Стенограмма составлена на основе стенограммы на иврите и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 19 июня 2026 года
Часть 1: РАБАШ. Об обвинителях 18 (1985) (в записи от 24.04.2002)
Чтец: Дорогие друзья, в первой части мы будем изучать урок Рава в записи от 24 апреля 2002 года. Урок основан на статье «Об обвинителях». «Труды РАБАШа», том 1, стр. 115.
Будем читать статью вместе в десятке. Десятки, которые закончат раньше времени, приглашаются провести семинар по этой статье.
Об обвинителях
В книге Зоар сказано: «Рабби Йеуда открыл [речь] и сказал: «Счастлив народ, умеющий трубить»1. Насколько людям нужно идти путями Творца и соблюдать заповеди Торы, чтобы удостоиться с помощью нее будущего мира и чтобы спасти их от всех обвинителей наверху и внизу. Ведь как есть обвинители в мире, который внизу, так есть и обвинители наверху, которые готовы обвинять людей»2. Конец цитаты.
И следует понять, кто такие обвинители внизу. Допустим, свыше мы понимаем, что если человеку хотят дать что-то, приходят обвинители и выдвигают претензии к человеку. И говорят, что не стоит давать ему то, что ему хотят дать. Однако внизу возникает вопрос, перед кем они обвиняют человека.
И следует объяснить, что эти обвинители приходят к самому человеку. Ведь если человек хочет идти по пути, восходящему к отдаче Творцу, то приходят обвинители и говорят ему, что путь отдачи не для тебя, так как этот путь подходит лишь избранным, у которых есть особые свойства, людям талантливым, смелым сердцем, сильным, обладающим силой преодоления и т.п. Но не тебе, ибо у тебя нет качеств, присущих выдающимся людям. В таком случае для тебя лучше [состояние] «среди народа своего живу я»3, то есть идти путем всего общества, а не чтобы у тебя было желание стать исключительным.
Поэтому рабби Йеуда приводит нам стих: «Счастлив народ, умеющий трубить»4. И объясняет РАШИ: «Те, кто умеют удовлетворить своего Творца»5. А чем Его удовлетворяют? Тем, чтобы Он передал им высшее благо. Это объясняет рабби Йеуда, говоря, что «людям нужно идти путями Творца и соблюдать заповеди Торы». И следует понять, что такое «пути Творца». Об этом говорит Писание: «Ибо мысли Мои не ваши мысли, а пути Мои – не ваши пути»6.
Иными словами, только выше знания человек может идти путями Творца. Однако внутри знания само тело обвиняет и предъявляет претензии к нему, давая ему понять, что путь отдачи Творцу не для него.
И отсюда мы поймем стих: «Мзду не принимай, ибо мзда ослепляет зрячих и извращает слова правых»7. Итак, мы видим, что когда человек проверяет порядок своей работы и видит условия, которые от него требуют соблюдать, он приходит к решению, что он не в состоянии принять на себя этот путь, то есть работу на отдачу, по двум причинам.
Так как он не уверен в вознаграждении за работу на 100% из-за того, что он не видит кого-либо, кто уже получил это вознаграждение, ради которого он вложил усилия. Иными словами, когда он смотрит на людей, которые, как он видит, в самом деле, взялись терпеть условия этой работы, – и он видит, что они вкладывают большие силы, – он, тем не менее, не находит у них, что они уже получили свое вознаграждение за эту работу. И если он спрашивает себя, почему же они, действительно, не получили вознаграждения, у него появляется возможность дать прекрасное объяснение, – что тот, кто выполняет все условия работы, наверняка, получает вознаграждение. Но хоть они и приложили большие усилия, но не 100% того, что от них требуется. Поэтому они находятся в состоянии, когда Он, по их мнению, отстраняет их (от работы – согласно их мнению, состоящему в том, что они правы, говоря, что работа на отдачу не для них).
И тогда возникает второй вопрос: кто знает, будет ли он более способным, чем они, так, что, действительно, сможет выполнить 100% условий, которые требуются, чтобы его приблизили к слиянию с Творцом? А по этим двум вышеописанным причинам он приходит к решению, что он на 100% прав в том, что не хочет принимать на себя этот путь, построенный на вере выше знания и на фундаменте отдачи. И он настолько понимает свою правоту, что уверен, что никто не может критиковать его за то, что он не хочет идти этим путем.
(06:52) И отсюда возникает вопрос: те люди, которые, действительно, встали на этот путь, то есть приняли на себя [обязательство] идти путем отдачи, как они преодолели все эти вопросы? Ведь, нет сомнения, что когда человеку говорят: иди и прикладывай усилия, но не для получения награды, у него тут же возникают все вышеописанные вопросы. Ведь вышеназванные вопросы не дают человеку покоя. В таком случае, благодаря какой силе он мог выйти из состояния этих вопросов, называемых «зловредными водами»?
Но нет другого совета, кроме как идти выше знания, сказав: ведь то, что я вижу, что я прав, и я должен идти путем, которым идет всё общество, не является истиной, как я это вижу, ибо только тот, чьи глаза открыты, может видеть истину, тогда как тот, чьи глаза не открыты, видеть истину не способен. А поскольку человек, когда он задает эти вопросы, подкуплен своим желанием получать, ибо смотрит на то, какая выгода может выйти для него, он уже не способен видеть истину. И на это Писание говорит нам: «Мзду не принимай, ибо мзда ослепляет зрячих»8.
Поэтому нельзя сказать, что он прав согласно своему видению, ибо он получает взятку от желания получать. Поэтому у него уже нет открытых глаз, чтобы видеть истину. А он должен сказать: хоть я и слышал все твои правильные вопросы, но сейчас я не способен ответить тебе, а после того, как я удостоюсь желания отдавать, и глаза мои будут открыты, вот тогда, если ты придешь ко мне со всеми твоими вопросами, вот тогда я, наверняка, дам тебе правильные ответы.
Но сейчас у меня нет другого совета, кроме как идти выше знания. Ведь всё знание – то, что я вижу, – исходит лишь из взятки. Я вижу – но хотя я думаю, что все мои расчеты справедливы, на это следует сказать то, что говорит нам стих: «И извращает слова правых»9. Ведь я не способен увидеть, кто прав, то есть сказать, что весь принцип, что нужно поступать ради небес, говорит не обо мне, а я – «среди народа своего живу я»10, как все, которым достаточно исполнять Тору и заповеди и которые говорят: что я должен делать, я делаю, а по поводу намерений – это относится к тому, кто чувствует в этом потребность, а я не чувствую, что я должен быть умнее всех, и я тоже удовлетворяюсь малым. Об этом сказано: «И извращает слова правых»11 – но я иду выше знания.
(11:13) И это понятие величины важности «чистоты», которое приводится во всех книгах – что человек должен быть чистым перед любой заповедью, которую он собирается исполнить. Где чистота, как сказал мой отец и учитель, – в том, что человек во всем должен следить за тем, чтобы быть на стороне истины, и там не было бы примешено никакой лжи. И еще он сказал, что, как есть разница между двумя людьми в соблюдении чистоты в материальном, – чтобы не было никакой грязи на одежде. И есть люди, которые не особенно педантичны в этом, и лишь когда грязь видна глазу, они снимают ее. Иначе говоря, это зависит от меры отвращения – насколько грязь противна человеку.
Так же и в духовном, один не похож на другого, и это зависит от того, насколько человеку противна ложь. И в той мере, в которой он не может терпеть ложь, [именно] в этой мере он приближается к пути истины.
А еще он сказал, что следует знать, что эта грязь в отношении души является настоящим вредителем. А поскольку душа вечна, человек должен очень остерегаться лжи, чтобы истина его была чиста от всякого рода загрязнений ложью.
И отсюда поймем то, что сказали наши мудрецы: «Сказал рабби Хия бар Аба, сказал рабби Йоханан: «Всякий мудрец, на одежде которого есть жирное пятно, повинен смерти, как сказано: «Все, ненавидящие меня [то есть Тору], любят смерть»12. Читай не «ненавидящие меня» 'месанай', а "навлекающие на меня ненависть» 'масниай'"»13. И объясняет РАШИ: «"Навлекающие на меня ненависть" – делающие себя отвратительными в глазах творений, и творения говорят: Горе изучающим Тору, которые отвратительны и презренны. Получается, что это – "навлекающие ненависть на Тору"»14.
И, на первый взгляд, в простом понимании это понять трудно: если у него есть жирное пятно на одежде, ему уже полагается смерть? И [Талмуд] приводит доказательство из стиха Писания, где сказано: «Все, ненавидящие меня, любят смерть»15. И это тоже следует понять: если он находится в состоянии «ненавидящие меня», разве это является признаком того, что он любит смерть?
И согласно тому, что мы объяснили выше, под «чистотой» имеется в виду, что нужно быть чистым, чтобы там не было примеси лжи в то время, когда он хочет идти по пути истины, ибо «истина» называется «лишма», как говорит РАМБАМ: «Тот, кто работает из любви, занимается Торой и заповедями и идет путями мудрости не из-за чего-то в [этом] мире и не из страха перед бедствиями, и не чтобы унаследовать блага, а он творит истину из-за того, что это истина, и в итоге благо придет [к нему] благодаря ей»16.
(15:32) В таком случае, исходя из этого, слова «на одежде которого есть жирное пятно» означают, что облачения, внутрь которых получают благо и жизнь, должны быть чисты от всякой примеси эгоистической любви, и всё оно должно быть лишь ради небес. Отсюда следует объяснение, что значит: «Все, ненавидящие меня, любят смерть»17. И мы спросили, почему этот стих говорит: «Все, ненавидящие меня…», то есть причина «ненавидящих меня» в том, что он любит смерть?
И это ясно из сказанного выше. Ведь понятие смерти становится ясным из того, что именно тот, кто слит с Источником Жизни, обладает жизнью. Тогда как тот, кто находится в отрыве от него, отделен от жизни.
Поэтому сказано: «Все, ненавидящие Меня», то есть он не любит Творца, чтобы работать только ради Него, а примешивает туда немного эгоистической любви. А эгоистическая любовь есть состояние смерти, поскольку это ведет к отделению от Источника Жизни. Поэтому он любит смерть, то есть любовь к себе, и потому он становится ненавистником Творца.
А РАШИ объясняет, что «ненавидящие меня» – это «делающие себя отвратительными в глазах творений. И творения говорят: Горе изучающим Тору, которые отвратительны и презренны. Получается, что это – "навлекающие ненависть на Тору"»18. И это тяжело понять: [неужели,] если на одежде его есть пятно, он уже противен в глазах творений? И Тора тоже приводит к тому, что творения становятся ненавидящими Тору? До такой степени, что за это (наказание) ему уже полагается смерть? Как сказали наши мудрецы: «Всякий мудрец, на одежде которого есть жирное пятно, повинен смерти»19.
В отношении работы следует объяснить, что «делающие себя отвратительными в глазах творений» означает: в своих собственных органах, и желаниях, и мыслях. Ведь тело человека, как известно, называется «самостоятельным миром». И органы тела говорят: «Горе изучающим Тору, которые отвратительны». Сказано: «Ибо они жизнь наша и долголетие наше»20, «вожделенней золота они и множества чистого золота, слаще меда и медовых сот»21. Но мы не видим этого у знакомых нам изучающих Тору.
И причина того, что мы не видим все эти ценные явления у изучающих Тору, состоит в том, что есть «пятно на одежде его», то есть у знакомых нам изучающих Тору во время работы примешивается эгоистическая любовь. Получается, что это «жирное пятно» приводит к тому, что благо и жизнь, заключенные в Торе, не могут облачиться в эти одежды, ибо они не чисты так, чтобы всё было ради небес. И тогда «творения в его теле» приходят к отчаянию. Выходит, что они приводят к тому, чтобы они ненавидели Тору.
Иначе говоря, в том месте, где изучающие Тору должны были раскрыть ценность Торы, как сказано: «Ибо это мудрость ваша 'хохма' и понимание ваше 'бина' в глазах народов»22, – тут они видят обратное. И кто привел ко всему этому? Всё это из-за того, что они не следили за чистотой, что называется «жирным пятном».
И отсюда поймем, почему: «Если есть жирное пятно на одежде его, повинен смерти». Это призвано сказать нам, что то «жирное пятно», которое он поставил на свою одежду, приводит его к отделению от Источника Жизни. Поэтому считается, что он сам заставляет себя прийти к состоянию смерти. И всё это из-за того, что он не следил за чистотой, и к его работе примешалось также свойство лжи, называемое «ло лишма». Тогда как всё должно быть [направлено] ради небес. [РАБАШ. Статья 18 (1985). Об обвинителях]
Семинар
Чтец: (20:31) Переходим к уроку с Равом от 24 апреля 2002 года.
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: Мы прочитали статью «Об обвинителях», из главы Бо, «Шлавей Сулам» 2-й том, стр. 71.
Кто такие обвинители? Адам Ришон, наша корневая душа, душа всех творений, она пережила духовный кризис, разбиение, разбилась, разделилась на тысячи, на миллиарды искр. Эти искры приходят и облачаются в тела в этом мире. Что это значит? Облачение на искру окончательного эгоизма, буквально на последней стадии, называется животным телом, нашим телом. И тогда человек в этом мире получает искру. Как он может ее увеличить? Как он может с ней работать? Эта искра должна работать внутри человека, а не человек работает с искрой.
Как искра работает с человеком? Эта искра – результат разбиения Адама Ришона. То есть это его испорченное кли. В этой искре есть вся информация, все разбитые свойства, все, что есть в большом кли Адама. В нем есть, как мы там говорим, цепочка решимот, которые одно за другим должны привести человека к Конечному Исправлению, то есть к возвращению в исправленном виде к своему корню, в общем Адаме Ришоне, где он был.
Как раскрываются эти этапы, по которым нужно пройти? Они раскрываются в форме обвинителей. То есть поскольку наше кли, которое изначально находится в нас, испорчено, то каждый раз, согласно требованию, согласно исправлению, – когда совершают исправление от легкого к тяжелому, – раскрывается еще один обвинитель, еще один обвинитель, еще один обвинитель. То есть еще одно испорченное свойство, еще одно испорченное свойство, еще одно испорченное свойство. И если человек проходит каждое свойство правильным образом, выше знания… Почему выше знания? Потому что это то, что говорит ему обвинитель. Он говорит ему: ты должен использовать желание получать ради получения и позаботиться о том, как в этом кли, с намерением ради получения, получить наполнение. Ведь этот обвинитель был когда-то в исправленном виде, а теперь он в испорченном виде.
Как же тогда человек может работать с помощью этого обвинителя – прийти к исправленному состоянию? Он должен добавить к этому обвинителю как бы экран, намерение ради отдачи. У нас это называется «выше знания». У нас это называется «выше знания». То есть на любую помеху, якобы помеху – на самом деле это помощь, – которая всплыла у него в сознании, человек обязан подняться и сказать: «Прекрасно, что у меня появилась сейчас возможность поработать над этой помехой, я обязан подняться над ней, ради отдачи». То есть, несмотря на эту помеху, продолжать свой путь к цели.
(25:06) Это очень похоже на то, что мы видим во время болезни. Мы видим во время болезни всевозможные симптомы… Как на иврите «симптомы»?
Реплика: Тофаот.
М. Лайтман: Тофаот, хорошо. Нет?..
Реплика: Самаманим.
М. Лайтман: Самаманим? Симамоним он сказал. Нет? Самамоним? Хорошо.
Реплика: Тасминим.
М. Лайтман: Опа. Что это?
Реплика: Тасминим.
М. Лайтман: А, тасминим, от тисмонет… Ага, прекрасно. От слова «тас» - он говорит… Тасминим, хорошо.
(смех в зале)
М. Лайтман: Хорошо. И когда мы их видим, то по ним можем понять, что эти вещи противоположны здоровью, и в соответствии с этим мы лечим, чтобы вернуть эти симптомы к исправленному состоянию. То же самое и здесь, по сути. То есть лекарство, само исцеление, по сути, должно состоять в том, чтобы принять в расчет эти симптомы и подняться над ними – выше знания. Почему выше знания? Потому что пока у меня есть намерение ради получения, которое называется обвинителем, я не могу ничего увидеть, и исцеление должно состоять в том, что, даже не видя, я иду исправленным образом. И тем, что я иду исправленным образом, – хотя я и не вижу, – я притягиваю на себя окружающий свет, и он приносит мне здоровье, приносит мне силу, приносит мне силу идти по-настоящему, исправить себя и достичь исправленного состояния.
Здесь есть еще несколько помех, кроме этого обвинителя, который каждый раз во мне вскакивает и как бы соблазняет меня или дает мне нехорошие советы. Есть у меня обвинители, которые якобы дают мне хорошие советы. Самая большая проблема – это не то, что приходят мысли и я вижу их как чуждые моему пути. Это уже не проблема. Как говорят, если мы ставим диагноз, то это уже большая часть исцеления. Это еще не исцеление, но это большая часть. Осознание подлинного зла, когда мы знаем, где причина, от чего на самом деле зависит дело, – это, пожалуй, уже главная часть, а потом лишь найти подходящее лекарство, если оно есть, – нет, да. Очень значительная часть денег, вложений, уходит на постановку диагноза: различные анализы и снимки, и тысячи вещей.
(28:37) Так вот, наша проблема в том, что человек не раскрывает обвинителя, что он не раскрывает обвинителя, который приходит к нему в хорошем виде. Дело в том, что, поскольку мы из желания получать все время смотрим на мир, желание получать автоматически, в подсознании, всегда поворачивает вещи так, что они – как это называется – оборачиваются якобы ему во благо. И он не видит это как нечто именно плохое, а думает, что в конце концов ему будет хорошо.
Мы не думаем, не подозреваем, что мир для нас плох, мы думаем, что хорош. Получаем удар – это для нас ужасно и страшно. Мы никогда этого не ожидали: за что мне это? Мы не думаем о плохом так, как думаем о хорошем. Ведь нас всегда естественным образом влечет к хорошему – из желания получать. И поэтому наша проблема в том, что все происходящее вокруг нас мы истолковываем якобы себе во благо. И это очень большое препятствие.
Мы не можем быть объективными, независимыми, находясь в желании получать. Ведь если бы мы действительно были совершенно, совершенно свободны в определении своей позиции, мы должны были бы установить, что все, что происходит вокруг нас и внутри нас, по сути, нам во вред. Потому что мы – желание получать. И все нисхождение на данный момент, все, что с нами происходит, все развитие – это во вред желанию получать. Это для того, чтобы доказать ему, что оно должен развиваться в противоположную сторону – к святости, в намерении ради отдачи. Если бы человек истолковывал все эти происходящие вещи не себе во благо – что он должен остерегаться, что он должен проверять, почему это так происходит, – то он очень быстро пришел бы к цели. А так он думает, что все оборачивается как бы к добру, и в этом он снова и снова терпит неудачу, и это приводит его к забвению.
Я в последние несколько дней разговариваю с людьми – израильтяне пребывают в эйфории: «Мы уже решили проблему, разрушили несколько складов боеприпасов, что-то еще сделали, у нас уже все готово». Я смотрю на людей: каждый из них чувствует облегчение. Как будто все, теперь снова придут инвестиции, приедут туристы, все уладится, мы их еще побьем, тут и там, – арабов, которые нас ненавидят. Не принимают в расчет источник проблемы, того, кто их посылает, – Творца, ни в чем, думают, что все уже налаживается. Люди уже не хотят ни о чем слышать: «Оставь меня со своим Зоаром, со своей каббалой. Я могу обойтись без этого».
(32:16) Человек все происходящее истолковывает себе во благо; он не думает, что отрезок времени, который дан, дан для того, чтобы поспешить как можно скорее стать… Он не готов меняться, изменить мир, изменить свой путь, действительно притягивать через себя свет в мир. Быть светом народам. Нет. И все это коренится в желании получать – это то, что я хочу сказать, – которое все истолковывает себе во благо и тем самым приводит к забвению. И все, что человеком ощущается, хочет этим доказать: «Ты сейчас чувствуешь себя хорошо, видишь? Тебе хорошо со мной, – так желание получать говорит человеку, – тебе хорошо со мной – оставайся».
Если человек соглашается с этим, не идет выше знания – против этого обвинителя… Против обвинителей нужно идти только выше знания, только принимать в расчет цель творения. Как сказано: «Исраэль, пути Торы и Творец – едины»23. То есть цель – только Творец, и все. И тогда нужно видеть все вещи, которые посередине, либо как помеху, либо как помощь, но, по сути, как правило, все – как помеху. Если человек не принимает это как помеху – именно этот относительный покой, некую хорошую реакцию, – он не различает в этом обвинителе зла, что он зол, потому что его облачение как будто облачение хорошее. И тогда это очень плохо.
То, что мы сейчас ощущаем, находясь в спокойном периоде, – это, пожалуй, больший вред, чем период, когда мы по-настоящему пребывали в бедах и плакали. Мы этого не понимаем. Недаром написано: «Нужно благодарить за плохое, как за хорошее»24, – ведь и то, и другое приближает человека к цели. И тем более после этого объяснения нам ясно, что приближает больше, – так за что человек, казалось бы, должен благословлять больше?
Поэтому тема обвинителей, как пишет здесь РАБАШ, – это очень глубокая тема. Это просто повседневная работа, в которой мы застреваем, мы запутаны и не можем различить: это обвинитель или это и вправду прекрасное отношение Творца. Не может быть прекрасного отношения Творца ко мне – не может быть, – иначе как только через мою испорченную систему. Не может быть, чтобы я получил сегодня нечто хорошее, потому что я нахожусь внутри желания получать. «Хорошее» – это называется так, что через экран я получаю наполнение, что Творец наполняет меня в моем исправленном кли. Если у меня нет ни одного свойства, способного работать в намерении ради отдачи, в подобии по форме Творцу, – не может быть, чтобы мне было от Него хорошо. Если у меня есть хорошее ощущение, оно приходит через клипот. Поэтому человек должен относиться ко всему, что он ощущает и думает, так, что все это приходит к нему через клипу. И поэтому обвинители, по сути, – только они вокруг меня, и с ними у меня все время соприкосновение и взаимодействие.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (36:12) Что такое «очарование святости»?
М. Лайтман: Очарование святости, которое человек получает, – это уже следствие окружающего света. Когда он уже некоторое время идет к состоянию, в котором он хочет раскрыть Творца внутри каждого обвинителя, что там, внутри, у него есть встреча именно с Творцом, благодаря этой помехе. Если он идет выше знания, если все-таки хочет раскрыть, что там находится Творец, тогда постепенно он получает очарование святости. Что такое очарование святости? Что даже через эти помехи он начинает ощущать, что в противоположности этим помехам он уже может прийти к святости – и тогда к нему приходит очарование святости. По-настоящему свечение свыше.
То есть человеку кажется, что в его жизни не так уж много мгновений в связи с духовным. Все время перед ним есть духовное, только оно приходит в форме обвинителей, в форме облачений, в скрытом виде. Но на самом деле – все время. В каждой мысли, в каждом твоем желании, во всем, что у тебя есть сейчас, ты можешь начать различать: как это, в каком виде приходит к тебе, и каким образом оно поворачивает тебя к связи с Творцом – через какие-то помехи.
Обвинители – это очень большая помеха, если человек умеет с ними работать, это все наши келим. У меня сейчас ТАРАХ, 620 испорченных келим, и каждое из них может меня повернуть – это в соответствии с тем, кто я, что я, по отношению к душе, к строению души. И все эти свойства, все мои 620 свойств – это то, что называется, органы души, которые в испорченном виде, сейчас дают мне то одно, то другое: ощущение боли, ощущение болезни.
Если я различаю, что это моя болезнь, – как ее исцелить, этот орган, как соорудить на нем экран, как сделать из него, притянуть к нему определенное свечение... Я не говорю о лишма, за махсомом, а каким-то образом отнестись к этому как-то правильно. Постепенно, таким образом, я лечу каждый симптом... как на иврите «симптом»?
Реплика: Тасмин.
М. Лайтман: Тасмин. …Каждый симптом болезни и отношусь к своему строению правильно. Нужно понять, что эти обвинители – это в буквальном смысле органы моего кли, части моих келим в испорченном виде. Я их исправлю – и они станут помощником. Превратить своего ненавистника в любящего – вот что человек должен сделать.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (39:44) Неприятный симптом привлекает внимание, но симптом, который льстит эгоизму, который дает ему?..
М. Лайтман: Это то, о чем я говорю. Симптом, который сейчас приятен, дает нам ощущение покоя: «Все наладится, все будет хорошо. Что ты кричал, что, не дай Бог, вот-вот будет уничтожение? Видишь, все наладилось, Творец обернул нам все к добру, так давай дальше жить». Не понимают, что в этом есть цели, что как нам показали якобы зло, так теперь показывают нам помеху еще большую. Тогда тебе было ясно, что ты должен как-то спастись. Сегодня тебе не ясно. Это состояние гораздо хуже, скрытие еще большее. Тогда было такое скрытие, которое самым коротким путем приводило тебя к духовному как бы, да – опасность уничтожения. Сегодня нет якобы никакой опасности, все уладилось, все в порядке. Тебя толкнули в гораздо худшее состояние, назад. То, что ты ощущаешь, будто все улаживается, – это действует обвинитель куда более изощренный, куда более хитрый.
А наивный человек думает: слава Богу, мне уже не нужно ничего делать. Этим ты избавляешься от того, чтобы быть избранным – принести в мир определенную миссию, быть светом народам? Нет, ты ничего не решил. То есть после такого придет, не дай Бог, но придет удар еще больший, если ты не воспользуешься, как и предыдущим обвинителем, так и этим обвинителем, если не воспользуешься правильным образом.
То есть идти выше знания, ощущать, что это состояние – плохое, по меньшей мере как прежнее, и даже хуже, потому что теперь я исцелен, и у меня нет выбора, я сейчас прямо-таки впадаю в некое расслабление, и это очень опасно. И этим я ввожу фактор времени: ведь время все-таки действует так, что если я сейчас не использую удар во благо, для исцеления, то следующий удар должен быть гораздо больше и гораздо болезненнее – также потому, что я после расслабления, когда думаю, что уже все, должно быть хорошо.
Это вопрос обвинителей, это очень большая вещь. Нужно смотреть на всю нашу жизнь как на воззвания свыше, и все эти воззвания, по сути, целевые, и не обращать внимания на то, что я ощущаю от этих обвинителей, – не быть подкупленным. Это как хитрый человек, который приходит к тебе с улыбкой, с лаской, со всякими вещами: он гораздо опаснее врага, которого ты видишь издалека, гораздо опаснее, гораздо… скрытие – оно двойное.
Сейчас мы это ощущаем в эти дни: тихо, нет терактов, нет ничего – все. Теперь мы там, в Бейт-Лехеме (Вифлемее) все уладим, и с Европой все наладится, нас полюбят. Состояние гораздо хуже, этим мы входим в еще большую тьму. Соглашаемся с клипот, начинаем жить в них, и…
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (43:48) Что такое оправдание, оправдать Творца, скажем, во время скрытия?
М. Лайтман: Оправдать Творца можно только посредством выше знания. Как я могу Его оправдать? Ведь оправдать – это на фоне чего оправдать? Если Он делает мне добро – должен ли я Его оправдывать?
Ученик: Вопреки страданиям.
М. Лайтман: Вопреки страданиям. То есть когда мне хорошо – это не называется, что я Его оправдываю. Когда мне хорошо, мое сердце неосознанным образом, ощущая нечто хорошее, чувствует как бы некую благодарность к тому, кто его наполняет. Так мы устроены. Оправдать – это называется, что я ощущаю плохое, и в этом плохом я должен раскрыть цель удара. А цель удара должна быть для меня гораздо больше зла, которое я сейчас ощущаю в своем желании получать, и тогда я должен прийти в этом осознании к тому, что я благодарю за удар как за исцеление, – и это называется оправдать Творца.
Это называется «праведник», праведник оправдывает Творца вопреки всевозможным страданиям, через которые прошел, вопреки всевозможным злодеяниям и провинностям, которые совершил, – это называется праведник либо неполный, либо полный. Но почему он праведник? Потому что он находится в духовном мире и все прекрасно и хорошо? Поэтому он праведник? Праведник – это тот, кто выше махсома. А поскольку он выше махсома, он притягивает к себе прегрешения и оплошности, которые совершил, и тогда начинает видеть, что действительно нужно было их оправдать.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (45:44) Это не просто перевернуть состояние неприятное в состояние якобы приятное...
М. Лайтман: Неприятное состояние и приятное – это зависит от осознания целенаправленности, которая есть в ударе. Если я знаю, что сейчас, после удара, я, по сути, выздоровею и обрету нечто хорошее, то удар считается лекарством. В этом наша проблема: мы не понимаем, что лекарство – вещь горькая. По сути своей лекарством не может быть ничего, кроме яда, нечто горькое, а наш ложный мир и лекарство делает сладким.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (46:32) Как можно распознать обвинителя, который приходит хорошим путем?
М. Лайтман: Как можно распознать обвинителя, который приходит хорошим путем? Скажу тебе иначе: все, что к тебе приходит, называй сначала обвинителем. Это не значит, что я советую тебе чрезмерную осторожность, а просто это так. Ты получаешь жизнь через свое тело. Телом называется, конечно, внутреннее, а не животное тело, о нем я не говорю, хотя и оно тоже. Так вот, через испорченное тело как результат разбиения, которое было в Адаме Ришоне, если ты получаешь сейчас какие-то помехи, мысли… не помехи, а мысли, желания – все, все, что ты получаешь, – это в испорченном виде, противоположном истине. Если бы был какой-то неиспорченный вид, ты ощущал бы в нем Творца. Без сомнения, просто естественным образом, но у нас этого нет. Разбиение было на сто процентов, до конца каждого кли и каждой сфиры, самой частной. Поэтому все, что ты думаешь, по сути, проистекает из твоего желания получать, противоположно исправлению.
Как раскрыть только это? Здесь уже иногда должно быть свечение свыше. Иногда ты это видишь: ты можешь, после того как чему-то учишься, увидеть, – чем больше ты учишься, тем больше различных авханот можешь различать в состояниях, в отношениях. Откуда это берется? Оттого, что ты просто приобретаешь мудрость… Что значит «приобретаешь мудрость»? Ты сам строишь в себе всевозможные келим – из дня и тьмы, как бы из таких противоположных вещей, из трения – от того, что ты познаешь в жизни. И тогда напротив этого ты ощущаешь свечение свыше. И внутри этого свечения ты начинаешь понимать, о чем речь, ты начинаешь быть уже немного более наполненным внутри, ты начинаешь ощущать внутри, в себе, уже некий объем, что ты уже можешь работать с этими свойствами, можешь отнести каждую вещь к какому-то свойству, к чему-то внутри себя – это уже будущее кли, которое родится.
А кто-то приходит, он не может ухватить ни единого слова, потому что у него нет места для этого слова, оно входит в мозг, в сердце, в ухо, но ему некуда упасть. Внутри еще нет объема, внутрь которого это понятие вошло бы. А посредством многого чтения, многой учебы, многого такого, и бед, в особенности, через которые проходят, внутри начинает образовываться некая полость, в которой человек начинает работать, начало души. Постепенно начинают это ощущать. Какие-то свойства внутри, авханот. Это еще не духовное кли, но против этого – нечто вроде него.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (50:15) Как использовать обвинителей, чтобы создать связь с Творцом?
М. Лайтман: Как использовать обвинителей, чтобы создать связь с Творцом? Обвинитель – это в точности мысль, скажем, через которую ты должен связаться с Творцом. Скажем, есть у меня сейчас мысль о чем-то не очень хорошем. Например, хочется спать во время урока. Я хочу заснуть так, ты знаешь... Я должен понять, после того, как я дал своему телу действительно столько, сколько ему якобы нужно, скажем, пять-шесть часов в сутки, как-то тут и там дал ему поспать… Я не думаю, что меньше пяти часов можно функционировать, по правде, тот, кто так делает, просто ошибается, он не дает своему животному нужного ухода. Пять, даже шесть часов – вот так. На протяжении долгого времени – так просто не может быть, у него не будет душевных сил работать, он просто будет все время сонным, и все.
Так вот, скажем, после того, как ты дал ему необходимый минимум, то, ему требуется – еду, отдых, омовение, всякие такие вещи, – уже все. Если он требует больше – это признак, что это обвинитель. Или какие-то мысли о всевозможных животных наслаждениях или обо всяких вещах. Так вот, то, что это к тебе приходит, – это как раз прекрасно: тебе как бы дают сейчас через это связаться с Творцом – Творец напоминает тебе о Себе, о наслаждении, что Он – источник наслаждений, через животное облачение или облачение, всякие такие облачения. Ведь у Него нет иного выбора – через все это разбитое кли, посредством которого Он напоминает тебе об этом, если ты через разбитое кли изнутри себя связываешься с Ним, идешь выше знания, не прилепляешься к облачению, которое доставит тебе наслаждение, а через него прилепляешься к источнику, из которого на самом деле выходит наслаждение, – к Творцу (а облачение неважно, само облачение не приносит тебе наслаждений, только источник), к этой искре, к свету, ты, по сути, устремляешься, а не к облачению, то тогда выходит, что ты идешь выше знания над этой помехой, в связи с Творцом, тогда ты выигрываешь от этого связь.
То есть любая помеха – не помеха, это возможность для связи, для работы. И мы должны верить, что в тот миг, в той форме и в том случае, когда в нас пробуждается каждая помеха, – это в точности в том порядке, в каком нам нужно расти, исправляться и подниматься.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (53:31) Как в нашем состоянии остерегаться этого хорошего обвинителя так же, как и... Ведь и у нас этот хороший обвинитель существует: все хорошо, ты продвигаешься, был хороший урок, интересный, Рав говорил об очень высоких вещах…
М. Лайтман: Нет, это… Ты говоришь так: «Был хороший урок, я им доволен. Я что-то понял, я этим доволен». Это обвинитель или не обвинитель? Мы должны видеть вещи, которые относятся к святости, и вещи, которые к святости не относятся. Здесь уже может быть действительно ошибка: человек не может жить из отрицания, должно быть из утверждения, но такого утверждения, которое будет не через клипу, а через святость. То есть если я наслаждаюсь учебой – наслаждаться учебой разрешено, Тора приносит радость. Из-за этого Девятого Ава запрещено изучать Тору – нельзя радоваться, Тора радует. Или всякие подобные вещи. То есть мы не должны устремляться к плохому, а хорошее, к которому мы должны устремляться, придет не иначе как через все облачения, через обвинителей. Что это значит? Что наше наслаждение будет от цели, «ибо Ему возрадуется сердце наше»25, короче говоря.
Ученик: Чтобы наслаждение пришло от цели, а не от облачения?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Но ведь мы в итоге связываемся с облачением…
М. Лайтман: Если мы объединяемся с целью и от этого у нас есть наслаждение, то, по сути, мы достигли истины. Почему? Какое облачение мне нужно, чтобы объединиться с Творцом? Только в намерении ради отдачи, в отраженном свете, только в мысли к Нему. Так пусть у меня будет мысль к Нему: только от Него я хочу получать хорошее, но от Тебя, не от чего-то иного – из связи с Тобой. Ло лишма, но ло лишма прямое: я люблю Тебя, я по Тебе с ума схожу, я хочу быть объединенным с Тобой. Все. В самом простом виде «до того, что не дает мне уснуть».
Ученик: Человек действительно способен сделать истинный расчет, или уже в самом расчете заложено...
М. Лайтман: Насколько мы способны производить истинные расчеты – не будем об этом говорить, ведь тогда мы уже знали бы. После каждого истинного расчета мы знали бы, как ошибались прежде, но все же это выяснение, этот поиск называется временем подготовки. От нас не требуют быть по-настоящему истинными и по-настоящему большими, а требуют лишь насколько дано в нашем состоянии. Как младенец, ребенок, который играет.
Ученик: Вопрос, требуют ли от нас также видеть, что мы не истинны, или...
М. Лайтман: От нас требуют видеть, насколько мы истинны и не истинны – согласно нашей ступени. Конечно, если… Многие люди – неважно – когда говорят что-то, я понимаю, откуда они говорят и согласно какой ступени они говорят то или это, хорошо или плохо, или так-то и так-то думают, или так-то и так-то определяют случай. Так вот, каждый – согласно своей ступени, это как ребенок с малого возраста и до большого – каждый раз ты видишь, что его взгляд меняется.
Ученик: (57:33) Много раз, когда мы говорили о помехах, давали отрицательный пример: как босс со мной разговаривает, жена, не дай Бог, что-то о здоровье. То есть всегда помеха – это якобы нечто отрицательное, посланное мне свыше, и я в этом должен искать связь с Творцом. Что это за помехи, о которых как бы в кавычках говорится, что они хорошие?
М. Лайтман: Хорошие помехи вводят меня в заблуждение гораздо больше, чем плохие. Ведь от плохих я просто убегаю или, может быть, мне удается их преодолеть, но я вижу, что это враг. А когда враг облачен в красивые одежды по отношению ко мне – это по-настоящему ужасно. Это по-настоящему ужасно. Приходит к тебе какой-то человек с улыбкой… Я читал когда-то книгу о шпионах, еще в России, там рассказывали обо всех шпионах в истории человечества. Самые хитрые шпионы – женщины: одевается красиво, с красивой улыбкой, приходит к тебе так, что вообще, нажимает на всякие вещи, далекие от того, что она хочет из тебя вытянуть, и поэтому вытягивает. Двойная ложь. Хочет навредить тебе, одевается определенным образом, ведет себя тоже определенным образом, и это вводит тебя в заблуждение и вообще приводит к тому, что ты никак не можешь связать ее с этим врагом, с этим ненавистником, с этим обвинителем. Понимаешь? Так что может быть хуже?
Ученик: Так как же действительно определить хорошего обвинителя? Что такое «хороший обвинитель»?
М. Лайтман: Так это называется «хороший обвинитель». Секунду. Это называется «хороший обвинитель», который кажется тебе хорошим. Обвинитель не может быть по-настоящему хорошим. На кого он наговаривает? Он наговаривает на Творца. Он действительно наговаривает на Творца. Он говорит, что правда на его стороне, что добро на его стороне. И ты прямо-таки готов с ним согласиться.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:00:04) Это тоже может быть целенаправленно? Как бы в направлении цели, все в порядке.
М. Лайтман: В направлении цели – конечно. «Мы построим большой кибуц для всего мира, мы сделаем так, чтобы всем было хорошо. Я хочу, чтобы во всем мире был мир, давайте заключим мир с арабами». Видишь, они наносят гораздо больше вреда, чем что-либо другое; против них ты ничего не можешь сделать, потому что их облачение настолько лживо, что ты не способен его взорвать. Что можно сделать? Идти выше знания… в лучшем случае. Да. Что, разве не привели все эти «мир, друг», разве не привели ко всем потерям, что есть сегодня в стране?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:01:08) Когда обвинитель приходит ко мне, как какая-то помеха, я должен заниматься ею на двух уровнях – и на внутреннем, и на внешнем. Тем, что я занимаюсь на внешнем уровне облачить на внутреннее…
М. Лайтман: Не понял.
Ученик: Когда приходит ко мне какая-то помеха в этом мире, я должен заниматься ею на двух уровнях – и на внутреннем, и на внешнем. Как на внешнем уровне не отклоняться, не забывать, удерживать все время...
М. Лайтман: Забыть или не забыть, как преодолеть помеху – это уже вся мудрость, это вся методика, это книги, их авторы, Рав, товарищи, все, что в твоих руках и в твоих силах сделать, – делай. Здесь уже нет какого-то одного совета. Тысяча советов. И ты все время должен метаться и искать: выяснение – это твоя работа, ведь из выяснения ты создаешь новые келим. Тебе не нужно стремиться к тому, чтобы… Скажем, была бы у тебя возможность сразу разрушить все здание клипы – ты бы ничего не выиграл от этого. Ведь в столкновении между клипой и святостью ты создаешь новые келим, новые авханот.
Почему должны быть две противоположные силы? Потому что только из них, на границе между ними, где есть трение, – ты совершаешь это трение, ты извлекаешь оттуда авханот.
Ученик: Как внутреннее и внешнее?
М. Лайтман: Как внутреннее и внешнее, конечно. И из этого ты строишь кли души. Эти две силы Творец дает тебе, и положительную, и отрицательную, – это не за твой счет; за твой счет – лишь извлечь из обеих. Они сталкиваются в тебе, эти две силы, два ангела, они сталкиваются в тебе, и ты должен своим разумением поставить их одну напротив другой, и тогда в своем исследовании ты начинаешь видеть различие между ними, и различие во всех формах, что есть внутри, в каждом из них. И из этого ты создаешь новое кли, чувства, авханот, новые вкусы.
Ученик: Это выяснение в то время, когда что-то случается, невозможно сделать.
М. Лайтман: Ты пока не способен это сделать – ты сделаешь. Не волнуйся. Ты сделаешь. Это вещи, от которых невозможно убежать.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:04:08) Когда Творец дает мне страдания, и я делаю выяснения, и нет слов, что это наказание, которое пришло… Но как я могу оправдать страдания, если мне больно?
М. Лайтман: Вопрос: как я могу оправдать страдания? Я не могу оправдать страдания. Если мне наносят удар и я ощущаю, что это удар, и я скажу: «Большое Тебе спасибо за удар, большое спасибо», – это будет ложь, лесть, а так делать нельзя. То есть что значит «нельзя»? Это просто не действует, ты лишь лжешь самому себе. Творцу ты солгать не можешь, а себе ты лжешь. Мы видим такие примеры в неживом святом, который так поступает.
То есть чтобы прийти к тому, чтобы оправдать Творца и благодарить Его, ты должен изменить ощущение в сердце. Обращение к Творцу – это то, что ощущает сердце. То есть из сердца это идет прямо к Творцу. Ты не стоишь между своим сердцем и Творцом так, чтобы ты мог ощущение в сердце во что-то завернуть и послать Ему. Нет. То, что есть в сердце, Он ощущает напрямую. Поэтому ты должен вызвать изменение в ощущении сердца. Нет выбора.
То, что ты получаешь удар, – верно. То, что твое сердце ощущает удар, – да. То, что Творец ощущает то, что у тебя в сердце, – да. Сердце, которое ощущает удар, ругает Творца. Поэтому ты должен изменить сердце так, чтобы оно не ощущало удар. Чтобы от удара оно ощущало иначе, нечто иное, чем есть. Как это возможно? Если он свяжет удар с целью и поймет, что посредством этого удара он достигает, и увидит, что этот удар приходит не от Творца, а от его испорченного кли, тогда вместо удара он поймет, что Творец посылает ему воззвание, возможность связаться с Ним. Тогда вместо удара сердце ощутит благословение.
Когда можно это сделать? Только когда ощущают Творца, видят всю эту систему. До этого – нет. Поэтому, пока мы не проходим махсом, мы либо полный грешник в двойном скрытии, либо обычный грешник в простом скрытии. Когда проходят махсом, начинают видеть, начинают ощущать – тогда становятся праведниками, оправдывающими Творца. Нет никаких хитростей: ты не можешь получить удар и сказать «я благословляю Тебя». Не можешь. Это в нашем мире ты можешь солгать… Но здесь это не проходит.
Ученик: (01:07:27) Как можно совместить этот взгляд, когда все вокруг обвинители, даже хорошие, с тем, что мы должны все время...
М. Лайтман: Всё вокруг меня – обвинитель, пока я не связываю это с Творцом. Хорошее или плохое – неважно. Прими это так. Очень просто. Я не смотрю на него с точки зрения, плох он или хорош. Вообще не смотрю на него таким образом. То, как мое тело ощущает хорошее или плохое, – это ложно. Знаешь, от самых вредных для здоровья вещей мы получаем самые большие наслаждения. Мне нельзя сахар – я люблю сахар. Мне нельзя мясо или всякие вещи – я это люблю. Вообще, все самые вредные для здоровья вещи как раз вкусны, а все самые полезные для здоровья вещи безвкусны, это какая-то трава. Как тот Попай есть шпинат. Всякие вещи. Я однажды купил, помню, был маленьким, купил в магазине шпинат – в точности, как он ест, это шпинат с солью. Ты знаешь, это нечто ужасное. И заставил себя есть, я помню это, подумал: «Что это?» Как они взяли это как символ силы – очень любопытно. Я советую тебе, попробуй это – быть Попаем. Да, действительно, как он делает это.
Так что я хочу сказать? Поэтому нам нельзя относиться к тому, что мы ощущаем в теле. Мы должны просто очень объективно – хорошо, плохо, неважно, – пока я не связываю это с Творцом, это плохо. Это называется целевым подходом. «Исраэль, пути Торы и Творец» – должны быть вместе. Мне неважно – это хорошо я ощущаю, или хуже немного я ощущаю… Если я нахожусь в такой запутанности, что не думаю об этом, – это другое дело. Но если я помню об этой миссии, я вообще не смотрю на хорошее или плохое – я обязан в этом ощущать Творца. Это уж точно будет лекарством – от сладкой лжи или от горькой лжи.
Немного более понятно, что такое обвинители.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:10:15) Если человек – это результат окружения, в нашем случае каждый в группах, как группа может определить группового обвинителя?
М. Лайтман: Групповой обвинитель – это влияние того ложного покоя на группу, на каждого. Также нельзя запутывать группу, вносить в нее всякие вещи, чтобы ее вот так трясло без всякого… Но это должен быть спортивный дух, в напряжении, в постоянной атаке, в задаче, и все время чтобы была не скорость, а ускорение, все время ускорение, все время положительное ускорение – будто ты жмешь на газ еще немного, и еще немного. Все время сильнее на педаль.
Ученик: В чем я измеряю – больше, меньше?
М. Лайтман: В чем ты измеряешь? В подъеме духа к важности цели, к Творцу. Нам больше нечем измерять правильное ускорение в группе, да и в самом человеке.
Ученик: В хасидизме тоже есть подъем духа?
М. Лайтман: Я не знаю, что у кого-то другого, в каком-нибудь хасидизме. Тоже в подъеме духа, почему бы и нет. Я не собираюсь их измерять.
Я знаю, что я работаю, у меня есть помехи. У меня все время есть проблемы – личные, групповые, – я говорю по отношению к цели. И я должен вопреки им быть всегда в положительном ускорении. Добавлять скорость. Что такое скорость? Устремление, подъем духа, важность. И более того, пробуждаются обвинители и групповые, внутри группы есть какая-то… или такая запутанная мысль, которая запутывает всю группу, что мы должны сделать еще что-то такое, еще что-то такое, еще что-то такое, и при этом всякая такая мысль, всякая такая задача, которую не связывают с Творцом, – она ничего не стоит. Это помеха, групповая помеха. Поэтому можно сделать множество вещей, но польза от них – это не польза.
Но есть вещи, которые все-таки, когда мы их делаем… Мы не способны двадцать четыре часа быть связанными с целью, мы отрываемся, поэтому мы должны установить такие действия, групповые действия, которые вернут нас к цели как можно быстрее. Чтобы они были как можно более полезными, напоминая мне, зачем я делаю, для чего я делаю. Как Бааль Сулам говорит об учебе в «Предисловии к Учению десяти сфирот», в пункте 27, или 25… Он говорит: почему учат каббалу вместо Гмары или каких-то других вещей? Ведь там другое облачение, не такое, как здесь.
Здесь, когда мы учим, мы учим о самих действиях Творца, и тогда благодаря этому мы помним о Нем, понимаем, ради чего учимся, более связаны с целью. В этом вся сгула (чудесное свойство) – притягиваем этим света. А там учат о животных – и тогда мы помним о животных. Здесь – о Творце, а там – о животных, об убытках. Гмара обучает путем отрицания, тоже о духовном, но построена на пути отрицания – учить о Нем, – а здесь путь утверждения. Были великие люди, которые учились путем Гмары. Но кто на это способен?
Ну, поучимся?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:15:10) Говорили о том, что если бы мы истолковывали все, что происходит с нами, правильно, мы бы продвигались к цели намного быстрее. Вопрос такой…
М. Лайтман: Неверно. Я не говорил, что если бы мы правильно истолковывали то, что с нами происходит, мы приближались бы к цели быстрее. Неверно.
Мы вообще не можем истолковать – верно или неверно – то, что с нами происходит. Мы должны идти над каждой помехой, выше нее, выше знания. А если ты начнешь ее истолковывать, то ты начнешь толковать: это случилось со мной из-за того-то и того-то, это случилось со мной из-за того-то и того-то. Ты войдешь во всякие такие ложные расчеты, из которых не выберешься. Тебе будет казаться, что происходящее вокруг тебя – какие-то такие знаки от Творца, к тому и к этому, – и тогда ты просто отклонишься от пути, ты не свяжешь себя поверх этих действий с Творцом.
Мне не нужно входить в каждую помеху. То, что сегодня ко мне приходит такая помеха, а потом такая, а потом такая, – мне неважно какая. Мне нужно поверх них связаться с Творцом, несмотря на помеху. Скажем, приходит ко мне сейчас какая-то тревога о чем-то, – эта тревога послана Творцом, и, несмотря на то, что я встревожен, я должен быть в связи с Ним, пока эта тревога не исчезнет и я не почувствую связь с Ним, уверенность, покой, безмятежность – как следствие связи с Ним. Я говорю о ло лишма, в животной форме. Если я это делаю, то я осуществил то, что должно быть, скажем. И мне неважно, какая помеха, какая тревога, откуда это пришло. Это неважно.
Главное, что я иду, я иду связаться с Творцом, и сама помеха становится для меня лишь трамплином. Я не углубляюсь в нее – что это и что… Не нужно. Если нужно, она пробудится во мне еще сильнее, и еще более изощренно, и во всяких других видах. И тогда мне и над этим нужно подняться. Мне не нужно в нее входить, мне никогда не нужно исследовать сами эти клипот. Мне нужно устремляться к свету, и в свете, когда снова поднимается помеха, она поднимется и прояснит у меня при своем появлении все нужные точки. Мне вообще не нужно быть причастным и погруженным в эти помехи.
Ученик: (01:18:05) Как узнать, выстроил ли я связь с Ним правильно, кроме того, что вспомнил, что это от Творца, как я могу узнать, что я выстроил с ним связь или это невозможно узнать?
М. Лайтман: Как узнать, выстроил ли я связь с Ним или нет, – это по результату. Сейчас я чувствую себя связанным с Ним, сейчас эта помеха исчезла, сейчас я могу думать о Нем и о цели? Я говорю о ло лишма, в форме, при которой мне от этого хорошо: я зациклен на Нем, я хочу сохранить это. Все, достаточно. Если потом придет мысль: «Но ведь я при этом думаю только о себе, и где здесь хоть какое-то отношение к Нему. Должен ли я как-то отнестись к Нему, как бы какой-то отклик к Нему, чтобы я думал о Нем, а не только о себе?», – если уже начинают приходить вследствие этого еще такие мысли, то это уже нечто иное. Тогда также и немного лишма начинает появляться. Но если не приходит – не приходит, неважно.
Это уже более продвинутый этап, на котором у меня начинает появляться как бы стыд, что я все время хочу убежать от страданий, чтобы чувствовать себя хорошо благодаря Ему, что я использую связь с Ним, чтобы чувствовать себя хорошо. Если вследствие этого тоже придет ко мне мысль, что я должен как-то отнестись к Нему, как бы поблагодарить, что мне неприятно быть до такой степени эгоистом, – это уже появляется взаимная связь. Отсюда человек уже начинает приходить к состоянию, при котором ему не важно ощущать страдания и тревоги, лишь бы быть в связи с Творцом. И потом мне не важно быть в страданиях, лишь бы быть в связи с Творцом, чтобы доставить Ему наслаждение. Здесь уже есть много этапов в отношении – наружу, к Нему.
Хорошо, давайте учиться. Статья короткая, а говорили много.
(Конец урока в записи)
Чтец: (01:20:31) Сейчас поделимся впечатлениями от урока и что мы берем отсюда для работы в десятках.
Семинар
Чтец: Перейдем к следующей части урока, но вначале споем вместе песню.
Песня: (01:26:52)
Набор: Команда синхронного набора
Псалмы, 89:16.↩
Зоар, Бо, п. 1.↩
Царей 2, 4:13.↩
Псалмы, 89:16.↩
Псалмы, 89:16, комм. РАШИ.↩
Йешая, 55:8.↩
Шмот, 23:8.↩
Шмот, 23:8.↩
Шмот, 23:8.↩
Царей 2, 4:13.↩
Шмот, 23:8.↩
Притчи, 8:36.↩
Трактат Шабат, 114:1.↩
Трактат Шабат, 114:1. Комм. РАШИ.↩
Притчи, 8:36.↩
РАМБАМ, Законы о возвращении, 10:2.↩
Притчи, 8:36.↩
Трактат Шабат, 114:1. Комм. РАШИ.↩
Трактат Шабат, 114:1.↩
Из вечерней молитвы, «Аравит», в субботу. В молитве говорится о словах Торы и заповедях Творца.↩
Псалмы, 19:11.↩
Дварим, 4:6.↩
Зоар. (приводится Бааль Суламом в «Письмах», стр. 64).↩
Мишна, трактат Брахот, 9:5 (ср. Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 54:1).↩
Теилим (Псалмы), 33:21.↩