистов. Все упало, остались только технологии. Посмотри, что произошло с начала XX века и до конца XX века. Такое развитие, которому подобного никогда не было. Почему? Желание получать так подскочило и подтолкнуло все поколения, три-четыре поколения. Посмотри, какое развитие. Люди, которые были в конце 19 века и в конце 20 века, это совершенно разный вид людей.
Я не чувствую и не вижу никакого другого средства ускорить наше развитие и всего человечества, кроме как через рекламу. Чтобы еще и еще люди, у которых есть точка в сердце, по мере ее пробуждения, или то, что она может скоро пробудиться… Потому что время сейчас идет так, что, мы видим, человек приходит сегодня в начинающую группу относительно людей, кто приходил тогда, и за 3-4 месяца это совершенно другие люди. Они чувствуют по-другому, понимают по-другому. Они намного ближе в течение всего нескольких месяцев. Они задают такие вопросы, которые я задавал только через несколько лет.
Поэтому мы только так и должны действовать. Может быть, появятся еще средства. Как можно более широкое распространение для того, чтобы, может быть, выловить отдельно взятую маленькую рыбу. Такую широкую, большую сеть по всему миру, чтобы одиночек найти. Потому что мы охотимся, вылавливаем точки в сердце. Все. Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (47:51) Как уважаемый Рав сказал, то есть сейчас мы находимся перед избавлением. Да. Последнее Поколение перед избавлением.
М. Лайтман: Я не сказал, что мы Последнее Поколение перед избавлением. Не подписываюсь.
Ученик: Я понимаю так. Можно сказать, что часть души человека, то, что сейчас не исправлено, рассеяно по группам. Так можно сказать?
М. Лайтман: То, что наше поколение исправлено, оно исправлено великими каббалистами сверху вниз. Те, кто подготовили нам путь к исправлению и методику. Исправление снизу вверх по-настоящему начинается с нашего поколения. Только начинается. Мы надеемся.
Чтец: (48:53) Страница 266-я.
А теперь мы поймем спор Рава и Шмуэля. Ведь Рав понимает Мишну…
М. Лайтман: Смотри, в чем здесь проблема. С одной стороны, к каждому нужно относиться, по-видимому, как к маленькому ребенку. И объяснять ему в соответствующем виде. И терпеть его уровень неисправности. И дать ему возможность отпустить, чтобы он мог продвигаться постепенно, и как-то придет его время. Это с одной стороны.
А, с другой стороны, я не знаю, на самом деле, даст ли это хороший результат, потому что раби Шимон, выйдя из пещеры, сжег человека.
Каббалисты всегда говорили, что нужно отталкивать учеников, и принимать только тех, кто к тебе стучится в дверь, ты не пускаешь, а он – к тебе в окно. Ты закрыл окно – через крышу. Только так входили. Есть граница тому, как надо относиться к ученикам. Вначале, только для того, чтобы он услышал, ты должен ему открыться, ты должен относиться к нему мягко, в хорошем отношении и добром. Просто дать ему, этому несчастному человеку услышать. Он же не в состоянии иначе.
Если ты ему скажешь, иди отсюда, он уйдет. Ты ему будешь говоришь о каком-то зле, он не сможет распознать. Когда ты ему говоришь, уйди отсюда, он не поймет, что ты его хочешь, но ты его хочешь с хорошим желанием, с сильным желанием. И если ты ему объясняешь и открываешь ему вообще, о чем говорит каббала, к чему она его может привести, тогда нужно начинать к нему относиться уже к такому, что он должен вкладываться.
Мы видим это в нашей жизни. Мы закончили детский сад. В школе у тебя появляются обязательства. Не просто так написано, что это обязательная школа. Ты обязан учиться, ты должен вкладываться. Хочешь, не хочешь, тебя ругают. А потом вообще ты входишь в такую жизнь, полную страданий и одних усилий.
Так и мы в нашем распространении точно так же. Вначале мы отдаем все. Мы ездим, даем лекции, пожалуйста, все что угодно. Как в интернете, бери все, что хочешь. Кто хочет продвигаться, должен начинать вкладываться.
Поэтому я вчера на одну даму накричал. Да, хватит. Хватит здесь устраивать детский сад. Хотите продвигаться? Значит, надо работать. Но выбора нет, иначе не сможете продвигаться. Поэтому, может быть нас недостаточно понимают группы наши, но выбора нет. Выбора нет. Иначе они вообще почувствуют. Но это уже будет хасидут тогда.
Чтец: (52:40) А теперь мы поймем спор Рава и Шмуэля...
М. Лайтман: В чем была разница между Равом и Шмуэлем? В чем был спор? Один говорил, вначале были праотцы наши, да, вначале они были идолопоклонниками. А Шмуэль говорит, что начинать надо с египетского рабства, оттуда. То есть рабами были мы в Египте. Так с чего начать? С чего, с какого момента начинается изгнание, то, что является корнем для избавления? Или с момента, отцы наши были идолопоклонниками, или рабами были мы в Египте.
То есть говорится о нас, о разнице между ХАГАТ и НЕХИ, это очень большая разница между ступенями. ХАГАТ – это корни Творца по отношению к нам, поэтому называется «праотцы». А мы – «баним» (сыновья), это уже НЕХИ ступени. Это уже то, что относится к желанию получать. ХАГАТ – это только корни для желания получать, желания отдачи.
ХАГАТ – это представители КАХАБ, то есть гуфа ступени. Поэтому он говорит слова Шмуэля. Закон идет за ним, когда мы были рабами в Египте, то есть подготовка к изгнанию начинается с ощущения изгнания. С того, что рабами были мы.
Чтец: (54:10) Ведь Рав понимает Мишну, предписывающую начинать с позорного состояния и т.д. [в том смысле] чтобы из этого можно было наилучшим образом познать меру избавления,
М. Лайтман: То есть мы были идолопоклонниками. Как и сказано об Аврааме, что он был идолопоклонником.
Чтец: (54:36) ...и потому он говорит, что следует начать со времен Тераха и т.д. и он не говорит так же как Шмуэль, так как в Египте любовь Творца и Его работа была уже до некоторой степени посеяна в народе,
М. Лайтман: То есть немного желания получать человека уже в состоянии Египта, то есть когда уже раскрывается Творец, у человека появляется некоторое осознание в направлении его продвижения, и тогда его отношение к своему состоянию уже меняется.
Чтец: (55:10) …а тяжесть рабства, которая добавилась в Египте, сама по себе не является недостатком для существования народа, называемого «человеком», как сказано выше.
А Шмуэль не говорит так, как Рав, потому что понятие свободы народа в знании Творца является таким возвышенным, что его понимают лишь избранные сообразно соответствующей подготовке. Однако бо́льшая часть народа еще не пришла к этому постижению. В противоположность этому, постижение трудностей рабства доступно каждому, как пишет Ибн Эзра в начале комментария к главе Мишпатим: «Нет для человека ничего тяжелее в мире, чем быть под властью такого же человека, как он сам»1.
И он [т.е. Шмуэль] объясняет эту Мишну, опираясь на то, что отсутствие готовит существование, и потому считается частью избавления, произведенного Творцом, за которую тоже нужно благодарить. И потому не следует начинать: «Вначале идолопоклонниками были праотцы наши», потому что это время не входит даже в состояние отсутствия, предшествующего существованию, ибо они были полностью лишены какого-либо существования человека, так как были абсолютно далеки от любви Творца.
М. Лайтман: То есть они все еще не чувствовали в тех состояниях перед египетским изгнанием, что они являются частью процесса раскрытия Творца и объединения с Творцом. И поэтому мы начинаем с «Рабами были мы», то есть ощущение рабства, ощущение изгнания и ощущение отсутствия, прежде всего, главное это отсутствие Творца.
Чтец: (56:55) И потому следует начинать с египетского рабства, когда искры Его любви в какой-то мере уже горели в сердцах их, но только из-за нетерпения и тяжкой работы они угасали с каждым днем, и это считается отсутствием, предшествующим существованию. И потому он говорит, что следует начинать со слов: «Рабами были мы».
Большинство народа не пришло еще к осознанию свободы, как пишет Ибн Эзра в начале комментариев главы Мишпатим: «Нет для человека ничего тяжелее в мире, чем быть под властью такого же человека, как он сам». [Бааль Сулам. «А это для Йеуды»]
М. Лайтман: То есть у каждого из нас все-таки есть внутренняя подготовка, исходя из того, что есть у нас отсутствие ощущения к тому, чтобы прийти к истинному ощущению отсутствия Творца. И тогда мы находимся в развитии, в развитии этого хисарона, достичь раскрытия властелина мира. Вопросы?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (58:55) Почему ощущение рабства легче ощутить, чем ощущение стремления к Творцу, естественным образом или неестественным, из усилия?
М. Лайтман: Ну, прежде всего, рабство относительно людей – это понятно, рабство в отношении людей ясно. Каждый из нас чувствует, не нужно здесь какого-то особенного развития. Рабство относительно самого себя человек тоже может почувствовать. И мы видим в людях, кто чуть-чуть начинает быть более развитым, чем другие люди.
Человек неразвитый или ребенок чувствует себя так, как чувствует. Он не может сказать даже о себе, что у него есть плохое свойство или хорошее свойство. А как-то анализировать, критиковать себя. Но он действует, как маленькое животное.
Через какое-то время, человек, который становится чуть более развитым духовно, я не говорю вообще про отношение к Творцу или духовное, нет. Он говорит так. Приходит и говорит, что у меня плохие свойства, я боюсь. Или я завидую. Или я люблю в карты играть и проигрываю очень много денег. Сделай что-то со мной, чтобы не было во мне такого качества.
Ну, бывают такие и много. Я не говорю уже про наркотики и все такое. Я говорю про как бы естественные свойства. Вдруг раскрыл их и понял, что использовать эти качества плохо, несет ему зло, и тогда начинает понимать, что он находится в рабстве своих собственных качеств, и он просит выйти из них.
Это уже, мы видим, что рабство – это подготовка к избавлению – ощущение рабства. Если мы почувствуем, что все наши проблемы, и в общности всего мира, и у каждого, они только в том, что мы оторваны от высшей силы. И потому что мы оторваны от Него, и Он хочет нас пробудить на связь с Ним, тогда Он нам дает разные страдания, которые пробуждают нас как призывы. Так через это мы можем понять, что делать.
То есть связь простая. Как человек, который обнаруживает в себе какое-то плохое качество и просит его исправить, так и мы, если мы почувствуем, что все плохое в нас, плохие состояния в нас из-за того, что мы не связаны с Творцом, ну, так никаких проблем – попросим связи. Проблема только в том, чтобы раскрыть это.
А вот тут он и говорит, что разница между идолопоклонниками, то, что говорил Рав, и тем, что говорил Шмуэль, что рабами были в Египте, они уже почувствовали, что они рабы. Если бы я говорил, что были идолопоклонниками праотцы наши, они не чувствовали этого. В Египте чувствовали, что они были идолопоклонниками и чувствовали это, и тогда они почувствовали рабство. И вот тогда они попросили избавления.
То есть разница, ведь и здесь идолопоклонники, и там идолопоклонники, в том, что до Египта не чувствуют Творца, недостаток Его не чувствуется. А в Египте чувствуется, что Его не достает. Это два уровня, которые есть в нашем развитии.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:02:55) Как сделать, чтобы почувствовать?
М. Лайтман: Чтобы почувствовать недостаток Творца?
Ученик: Больше.
М. Лайтман: Чтобы больше почувствовать? Группа, книги, Рав. Это просто. Ничего другого. В одиночку человек может пробудиться к такому ощущению, но развивать это чувство, чтобы оно было настолько сильным, и он бы устремился вслед за ним… Устремился – имеется в виду, что была бы сила стремления туда, а не к чему другому. Развитие только в этом направлении в одиночку невозможно.
Чтец: (01:03:40) Друзья, сейчас мы проведем итог урока в десятках и ответим на вопрос: Какие советы мы услышали в течение урока в том, что касается нашего объединения в десятке? Подведем итог урока, ответим на вопрос: Какие советы мы услышали в течение урока относительно объединения в десятке?
8 минут – итог урока.
Семинар
Чтец: Мы переходим к чтению статьи РАБАША.
Песня (01:12:18)
Набор: Команда синхронного набора
Шмот, 21:2. Комментарий Ибн Эзры.↩