Телепрограмма «Новая жизнь»

Беседа 122

27 декабря 2012 г.

О. Леви: Здравствуйте! Добро пожаловать на серию бесед с равом, доктором Михаэлем Лайтманом «Новая жизнь».

Мы обсуждаем новый мир производственных отношений, то место, ту организацию, где проходит большая центральная часть нашей жизни, желая научиться новому интегральному подходу к жизни у рава Лайтман, понять, как это проявляется во всех сферах нашей жизни.

Сегодняшнюю беседу хотелось бы посвятить вопросу смысла работы. Место работы, должность, занятие, которые человек выбрал, и которые он, возможно, поменял несколько раз в течение жизни, по сути, определяют то, что он собой представляет, как в своих собственных глазах, так и в глазах окружающих, его статус в обществе. Это имеет массу аспектов.

Мы хотим углубиться в это в настоящей беседе, чтобы научиться у рава Лайтмана, как, согласно восприятию интегрального мира, которое он нам преподает, можно приблизиться к лучшей жизни.

Ница, введите нас в суть дела о смысле работы в наше время.

Н. Мазоз: Рабочее место – это не только источник дохода, не только место финансовой поддержки, там мы стремимся развивать и реализовывать себя, выражая с помощью своего занятия.

Мы говорили о молодом поколении, которое, с одной стороны, не желает себя чувствовать рабами, но, с другой стороны, им очень важно реализовать себя именно на рабочем месте. В сущности, можно сказать, что они не видят никакого другого места своей реализации, кроме рабочего.

Это место, где человек может раскрыть свои способности, свои возможности, там он видит место своего развития. Поэтому он рассматривает рабочее место именно с этой точки зрения: насколько оно продвигает меня, помогает развиваться, реализовывать себя.

Этот подход порождает массу состояний, ведя к тому, что человек много раз меняет место работы за относительно короткий промежуток времени. Если после двух лет работы он не продвигается, то ищет дальше. Это является большой движущей силой для молодого поколения.

Почему так важна для молодого человека, а так же и для людей более зрелого возраста личная реализация на рабочем месте? Что его толкает к этому?

М. Лайтман: А где еще он может себя реализовать? Откуда он может получить удовлетворение в жизни? Что у него вообще есть в жизни?

Если я всю свою жизнь нахожусь на работе, не беря в расчет несколько недель отпуска и праздников, то вся моя жизнь – на работе. Я прихожу домой, чтобы поесть, поспать, помыться, сменить одежду и снова пойти на работу. Мой перерыв между работой и работой используется для того, чтобы прийти домой, поменять одежду, отдохнуть и - снова на работу, это всего лишь как перерыв в рабочее время.

Почему в таком случае я не должен думать о своей работе, как о самореализации всей своей жизни? Сегодня люди работают до семидесяти лет. И им некуда уходить. Для чего и зачем? Человек живет уже намного дольше, чем раньше. Получается, как же без этого?

Я вижу это по себе. У меня особая профессия, но все-таки, как быть без работы? Пойти домой и сидеть дома? Что я буду там делать?

О. Леви: Можно умереть в течение года.

М. Лайтман: Наверняка. Пойти гулять, бродить, взяв с собой собаку? Что делать?

Человек, который всю жизнь работает, привык к какому-то порядку, и для него это означает, что «он живет». Работа для него всё! Он действительно должен найти себя на работе. На рабочем месте заботятся о том, чтобы предоставить отпуск и всё прочее. Мы понимаем, что пришли к такому состоянию, когда вся наша жизнь в этом. С одной стороны.

А с другой стороны, хотя у человека нет выбора, и он предан своей работе, потому что не понимает, как можно иначе, трудно сказать, что он получает удовлетворение. Напротив, он испытывает большую пустоту.

Человек пребывает здесь в некотором таком очень многогранном переходе. Он не получает удовлетворения на работе, но все-таки привязан к ней. Он может много раз поменять работу, но и в других местах он тоже ничего не найдет. И так он как-то сдается.

Я не думаю, что мы можем долго об этом говорить, потому что люди здесь ничего не определяют – необходимость определяет то, что они будут делать, чем будут заниматься.

В ближайшие годы мы увидим сотни миллионов людей, которые выходят с работы и не возвращаются, потому что нет места. Это определит новую форму отношения человека к работе, к жизни, к обществу.

Поэтому я не возлагаю надежд на какие-то изменения у человека на рабочем месте. Это изменится потому, что вдруг обнаружится, что 70-80% населения находится без работы. Но «без работы» – это не означает без заработка. Будет какая-то поддержка от общества, от государства, от социального страхования, от разных организаций. Но человек будет полностью предоставлен сам себе.

Если человек желает себя как-то реализовать, то ему необходимо ощущать, что он что-то делает, что-то создает, что-то творит, находится в каком-то процессе. Тогда у него есть ощущение, что он живет. А когда его выбрасывают с рабочего места, даже если дадут ему на сто процентов ту же самую зарплату – это будет означать, что он «находится за пределами жизни». Поэтому я думаю не о его реализации на работе, а о том моменте, когда он обнаруживает себя за пределами рабочего места. Как это на него повлияет?

Здесь необходимо видеть действительно критическую точку в его жизни. Мы должны думать, как в своем распространении, особенно на семинарах через телевидение и интернет, мы сможем обеспечить этим людям развитие, то, что они не нашли на работе, и тем более не найдут этого и сейчас, когда у них нет работы, и вообще нет никакого занятия. У такого человека нет будущего, потому что он не видит ничего такого, что у него может появиться и в будущем. И здесь мы должны, с помощью нашего воспитания, дать ему новую задачу, новое место, новую надежду, новые горизонты.

О. Леви: Вы говорите о программах для безработных?

М. Лайтман: Не только для безработных. Это для всех.

О. Леви: Давайте, сосредоточимся на конкретном вопросе, и поговорим о смысле работы. Разделим это, чтобы не распыляться: есть люди работающие и неработающие. Необходимо заниматься неработающими. Мы разработали множество программ в том плане, что мы можем им предложить. Уже есть государства, например, Греция, Испания, где безработица перевалила за 50% среди молодежи. У нас есть целая методика, целый набор идей, как с этим справляться. Мы предлагали эти программы.

М. Лайтман: Этого не достаточно.

О. Леви: Не будем в это углубляться, потому что есть намного большая часть общества, с которой нужно работать иначе, до того, как они попадут в статус безработного. Вы говорили, что в недалеком будущем безработица в мире перевалит за десятки процентов, начнутся иные процессы, иная структура рабочего дня. Давайте, поговорим о настоящем.

Сегодня человек работает, он встает утром, приходит на работу. Мы с вами работающие люди, вы, я, Ница, это не кто-то абстрактный, это мы. Мы встаем, идем на работу, стараясь найти удовлетворение от того, что мы делаем.

От чего зависит это удовлетворение? Ведь если я посмотрю на карьеры, которые я менял, то это не обязательно связано с самим процессом производства. Это не обязательно связано с зарплатой, которую я получаю, но это очень зависит от взаимоотношений с другими людьми на рабочем месте.

Например, они могут меня обрадовать или испортить мне жизнь, разукрасить ее в розовые или черные тона. Взаимоотношения, которые мы сегодня наблюдаем среди людей, изо дня в день, из года в год всё больше и больше ухудшаются, становятся всё хуже.

Например, я пригласил своего знакомого посмотреть одну из наших передач. Он спросил: «В каком мире вы живете, о чем вы говорите?».

Ненависть в организациях между сотрудниками достигает таких масштабов, что кажется, вообще не может быть никакого контакта, взаимодействия, объединения, о котором вы говорите. Это полностью противоречит атмосфере, в которой живут люди.

Сосредоточимся на взаимоотношениях между людьми. Человек прилагает так много энергии к тому, чтобы выбрать подходящее для себя дело. Вы сказали, что в течение своей жизни несколько раз меняли свои занятия. Но гораздо меньше энергии человек вкладывает в то, чтобы построить отношения с сослуживцами.

Важнее, чтобы я получал удовлетворение, пребывая в гармонии с собой, выбрав правильное занятие в своей жизни, которое облачается точно, как перчатка на руку, или важнее мои взаимоотношения с окружающими людьми, пусть и на работе, не совсем мне подходящей? Что важнее? Здесь имеются какие-то пропорции, взаимоотношения? И почему?

М. Лайтман: Конечно. Почему?

О. Леви: Нет, вы еще не ответили, когда вы ответите, я спрошу «почему»? Что важнее?

М. Лайтман: Не знаю, потому что это зависит от того, насколько ты развит общественно.

О. Леви: Не понял? Каждый человек выбирает себе занятие.

М. Лайтман: Каждый выбирает себе занятие.

О. Леви: Мы тратим на это очень много энергии. Вы сказали, что несколько раз меняли занятия в жизни. Часто мы оказываемся на таком перепутье по несколько лет, раздумывая, что изучать?

Молодой человек полжизни выбирает, что учить, в конце концов, он что-то изучил, приходит на работу, но его жизнь невыносима. Как будто бы у него есть профессия, он стал специалистом, но его окружают люди, которые превращают его жизнь в кошмар. Казалось бы, он сделал все, что мог, чтобы сделать свою жизнь прекрасной, пришел себя реализовать, и даже преуспел в чем-то.

Что здесь доминирует: соответствие моего выбору моим внутренним качествам, стремлениям, возможностям, моим особенностям или мои взаимоотношения с окружающими меня людьми на работе? Что больше влияет на мое ощущение, что я работаю в правильном месте?

М. Лайтман: Это зависит от человека.

О. Леви: Что это значит?

М. Лайтман: Если я просто эгоист, то мне неважно, что они думают обо мне, наоборот, я могу переступить через них и тогда я чувствую себя еще лучше. Всё зависит от человека.

Но если я прошел курс общественного интегрального воспитания, тогда я очень забочусь о том месте, где я работаю, даже готов получать меньше денег. Мой успех не в том, чтобы идти по головам к какой-то вершине, а в том, что у меня будет теплое общество, и я не захочу его оставлять.

Я не знаю, как это измерить. Я не понимаю, какой ответ ты ждешь от меня?

До интегрального воспитания человек измеряет себя только личным успехом, именно своим продвижением, своей властью над другими.

А после прохождения им курса интегрального воспитания в нем меняются ценности. Он начинает видеть, что находится в теплом обществе, насколько оно его обнимает, как ему все улыбаются, дружелюбны. Это его наполняет. Он развивает новые ощущения, новые сосуды для успеха.

Он преуспевает уже в другом - во взаимоотношениях в обществе. Ему уже неважен собственный рост, потому что он переходит с линейного направления к интегральному, он взвешивает себя на совсем иных весах. Это невозможно сравнить! Одно квадратное, а другое круглое, и одно невозможно сопоставить с другим.

Н. Мазоз: Попробую уточнить вопрос, так как я чувствую здесь нечто принципиально важное. Человек постоянно ищет ответ на вопрос о своей личной реализации.

Действительно ли в практической деятельности я смогу проявить свою уникальность, свои способности в плане личной реализации?

М. Лайтман: Нет, я вообще так не думаю. Я сразу отвечаю на это. Хотя работающий человек и прожигает свою всю жизнь на работе, но он не получает там удовлетворения. Он считает, что там все рутина, повседневно, одно и то же, всё повторяется, и всё это глупости.

Сегодня он видит мир, а не как это было раньше, когда он ничего не видел, думая, что его рабочее место – это всё. Сегодня, он уже видит, знает, что нет выбора, и уходит в это с головой, чтобы забыть обо всем.

Но в итоге, мы видим, что его эгоизм растет. Он видит свое рабочее место узким, ограниченным, люди огорчают его, отношения между ними ужасные, и он ничего не может изменить.

Но если отношения улучшатся и атмосфера будет дружественной, то он получит здесь удовлетворение, настроение, и все прочее.

И тогда какая разница, чем заниматься? Главное – вместе, как у детей, которые играют, и им неважно, во что играть, можно поиграть в одно или в другое. Какая разница во что? Ты помнишь?

О. Леви: Да, я помню. У меня каждый день такое происходит дома.

М. Лайтман: Главное, чтобы играть вместе. Есть какие-то соревнования, но все дело в том, чтобы все делать вместе. Сделайте из работы игру – это важно. А игра зависит от связи между всеми. Ну, а если не хотят быть в связи и каждый в своем углу думает только о том, чтобы его не трогали, то работа становиться скучной и хуже чем рабство.

Н. Мазоз: Я вернусь ко второй части вопроса. Вы говорили, что личная реализация находится именно в отношениях между нами.

М. Лайтман: Конечно!

Н. Мазоз: У меня нет сомнений, что сегодня люди ищут возможности реализовать себя, только не знают место своей реализации. И здесь у вас совершенно иной взгляд: место моей реализации не столько на работе и в специальности, которой я занят, сколько в системе моих связей. Именно там происходит моя реализация. И здесь мне необходимы разъяснения: что значит, реализовать себя внутри связи?

М. Лайтман: Мне важно быть в обществе, на рабочем месте, в теплом коллективе. И для меня именно это, прежде всего, является наслаждением и наполнением.

Н. Мазоз: Там находится мое удовлетворение.

М. Лайтман: Да, там мое удовлетворение. А наше производство и успех в этом, является совершенно второстепенной вещью. Весь профессионализм руководителя заключается в соединении этих двух вещей вместе.

О. Леви: Что это значит?

М. Лайтман: Объединение между работниками, правильные и добрые отношения дадут им заинтересованность организовать свою работу, будут способствовать росту производительности и успеху в работе. Объединение даст хороший результат в работе. И неважно, это будет какая-то компьютерная программа или швейный цех.

О. Леви: Как это сделать?

М. Лайтман: Его профессионализм заключается в том, насколько он сумеет связать одно с другим.

О. Леви: Можно это объяснить подробней? Расставьте какие-то акценты: цель – такая-то, и такой-то руководитель считается «успешным руководителем в завтрашнем мире».

М. Лайтман: Благодаря объединению между нами, мы поднимаем наш коллектив, наше предприятие. Можно использовать даже премии, когда, допустим, все идут на один день в отпуск. После полугода особо успешной работы, мы можем нанять корабль и организовать круиз по Средиземному морю.

О. Леви: Сегодня это тоже делают. Я ищу другие вещи.

М. Лайтман: Но мы делаем это, исходя из желания, быть вместе, и это находит свое выражение в наших чувствах.

Н. Мазоз: Здесь иная цель.

М. Лайтман: Да.

Н. Мазоз: Целью здесь является стимуляция работника для того, чтобы потом он дал как можно большую производительность. А Вы говорите…

М. Лайтман: Снова, об объединении: необходимо чтобы работа вела к объединению, а объединение способствовало работе.

О. Леви: Сегодня организации много вкладывают в то, чтобы выбрать правильного человека и дать ему правильную функцию, это считается секретом успеха.

На своем предприятии мы выбрали людей, приложив для этого много усилий, у меня есть отдел, где каждый является профессионалом в своей области, у них есть все условия для того, чтобы быть самыми лучшими – есть всё.

М. Лайтман: Но…

О. Леви: Да, вот именно, «но».

М. Лайтман: …они пожирают друг друга.

О. Леви: Да, а я, как начальник…

М. Лайтман: Ты ничего не можешь сделать.

О. Леви: Я совершенно не могу контролировать это сумасшествие, что бы я ни делал, стараясь уладить то в одном месте, то в другом, все от меня ускользает. И в этом вся моя жизнь. Недостаточно того, что каждый из них страдает в таком окружении, как ответственный за все это, я страдаю больше всех, не зная, что делать.

Но я чувствую, что вы мне предлагаете новую теорию, вы говорите так: «Весь твой профессионализм заключается в том, чтобы совместить две вещи. Передо мной стоят две цели, во-первых, чтобы они объединились, а уже затем это приведет к каким-то плодам в нашем деле, потому что действительно они способные и могут создавать что-то новое.

Я хочу идти в этом направлении, чтобы объединить эти две вещи вместе, создав между ними в их контактах между собой нечто новое. Но как мне это сделать?

И вместе с тем хотелось бы так же позаботиться о том, чтобы это было не просто как некое молодежное движение, а чтобы это дало результат. Вы сказали, что профессионализм и заключается в том, чтобы объединение привело к повышению производительности и к лучшим результатам.

Что как руководитель я должен поставить во главу угла? Может быть, какой-то компас, расставить какие-то акценты, что-то делать, а что-то не делать.

Как вы можете гарантировать мне, что если я смогу объединить обе эти вещи, я действительно стану самым успешным? Дайте мне еще немножко. Немножко откройте мне, помогите мне. Вы понимаете мои проблемы? У меня есть профессионалы, которые ничего не могут сделать.

М. Лайтман: Я всех их помещаю в семинар.

О. Леви: Да, прекрасно.

М. Лайтман: И на семинарах я выясняю все, что есть между ними.

О. Леви: Отрицательное?

М. Лайтман: Не отрицательное. Мы говорим не об отрицательном, а о положительном. Это должны быть семинары, которые их объединят, где мы говорим о работе после того, как я их хорошенько настрою на объединение, на взаимность, на что-то, чтобы они начали понимать необходимость этого.

Это должно так же касаться реальности, развития, эволюции, того, как эгоизм играет с нами, когда мы обсуждаем это, о том, какие мы эгоисты друг относительно друга и каждый по отдельности, как с точки зрения психологии мы ведем себя на работе. Необходимо привести к ним психолога. Мы говорим, что на работе они – это не они, а так хитро с ними играет их эгоизм.

Пусть каждый посмотрит на себя со стороны, представит себя в тех или иных ситуациях. И больше всех в этом преуспевает тот, кто является психологом для себя самого, когда видит, как злое начало работает над ним, соблазняет и подталкивает его сопротивляться другому. И так далее, пока мы не достигнем понимания того, насколько мы все управляемы.

У нас нет никакой свободы выбора, мы буквально как животные, когда природа управляет нами. Но природа управляет животными для того, чтобы жить, а нами – чтобы еще и ненавидеть.

Но как мы можем изменить это состояние? Может быть, наслаждаться этим? Наслаждаться! Давайте поднимемся над этим. Мы ничего не разрушаем, а только учимся этим управлять. Каждый! Нам не нужен руководитель, мы сами руководители. Давайте попробуем управлять собой. Можем мы или нет?

И снова мы говорим об улыбке, о том, чтобы говорить друг с другом красиво, пытаться делать это в виде игры на семинаре и так далее. Так мы приходим к тому, что называется «разбитым сердцем». А затем можно установить для себя премии.

О. Леви: Какие?

М. Лайтман: Неважно, это могут быть выходные вместе с начальством. Давайте посмотрим, как влияют на нас изменения в рабочих отношениях. Пусть после того, как мы прошли, скажем, курс из пятнадцати семинаров, к нам придет какой-нибудь психолог, и исследует то, как это на нас повлияло, как мы изменились.

Всё это время мы находимся, может быть, под какой-то телекамерой в замкнутом цикле, а он постоянно проверяет: сколько времени сегодня мы затрачиваем на то, чтобы что-то выполнить; насколько легче мы принимаем решения, когда никто в себе ничего не скрывает, не тормозит другого. И как результат этого все выходят с семьями в отпуск, начинают объединяться семьями, покупают подарки детям. Каждой женщине посылают домой цветы.

Делают такие разные приятные мелочи. И хотя это и сейчас принято, но это делается как-то формально, и не меняет человека.

Н. Мазоз: Я хочу найти связь между двумя понятиями, о которых вы сейчас говорили. Между темой связи между людьми и темой самореализации, потому что я чувствую, что здесь есть нечто новое.

Самореализация внутри соединения – это нечто особенное. Где находится самый большой страх, когда вы приходите и говорите: «Давайте объединимся»? Каждый человек самостоятельно заботится о том, чтобы узнать, чем он особенный, в чем его уникальность.

Всегда есть страх, что объединение – это уравнивание всего, и там, где я соединяюсь, я превращаюсь в маленький винтик большой системы, я растворяюсь внутри системы. А я не хочу раствориться внутри системы, я хочу сохранить свои особенности и реализовать себя внутри связи. Как я могу это сделать?

М. Лайтман: Тогда человек уверен, что то, что он теряет себя в обществе, не преуменьшает его, а только поднимает.

О. Леви: Что такое – потерять себя? Я не понял.

М. Лайтман: Если он постоянно старается не выделить себя эгоистически, а содействует объединению в обществе, то это поднимает его, а не преуменьшает.

Помню, много лет назад я работал в одном месте, только я умел делать там некоторые вещи, но никому этого не показывал.

О. Леви: Это происходит в каждой организации.

М. Лайтман: Да. А иногда я устраивал так, чтобы они не смогли без меня запустить что-то, и только когда я появлялся, то каким-то образом запускал это, чтобы они не знали.

О. Леви: Это происходит каждый день в каждом рабочем отделе. Такова реальность. Вопрос, что делать?

М. Лайтман: Что делать? Делаем очень просто.

Невозможно совершить скачок к новым отношениям, если не провести человека через объединение, через внутренние изменения. Как это возможно? Хотя далее он сам не выдержит, захочет участвовать, и не будет бояться других, но это приходит после его внутреннего изменения. Что вы ищете?

О. Леви: Мы пытаемся понять, что это за процесс?

М. Лайтман: Это семинары!

О. Леви: Понятно, но семинары – это инструмент. Вы сейчас сказали, что держали свои знания в секрете.

М. Лайтман: Да.

О. Леви: А каков чувственный процесс, который должен пройти человек? Например, вы пришли в тот отдел, в котором вы работали. Какой чувственный процесс вы должны пройти, чтобы вы смогли бы выйти из своего убежища?

М. Лайтман: Мы не говорим заранее человеку, что он будет проходить.

О. Леви: Не человеку. Представьте себя на том месте, где вы были тогда.

М. Лайтман: Его вклад в общество должен казаться ему очень важным.

О. Леви: Это уже в конце процесса.

М. Лайтман: После нескольких семинаров.

О. Леви: Понятно, семинары – это техническое средство. Вы можете облачиться в тот свой образ в прошлом?

М. Лайтман: Да.

О. Леви: Например, я и Ница приходим в ту организацию, где вы работали, и хотим там улучшить жизнь. Через какой процесс, какой чувственный опыт, какие этапы от одного до десяти, мы должны вас провести?

Какие ощущения вы должны испытать, чтобы в конце процесса нашей работы в этой организации мы подвели бы вас в то место, где вы могли бы сказать, что профессионализм руководителя состоит в том, чтобы объединить людей и всех вместе привести к самой высокой возможной самореализации каждого? Выше той, когда вы держали свое знание при себе.

М. Лайтман: Мы должны показать ему, насколько его эгоизм является злом для него, отрывая от радости жизни, от успеха в жизни, от уверенности. Он дает ему неуверенность, ненависть, отторжение, одиночество, тоску, отчаяние и так далее. И проходя эти этапы, он начинает видеть, что ему хорошо и тепло, если он соединен с другими.

О. Леви: Вы особенный человек? Человек в вас – это особенный человек, отличный от меня, от нее? Каждый особенный по-своему?

М. Лайтман: Конечно.

О. Леви: И вам важно сохранить свою уникальность, где вы чувствуете себя, свой успех, свою самореализацию?

М. Лайтман: Мы создаем такое объединение, где каждый будет ощущать себя особенным, и без него объединение не состоится.

О. Леви: Почему?

М. Лайтман: Это как в теле, когда не хватает какого-то органа.

О. Леви: Вы говорили, что знание, которое вы скрывали, работая в организации, делало вас уникальным.

Вы, работник Михаэль, будучи двадцати с лишним лет, знали что-то, что знали только вы. Это вызывало у вас ощущение важности, собственной значимости. То же самое происходит с каждым – со мной, с Ницей. Допустим, мы работали вместе с вами.

Что это за новое дело, где все вместе, всё – общее, и вы ничего не скрываете? Вы потеряли свою значимость!

М. Лайтман: Нет. Тем, что я вкладываю в общую тарелку, вся тарелка становится моей. Я так чувствую, таково новое ощущение: «Вся тарелка – моя». А ты чувствуешь, что вся тарелка – твоя.

О. Леви: И Ница тоже так чувствует?

М. Лайтман: И она тоже.

О. Леви: Так чья же тогда эта тарелка?

М. Лайтман: Всех! Каждого и всех вместе. Это как в ощущении любви, ведь она не делится на части. Когда ты наслаждаешься от нашей любви, разве мне недостает наслаждения от неё?

О. Леви: Не понял, не понял. Что-что?

М. Лайтман: Если мы любим друг друга, то ты наслаждаешься от того, что любишь меня. Но разве я не могу наслаждаться в той же мере, если я люблю тебя?

О. Леви: Можете.

М. Лайтман: От отдачи! В отдаче нет «чуть-чуть», там нет изъяна.

О. Леви: Но вся ваша сила теряется.

М. Лайтман: Нет!

О. Леви: У вас нет силы, вы ничего не стоите.

М. Лайтман: Нет!

О. Леви: Вас можно сменить.

М. Лайтман: Нет!

О. Леви: Почему вы скрывали ваши знания? Хотели чувствовать себя более уверенным. Это давало вам уверенность.

М. Лайтман: Это эгоистическая уверенность.

О. Леви: Ну и что?

М. Лайтман: Завтра что-то изменится и меня выбросят.

О. Леви: Правильно, но пока что это сила или нет?

М. Лайтман: Я не думаю.

О. Леви: Факт, что вы так действовали. И каждый так действует.

М. Лайтман: Верно.

О. Леви: Я спрашиваю о завтрашнем мире. Мы беседуем о завтрашнем мире производственных отношений. О настоящем мы все знаем, и нам не зачем в это углубляться.

Что завтра даст нам ту же силу уверенности?

М. Лайтман: Допустим, ты остался в своей индивидуальности, но ты не задерживаешь общее движение конвейера своим участием.

О. Леви: Я спрашиваю об уверенности. Уверенность – это важная потребность человека. Вы скрывали знания, потому что это давало вам силу.

М. Лайтман: Я и сейчас это делаю, но я участвую с другими.

О. Леви: Чем вы делитесь? Когда-то вы скрывали, и сейчас вы тоже скрываете информацию, и любой может скрыть.

М. Лайтман: Но ведь я не обманываю вас. Я участвую со всеми, хотя только я умею это делать. Ну, хотя бы это. Это переходный период, это то, что вы требуете.

О. Леви: Хорошо.

М. Лайтман: Пока человек не примет эти вещи настолько, что круг – это всё.

О. Леви: Давайте вернемся к кругу.

В кругу участвуют все. В чем выражена сейчас ваша уверенность, что дает вам уверенность? Прежде вы получали уверенность от вашего личного знания. А сейчас вы говорите о круге. Что даст вам не меньшую силу уверенности, чем ту, которая была тогда? Если это будет меньше, то ваша жизнь будет не лучше, а хуже?

М. Лайтман: Общее участие.

О. Леви: Почему это даст вам уверенность?

М. Лайтман: Так это влияет на человека. Только от этого он получает истинную уверенность.

О. Леви: Что такое настоящая уверенность?

М. Лайтман: Когда все участвуют вместе со мной, и я нахожусь в них.

Это со стороны природы. Я не хочу говорить о Высшей силе, которая находится внутри.

О. Леви: Что значит, что многие участвуют вместе со мной? Что это значит? Объясните это состояние.

М. Лайтман: Мы создаем здесь общие разум и чувства, и сила этого во много раз больше, чем сумма наших мыслей и чувств, потому что каждый включает в себя других. Это умножается в бесконечное количество раз.

О. Леви: Как это влияет на ощущение личной реализации каждого индивидуума, включенного в этот процесс, когда он включен в круг?

М. Лайтман: Этим я реализую себя.

О. Леви: Себя?

М. Лайтман: Да.

О. Леви: Но вы же уже…

М. Лайтман: Что? Я как бы исчезаю там. Этим я и реализую себя, я вдруг чувствую, что я – безграничен.

О. Леви: Почему?

М. Лайтман: Это закон круглых сосудов при интегральном участии.

О. Леви: Но это же вообще не вы! Я буду говорить о себе, так удобнее. Вы предлагаете нашему отделу объединиться в круг.

Как руководитель нашего коллектива вы, бедняга, не знаете, что с нами делать. Каждый по-своему талантлив, но вы не способны привести нас к успеху и предлагаете объединить всех в коллектив.

Я понимаю ваш интерес. Если это приведет к какому-то общему достижению, то и вы, несомненно, преуспеете. Если между нами будут хорошие отношения, то это будет означать, что вы выполнили свою задачу, добились успеха.

Но что будет со мной в этой команде? Не понятно, как я смогу реализовать себя в этом круге, в этом коллективе.

М. Лайтман: В каком коллективе? Это не коллектив.

О. Леви: Как это «не коллектив»?

М. Лайтман: Это не рабочий коллектив, а общество, объединение, это группа. Это не рабочий коллектив. Не говори мне «рабочий коллектив». Я не смотрю на это как на рабочий коллектив. Это ошибка. Мы не находимся здесь как работающие вместе или как коллеги по работе. С какой стати? На протяжении этих семинаров мы достигаем объединения между собой, мы уже товарищи!

О. Леви: А где тот Орен – человек, карьерист, который хочет продвигаться к лучшим, достойным результатам?

М. Лайтман: Исчез, пропал.

О. Леви: Исчез?

М. Лайтман: Исчез.

О. Леви: Так зачем мне трудиться?

М. Лайтман: Я скажу тебе зачем – это подействует на тебя.

Мы должны привести всех этих людей к взаимному участью, к семинару, к группе, чтобы они почувствовали, что это совершенно не находится на рабочем месте. Мы сейчас не находимся на рабочем месте. Во время работы мы вышли на два часа и находимся совершенно в другом мире – в мире объединения, в мире интегральном, совершенно добром мире. Живем на облаке. И мы не находимся в рабочих отношениях между собой, мы не работаем в отделе под каким-то начальником. Нет ни начальников, и никого вообще.

Через эти семинары мы достигаем такого состояния, что именно это для нас является важным, а не рабочие отношения. Мы говорили о том, как объединение между нами действует на работу, и как работа воздействует на это. Мы должны привести их к состоянию, когда их объединение будет влиять, определять и будет главным по сравнению с рабочими отношениями. А рабочие отношения придут в порядок согласно объединению.

Если нам не удалось – так не удалось. Но успех заключается в том, что люди начинают ценить объединение. Сколько времени это займет? Зависит от места. Если все такие, как ты, то это займет много времени.

О. Леви: Мой вопрос не о рабочих отношениях, не об отношениях, а о реализации себя.

М. Лайтман: В процессе семинаров ты увидишь свою реализацию в объединении с товарищами, а не с коллегами!

Н. Мазоз: Это групповая реализация?

М. Лайтман: Групповая.

Н. Мазоз: И внутри группы? Скажем, что уже есть группа.

М. Лайтман: Я не знаю, что происходит с работой, мне это не важно.

Я забочусь только об этом. Только об этом мы заботимся. Мы слушаем песни во время работы, это может быть фоновая музыка. Все соответственно объединению, только для этого! Промывка мозгов полгода.

А что происходит с работой? Через полгода посмотрим. Мы вообще не обращаем на нее внимания. Я даже не говорю о работе. Я прихожу только для того, чтобы создать из них коллектив.

Н. Мазоз: Значит, я не обсуждаю ни их проблемы, ни их конфликты, ничего?

М. Лайтман: Нет, с какой стати. Как мы и говорили – всё только позитивное.

Н. Мазоз: Хорошо. Значит, мы оставили в стороне тему работы, понимая, что, достигнув некоторых связей, мы окажемся в другом состоянии.

Есть ли у каждого своя индивидуальность внутри объединения в этой группе, где я пришла реализовать себя в социальном плане?

М. Лайтман: Нет, какая индивидуальность? Какая индивидуальность может быть?

Каждый особенный тем, что отменяет себя.

Н. Мазоз: Это и есть уникальность?

М. Лайтман: Да, всё наоборот, потому что это круги. Это не прямая эгоистическая линия, а круг. И в кругу каждый, кто ближе к центру круга, находится на вершине. Он – самый преуспевающий.

О. Леви: Еще раз, потихоньку. Что в круге?

М. Лайтман: Чем ближе человек к центру круга, тем он более преуспевающий. Чем больше он отдалился от своего эгоизма, когда находился в кругу, чем быстрее и ближе он приближается к центру круга, тем он более преуспевающий. То есть, чем дальше он отдалился от своего эгоизма, где он пребывал в своем личном круге, и насколько он оставил его и присоединился к общему объединению.

О. Леви: И что тогда?

М. Лайтман: Это называется «более успешным».

О. Леви: И он чувствует свою реализацию?

М. Лайтман: Да.

О. Леви: В чем?

М. Лайтман: В том, что он связан.

О. Леви: И другой также чувствует самореализацию?

М. Лайтман: Да.

О. Леви: В чем?

М. Лайтман: Тоже в этом.

О. Леви: Но это не личная реализация каждого?

М. Лайтман: Личная реализация. Каждый реализует себя.

О. Леви: Об этом я и спрашиваю. Он реализует себя, чувствует, что реализует себя?

М. Лайтман: Конечно. Это можно уподобить игре в рулетку. Ты бросаешь шарик на круг с отверстием в центре, и шарик крутится, пока не падает в отверстие – это успех. Там, внутри этого отверстия и есть новая жизнь.

О. Леви: У меня, у Орена?

М. Лайтман: У каждого - своя. Это так.

О. Леви: В этом вы видите самореализацию личности?

М. Лайтман: Да. Конечно. Потому что тем самым личность покупает весь мир.

О. Леви: Какой мир?

М. Лайтман: Весь мир становится его, так он это ощущает.

О. Леви: Почему? Откуда возникает это чувство?

М. Лайтман: Потому что он идет от своего личного восприятия, получения, от своей маленькой узкой личности к тому, что начинает ощущать весь мир своим.

О. Леви: Весь мир находится в центре круга?

М. Лайтман: Да. И никто никому не мешает, хотя все находятся вместе. Наоборот, каждый наслаждается в этом за всех. Это новый подход, новое восприятие, которое постепенно приходит к человеку.

О. Леви: Допустим, процесс удался, вы привели меня к таким ощущениям. Завтра утром звонит будильник, надо вставать на работу. Что я при этом должен чувствовать? Сегодня я останавливаю его десять раз и от безысходности вытаскиваю себя из кровати, как и большинство людей.

Допустим, организация, в которой я работаю, прошла процесс интегрального развития, интегрального мышления, интегрального подхода к жизни. Я выполняю свои обязанности в организации в соответствии со своими возможностями, вы – свои обязанности, она – свои. Давайте вернемся к моменту, когда утром звонит будильник. Что мы чувствуем?

М. Лайтман: Ты чувствуешь, что встаешь к жизни. Ты помнишь, когда был ребенком? Ты просыпался, соскакивал с кровати и так, в трусах выбегал во двор, к друзьям, сразу же играть, смотреть на мир. Было такое?

О. Леви: Каждый день.

М. Лайтман: Ты не хотел ни секунды оставаться в постели, да? Ты вскакивал и мгновенно устремлялся к жизни, в мир, к товарищам?

О. Леви: Так будет у меня, у взрослого?

М. Лайтман: Да. Какой ты взрослый?!

О. Леви: Почему?

М. Лайтман: Потому что перед тобой вся жизнь.

О. Леви: Какая жизнь?

М. Лайтман: Жизнь, мир! Такие чувства, которые переполняют тебя еще больше, чем в детстве!

О. Леви: Еще одна ситуация. Утром я прихожу на работу. После того, как я преодолел личный кризис, слез с кровати, пошел, прихожу на работу, смотрю на людей, которые работают со мной, встречаются в коридоре, в перерывах…

М. Лайтман: Прежде, чем ты приходишь на работу, ты уже встаешь с новой музыкой, тебе уже транслируют домой разные хорошие новости – трансляция организована с работы. Там заботятся, чтобы ты вставал хорошо: «Орен, как дела? Здоров ли ты? Как ты поживаешь? Мы заботимся, ждем тебя. Попей кофе. Мы приготовили тебе пирожные», – и так далее. И ты приходишь на работу, как домой, в теплое место.

Это интегральная работа над человеком. Человек должен ощущать себя, даже не как младенец на руках матери, а как зародыш в материнской утробе, когда со всех сторон заботятся о нем и он желанный для всех. Это цель построения правильного будущего окружения.

Хотя мы и большие, и добавляем от себя и так далее, но общество функционирует, как матка.

О. Леви: Если на самом деле моя организация будет транслировать мне домой, то я обещаю приходить с радостью.

М. Лайтман: Да, тогда ты приходишь не на работу, а приходишь, как ребенок - играть. Для тебя это источник наполнения, наслаждения. Ты помнишь, как ребенком ты везде лазил, сколько растрачивал энергии?

О. Леви: Да.

М. Лайтман: Здесь будет то же самое. В чем разница между работой и игрой? Игра – это когда ты наслаждаешься каждую секунду. А работа – это когда ты наслаждаешься, возможно, только в конце от того, что получаешь.

О. Леви: От чего зависит это различие?

М. Лайтман: Дать тебе наслаждение во время работы, чтобы ты наслаждался, и чтобы работа стала игрой.

О. Леви: Как организация даст мне такие ощущения?

М. Лайтман: Она даст тебе это с помощью отношения, с помощью взаимоучастия, когда мы всё делаем вместе.

О. Леви: Скажем мне хорошо в этой организации, где я работаю. В меня вложили: есть трансляция прямо ко мне домой, я даже использовал обещанный вами торт.

Сейчас люди работают с хорошим желанием, но иногда происходят разного рода негативные вещи.

М. Лайтман: Прекрасно – семинар! Прямо на месте! Никто не держит это внутри, не сдерживается.

О. Леви: Какой семинар?

М. Лайтман: На ту же тему.

О. Леви: Например, я обиделся на Ницу за то, что она не рассказала мне о развитии какого-то определенного компонента, с которым она работала в прошлом месяце, и на который я потратил две недели, но так и не смог решить проблему. А она решила ее месяц назад, и никому не рассказала. Я это понял, и очень сердит на нее.

Семинар? Что мы делаем?

М. Лайтман: В нем должны участвовать все.

О. Леви: Не только я и она? Собираем весь коллектив.

М. Лайтман: Да. И все обсуждают, почему так случилось, что я потратил две недели на работу, которую она закончила месяц назад. Между нами нет правильных связей. Необходимо устраивать такой семинар, скажем, каждую неделю, по полчаса, где каждый рассказывает, что он делает. И поскольку мы все там будем присутствовать, то все будут знать, что делать. Каждый рассказывает об этом очень просто, и поэтому каждый знает, что делает каждый.

Это результат отсутствия связи, или это даже не отсутствие связи. Она могла бы тебе рассказать, но не рассказала, это просто отсутствие желания быть в связи. Именно это мы исправляем.

О. Леви: Вы добавили еще один инструмент – обмен знаниями в рамках организации.

Но сейчас давайте рассмотрим эту нервозную ситуацию. Я понял, что дела не идут. Вы построили процесс, но давайте не уходить от проблемы.

Организация выложилась, провела мне музыку домой, чашку кофе, то и это. Вдруг между нами что-то произошло. Мы сели на семинар. Что я должен там делать?

М. Лайтман: Ты обязан! Мы договорились между собой, заключили союз о том, чтобы не держать в себе ненависти ни на кого.

О. Леви: А! Нельзя! Такой закон?!

М. Лайтман: Да.

О. Леви: Нельзя копить ненависть?

М. Лайтман: Нет.

О. Леви: Почему?

М. Лайтман: Мы товарищи или нет? Этого нельзя делать, иначе ты вставляешь палки в колеса.

О. Леви: Если я не высказываю обиду, а только коплю злость внутри.

М. Лайтман: Да.

О. Леви: Это запрещено?

М. Лайтман: Ты вредишь каждому.

О. Леви: Ну, может, я это проглочу, пусть лучше у меня будет язва желудка, но здесь будет всё гладко.

М. Лайтман: Нет, нет. Нам не нужна твоя язва, и ты причиняешь вред нашему объединению – тебе нельзя этого делать. Ты обязуешься, у тебя есть взаимное поручительство. И мы заключаем договор. Мы приходим к внутренней чистоте, к прямоте.

О. Леви: О чем договор?

М. Лайтман: Что каждый должен выложить всё, что у него есть в сердце, пока все сердца не соединятся вместе.

О. Леви: Хорошо. Есть еще что-то в договоре или только это?

М. Лайтман: Есть еще много всего.

О. Леви: Хорошо. Давайте поговорим только об этом моменте. Каждый должен открыть все, что у него на душе. Я не иду прямо к ней или мне нужно напрямую подойти и сказать?

М. Лайтман: Нет, нет.

М. Лайтман: Вместе.

О. Леви: Хорошо. Вместе сели семь-восемь человек.

М. Лайтман: Чтобы все вместе учились на этом, это укрепляет мир.

О. Леви: Отлично. И каков процесс? Каковы этапы? Мы собрались все вместе.

М. Лайтман: Да, и ты открываешь свою проблему.

О. Леви: Со мной было то-то и то-то.

М. Лайтман: Да. И все об этом говорят.

О. Леви: Все? Не только Ница? Она не реагирует или защищается, как это обычно бывает?

М. Лайтман: Все говорят: правильно это или неправильно, как мы должны преодолеть это со стороны нашей организации, нашего объединения и так далее. И пока это доходит до Ницы, всё уже нормально.

Н. Мазоз: Проблема как будто бы стала общей?

М. Лайтман: Она и была общей проблемой. И хотя вы только вдвоем участвовали в этом, но если вы относитесь к объединению, то это проблема всех.

О. Леви: Она не будет страдать после такой сцены?

М. Лайтман: С какой стати?

О. Леви: Почему нет? Мы говорили, что она плохо поступила.

М. Лайтман: Нет, тебе кажется. Было какое-то недопонимание, а сейчас мы раскрыли это и исправили. Отныне и далее мы никогда не вспоминаем о том, что прошли. Всё!

О. Леви: Хорошо. К моему огромному сожалению, наше время закончилось, большое спасибо, рав Лайтман, спасибо, Ница!

Не переживай, мы вместе! До следующей встречи, всего хорошего и до свидания!

Проверка по звуку: Люда Веринская, Рита Бейдер

Редакция: Рут Готлиб

Cabalá Media

Cabalá Media

Área personalIniciar sesión para me gusta, guardar y suscribirse a videos

Nueva Vida 122 - El significado del trabajo en nuestras vidas

Nueva Vida 122 - El significado del trabajo en nuestras vidas

Nueva Vida 122 - El significado del trabajo en nuestras vidas

Cabalá MediaDerecho de autor 2003-2026 Benei Baruj ‘ Cabalá LaAm

Área personal
Iniciar sesión para me gusta, guardar y suscribirse a videos

Cabalá Media
Derecho de autor 2003-2026 Benei Baruj ‘ Cabalá LaAm