Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 20 декабря 2025 года
Часть 1: Урок на тему «Ханука» (в записи от 23.12.2016)
Чтец: В первой части мы будем изучать урок в записи от 23 декабря 2016 года. Урок на тему «Праздник Ханука».
(Трансляция урока в записи)
Чтец: (00:15) Мы изучаем «Труды РАБАШа», второй том. Урок посвящен теме «Ханука». Мы начинаем с Письма 26-го, 1465-я страница, второй том, «Труды РАБАШа», со второй строчки.
1. И я напишу тебе кое-что по поводу Хануки, согласно тому, как я слышал от моего отца и учителя, объяснение слов мудрецов: «Что такое Ханука? – Остановились здесь 'хану ко'». Об этом он сказал, что есть две ступени: 1) свойство «здесь» 'ко', 2) свойство «это» 'зе', как сказали наши мудрецы: «Все пророки пророчествовали в «ко», а Моше, учитель наш, – в «зе»». А Ханука была в свойстве «ко».
И выяснить его святые слова [можно] через аналогию – когда солдаты идут на войну и долгое время находятся в бою, а потом их посылают в отпуск, в место отдыха, и их кормят и поят всякими хорошими вещами. И цель командира – чтобы они получили новые силы, не были утомлены, и их можно будет снова вернуть в бой. А тот, у кого нет ума, думает, что то, что сейчас им дают отдохнуть, – это потому что война уже закончилась. Но правда состоит в том, что война не закончилась, а весь этот отпуск [дается,] чтобы у них были силы и мужество снова выйти на фронт боевых действий.
То же было и в Хануку – и это означает «остановились» 'хану', и остановка была не из-за «зе», называемого состоянием совершенства, то есть зеркалом, которое светит. А остановка была в свойстве «ко», то есть несовершенства, что называется зеркалом, которое не светит. То есть война со злым началом еще не закончилась, и нужно прийти к настоящему совершенству. И это называется «остановились здесь» 'хану ко', остановка в свойстве «ко», то есть они получили высшее воздействие, чтобы у них было больше сил продвигаться в войне со злым началом.
И отсюда следует, что когда человек идет по путям Творца, ему много раз дают пробуждение свыше, а именно, посередине молитвы или посередине изучения Торы, или во время исполнения заповеди, когда это пробуждение входит в сердце человека, и он начинает ощущать вкус и очарование святости.
Однако человек должен знать, что это благо ему дали, только для того чтобы он получил новые силы и смог укрепиться в работе, чтобы войти в бой в войне со злым началом. И тогда всякий раз ему периодически дают свойство «остановки», то есть высшее благо. Ведь когда к человеку приходит пробуждение свыше, ему кажется, что у него уже нет никакой войны, потому что в это время он начинает ощущать красоту и великолепие святости и низость материальных вещей, до такой степени, что он решает в своем разуме, что он уже полностью готов работать только ради небес.
Но поскольку, на самом деле, человек не закончил свою работу, у него снова забирают то пробуждение, которое ему дали. И тогда он тут же снова падает в свое прошлое состояние, то есть чувствует очарование и красоту только в материальных вещах, а вещи, находящиеся в святости, он считает только лишними вещами. И тогда он занимается Торой и заповедями лишь вынужденно и насильно, а не из-за желания и радости, как когда он находился в пробуждении.
И это пробуждение называется свойством «свечи Хану-ки», как сказано выше. Поэтому, если у него есть разум, он должен всегда преодолевать, пока свыше ему не помогут удостоиться истинного совершенства.
И будем надеяться, что Творец осветит наши глаза, и возрадуется сердце наше навечно. [РАБАШ. Письмо 26]
М. Лайтман: (05:10) Мы учим, что всё наше исправление – в объединении. Нужно восстановить то состояние, которое было до грехопадения Адама Ришона, привести разбитую душу в совершенное состояние. И Ханука – это часть исправлений до середины пути, когда мы обретаем силу отдачи.
А потом, с помощью силы отдачи, которую мы обрели, мы начинаем уже соединять все части вместе. Поэтому устремление к отдаче должно быть изначально. Это и есть война. Война разделяется на две части, а остановка посередине – это Ханука.
Но несмотря на то, что мы входим в исправление «хафец хесед» (уровень Бины, свет хасадим), в любом случае эта «остановка» обретается только тем, что мы всё время стараемся объединиться. Потому что только в объединении, в усилии по объединению, мы вызываем свет, возвращающий к Источнику, и он делает нам исправление. И тогда с помощью объединения мы приходим к этому первому этапу – хафец хесед, Ханука.
Поэтому, если направленность постоянная, и, кроме этого, если мы ощущаем, что есть более приятные или менее приятные состояния для нашего желания получать, нужно стараться всякий раз считывать состояние, измерять его, взвешивать его не относительно того, насколько это «приятно или нет», а относительно «есть объединение или нет». И тогда в таком виде мы не ошибемся и поймем, что на самом деле здесь нет остановок. Это всё – одна большая война, и мы должны только всё время, всё время устремляться к объединению.
(08:00) И поэтому проблема не в свете, возвращающем к Источнику, а – насколько мы можем представить себе, организовать себе состояние правильного объединения. «Правильное» объединение – то есть мы как-то представляем его согласно тому, как мы учим, и просим у света, возвращающего к Источнику, чтобы он научил нас, чтобы он нас выстроил, чтобы он повернул нас так или иначе в связи между нами. А мы начинаем обращать внимание на все различия, даже самые маленькие – «за» или «против» объединения, которые мы проходим, чтобы научиться действиям света, потому что нет ни одного действия, которое исходило бы от нас.
И здесь мы должны быть более внимательными, что Творец делает с нами, чтобы не быть глухими к этим Его действиям. И стараться все более и более внимательно слушать каждый раз, какие чувства, какие ощущения мы проходим по отношению к объединению. И тогда мы начнем понимать язык, на котором Творец говорит с нами, – язык чувств. Относительно товарищей, относительно учителя, Творца, учебы – всё это построение как-то выстраивается всё больше и больше в сформированном четком виде, меньше и больше, меньше и больше, всякий раз в разных видах. И нужно принимать отторжение и приближение как этапы, по которым мы учимся большему.
Если я чувствую отторжение – это называется, что Творец раскрывает мне большее пространство между мной и товарищами, в большей мере. То есть я сейчас нахожусь в более тонком, более точном измерении, как в новом масштабе. До этого я чувствовал, что между мной и товарищами расстояние в метр. Сейчас я приблизился немного, допустим, на полметра. Но Творец раскрывает сейчас эти полметра как пять метров. Почему? Чтобы я был более точным, знал бы больше аспектов в связях между нами. И тогда мне кажется, что расстояние стало больше. Но нет, я просто перешел на более точный диапазон. И так каждый раз мы продвигаемся.
(11:28) Поэтому, если мы обращаем внимание на то, что вся наша работа – в объединении, то всё наше усилие в направлении к Хануке будет правильным. И так мы будем продвигаться, пока не придем к «Хану-ко» (остановились здесь). То есть «Хану-ко» каф-вав (26) – это хасадим, а Пурим – «зе» (это), Хохма. То есть это уже четкие состояния, которые мы постигаем внутри. Да, но всё – только через свет, возвращающий к Источнику.
Вопросы, если есть? Я не знаю, что можно добавить особо. Нет. Хорошо, так я и думал. Продолжим. Вы хотите, чтобы вопросы я задавал? Это еще… Нет нигде…
Продолжим.
Чтец: (13:21) «Труды РАБАШа», третий том, 1639-я страница. Статья 77-я «Греки собрались против меня».
2. «Греки собрались против меня тогда, в дни Хашмонеев».
Греки – это клипа, противостоящая святости. Святость есть вера выше знания, а греки работают как раз внутри знания. И греки приходят именно в дни Хашмонеев, то есть именно когда человек хочет идти по пути святости. Тогда как до этого нет места грекам, ибо «одно против другого создал Творец», и в этом значение слов: «Тот, кто больше своего товарища, его злое начало больше него самого».
И это, как сказано: «Пришедшему очиститься помогают». А до того, как он пришел, почему же он не получает помощь свыше?
Ответ состоит в том, что до того, как он пришел, чтобы очистить себя от своего получающего кли, – хоть человек и верит, что Творец помогает, как сказали наши мудрецы: «Злое начало человека одолевает его каждый день… И если Творец не помогал бы ему, он бы не выдержал», - в это человек должен верить, что это так, однако с точки зрения знания он видит, что в любом случае всё делает человек.
В то же время тот, кто пришел очистить себя от получающего кли, видит, что это не в возможностях человека и что должно произойти чудо свыше. А если этого чуда не произойдет, он пропал. И это он видит внутри знания – что ему нужна помощь свыше. А внутри знания нет никакой возможности, чтобы он вышел из-под власти желания получать.
Получается, что когда человек хочет идти по пути святости, приходят греки и спрашивают, как сказано: «Почему народы говорят: где же Творец их?» И тут нельзя отвечать внутри знания, а [нужно ответить] выше знания, то есть, что только Творец, пребывающий выше знания, так как Он создал знание, может дать ответ на вопросы, которые они задают: «Где?»
И мы видим это, что о субботе, находящейся в святости кетера, великий АРИ говорит, что в слове «Где» светит свет субботы, называемый мохин де-хая, то есть именно о [свойстве] «выше знания греков», когда они слышат «Где?», приходит ответ от субботнего света, который светит и отменяет все суды, как сказано: «И суды уходят от нее».
Получается, что из-за Греции 'Ява́н', то есть греческой клипы, когда работают внутри знания, спускаются в бездну и невозможно подняться, как сказано: «Я вязну в глубокой трясине 'йе́вен'». И только свыше могут поднять его. [РАБАШ. 77. Греки собрались против меня]
М. Лайтман: (16:53) Мы можем говорить о нашей работе и нашем продвижении или со стороны человека, который находится в продвижении, или со стороны всего творения и человека как части системы, который проходит так, как в науке. В обоих случаях стоит выяснять эти состояния, по которым мы продвигаемся. Когда мы идем по пути, нам кажется, что мы всякий раз сталкиваемся с чем-то, что мы падаем, опускаемся, или встаем. То есть в наших ощущениях есть хорошее время и плохое время, времена путаницы или воодушевления, и наоборот.
И действительно, человеку тяжело, потому что он – существо чувствующее, и желание получать наслаждение и удовольствие – это вся его природа. Поэтому, конечно, в момент самого ощущения он не способен быть выше него. Очень тяжело подняться над ним, всё зависит от равновесия между разумом и чувством. И поэтому нам нужно уравновешивать себя с помощью окружения. Когда человек сам внутри себя, его чувства и разум находятся в разных состояниях. Когда человек получает «отягощение сердца», и что бы ни было, он не может оправдать Творца и понять, что эта тьма приходит, потому что он должен потом подняться над ней и быть на более высоком уровне, это очень тяжело.
Это как если бы рабби Шимон думал о «Шимоне с рынка», что ему предстоит очень большой подъем. Это пока что не о нас, как мы уже знаем из наших состояний. Но если человек уравновешивает себя с группой (как он сам устроен из своих частных десяти сфирот, так и группа устроена из десяти своих частных сфирот целиком, и человек – это часть группы), – то он может уравновесить себя через группу таким образом, что не будет чувствовать такие состояния как «плохие» или «хорошие», всё будет только во благо.
(19:58) Потому что, если он включается в группу с падениями и с подъемами, не важно с какими расчетами, – он всегда найдет там правильное место включиться, и даже если он упал и совершенно как мертвый, это в любом случае добавка к группе. Если до этого между ними было объединение и потом будет объединение между ними, то даже если он находится в падении или в подъёме, это на самом деле не важно, он всегда добавляет к группе в целом.
Поэтому вся эта война, когда «греки собрались против меня», – это хорошая война. Как раз она обязана быть в пути, избежать ее нельзя. Наоборот, благодаря этим «грекам» поднимаются на более высокий уровень, можно соединиться между нами еще больше и еще больше, если мы вызываем объединение. Можно сказать, что именно благодаря грекам маккавеи пробуждаются и могут еще больше поддержать народ на каком-то уровне, близком к «возлюби ближнего, как самого себя». Так это работает, потому что нет зла без добра.
И поэтому нам нужно только понять – где эта война. Война не внутри человека совершенно, никогда, а война – в связи между нами, в десятке. И тогда, если каждый, когда падает, получает сразу поддержку и включается со своим падением в группу, тогда этим он дает на самом деле группе возможность подняться. И возможно, тогда все эти падения и подъемы, которые есть в группе, начинают изучаться: как это должно происходить в совершенной системе, в которой каждый раз есть жизнь, жизненная сила.
Как волны проходят по системе, или как ток проходит по такой синусоиде «плюс-минус», так волнами, – так, конечно, есть волны каждый раз в группе: всякий раз один поднимается, другой опускается. И так это происходит, и они всё время укрепляются от этого и укрепляются всё больше и больше, и так они приходят к Хануке.
(23:17) А потом, на более высоких уровнях, но по тем же направлениям – также к Пуриму. Только вопрос в том, с какими светами и келим работают: или с келим катнута со светом хасадим, или с келим гадлута со светом Хохма, но всякий раз добавляют.
Поэтому весь наш вопрос, если мы хотим продвигаться в этой войне, – это только в объединении. Потому что всегда между нами, внутри десятки, будут восставать эллинисты (греки), которые нас будут растаскивать в разных направлениях: желания этого мира, наука, премудрости разные, что угодно, разные цели этого мира, разные сомнения, помехи, которые приходят особенно от разума. И мы должны отвечать на них только войной. То есть стараться преодолевать их, но не забывать, что мы преодолеваем их только в предвкушении света, возвращающего к Источнику.
Поэтому Йегуда Маккавей призывал маккавеев: «Все, кто за Творца, – ко мне!», – то есть обращаются к Творцу в связи между нами, из связи между нами, и тогда мы получаем свет, возвращающий к Источнику, и объединение реализуется. В этом весь успех в этих войнах.
То есть всякий раз то, что есть – принимать это как необходимое, то, что происходит – это уже обязательно должно было произойти. Это нам надо понять. Со всеми вещами в нашем мире, что происходят с нами, с каждым в отдельности или со всеми нами вместе в десятке и вообще со всем миром, что произошло, – мы не можем ничего сказать о прошлом, кроме как «это то, что должно было произойти». Но в отношении будущего у нас есть свобода выбора, и поэтому, начиная с этого мгновения нужно стараться всё это преодолевать, чтобы давать свету возможность больше проявиться в нас и привести нас к более высокому продвижению в вере выше знания.
Вопрос (Интернет): (26:20) Что значит «уравновешивать себя с помощью группы», и каков результат этого действия?
М. Лайтман: Человек может уравновесить себя только с помощью группы, потому что по отношению к самому себе у него нет никакой возможности измерить. Я не могу измерить отдельный объект, если он не связан с девятью такими же в десять частей, которые взаимосвязаны. То есть у него нет (у такого человека) никакой самостоятельной ценности, и я не могу измерить его отдельно, потому что у него нет... Это как ты берешь, скажем, какую-то часть двигателя, и она измеряется в соответствии с тем, насколько она может работать с остальными частями, и в этом мера ее неисправности или, наоборот, качества – как часть системы.
Поэтому, когда у человека наступает падение или подъём, неважно что (что значит «полагается ему»?), ему полагается быть в группе в таком состоянии, чтобы дать группе сейчас место для работы. И если он, когда получает, допустим, какой-то удар, он падает – не приходит на учебу, лежит в постели, сидит дома, уходит на работу, короче говоря, делает всё, кроме правильного участия в группе, – в этом и заключается проблема. Потому что именно в состояниях, когда он находится в падении, именно эти состояния для группы самые эффективные. Самые эффективные!
Потому что в нем раскрывается дополнительное желание получать. Творец как бы «копает» и дает группе добавку в желании получать, чтобы они ее исправили и над ней объединились. Потом Он снова копает еще, чтобы они снова объединились над новым желанием получать. И так каждый раз. А как иначе мы можем работать? Только пока не раскроется всё желание получать.
Поэтому именно тогда, когда человек чувствует себя как-то не так – чуть-чуть меньше настроения, отсутствие продвижения или даже восприятия, просто какой-то туман – он должен добавлять это в группу, отдавать это группе, потому что это не принадлежит ему лично. Если бы он был один, без группы, в нем бы не пробудилось никакое новое желание, мысль, путаница, ничего, – он был бы просто животным, в полном смысле этого слова.
(29:29) Поэтому вся наша работа в том, чтобы перерабатывать все эти падения каждого именно в группе. Группа должна «съедать» их, проглатывать, работать с ними, перемалывать их – и с помощью этого она будет соединяться всё сильнее и сильнее. А иначе над чем она будет объединяться, желать объединения и просить свет, возвращающий к Источнику?
Поэтому каждый, кто падает и всё-таки остаётся в группе, группа может, благодаря этому, требовать света, возвращающего к Источнику, а иначе на основе чего она будет требовать? Мы хотим продвигаться. Над чем продвигаться? Если у тебя нет настоящего хисарона, который вызывает у тебя Творец, на который Он уже готовит окружающий свет, чтобы подействовал на хисарон, который Он вызвал. Тебе нужно посередине только кричать, просить, поднимать МАН.
Хисарон Он пробуждает, а свет против этого, исправить этот хисарон, Он уже заранее приготовил. И этот свет, который придёт потом, чтобы исправить хисарон, он сам пробуждает хисарон. От тебя требуется только обратиться через группу к Творцу.
А мы не связываем эти три вещи вместе. Свет, который пробуждает желание и раскрывает желание, – человек чувствует падение, и человек приходит в группу, включается с его хисароном, и группа вместе с человеком работает над этим хисароном, чтобы соединиться больше и потребовать свет, возвращающий к Источнику. Не то что ей самой даётся соединиться, она не сможет, не пытайтесь.
Не пытайтесь, мы не герои. Герои – это те, кто не забывает, что мы зависим от этого света, от Творца на 100%. И тогда сразу обращаемся к Нему, а Он действует. Вот и все. Потому что посередине не хватало, только нашего обращения не хватало.
Ещё раз, свет пробуждает желание. Света, они всё время раскрываются, раскрываются, от самой этой программы раскрываются, раскрываются, мы чувствуем от этого отягощение сердца, мы просим над этим отягощением сердца быть соединёнными. И этот свет, он становится светом, возвращающим к Источнику, он действует на нас и исправляет.
Что он исправляет? Над теми помехами, которые Он даёт, Он соединяет нас. И нет помехи, иначе как для объединения. Только для объединения.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (32:56) Что означает, что группа заглатывает и пережевывает хисарон? Группа, десятка, должна знать о таком хисароне?
М. Лайтман: Почему нет?
Ученик: Мы, как правило, говорим, что человек не должен привносить левую линию в десятку, или свои трудности, наоборот, мы стараемся оставаться в правой линии.
М. Лайтман: Почему ему нужно приносить это в таком виде, что это плохо? Группа должна всё время поддерживать себя, эту атмосферу, что то, что происходит с каждым, даже в плохом виде, якобы в плохом, в ощущении, он чувствует, что он падает, он должен чувствовать именно это, как помощника против него. Зависит от группы, какую атмосферу она предоставляет ему, чтобы так чувствовать. Да. Почему ему не радоваться этому?
Ученик: Так от человека ожидается приходить с радостью в десятку и говорить, что есть место для работы?
М. Лайтман: Как сделать это практически?
Ученик: Да.
М. Лайтман: Ну, как вы думаете? Или не приходить в десятку? Или прийти и сидеть как, не знаю, как... Ну, кто тут есть? Хороший пример такой – ты сам. Ну? Ну-ну-ну. Плачешь. Ну, лучше так?
Ученик: Я не плачу, наоборот, я хочу понять, что значит, что человек приносит хисарон?
М. Лайтман: При каких условиях ты должен прийти в десятку так, что ты поддерживаешь всех?
Ученик: Да.
М. Лайтман: Ты пробуждаешь всех к связи с помощью света, возвращающего к Источнику, не просто к связи. Вы герои – так, как маленькие дети – мы-мы-мы. Да? Мы не герои. Нам нужен свет, возвращающий к Источнику. Мы должны почувствовать, что Он поддерживает нас, оставляет нас – падаем, держит нас – объединены. Что мы зависим от Него всё время. Зависим от Него.
Это проблема с величием Творца, что мы не способны пока ещё приблизиться к этому понятию. Что мы находимся в высшей власти, которая держит нас.
(35:40) И тогда, мне чуть-чуть плохо, да? У меня есть возможность ещё дополнительно обратиться к Нему. И я хочу поделиться этим с группой. И тогда мы ещё больше обращаемся к Нему.
То есть плохие, якобы, в кавычках, состояния, они на самом деле, гораздо эффективнее, чем хорошие состояния. И мы радуемся злу, как добру, потому что нет зла. Как иначе мы исправим себя? Как мы заберемся на царскую гору? Это только из того, что мы каждый... Потом мы ещё поговорим, как раскрыть рассвет.
То есть, как раскрыть хисарон до того, как он раскрывается свыше. Как бы, может быть, вам кажется какой-то мазохизм, я не знаю. Но это действительно из желания приблизиться к Творцу, ты чувствуешь, что тебе недостаёт хисарона, недостаёт ощущения, что ты далёк. Это как в любви, ты хочешь пробудить её ещё больше.
Вот тут не хватает, есть какое-то отдаление, оно не чувствуется. А если раскрывается, можно добавить.
Ученик: Теория очень понятная и логичная, но практика её, для меня непонятна.
М. Лайтман: Ну?
Ученик: Что значит, что я несу свой хисарон?
М. Лайтман: Ты приходишь в группу практически. Я сегодня пришёл в группу. Это понятно? Это состояние ясное? Я пришёл в группу. Но группа работает всегда в пробуждении. И когда я прихожу, я включаюсь в их подъем. Они работают со мной. Каждый должен смотреть на других. Насколько они находятся в этом. И необходимо заботиться.
Я не спрашиваю тебя, в каком состоянии ты пришёл. А я должен заботиться о том, чтобы все хисароны, которые есть у тебя сейчас, которые дал Творец каждому, мы сейчас соскребаем все эти хисароны и работаем с ними.
(38:42) Как? Чтобы поднять их на вершину воодушевления с помощью света, возвращающего к Источнику. Не то, что мы так начинаем, или мы споём, спляшем, выпьем ещё по рюмочке и будет хорошо. Нет. Это тоже хорошо. Но мы хотим сделать это исправление светом, возвращающим к Источнику.
Потому что чего недостает мне? У меня нет недостатка в настроении. Мне не достаёт быть соединёнными с товарищами выше, не аннулировать, а выше всех этих падений, разочарований, проблем, всё, что есть передо мной. Они не исчезают. Я только нахожусь над ними.
Я нахожусь над ними. Я чувствую все эти проблемы, которые присутствуют. Это действительно пропасть со всеми змеями, скорпионами там внутри. Я нахожусь над ними. Меня поддерживает свет, возвращающий к Источнику. Я завишу от Творца на 100%. Я не хочу отказываться от этой пропасти, иначе я буду животным, маленьким ребёнком.
Ученик: Что такое обратиться к свету, возвращающему к Источнику? Как к нему обращаться?
М. Лайтман: Все вместе.
Ученик: Но как? Все вместе это…
М. Лайтман: Мы хотим, чтобы Творец поддерживал нас выше всех хисаронов и проблем. Почему? Потому что именно в разнице между ними у нас есть потребность держаться за Него.
Ученик: Так просить Его? Просто, чтобы поддержал нас?
М. Лайтман: Да, мы хотим прилепиться к Нему. По крайней мере, так.
Ученик: И тогда, когда все, кто прилагает усилия в десятке и просит ту же просьбу, всё, что приносит с собой, означает, что группа поглощает все хисароны?
М. Лайтман: Каждый, кто приходит в десятку, должен включиться в десятку со всем зарядом, с которым он пришёл. Он не выбрасывает это наружу, не приходит в десятку с улыбкой такой искусственной снаружи. Он приходит со всем, что у него есть, потому что свет пробуждает в нём такие хисароны.
Сейчас они должны соединить все эти хисароны, всё, и обратиться к свету. Они хотят быть выше этих хисаронов, связанными со светом, связанными с верой выше знания. Это Творец сделал, и Он поддерживает нас, и мы хотим быть слитыми с Ним во взаимном воздействии, взаимном объединении выше всех помех, которые Он пробудил в нас.
Это не помехи, это раскрытие наших неисправленных желаний, которые специально не исправлены. А как мне построить духовное, если не раскроются неисправленности? У духовного нет формы, нет духовного. Мы строим это.
Ученик: (42:04) Очень понятно, что хисарон – это место работы. Но я должен знать о хисаронах товарищей в десятке, раскрывать им свои хисароны?
М. Лайтман: Нет. Почему каждый должен знать эти хисароны, в чём? Откуда ему знать? Мы получаем от всех духовных хисаронов материальный образ. Не нравится мне настроение, я устал, у меня нет возбуждения, не хочется, и так сяк, туман в голове, в сердце пусто, животное пожирает себя за прошлое, будущее меня не интересует. Всякие такие вещи. Это не конкретные ощущения, какие-то догадки, какие-то чувства. Ощущения. Это то, что есть.
Вы понимаете, что у нас нет в этом чётких понятий, которые я могу померить по свойствам, по высоте. Нет. Поэтому то, с чем мы приходим, приходим. Главное, что мы хотим над этим объединиться и требуем света, возвращающего, к Источнику, чтобы соединил нас. Почему? Доставить Ему наслаждение.
Ученик: Включить мои хисароны в группу. Факт, что я прихожу на урок, прихожу на встречу с десяткой, с группой, и даю на себя подействовать – это означает что?
М. Лайтман: С ними вместе. Вместе с ними.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (44:01) В чём действительно уникальность того, что каждый товарищ приносит в группу? Что такое: товарищ открывает кран, закрывает кран?
М. Лайтман: Я не знаю, открывают, закрывают, может мы когда-то говорили в связи с чем-то другим, но каждый приходит с изменениями. Мы всё время меняемся. Высший свет, общий свет, продвигает нас всех. Знаешь, так вот, так, так, так, так и так до Конца Исправления продвигает нас всех и действует на всех. Допустим, на мою десятку. Так действует на все. Выполнил какой-то такт, шаг вперёд, все изменились, и поэтому каждый приходит в десятку каждый раз в другом состоянии.
Что нам нужно? Над этим другим новым состоянием найти новое объединение. Если мы занимаемся новым объединением самостоятельно, то просто находимся в такой психологической группе, которая заботится о настроении. Если мы вызываем свет, возвращающий к Источнику, который и создал в нас изменения со вчера на сегодня, а сегодня мы хотим достичь объединения друг с другом максимального, насколько это возможно, и объединение это, по сути, над всеми помехами, которые мы раскрываем, то всякий раз помехи между нами, удаление между нами будет расти до тех пор, пока не пожелаем сжечь друг друга, а мы над этим будем желать, требовать объединения.
И в этом объединении, которое мы потребуем, в свете, который и создал нас, и заложил в нас эту тьму, «Создающий свет и Творящий тьму», то есть Он создал эту тьму, так мы пожелаем, чтобы свет и исправил. И когда Он исправит помехи, когда мы сможем соединиться друг с другом над помехами, то Он же и наполнит, и мы и будем наслаждаться. Это то, что мы хотим, чтобы произошло между нами. А действия? Ну, понятно, что делать.
Ученик: (46:48) Сегодня очень ощущалось, скажем, мы все пришли, ну, не все, два, потом еще, еще, как бы оркестр такой, каждый, как Вы сказали, со своим личным зарядом, багажом, у каждого как бы нет никакого…
М. Лайтман: Объединения.
Ученик: …объединения. Как сделать настройку? Если бы мы знали, как сделать, чтобы каждый пришел и привел бы в действие свет, возвращающий к Источнику, так…
М. Лайтман: Не каждый, не может каждый. Нет. Каждый не может задействовать свет, возвращающий к Источнику. Откуда? Каждый – это не кли. Десятка – это кли. Поэтому и сказано: «Пришел я, и нет иш, человека». Потому что «иш» – это называется десятка, «миньян».
Но если вы пришли и расселись, и начали что-то читать, о чем-то говорить, то вы уже должны проверить, как мы обращаемся к свету. Ожидание света должно быть. Иначе для чего вы пришли? Учить то, что в книжке? Я могу и дома сам. Я смогу научиться лучше, чем здесь. Выучить. Что мы учили? Пять минут почитали, и теперь пятьдесят минут разговариваем?
Ученик: На самом деле, то, чего недостает нам – величия Творца, то, что Вы говорите, величия света, чтобы это величие было в воздухе? Недостает этого ощущения…
М. Лайтман: Это не будет в воздухе, и ничего не будет, если вы не будете действовать в этом направлении. Ой-ой-ой, если это придет самостоятельно свыше. Это никогда... Если Творец придет без нашего приглашения, лучше бы не приходил. Это всегда удар.
То благо, которое дается свыше – это МАД, согласно с нашим приглашением. Если нет приглашения, то высший свет, приходя без того, чтобы предварили его снизу, это удар. Это свет Хохма, это нож, это копье, огонь, это что-то очень острое, что-то нехорошее, несет с собой большую боль, большие страдания – свет Хохма, если не облачен в хасадим. Но левуш хасадим ты должен задействовать снизу, ты должен его приготовить. И поэтому требование должно быть прежде всего к исправлению, а иначе это путь страданий.
Ученик: (50:02) Требование к Нему – это требование к объединению, как бы, к чему?
М. Лайтман: Мы хотим быть в единстве объединены и ничего кроме этого. Потому что таким образом мы дадим Творцу, свету проявиться в нас, облачиться в нас и насладиться этим. Все.
И «проявиться в нас, и насладиться этим» – мы это хотим и будем это изучать, и после Пурима мы хотим это для Него. Потому что, по сути, катнут, это то, что нам необходимо, нам самим, для нас – Гальгальта Эйнаим. Более того мы не хотим.
А АХАП, задействовать получающие келим для того, чтобы Творец в нас уже погрузился и заполнил бы нас, раскрылся бы в нас – это все ради Него. Это не для нас, а для Него, только для Него. Это работа с получающими келим. Оставьте пока это. Мы должны пока работать с отдающими келим и оставаться все время в отдающих келим.
На протяжении шести тысяч лет мы всего лишь подходим к исправлению отдающих келим, Гальгальта Эйнаим. Я вот сейчас видел там, с той стороны, за столбом есть чертеж. Когда я его нарисовал, я даже не помню. Не знаю, много лет назад. Там написано то же, что приходим к Хануке. Там нарисовано на чертеже, приходим к Хануке на протяжении шести тысяч лет. И исправление получающих келим, АХАП, это потом – это уже приход Машиаха.
То есть, главное, что я хочу подчеркнуть, почувствуйте, насколько объединение только в отдающих келим над любыми нашими свойствами, в этом все исправление – хафец хесед, вера, вера выше знания. А потом ты начнешь работать и с твоим знанием. Это совершенно другая работа. Очень отличается.
Пишет об этом Бааль Сулам. И эта работа иногда дается особым душам в их жизни. В этой жизни. Мы еще поговорим об этом. Пока понять эту работу невозможно. Но нам может показаться, какие проблемы получать ради отдачи.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (53:31) Получается, из того, что Вы сказали, что расчет вообще не с товарищами, расчет за светом все время?
М. Лайтман: Но как ты обратишься к свету? Только если вы десятка.
Ученик: Да, нам нечего приходить с требованием к товарищу в десятке. Я должен приходить с требованием к свету.
М. Лайтман: Нет. Если у тебя не будет товарища, если вы не будете соединены каким-то образом, если не будет ощущения, что недостает вам объединения, что недостает объединения. Вы чувствуете, что объединение недостает? Все-таки.
Выясните, что недостает? Какого вида объединения? Насколько это больно. Насколько нас это волнует. Насколько мы уже отчаялись, что не можем его достичь. И именно его нам недостает, и только этого недостает. Выясняйте все это. И это будет МАН.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (54:33) Когда товарищ находится в падении, мы должны прийти к нему с требованием?
М. Лайтман: Нет. Он приходит в десятку со всем, что у него есть и должен принимать участие. Если он физически пришел, значит, вы должны приготовить место для всех. Так что, ты даже не знаешь. Ну, допустим, товарищ улыбается. Вот, посмотри. Улыбается. Но ты не знаешь, что у него есть внутри. Как раз вот сегодня, может, в нехорошем состоянии. В очень нехорошем.
На других посмотришь. Посмотри на нашего героя-летчика. Посмотри. Просто жалко смотреть. Ты не можешь знать. И не нужно. И не надо. Мы должны соединяться вместе. И все. В одно сердце, в одно ощущение.
Есть у нас оно или нет. Что мешает, чтобы мы почувствовали? Почувствовали это. Чувствовать как? Как мы можем почувствовать? Я не делаю никаких расчетов с этим. Я хочу почувствовать одно сердце.
Ученик: Например, сегодня это очень отличается. Потому что у нас было около часа, чтобы поговорить друг с другом, чтобы смягчиться друг с другом в одно сердце.
М. Лайтман: Ну, правильно. Поэтому каббалисты говорят, что нужно готовиться. Хорошо.
Ученик: Но, скажем так, в течение недели почти каждый день состояние не такое. Занимает много времени, пока нам удается вообще...
М. Лайтман: Трех часов вам достаточно. Никто не говорит, что ты должен до урока уже быть на подъеме. На протяжении урока прийти к требованию к свету, возвращающему к Источнику. И все. И тогда урок будет удачным.
Ученик: Когда мы собираемся... Просто нужно прийти. Нужно выразить проблему, или нужно просто прийти?
М. Лайтман: Не понял. Скажем, сейчас я смотрю на московскую группу. Сидят и так и сяк, в разных позах. Вы не спите или нет? Спите или нет? Сердце горячее? Кто-то говорит нет, кто-то говорит... То есть вы в этом должны быть. Ну, я не знаю. Я не смогу вместо вас эту работу сделать.
Ученик: Я не спрашиваю о том, чтобы Вы делали работу. Я спрашиваю по поводу работы, которую мы делаем. Когда мы приходим, мы... Что должен сказать им? Послушайте, сердце мое каменное или…
М. Лайтман: Нет, не нужно. Я уже сказал тебе. Ты сам не знаешь, оно каменное сердце или не каменное сердце. Ты сам не знаешь, находишься ли ты в падении, в каком? Как ты можешь измерить это падение? На сколько метров ты под землёй? И в каких именно качествах ты под землёй? Может, наоборот. Может, ты вообще не под землёй.
(58:01) Может быть... Вот взгляни на товарища. Он сейчас там с таким возвышенным настроением. Ты знаешь почему? Потому что выиграл в лотерею и не хочет рассказывать. У него там миллион шекелей. Наконец, всё, конец всем его проблемам. Раздаст все долги банкам. Помеха. Помеха, верно? Творец присмотрит за тобой.
Что это значит? Каждый приходит со своим и не имеет значения. Помехи для объединения, положительные, отрицательные, в наших ощущениях не имеют никакой разницы. Помехи. Вы должны принять всё это вместе, перемешать всё это, сделать как салат. И из всего этого вы должны создать МАН. Мы хотим соединиться со всеми проблемами, со всеми неприятностями соединиться. А свет уже приведёт в порядок объединение, сделает веру выше знания.
Что это значит? Если Он даст объединение – это объединение будет уже над помехами, несмотря на помехи. Это будет уже называться, что я получил веру выше знания. Когда появляется некое ощущение Бины по отношению к Малхут.
То есть уже какое-то маленькое отличие между Биной и Малхут, которые в тебе действуют. Может быть, это ещё недостаточно для того, чтобы его как-то прочувствовать? Почувствуй, да. Но, может, не распознать. То есть это ещё не достаточное количество, не то разрешение. Понятно? Не та разрешающая способность, когда я способен разглядеть духовное, но уже начну чувствовать – это выше, это ниже, это соединено, а это отключено. По сути, в этом весь подход в духовном.
Ученик: Когда мы собираемся, нужно исходить из предположения, что каждый приходит со своей корзиной проблем?
М. Лайтман: Наверняка, и не может быть иначе, даже если это и не чувствуется, что это так. Даже если тебе кажется, что вчера так же, сегодня как вчера, это не так.
Ученик: Так физически получается, что сразу у нас есть о чём молиться?
М. Лайтман: Конечно. Творец приготовил. Что, я? Я готовлю себя? День за днём я что-то делаю?
Ученик: Вот теперь хорошее состояние?
М. Лайтман: Раскрывает твои руки и передаёт тебе желание, то, что называется, всё свыше. Но ты должен быть посередине вместе со своей просьбой.
Ученик: (01:00:57) Хорошее состояние – это когда мы помним о том, что нужно просить, в какой-то мере желать объединения. Плохое состояние – это когда ты живешь в корзине своих проблем.
М. Лайтман: Да. Значит, вы должны приходить сюда, читать то, что сказали каббалисты, просыпаться, пробуждаться. Если все находятся в ауте, допустим, все заработали по миллиону долларов. Или наоборот, не дай Бог, другого вида удар. Через минус, а не через плюс. Голова отключена. Или так, или так.
У вас есть учитель, у вас есть урок, у вас есть определённое время, есть материалы. Начинайте. Ты думаешь, ученики рабби Шимона, когда приходили на урок, они сразу же хотели сжечь друг друга? Они приходили. Вот как осёл, так. Каждый. Ты не знаешь? Не представляешь, что это? Я видел по РАБАШу, в каком виде человек может проснуться, в каком тумане абсолютном. Были такие состояния. Это до завершения пути.
Ученик: Так есть такая возможность, чтобы обращение к свету стало привычкой? Мы можем развить такое?
М. Лайтман: Нет, никогда. Никогда. Никогда ты не встанешь с таким пробуждением. То есть иногда тебе это сделают, но, как правило, нет. Ты будешь приходить в группу, все будут в таком возбуждении. «Ну, где ты?»
Нет. Может, наоборот. Никто внимания не обратит. Это всё свыше подстраивают, и ты должен принимать это всё – то, что всё это приходит так свыше. Нет ничего, что бы зависело от кого-либо. Всё дано свыше. Всё, что зависит от тебя, это Творец привел тебя, говорит: «Возьми, выбери добрую судьбу, действуй». И так каждый раз на уроке.
Ученик: Я же не против пробуждения. Я спрашиваю, есть ли возможность, держась в таком состоянии, находишься, чтобы у тебя всегда был внутренний инстинкт обращаться к свету, чтобы из...
М. Лайтман: Нет. Не дадут тебе этого.
Ученик: Почему?
М. Лайтман: Потому что ты должен выбрать то, что ты обратишься, то, что ты пожелаешь Творца, ты захочешь свет, ты захочешь объединения, ты пожелаешь цель жизни, цель творения. Когда ты соглашаешься с этим, оправдаешь это. А иначе Он бы тебя изначально сотворил, как в конце пути, и всё. О чём твой вопрос? Как ты спрашиваешь? Вся наша работа в выборе – обратиться к свету. Всё остальное делает Он.
Ученик: (01:04:16) Свобода выбора – это наша возможность обратиться к свету?
М. Лайтман: Свободный наш выбор, то есть наш свободный выбор – это когда с помощью товарищей всем вместе пробудиться и обратиться к свету. И всё. Всё. До этого – «сзади и спереди Ты объемлешь меня», и мы лишь посередине, когда объединяемся, и просим. Мы формируем МАН с теми данными, которые делает Он.
Посмотри в Торе, как они проходят, все состояния. Мы не знаем, в чём конкретно эти состояния в пустыне, но каждый раз у тебя что-то... Посмотри, какие Он им упражнения подкидывает.
Ученик: Наша возможность пробудить друг друга, быть в обращении к свету – это обязано быть внешнее выражение? Или мне не нужно словами говорить с товарищами – это может быть в обращении к свету?
М. Лайтман: Нет, вы должны и говорить, и понимать, и чувствовать, пробуждая друг друга, ну, понемножку, без преувеличения. Не делать это слишком искусственно, надо прийти к молитве.
Может быть, что стоит собрать несколько строчек вместе, с чем бы вы все согласились. И не из книг. Или есть молитва РАМХАЛЯ, знаешь, есть целая толстая книжка «Молитва РАМХАЛЯ», и много подобного, – нет, что-нибудь от сердца.
Что вы считаете? Ну, знаешь, есть такие хасидские рассказы, когда ты просто свистишь вместо молитвы. Это тоже правильная, может быть, реакция. То есть реакция должна быть в сердце. Если вы можете ее выразить словами, выражайте.
Ученик: Обращение к свету зависит от взаимозависимости? То есть, чтобы обратиться к свету.
М. Лайтман: Обращение к свету зависит от взаимозависимости, от группы, от их совершенства, от уровня, на который мы способны. Если вы не соединены, вы не десятка, вы не являетесь одним, нет этого столба молитвы, МАН не поднимается и не пробуждает свет. Свет один и вы должны стать как один. Один получает от одного.
Чтец: Мы сейчас перейдем к уроку с Равом а прежде споем.
Песня: (01:07:16)
Набор: Команда синхронного набора