Стенограмма составлена на основе стенограммы на иврите и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 15 мая 2026 года
Часть 1: РАБАШ. Что означает "Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости" в духовной работе. 39 (1990) (в записи от 06.02.2003)
Чтец: Дорогие друзья, в честь Дня Иерусалима сегодня в первой части мы будем изучать урок в записи от 6 февраля 2003 года. Урок основан на статье «Что означает «Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости» в духовной работе». «Труды РАБАШа», том 2, стр. 1150.
Будем читать статью вместе в десятке. Десятки, которые закончат раньше времени, приглашаются провести семинар по этой статье.
Что означает «Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости» в духовной работе
Наши мудрецы сказали: «Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости»1. В простом понимании это понять трудно – разумеется, было много праведников, которые скорбили о Иерусалиме, но Иерусалим все еще не отстроен. Так как же они удостоились увидеть Иерусалим в радости? Конечно, в простом понимании есть на это объяснение. И следует объяснить это в отношении [духовной] работы.
Известно, что Малхут называется «Иерусалимом». Поэтому, когда мы говорим о «разрушении Иерусалима», имеется в виду Храм, который был разрушен. То есть это называется «Шхина во прахе» или «Шхина в изгнании». Другими словами, то, что человек должен принять на себя ярмо высшей Малхут и верить, что Творец управляет миром управлением добрым и творящим добро, вызвано тем, что это скрыто от человека.
Малхут – именно она дает душам и мирам БЕА. И все воздействия, которые приходят свыше к творениям, – это свойство Малхут. Получается, согласно этому, что Малхут неуважаема творениями, поскольку они не видят ее важности, – что это она дает нам. И это называется «Иерусалим [пребывающий] в разрушении его». То есть, иными словами, вместо того, что она должна была давать благо и наслаждение творениям, чтобы все увидели ее достоинство, мы видим, что у нее все разрушено и ей нечего дать. Как сказано: «И скорбящих по Иерусалиму, и город скорбящий, и разрушенный, и презираемый, и опустошенный»2. То есть все разрушено и рухнуло, и это называется «Шхина во прахе». Поэтому, когда человек должен принять ярмо высшей Малхут, есть большое сопротивление со стороны тела.
Поэтому, если человек преодолевает и принимает на себя ярмо Малхут, несмотря на то, что он не видит никакой важности, и он скорбит об этом, почему это так, то есть почему настолько скрыта от нас важность Иерусалима, и молится об этом, почему нет важности у Малхут, и просит Творца, чтобы Он поднял Иерусалим из этого праха, в котором он пребывает, и в той мере, в которой человек сожалеет о его разрушении, он удостаивается того, чтобы Творец услышал его молитву.
И человек удостаивается увидеть его в радости, то есть что она (Малхут) действительно дает ему благо и наслаждение. Получается, что объяснение [заключается] в том, что тот человек, который сожалеет и скорбит о Иерусалиме, почему это Шхина во прахе, именно этот человек удостаивается увидеть его в радости. Потому что «нет света без кли», а поскольку у него есть кли, то есть хисарон, почему Шхина пребывает во прахе, и он сожалеет об этом, поэтому он удостаивается и видит утешение Иерусалима.
(04:57) Из сказанного можно объяснить написанное «Знает бык владельца своего, а осел – ясли хозяина своего. Исраэль не знал, народ мой не смотрел»3.
И следует понять, в чем разница между быком и ослом в работе. И также, какова разница между Исраэлем и народом моим в работе. Мой отец и учитель (Бааль Сулам) сказал, что разница между быком и ослом в том, что бык называется свойством моха (разум), и это свойство веры выше знания. И в этом смысл «знает бык владельца своего». А «осел» – это свойство либа (сердце), то есть желание получать, и в этом смысл «а осел – ясли хозяина своего». И согласно этому, тут следует различать два свойства:
Те, кто работает ради вознаграждения, то есть исполняют Тору и заповеди для получения вознаграждения. Получается, что их главный вопрос – сколько вознаграждения я получу, и что будет моим вознаграждением, стоит ли ради этого вознаграждения прилагать усилия в Торе и заповедях.
Второе – те, кто хотят работать ради отдачи, исходя из того, что, как сказано в книге Зоар «Поскольку он велик и правит всем»4. Другими словами, он работает только из-за величия Творца, то есть он удостоился того, что он служит великому Царю. Получается, что те, кто работает ради отдачи, уже должны знать, на кого они работают, то есть действительно ли он великий и важный царь, чтобы стоило работать для него.
Однако, когда они начинают работать ради отдачи, и вся причина того, что у них есть сила для работы, вызвана важностью Творца, тогда работа становится [для них] свойством «Шхина во прахе». Другими словами, вместо того, чтобы духовное, то есть работать ради Творца, должно было быть каждый раз важнее, к человеку приходят такие мысли, которые показывают обратное. И человек, вместо того, чтобы он должен был идти каждый раз вперед и работать с большей радостью, поскольку он служит великому и важному Царю, к нему приходят картины отсутствия важности. То есть он не чувствует величия Творца, и это всякий раз приводит его к падениям.
Другими словами, даже когда он преодолевает падение, в любом случае не всегда он может удержаться и бороться с этими мыслями. А что показывают ему эти мысли? Свойство «Шхина во прахе». То, что он хочет работать в радости от того, что служит великому и важному Царю, и это должно принести ему радость, он чувствует совершенно наоборот, то есть свойство отторжения, как будто его отталкивают от работы.
И это называется «Шхина во прахе». То, что он чувствует сейчас, как будто его отталкивают наружу. Другими словами, он чувствует, что когда он хочет принять на себя ярмо высшей Малхут, тогда к нему приходят «вопросы фараона», который спрашивал: «Кто такой Творец, чтобы я слушался Его?». И это называется, что Малхут, то есть Шхина, находится в изгнании фараона, царя египетского, и они показывают низость высшей Малхут.
И тогда человек может только просить, чтобы он построил Малхут, то есть чтобы Малхут не оставалась в низком виде. Потому что от этой низости человек не может получить радость, когда он видит, что у нее нет никакой важности. И это называется, что человек должен молиться о разрушении Храма. Другими словами, почему весь мир не может видеть принятие высшей Малхут как нечто хорошее, то есть работать ради Творца, чтобы это было в почете, чтобы работа была уважаемой.
(10:12) И поэтому, когда человек молится об изгнании Шхины, он не должен молиться только о том, что лишь у него она находится во прахе, а человек должен молиться, почему она в таком низком состоянии у всего мира, до такой степени, что весь мир совершенно не думает о духовном. И он молится обо всем мире, как мы молимся: «И построй Иерусалим скоро в наши дни», чтобы это было славой для всего мира. Как сказано в молитве на Рош Ашана (Новолетие) «Властвуй над всем миром во славе своей». А поскольку все общество не чувствует хисарон, как же они могут молиться?
Но этот человек, который удостоился все-таки обрести свойство хисарона, то есть он постиг изгнание, поэтому он может просить об избавлении. Тогда как те люди, которые не ощущают, что есть изгнание, как же они могут просить о том, чтобы он вывел их из изгнания? Получается, что то, что человек чувствует, что он находится в изгнании, это уже называется подъемом по уровню, и он должен просить наполнения для всего общества.
И это как сказано выше: «Каждый скорбящий о Иерусалиме, удостаивается и видит его в радости». Другими словами, то, что он чувствует изгнание Шхины и скорбит, он удостаивается и видит его в радости. Поскольку в отношении келим только у него есть келим, пригодные для избавления. Ибо суть келим это хисарон к наполнению.
Поэтому когда он скорбит из-за того, что он чувствует, насколько Шхина находится в изгнании, когда не видят ее величия, а к тому, кто хочет принять на себя высшую Малхут по причине того, что «Он велик и правит всем», к нему приходят мысли и картины, которые выталкивают его наружу от святости, и только благодаря преодолению и принуждению выше знания он может удержаться. И всякий раз, когда он хочет верить, что управление Творца обладает свойством доброго и творящего добро, к нему приходят мысли, которые злословят о Творце, и ему больно, почему он должен слышать это злословие, и он верит, что это только из-за того, что народы мира властвуют над святостью, то есть есть скрытие, когда кто-то хочет войти и начать производить святую работу, тогда ситра ахра скрывает [от него] важность святости. Получается, что именно скорбящий человек нуждается в милосердии небес, чтобы у него была возможность преодолеть зло в себе, и он скорбит и плачет о том, чтобы Творец помог ему.
Но конечно же он должен молиться за все общество. Иначе это называется, что он молится только о своей выгоде. Другими словами, чтобы только он вышел из изгнания. А если человек на самом деле просит ради Творца, чтобы слава Небес была раскрыта миру, как он может просить только о себе? Поэтому человек должен просить, чтобы слава Небес раскрылась всему миру. И это, как сказали наши мудрецы: «Каждый, кто просит милосердия для товарища, и он нуждается в том же самом, он получает ответ первым»5.
(15:05) А в отношении работы следует понять: если человек, который просит милосердия для товарища, получает ответ первым, это выглядит, как будто то, что он просит милосердия, вызвано не тем, что он заинтересован пробудить милосердие для товарища, а это выглядит как обман, поскольку наши мудрецы сказали, что он получает ответ первым, и поэтому он просит милосердия для товарища. И более того, следует понять, почему он получает ответ первым. Неужели свыше не могут дать им, чтобы они получили ответ на молитву одновременно, а должно быть как будто один за другим, а не они оба вместе? И следует понять, что есть в том, что он получает ответ первым.
Но, как сказано выше, то, что человек просит милосердия для товарища в работе, следует объяснить, что когда человек начинает идти по пути, который приводит, благодаря исполнению Торы и заповедей, к слиянию с Творцом, то, что называется «что все действия его будут ради небес, а не ради собственной выгоды», тогда это время, когда тело начинает сопротивляться этой работе, и несет ему мысли, насколько эта работа не для него. Из-за того, что природа тела направлено на собственную выгоду, а он сейчас хочет работать ради Творца. Поэтому тело, которое называется желанием получать, показывает ему всегда, что не стоит работать ради Творца. А поскольку без наслаждения человек не может сделать ни одного движения, ибо такова природа творения, и это вытекает из того, что Он желает насладить свои создания, что является причиной творения, и поэтому если у человека нет наслаждения от работы, он не может работать.
Поэтому все, что человек делает, направлено только на то, чтобы наслаждаться, то есть он получает компенсацию за усилия, которые он прилагает. Поэтому в ло лишма, то есть когда человек верит в вознаграждение и наказание, у него есть горючее во время работы, ибо он смотрит на вознаграждение, которое он получит потом. Тогда как если человек работает, чтобы отдавать, то есть не желает получать никакой компенсации за свое усилие, как он может работать без наслаждения?
И об этом говорит книга Зоар, что нужно работать из-за того, что Творец велик и правит всем, что означает по причине величия Творца. Поскольку мы видим то, что в природе, что у маленького есть наслаждение в тот момент, когда он служит большому. Потому что в мире принято, что у человека есть сила служить важному человеку. А в особенности служить великому царю, – от этого у человека есть большое наслаждение. И для этого человека не нужна работа, а это заложено в природе творения. А то, над чем человеку необходимо работать, это чтобы у него было знание и ощущение, что это важный человек, и тогда уже человек способен служить ему.
Поэтому именно тогда, когда человек хочет работать из-за величия Творца, к нему приходят дурные мысли, которые не дают ему ощутить величие Творца, а показывают ему прямо противоположное. И на самом деле это скрытие властвует над всем обществом. Но у тех людей, которые не работают из-за величия Творца, у тела нет потребности скрывать от них величие Творца. И это вызвано тем, что до тех пор, пока причина их работы не заключается в величии Творца, тело не работает бескорыстно, ведь оно смотрит на оплату, а не на того, кто дает эту оплату.
(19:59) Получается, согласно этому, что именно у людей, которые желают работать только исходя из величия Творца, есть противодействие, и народы мира покрывают и скрывают свойства Исраэль в человеке. И как бы то ни было, у кого есть главное злословие на величие Творца? Именно у тех людей, которые хотят прийти к величию Творца. А у тех людей, которые ощущают это свойство, которое называется «Шхина во прахе», у них есть потребность просить Творца, чтобы Он вывел ее из изгнания, потому что она находится между народами. То есть народы господствуют над ней и скрывают величие и важность святой Шхины.
Поэтому те люди, которые ощущают, что Шхина находится во прахе, должны молиться о славе Небес, чтобы она раскрылась всему миру. Но не весь мир нуждается в том, чтобы поднять Шхину из праха, поэтому он получает ответ первым, – из-за того, что ему это необходимо. Однако потом это приводит также к раскрытию для всего поколения. Однако до тех пор, пока у них нет келим, пригодных для этого, у них это не может быть в настолько явном виде. И это, как сказали наши мудрецы: «Исполнившие одну заповедь, склоняет себя и весь мир на чашу заслуг»6.
Поэтому только такой человек, который ощущает скрытие духовного, то есть желание отдавать из-за величия Творца, он должен просить милосердия для всего поколения, как сказано выше. А поскольку ему нужно то же самое, он получает ответ первым. Поэтому о нем сказано: «Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости». И причина этого, как сказано выше, в том, что он нуждается в этом, а не все общество. Поэтому тот, кто просит милосердия для товарища, оба они могут получить ответ на молитву одновременно из-за того, что только он нуждается в этом спасении, чтобы он почувствовал величие святости, которое называется «поднять Шхину из праха».
Тогда как те работники, которые находятся в первом вышеназванном свойстве, они работают ради вознаграждения, поэтому они смотрят на вознаграждение. И есть правило, что тот, кто дает, важен. Получается, что те, кто верят, что они получат вознаграждение, то есть Творец заплатит им их вознаграждение, Он уже важен для них. Тогда же как те, кто не работает для вознаграждения, должны почувствовать сейчас величие Творца. И на это происходит скрытие, наложенное на святость, в том, что мы не видим Его величия, и об этом мы должны просить Творца, чтобы Он снял скрытие, как сказано: «Не скрывай от меня лика Твоего»7.
Из сказанного поймем то, о чем мы спросили, что такое «Исраэль не знал, народ мой не смотрел». «Исраэль» – это те люди, которые работают над намерением достичь слияния с Творцом, чтобы удостоиться ступени Яшар-Эль, а не для собственной выгоды. И они относятся к категории намерения, которое называется «знание», так как они должны прийти к четкому знанию того, что следует достичь величия Творца. И это «знание» приходит именно благодаря вере выше знания. Ведь над «знанием» есть власть народов мира, которые скрывают величие святости и унижают высшую Малхут вплоть до праха.
И именно благодаря преодолению верой выше знания такой человек совершает свои действия, принуждая себя, когда к нему приходят злые мысли ситры ахры, которые злословят и говорят, что не стоит работать ради Творца, если причиной желания этой работы будет только величие Творца, – тогда человеку делать нечего, и он должен только верить верой мудрецов, которые говорят нам, что именно от этой работы, когда человек работает выше знания, от этого есть наслаждение у Творца, как сказал мой отец и учитель (Бааль Сулам), что главная работа заключается в том, что человек дает что-то Творцу, а это именно тогда, когда он идет выше знания.
(25:46) Это означает, что знание говорит ему, что тебе не стоит делать действия ради отдачи, а человек преодолевает и делает выше знания. И это считается, что человек дает что-то Творцу. Тогда как в то время, когда Творец дает ему пробуждение свыше, тогда человек не может сделать никакого действия, о котором можно было бы сказать, что он дает что-то Творцу. Поскольку человек тогда отменяется перед Творцом, как свеча перед факелом, безо всякого выбора. В таком случае, в этом состоянии человек не дает ничего, поскольку у него нет выбора. А именно когда он должен идти выше знания, поскольку знание говорит ему иначе, тогда можно говорить о том, что он дает нечто Творцу. И он сказал, что нужно верить, что такая работа важна для Творца больше, чем все остальные виды работы.
И сказал пророк: «Знает бык владельца своего», что это относится к свойству Исраэль, которые находятся в свойстве глав народов, потому что Исраэль указывает на «ли рош» (мне голова), и к ним относится знание, как было сказано выше. Поэтому сказал он: «Исраэль не знал». То есть они не занимались работой для того, чтобы прийти к познанию Творца. Как сказано: «Знай же отныне и возложи на сердце свое, что Творец Всесильный»8. И сказал пророк, что они не работали над этим. А также пророк говорил обо всем обществе, то есть о простом народе, работа которых направлена лишь на то, чтобы получить вознаграждение, поэтому они занимаются Торой и заповедями, и они не углублялись в понимание сказанного: «осел – ясли хозяина своего». А как мы говорили выше, осел означает свойство желания получать, называющееся эгоистической любовью к себе. И тогда говорит им пророк, что осел, то есть тот, кто смотрит на «ясли хозяина своего», то есть на вознаграждение, он не смотрит на то, что это Творец дает им вознаграждение, то есть они не смотрят на то, чтобы благодаря этому они получили любовь к Творцу, подобно тому, как есть любовь к тому, кто дает подарки людям. А они не обращали внимания на дающего, а думали только о том, чтобы у них было вознаграждение.
Получается, что действия, которые они совершали из-за вознаграждения, были без любви и трепета. Другими словами, они совершенно не думали о «яслях хозяина своего», то есть о том, чтобы думать о хозяине, что Творец является дающим. А они отсекали заповеди от дающего Тору и заповеди, ибо не думали во время работы о дающем работу. И также, когда думали о вознаграждении, они не думали о том, кто дает им это вознаграждение.
(29:22) Другими словами, пророк предупреждает нас, как находящихся в свойстве Исраэль, которые работают над намерением, не обращая внимания нужным образом, чтобы прийти к слиянию с Творцом. А также тех, кто работает только в плане действия, и намерение их только в том, чтобы получить вознаграждение – они не обращают внимания и не думают, кто Он тот, кто дает это вознаграждение. Поэтому говорит: «Народ мой не смотрел». И получается, что им не хватает любви к Творцу.
И из сказанного получается, что человек должен отдавать себе отчет, до того, как он станет молиться, о чем он должен молиться. Поэтому сказал мой отец и учитель (Бааль Сулам), что человек должен молиться об одном, и это включает в себя много вещей. А именно, что он просит у Творца, чтобы дал ему желание работать ради отдачи, а не ради собственной выгоды. Поскольку для того, чтобы у него было желание отдавать, необходимо, чтобы у него была вера в Творца, и чтобы он верил в величие Творца. Однако молитва его о том, что он хочет, чтобы Творец дал ему желание отдавать, означает, что человек говорит Творцу: «Я желаю, когда я занимаюсь Торой и заповедями, чтобы намерение было в том, чтобы я верил, что у Творца есть наслаждение от моих действий».
Другими словами, несмотря на то, что человек не ощущает никакого вкуса и ощущения во время своих усилий, чтобы у него была сила сказать своему телу, когда тело предъявляет претензии, говоря: «Разве ты не видишь, что у тебя нет никакого вкуса в изучении Торы и также в молитве?». И тогда человек хочет, чтобы у него были силы сказать своему телу: «Поскольку я работаю только для того, чтобы Творец наслаждался, какая разница, чувствую я в этом вкус или нет. Если бы я работал ради собственной выгоды, ты было бы право в том, что ты говоришь мне, что ты не ощущаешь никакого вкуса и почему же ты работаешь? Подобно еде – если человек не наслаждается ею, он ее не ест. Но я работаю ради Творца. В таком случае какая разница, какой вкус я ощущаю». Это он просит у Творца. И это называется «безусловное смирение». [РАБАШ. Статья 39 (1990). Что означает «Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости» в духовной работе]
Семинар
Чтец: (33:45) Переходим к уроку с Равом от 6 февраля 2003 года.
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: Статья 39 (1990) «Что означает «Каждый скорбящий о Иерусалиме удостаивается и видит его в радости» в духовной работе», из «Шлавей Сулам», 5-й том, страница 143.
Снова и снова РАБАШ возвращается к той же теме. Поскольку творение хочет достичь совершенства, для него подготовлено сокращение, скрытие. Скрытие на величие Творца, чтобы творение работало выше знания, чтобы могло выйти из желания получать ради себя, так тогда Творец скрыт, и вся наша работа в том, как достичь величия Творца, иначе нет у нас никакой силы, топлива, чтобы работать.
Поэтому избавление и изгнание – это не то, что от нас скрыты наслаждения, вечность, совершенство, а это последствия того, что мы постигаем из величия Творца. То есть мы находимся в изгнании от величия, от ощущения Творца. От ощущения Творца – это означает, что Шхина в изгнании. Шхина – это раскрытие Творца творениям, то есть ощущение Творца находится в изгнании, и то, что нам нужно – это вернуться в Иерусалим. Изгнание – это из Иерусалима, из города совершенного, из совершенного трепета, чтобы принять ярмо высшей Малхут.
Что такое «ярмо высшей Малхут»? Ярмо высшей Малхут – это то, что Творец Добрый и Творящий добро, тогда против этого работают в нас все силы разделения, которые называются желанием получать человека или народами мира. Если мы преодолеваем их и постигаем величие Творца, совершенный трепет, то есть я боюсь не того, что есть в моих келим, опустеют ли они, а насколько я смогу наполнить Его келим, это называется, что я работаю только ради величия Творца.
(36:49) По своей природе нам ничего не недостает, кроме как ощутить величие Творца. Как и в людях, если мы ощущаем в чем-то, что человек велик, или что у него есть деньги, которые мне нужны, или что у него есть власть, и я подчиняюсь ему естественным образом, или что все его уважают, и тогда я тоже отношусь к нему так поневоле, увлекаюсь течением, тогда у меня есть способность, желание работать на него по причине того, что он велик, не важно по какой причине, но конечно согласно тому, что почитается в моих глазах, согласно тому, чего я боюсь, что я уважаю. Поэтому наша работа – это не работа в постижении чего-то из постижений, из статуса, из каких-то сил, все это будет как простое следствие, если мы постигнем величие Творца.
Если мы постигнем величие Творца, тогда у нас будет сила, сила желания, страстное стремление, энергия, чтобы достичь любой другой вещи, обратиться к Нему, требовать от Него, познать Его, все. Поэтому вся работа сосредотачивается только в одной точке, достичь состояния, чтобы Творец был велик в моих глазах, и только против этого у нас есть все силы скрытия и посторонние мысли. Если мы обратим внимание, как мы убегаем, забываем, убегаем от пути, забываем задачу, тогда увидим, что только одну вещь, по сути, постоянно народы мира, которые в нас, все время хотят скрыть от нас – это величие Творца.
Как все-таки прийти, немного приблизиться к осознанию величия Творца? Может быть как-то стремиться к этому, требовать этого, видеть, что мне это необходимо? Это может прийти ко мне: или вынужденно после многих страданий, которые я терплю, пока от множества страданий я наконец начинаю исследовать и видеть, что без осознания величия Творца – нет выбора, я не выхожу из своего ужасного состояния. И это единственная сила, которая может вывести меня из зла, и тогда я работаю прямым образом в своем желании получать. Или я организую заранее систему пропаганды, что Творец важен, и осознание Его величия – это ключ ко всему добру. Я работаю пока согласно желанию получать, не выше знания и не согласно желанию отдавать. И тогда я ускоряю развитие и не нуждаюсь в страданиях.
(41:20) Поэтому говорит здесь Бааль Сулам, что наш единственный выбор – в группе, которая как и в этом мире может дать мне всевозможные ценности, и поэтому я бегу сюда или туда, уважаю эту профессию или эту должность, уважаю эту одежду, а не ту. То есть все вещи, которые передо мной – это по сути своего рода управление мною со стороны общества. Конечно, немного в соответствии с моей природой, в соответствии с моим характером, в соответствии с состоянием, в котором я как-то живу, но в конечном итоге группа определяет все, что мы хотим, порядок приоритетов, оценки каждой вещи. Так я должен найти и построить по отношению ко мне группу для ощущения необходимости в осознании величия Творца.
Если я получаю это от группы, тогда я больше не нуждаюсь ни в чем. Тогда у меня есть сила, топливо, подъем, энергия, страстное стремление к единственной главной и правильной вещи, которая скрыта от нас. А после нее уже есть все остальные ступени в постижении Творца по-настоящему и в слиянии с Ним, пока я не достигаю того состояния бесконечности, в котором, по сути, не было недостатка ни в какой точке, кроме, как мы теперь понимаем, кроме важности Творца по отношению к Малхут Бесконечности. Только это, по сути, скрыто и в Цимцум Алеф, и в Цимцум Бет, и во всех сокращениях и скрытиях, которые есть в мире – величие. Чтобы прийти к тому же величию – теперь снизу вверх только «выше знания». И тогда мы будем работать не как осел, как он говорит, а как бык.
Мы все еще говорим, как работать ради желания получать в направлении Творца, что мне стоит, чтобы Он раскрылся, что мне стоит, чтобы Он был велик. Затем, когда начинают приближаться и действительно работают над этим, – тогда также приобретают притяжение к святости, особую точку, когда начинают думать, что хотя я хочу работать на том основании, что Творец велик, но то, что я все время хочу ощутить, что Он велик, тогда Он начинает быть велик в моих глазах, не потому что я получаю в свои карманы, в свои келим, потому что Он велик, я наслаждаюсь от того, что Он велик, как от богатого человека я тоже могу получить немного, а я начинаю ценить Его величие в общем. То есть, я начинаю ценить Его положение, я начинаю ценить Его свойства отдачи как великие.
(45:00) И тогда у меня начинает быть, помимо моего эгоизма, что я хочу таким образом ухватить у Него, я начинаю от этого эгоизма ощущать немного грязь в своей работе. У меня начинает образовываться точка благосклонности к Нему, к Его свойствам, пока я не захочу также ради Его блага, пока я не захочу быть как Он.
Это также укоренено в нашей природе, на самом деле, мы видим и ощущаем, что если человек велик, то не важно, плох он или хорош, то есть не важно, насколько я ценю его в своем желании получать по отношению к себе, а только то, что он велик – это уже вызывает у меня какое-то внимание и реакцию к нему, что я все-таки хочу быть рядом с ним. И поэтому здесь начало пути, что определенно можно мыслить в «ло лишма», и для себя, и ради Творца, что называется «ло лишма», от которого уже приходят к «лишма».
Эти вещи приходят как ступени развития человека только при одном условии, что он без большого ума и без больших мудрствований, и без острого разума, берет себе одну задачу – достичь состояния, что кроме величия Творца, он не хочет ничего знать, и только ради этого он создает группу, и ради этого он выстраивает свои отношения к группе и требует от группы, чтобы так относилась к нему.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (46:56) Работать над величием в вере выше знания – это значит, что если в знании я вижу Творца великим в десять килограммов, то в «выше знания» я должен видеть Его теперь великим в двадцать килограммов?
М. Лайтман: Вопрос: если в знании я вижу Творца великим в десять килограммов, то в «выше знания» я должен видеть Его теперь в двадцать килограммов, стремиться к этому, к сорока килограммам? Вопрос неверен с самого начала. Если ты придешь к оценке, не что ты видишь, конечно говорят до махсома, если ты придешь к состоянию, что тебе удалось обратиться к Творцу и ощутить к Нему какое-то уважение в десять килограммов важности, это сразу же сотрется у тебя. Не сразу, через несколько минут, тебя запутают твои посторонние мысли, другие желания, на которые ты еще не наложил величие Творца, и ты упадешь с этих десяти килограммов на минус десять.
Идти все время от плюса к плюсу и не падать мы не способны. С каким кли? Как у тебя сейчас, то же самое на каждой ступени, и на каждой ступени как будто и разочарование, и падение будут больше согласно силам, которые уже у тебя есть, согласно силам, которые у тебя есть.
Ученик: Сейчас Вы говорили о том, что каждый из-за того, что он другой, будет работать от следствия величия Творца иным образом, но в конце все должны прийти к состоянию, что от величия они будут готовы отменить себя? Так что остается от этого особого корня души, если я отменяю себя полностью?
М. Лайтман: Когда я хочу отменить себя полностью по отношению к Творцу, тогда что я хочу отменить и по отношению к чему я хочу отменить? Нужно пояснить, я хочу отменить себя по отношению к Творцу. Отменить себя по отношению – это как-то в порядке. Но кто такой «я» и кто такой «Творец», по отношению к которому я отменяю, что отменяется по отношению к чему? Тогда Творец становится понятием отдачи, желанием отдавать. Что это вообще – отдавать, что это за категория? Что отдача – это огромная, великая вещь, по сравнению с моим эгоистическим желанием, которое работает, – только забирать в себя.
В конечном итоге это то, что вырисовывается человеку, и это уже следствие, которое я получаю от того, что я работаю над величием Творца. Здесь есть вещи, которые меняются в нас не согласно тому, чего мы хотим, и не потому, что мы стремимся к этому, а как следствие этого. Стремись к величию Творца ради того, чтобы получать, и получишь от Него стремление к святости и желания отдавать, как мы изучаем в четырех стадиях прямого света.
Когда-нибудь первая стадия думала, что из нее может выйти вторая стадия? Никогда. Это уже за кулисами, что так отдача Творца воздействует на желание получать, что желание получать начинает стремиться к еще большей стадии, потому что вторая стадия более грубая, чем первая стадия.
Ученик: (50:44) Мы говорим, что мы не работаем в каббале над желаниями, свойствами и подобными вещами, но если я вижу, что у меня есть желания и свойства, которые мешают мне во всем этом деле работы над величием Творца, разве я не могу попросить, чтобы величие Творца изменило мне что-то из них?
М. Лайтман: Все вещи, которые есть во мне, плохие и хорошие, что-то ужасное, что кажется мне сейчас, и что-то хорошее, что я ощущаю, «ой, ой, ой, пусть останется у меня, чтобы я не потерял это, может быть в этом я ухвачу духовное», все они важны совершенно одинаково, нет никакого предпочтения или какого-то изъяна одного по отношению к другому, совсем нет. Я должен относиться ко всем как к правильным вещам для связи с Творцом.
Ребенку нужна и любовь мамы, ему нужно также схватить маму, быть немного жестоким, требовательным, наглым, надоедливым, и немного дать ей радость, все. Нужны все эти вещи, и то, что кажется нам плохим, в той же мере нам это нужно. То, что раскрывается в нас в каждое мгновение, все вещи, плохие как и хорошие одновременно, я вижу себя, какие плохие вещи, я даже стыжусь их перед самим собой, я не хочу о них вспоминать. Я иногда вспоминаю, тогда мне плохо, я хочу сразу скрыть их от своего сознания.
Они все в одной шеренге важности, все. То, что раскрывается в то мгновение, важно одинаково. Нужно только страстное стремление к величию, к величию Творца, и это страстное стремление само превратится в разные формы. Что именно такое важность, и чего я хочу от нее, для себя – к Нему, как я ценю и что именно я ценю, что это именно – отдавать, и что это именно – получать, все эти вещи постепенно будут получать каждый раз другую форму.
Пока не достигают особой формы, которая называется «не дает мне уснуть», всевозможные такие вещи, с которыми уже переходят махсом. И здесь нужно различать между двумя вещами: ты работаешь над величием Творца, от величия Творца всевозможные вещи меняются в тебе не прямым образом. Как бхина алеф превращается в бхину бет, здесь есть действительно вопрос превращения.
Ученик: В чем разница между вопросом «Кто такой Творец?» и вопросом «Что есть работа?»
М. Лайтман: Об этом мы будем учить на Песах.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (53:57) Здесь написано на странице 145, что когда человек молится о величии Шхины, сначала он должен молиться о величии Шхины всего мира своего товарища, прежде чем он молится о величии Шхины самого себя. Должен ли я и во время изучения требовать исправления всего мира, исправления товарищей до того, как я требую моего исправления?
М. Лайтман: «Есть говорящие», кто-то великий советует тебе сначала подумать, что будет товарищу. Можешь ли ты? Если это хорошие вещи, тогда я хочу сначала для себя. Если это не такие хорошие вещи, тогда я кричу всем: «Почему вы не принимаете это?» Если где-то есть какой-то открытый клад, и никто не знает о нем, и я нашел какое-то сокровище, разве я кричу всем: «Приходите, получайте»? Я закрываю это еще больше и прихожу постепенно, и как-то вынимаю оттуда, но только для себя. Когда я иду кричать другим? Когда я хочу, чтобы сначала получили они, а потом, если я увижу, что это хорошо или как-то, чтобы и мне тоже немного было, но сначала они. Так мы понимаем.
Что называется, что человек должен думать, каким будет величие Творца, насколько это будет велико в его группе или в его мире? Или я кричу перед всеми: «Вы грешники, вы должны познать величие Творца». Или я умоляю: «Ребята, если у вас не будет величия Творца, если вы не передадите мне, тогда его никогда не будет у меня». Тогда зависит от того, как я забочусь, или я «продаю» им это, или просто у меня нет другого пути, как только через них получить себе. В этом проблема – как человек относится к этой вещи, к величию Творца.
Ученик: (56:23) Может быть, что я уже прихожу к пониманию из страха от ощущения зла, что единственная вещь, которая мне нужна, чтобы не вернуться к этому, – это чтобы группа давала мне величие Творца, но мой товарищ еще не понимает необходимости, в которой я живу, и он еще принимает то, что я даю ему, как игру без понимания потребности к этому…
М. Лайтман: Я видел однажды шутку в каком-то фильме, что один человек лежит в больнице, а другой человек приходит и неосознанно нажимает ему на кислородный шланг, и больной начинает дергаться, но тот человек не чувствует, что он делает.
Если бы мы знали, что каждый нажимает на кислородный шланг другого, тогда у нас не было бы никакой проблемы. Так давайте сначала поговорим о том, что я зависим от тебя. Ты знаешь, что это такое? Я просто завишу. Если ты не подпишешь, я не перейду махсом. Что делать? Скажи мне, как мне нужно к тебе относиться?
Убить тебя мне не поможет, мне нужна твоя подпись. Если бы я мог убить всех и тем самым перейти махсом – слава Богу, мне не нужно было бы получать согласие. Но я обязан получить согласие от всех. Что же мне делать?
Ученик: Что такое согласие?
М. Лайтман: Согласие – что только если у тебя будет величие Творца, ты подпишешь мне, то есть ты передашь мне это, и тогда у меня будет такое величие Творца, что я перейду махсом. Видишь, насколько я должен заботиться о тебе. Я бы посмотрел на тебя когда-нибудь, скажи мне?
Но теперь, когда я думаю об этом, действительно о каждом и каждом, что я буду делать с ними? Я не знаю. Я ненавижу их, мне они не нужны, но величие Творца, осознание цели или страдания, осознание, что я мертв, обязывает меня, возвращает меня все же к группе и к тому, что я как-то говорю: «Ребята, у нас нет выбора. Давайте попробуем, никто не хочет другого, но, может быть, как-то». Как Бааль Сулам говорит, что корабль тонет в море, так давайте каждый заткнет ту дыру, которая под ним в борту корабля. Так я начинаю умолять их, и как-то это делается. Здесь есть люди, которые сидят много лет, и у них тоже уже есть келим, чтобы в чем-то почувствовать, насколько горько их состояние. И у нас есть к кому обратиться, у нас есть к каким авханот обратиться у каждого, и этим мы должны пользоваться.
Пока я не получу от каждого его влияние на меня в той мере, как мы уже устроены в группе так сверху, у меня не будет достаточно силы. И если одного грамма мне не будет хватать, я не перейду махсом, и один грамм может зависеть от какого-то Шулема, который не захочет дать мне его. Ты понимаешь? Что я буду делать с ним? Что я могу сделать против его желания, побить его?
Представь себе, я должен убедить его, что если он дает мне это, тогда он также получает ту же оценку от меня, и он тоже переходит вместе со мной. И тогда я обещаю, что никто отсюда не перейдет, – или все вместе. Так это: каждый думает, что он шпиц, и каждый по-настоящему шпиц, но этого недостаточно для подтверждения перехода, а только при подписи всех.
Ученик: (01:00:38) Что такое величие Творца?
М. Лайтман: Величие Творца? Это просто велик. Думай пока так, потом каждый раз ты будешь получать другую форму величия. Велик в том и в этом. Велик в том, что хочет дать мне, и велик вообще, и влияет на всех. До всех мне есть дело, и вдруг нет дела, но Он влияет на меня. Он? Всевозможные такие вещи. Потом велик в отдаче, по-настоящему велик в том, что я тоже хочу немного соответствовать Ему.
Вопрос (Интернет): (01:01:23) Что значит молиться о разрушении Храма?
М. Лайтман: Молиться о разрушении Храма... «Храм» – называется сердце человека, которое исправлено в направлении Творца. Вся работа Храма, Дом Святости называется Храмом, что это все желания человека ради отдачи, которые работают в направлении Творца, это называется исправленная работа Дома Святости, Храма.
Есть там коэны и левиты, и первосвященник, и Исраэль, и народы мира, и женщины. Есть там двор для каждого и для каждого желания, и все работают исправленным образом. Есть работа жертвоприношений и есть песнопения, и есть молитвы, и есть вода и кровь, и всякие такие авханот, и есть также дни недели – и это все упорядочено напротив всей нашей работы во всех наших желаниях для слияния с Творцом в исправленной форме в соответствии Ему. Это называется «работой Храма», и об этом мы должны молиться, чтобы у нас была сила, чтобы у нас было желание, чтобы у нас был экран, чтобы работать так со всеми нашими желаниями.
Вопрос (Интернет): (01:02:56) Как я могу увеличить величие Творца во мне и убедить каждого из товарищей заниматься этим?
М. Лайтман: Это и есть работа. Здесь мы должны думать, как мы это делаем, советы есть везде.
Вопрос (Интернет): Почему Иегуда в Пятикнижии – это осел?
М. Лайтман: Поговорим о том, почему Иссасхар) в Пятикнижии называется ослом? Прекрасно, что ты знаешь Пятикнижие. Я бы не читал Пятикнижие так буквально, мистер Иегуда из Парижа, потому что ты можешь начать овеществлять его.
Вопрос (Интернет): (01:03:49) Что называется отменить себя?
М. Лайтман: В чем отменить себя? Как бы по направлению к Творцу – это да, но и это не ясно. Это ради Творца, или перед Творцом, или в соответствии с Творцом? Отменить, или увеличить, или уменьшить – говорится о двух мнениях, о двух авханот. Тогда в соответствии с тем, что я различаю, кто Творец и кто я, в соответствии с этим у меня здесь уже есть какая-то оценка, кто я и кто Он по сравнению с любой вещью. В желании получать, в желании отдавать, во всевозможных свойствах отдачи или получения. Как я оцениваю каждую вещь, этим она велика или мала, или вообще не существует в моих глазах.
Мы не понимаем, насколько мы не считаемся с Б-жественным. Если есть кто-то маленький передо мной, но он существует в моих глазах, в поле моего видения, то есть в поле моего ощущения, – он более важен для меня, чем Творец. Придет маленький ребенок и начнет кричать на меня или начнет что-то делать со мной, я разозлюсь и в какой-то форме отреагирую на него, потому что в этом, в том, что он делает, он пренебрегает мной, а к Творцу у меня нет никакого отношения.
Скрытие – это абсолютное скрытие. Мы должны построить его с нуля. И каждый раз, когда достигается какой-то процент меры величия или какое-то осознание, оно сразу же исчезает, потому что нам нужно… Почему это исчезает? Для того, чтобы мы продолжали его снова и снова.
Вопрос (Интернет): (01:06:13) По отношению к чему я должен все время отменять себя?
М. Лайтман: Только по отношению к осознанию величия Творца. Здесь я обязан склонить голову и любой ценой во всех действиях делать все, что только возможно, чтобы прийти к этому.
Может, начнем с того, что каждый запишет на листе, что у него называется величием Творца. Но большой лист, чтобы на нем было около сорока предложений, и пусть напишет. Есть ли у нас вообще за что ухватиться? Что мы думаем рассудочным образом, не изливая сердца. Как я представляю себе это сам. Начните писать и увидите, насколько это трудно. Если не использовать всякие предложения, которые мы помним из книги, – от себя самого. Сделайте такое упражнение и начните обсуждать это поверхностным образом. Не раскрывать сердце, а как мы преодолеваем общую проблему.
Чтец: (01:08:05) Поделимся впечатлениями от урока. Что мы берем для реализации в десятки.
Семинар
Чтец: Переходим к следующей части урока. Прежде споем вместе.
Песня: (01:14:24)
Набор: Команда синхронного набора