Что такое знамёна в духовной работе
РАБАШ, статья 32 1991 г.
Из урока 30 июня 2002 г.

М. Лайтман: Мы прочли статью: «Что такое "Знамёна в работе"» – из 3-го тома "Шлавей аСулам" в главе "Бемидбар".

Здесь мы видим, что наша работа не заканчивается, а на протяжении всей дороги, пока человек не доходит до конца исправления, вся его дорога "выше знания" – в пустыне или в Египте до этого. И это дорога, по которой надо идти, и на которой из "ло лишма" приходим к "лишма". Этот переход, этот прыжок делает (для человека) Творец в соответствии с усилиями человека.

Позже мы будем изучать, как работа человека подразделяется на 13 свойств и 12 свойств. 13 свойств – это определения свойств изобилия, которое спускается сверху вниз, которые называются "мазалот" (знаки удачи, знаки зодиака). Изобилие приходит постепенно – ор хохма сочится струйками из рош Арих Анпина в виде "тринадцати исправлений Дикна" (через бороду Арих Анпина).

И когда доходит вниз, творение должно быть исправлено для получения изобилия в свои исправления. И это называется, что подразделяет свои уровни получения на части, на определённые разделы, которые называются «колена» – 12 колен, 12 частей работы над общим кли. В каждом из них есть своя работа, своё знамя – своя возможность "проскочить" под своим знаменем. Эта работа и действия настолько не похожи друг на друга, как один лагерь на другой. Это уже частности. С тем, кто будет близок к этому, выучим.

Вопрос: Почему это называется работой в "ло лишма", если цель этой работы – Творец?

М. Лайтман: Человек, который находится в "ло лишма", хочет он того или не хочет, он работает в "ло лишма" (ради себя). Это значит, что и его работа и его цель, и его усилие – всё это ради себя (ло лишма). А когда он получает "лишма", тогда и его работа и цель меняются. Уже не цель, а сама работа становится для него вознаграждением. Тогда всё изменяется.

Я приложил различные усилия для отдачи самому себе, а также и тебе, так как я вижу от этого пользу. Пусть это даже высшая польза, ну и что? Ведь всё это я делаю потому, что я чувствую, я, я... – всё это связано с моим "я".

Когда, как результат на это усилие, приходит исправление свыше, тогда всё меняется во мне. Отдача ради самонаполнения полностью исчезает. Остаются "отдача ради отдачи" и "получение ради отдачи" – то, что я теперь делаю. И само усилие уже даёт мне удовлетворение. И я хочу иметь возможность приложить это усилие, хочу эту работу, а не то, что у меня есть ещё какая-то цель, кроме приложения усилий. Не знаю, как это объяснить.

Вопрос: О чем думает человек, который работает ради себя (в "ло лишма")? И к чему он должен прийти?

М. Лайтман: У человека, работающего в "ло лишма" есть много возможностей. И в состоянии "ло лишма" есть много ступеней. Мы учили, что значит "насмехаться", что такое "ненавидеть", здесь есть разные ступени: только для получения себе, только чтобы не было у другого, и т.д.

Вопрос: Для чего все это?

М. Лайтман: Я не хочу отвечать на пустые вопросы. По любому поводу ты можешь спросить: для чего?

Вопрос: Количество усилий – это относительно системы или относительно человека? Я спрашиваю о том, что если есть количество усилий, то изменяется ли состояние из "лишма" в "ло лишма", или это относительно человека, как он чувствует меру приложенных усилий? Если он приходит к состоянию, в котором чувствует меру усилий?

М. Лайтман: Я не понимаю, что ты подразумеваешь под "в зависимости от того, что человек чувствует". Если я чувствую, что отдал всё и не получил ничего, ну и что? Это значит, что я уже нахожусь в состоянии, что я должен получать? Измеряет Он, Творец, – потому что я не знаю точно, – какой уровень моего усилия необходим, чтобы я стал подходящим для следующей ступени. Как я могу измерить себя по отношению к следующей ступени, если я не знаю, что это такое?

Вопрос: Вы приводите пример, что в любом состоянии ты находишься до тех пор, пока не будешь выжат как лимон, до тех пор, что больше вынести не в силах и тогда... так как нечего больше добавить, но это то, что человек ощущает?

М. Лайтман: Нет, нет, совсем не так. Мы никогда не знаем, где заканчивается работа, на каком уровне, на какой ступени. Никогда не знаем. Всегда эти вещи приходят к нам неожиданно, внезапно, как сюрприз – "приложил усилие и нашёл".

Нет связи между этими вещами. Я не могу сказать, где оканчивается усилие, и ты "находишь". Потому что я не могу измерить моё состояние и, конечно же, не состояние следующей ступени.

Ведь, что называется «сверхусилием»? «Сверхусилие» – это приложение такого усилия, которого достаточно для того, чтобы тебе дали большее кли, и тогда можно получить наполнение. Но как я могу это знать? Поэтому это называется работой выше моего знания. У меня нет никакой возможности критично работать. Кроме того, что значит, что я могу оценивать свою работу? Ведь я должен был бы работать без какого-либо вознаграждения, без какой-либо критики, без ничего.

Если я хочу подняться на более высокую ступень, то я должен сейчас вложить усилие без просьбы какой-то оплаты за это. Так просто давать всем и всё. Почему? Я хочу подняться на более высокую духовную ступень. Так поднимайся, делай. Только это невозможно.

Я сейчас исправляюсь окружающим светом в определённой пропорции. Он так меня держит, тем, что даёт мне определённую подсветку на определённом духовном уровне жизни. Сейчас я хочу возбудить его так, чтобы он послал мне еще большую силу. Но прежде всего: с чего вдруг я захочу этого? Ведь на более высокой ступени я должен отказаться от большего, больше не хотеть для себя, больше отдавать. Как я могу это сделать?

Это значит, что я снова должен взять какие-то свои эгоистические желания и сделать на них исправление. С помощью какой силы я могу это сделать? Окружающий свет пока не светит мне, не даёт мне этих сил. Я должен вначале приложить усилия.

И конечно же, мои усилия в "ло лишма". То есть, я пробуждаю над собой неестественное действие, которое не заложено в моей природе – пробуждаю его в непрямой форме. Потому что не могу сделать это напрямую. Если бы я мог чуть больше открыть кран с окружающим светом, чтобы его больше приходило ко мне, если бы это было в моих силах... То я уже получил бы отдающие келим. Но нет, я не способен сделать этого.

Так как я могу все-таки повлиять на то, чтобы этот кран повернулся, открылся, чтобы меня больше исправили? Для этого есть обходные действия, которые я делаю без понимания. Я даже совершенно не понимаю – что это такое то, что я делаю. Я никогда не могу отрезать от себя свои желания.

Как я могу, как я сделаю это, если я нахожусь внутри этой природы? Поэтому работа происходит, когда проходят по пустыне – там есть понятие "знамён" (под каким знаменем) и сама глава Торы тоже называется "Бемидбар" (В пустыне). Работаем "ло лишма" и через это получаем "лишма".

Вопрос: Человек находится в духовной работе и раскрывает всякий раз, что в то время, когда он просит что-то определённое, то получает совершенно другое. И не получает то, что просит, а получает нечто иное. Если я смотрю на то, что прошу, то вижу, что имею совершенно другое.

М. Лайтман: Даже если я нахожусь в духовной работе, скажем, на ступени "x", то для меня "x+1" = бесконечность. Я не способен делать, думать, ощутить ничего из того, что относится к этой ступени. У меня нет экрана, моё желание на ступень "x+1" – это клипа. Как я могу взять эти желания и захотеть в них обратного? Это мне кажется неестественным, не соответствующим природе.

Скажем, сейчас ты живёшь, у тебя есть комната в доме и немного одежды. Отказаться от всего – для тебя сейчас значит, что ты всё это отдашь, отдашь свою комнату, свою одежду и тебе хватит одной пары брюк и одной рубашки. Есть люди, которые так и живут, и комната тебе тоже не нужна. Ты всё это способен отдать.

Сейчас, скажем, ты сделал это исправление, и дают тебе вместо одной комнаты – хорошую квартиру, полную всевозможных новшеств, хороших вещей, всяческого добра. А рядом с домом стоит твоя машина. И говорят: "Тебе ведь на самом деле необходимы только рубашка и брюки. Зачем тебе всё это? Зачем такая квартира? Там во дворе есть много места. Откажись...". И дальше все больше и больше...

Таким образом, ты всякий раз находишься в состоянии, что нет у тебя сил делать исправления. И нет в тебе возможности попросить, чтобы эти исправления пришли к тебе.

Вопрос: Но ты можешь сказать: вот, я отказался от квартиры и теперь получил за это замок. И, если сейчас я откажусь от замка...

М. Лайтман: Нет, милый... То, что ты отказался от квартиры – это верно. И после этого ты получаешь замок, но замок ты получаешь, и вместе с замком (ты получаешь его в левой линии) ты получаешь ощущение, что этот замок плох для тебя. Если бы ты просто наслаждался замком, ты бы спустился в клипот, забыл бы о Каббале, забыл бы о Цели Творения, ты бы наслаждался.

Вместе с этим, в окружающем свете ты раскрываешь, что такое этот замок. Это не приходит к тебе в виде ещё большего наслаждения. Так бы все отказались от маленького, чтобы получить большее.

Работа – она всегда не напрямую к исправлению. У нас совершенно нет возможности подхода к этому. В нашей работе – это всегда обходным путём.

Мне дали возможность вызывать это, быть этому причиной, а сама работа – сверху. Поэтому это очень сложная вещь. Я не ощущаю, что работаю, потому что напрямую я не работаю на исправление. Я не ощущаю, что Творец относится ко мне правильно, то есть прямо. А всегда через такие неприятные, нехорошие открытия. Иногда и приятные – но это только для того, чтобы дать мне силы.

Человек, который хорошо над собой работает и действительно продвигается, ощущает раскрытие и какую-то небольшую подсветку только на очень короткое время. Подсветки, которые показывают ему, раскрываются на очень короткие промежутки. Допустим, 5 минут в день. А всё остальное время он работает вкладом, усилием. И тогда есть от этого польза, до тех пор, пока усилие не превращается в свет.

Если усилие действительно ради отдачи, тогда есть у него свет, есть наслаждение от самого усилия. И тогда в это усилие одевается свет – свет хохма.

Подумайте немного, насколько мы противоположны отдаче по своим келим, по подготовке, по ощущениям, по мыслям. Смотрите, как с помощью клипот нас тянут к исправлению.

Вопрос: Чем отличается Творец, который называется «Добрым и Творящим добро», от того образа Творца, который раскрывается во время странствования по пустыне?

М. Лайтман: "Добрый и Творящий добро" – это не имя Творца, это высшее понятие, первичное, высшее, это заглавие. "Добрый и Творящий добро" подразделяется потом на различные частные влияния, в которых позже уже присутствуют таамим (вкусы), имена.

"Добрый и Творящий добро" – это просто так, "добрый" – об этом нельзя ничего сказать. Это понимаем после того, как постигаем все остальные понятия, по всем ступеням подъёма. Творец хочет, чтобы мы узнали его как "доброго и творящего добро". И, чтобы дойти до понимания "Добрый и Творящий добро", ты должен подняться по всем ступенькам, и на каждой ступеньке ты постигаешь Его отношение к себе, что является частью "добрый и творящий добро" в каком-то определённом ракурсе.

Вопрос: О мотивации в мире, в котором мы должны существовать. Как я могу в ежедневной жизни находиться среди людей с улицы и сохранять своё внутреннее и намерение "ради отдачи"?

М. Лайтман: Я вижу людей на улице: один думает, как бы написать какую-то книгу; другой – учёный, он думает о том, какой опыт он собирается поставить, раскрыть что-то особое; третий парень влюблён, и по нему видно, что он всецело отдался этому чувству, кроме этого больше ничего не видит; четвёртый страшно злой – не трогай его! – что творится у него внутри... Каждый живёт своей внутренней жизнью внутри себя.

Но я говорю о тех, кто действительно живёт, о полных жизни, не о тех, кто как зомби, передвигаются как тень по улице. Чьё тело передвигается и больше ничего. Но ты видишь вокруг людей, которые живут своей внутренней жизнью, и это не мешает им функционировать в своей внешней жизни.

Конечно же видно, что в человеке что-то есть, какое-то внутреннее переживание, что в нём что-то горит. Но такое существует и в нашем мире. Так что же ты говоришь, что в нашей работе есть что-то особое? Возможно, только идея отлична от всех, правда, это чуть сложнее, так как идея принадлежит Высшему миру, а тело и его функции – в нижнем мире. Но и у обычных людей бывают несоответствия, как говорят: "Тело его здесь, а мысли его совсем в другом месте".

Кроме этого, я бы сказал, что тебе проще, чем какому-то влюблённому парню. Он в постоянных мыслях, как встретит вечером свою любовь, и для него весь день мёртвый. Или тот, кто страшно устал и только и думает: "Когда закончится этот день, я буду дома, отдохну", или "посмотрю свой футбол".

У тебя же по–другому. На протяжении всей дороги, в течение всего процесса прохождения дня ты можешь видеть в нём одеяние Шхины, и как ты относишься к Творцу, и как ты работаешь с Ним через все одеяния этого мира, чтобы не пропустить ни одного вкуса. Так ты открываешь преднамеренно все одеяния Творца относительно себя, чтобы относиться к нему в правильной форме. Это непросто. Мы забываем об этом, а если не забываем, то это превращается в неплохое средство. Насколько возможно.

Проще всего это делать и самое полезное – это делать не с людьми, а с вещами. Ребе всегда говорил, что лучше всего работать как работал он – или с железом, или сапожником, или даже служащим, но он занимался бумагами. Работа с неживым. С растениями и животными тоже так себе, но, когда ты работаешь с уровнем медабер (людьми), то это действительно тебя путает. Они влияют на тебя, передают тебе своё внутреннее. И это мешает.

Я работаю два часа в день – принимаю людей. Это то же, что проработать 10 часов на машинном производстве. А на кухне – это удовольствие. Ты можешь вносить свои намерения, мысли, своё отношение, и всё остальное тебе не важно. Но, когда приходят и морочат тебе голову... Потому что они влияют на тебя. Но если что-то не влияет, на уровне меньшем, чем медабер, это превосходно. Поэтому я не понимаю в чём сложность.

Наоборот, на монотонной постоянной работе, если тебе не надо вкладывать особо голову и особо сердце... Просто сапожник – лучше всего. Сегодня почти нет такой работы. Всякая работа требует душевного напряжения. Но очень желательно каким-то образом быть на таких работах, чтобы тебе не мешали. Внутреннее бы оставалось твоим внутренним и в нём ты живёшь свою жизнь.

Вопрос: Это проще и легче и поэтому это хорошо?

М. Лайтман: Это не то, чтобы легче или удобнее. Просто люди привносят в тебя своё, влияют на тебя своим внутренним миром, своими проблемами. И в той мере, что ты находишься с ними, ты почти не можешь заниматься своим.

Вопрос: Это может быть твоей возможностью – несмотря ни на что, проверить себя, насколько ты можешь заниматься этим?

М. Лайтман: Если ты включаешься в его желание, и работаешь с его желанием, тогда ты можешь установить отношение, как я отношусь к нему из того или другого. Но это не ты сам по себе.

Перевод: Лея Абрамова

Kabbalah Media

Kabbalah Media

My LibrarySign in to like, save and subscribe to videos

Clip aus dem morgendlich Unterricht

Clip aus dem morgendlich Unterricht

Clip aus dem morgendlich Unterricht

Kabbalah MediaCopyright © 2003-2026 Bnei Baruch - Kabbala La Am Association, Alle Rechte vorbehalten

My Library
Sign in to like, save and subscribe to videos

Kabbalah Media
Copyright © 2003-2026 Bnei Baruch - Kabbala La Am Association, Alle Rechte vorbehalten