Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.

Ежедневный урок (Утро), 1 января 2025 года

Часть 2: РАБАШ. Записка 897. Что такое Ханука

Чтец: Мы изучаем «Труды РАБАШа», 3-й том, стр. 2062, записка 897. Что такое Ханука.

(00:21) Что такое Ханука.

Ханука, 1960 г.¹

Сказали наши мудрецы: «Что такое Ханука? Учили мудрецы: «25-го кислева – дней Хануки [восемь]…»² То есть «остановились здесь» 'хану–ко'³, так как 25-го (каф–хэй)⁴ у них была остановка в войне. И следует понять, что остановка происходит именно посередине работы. И они останавливаются передохнуть, чтобы получить новые силы, чтобы можно было идти дальше и выиграть войну вплоть до ее завершения.

И следует понять, что такое эта остановка. Наши мудрецы сказали, что тогда греки запретили Исраэлю заниматься Торой. То есть чудо произошло только в плане избавления духовности, что является потребностями души. Тогда как в Пурим произошло избавление тел.

Поэтому в Хануку нам дается осознание чуда в виде восхваления и благодарности, тогда как о Пуриме написано: «пир и ликование», поскольку чудо произошло с телами. Поэтому осознание чуда должно дойти до тела – то есть пир и ликование.

И для того, чтобы понять всё сказанное выше в плане работы и морали, следует понять сказанное нашими мудрецами: ««Возлюби Творца [Всесильного твоего] всем сердцем твоим (букв.: «сердцами)»⁵ – двумя началами твоими, добрым началом и злым началом»⁶. Ясно, что мы должны служить Творцу добрым началом, то есть заниматься Торой и заповедями, чтобы доставлять наслаждение его Создателю. А причем тут злое начало? Злое начало, как известно, это заключенное в нас желание получать. И нужно понять, как можно говорить, что желание получать будет работником Творца.

И как разъясняется в комментарии «Сулам», когда человек занимается получением наслаждений ради отдачи, в желании получать нет ничего плохого, как сказано: «Я создал злое начало и создал Тору в приправу»⁷, и благодаря Торе злое начало подслащается, как объясняется [там].

Чудо Хануки касалось только доброго начала. Поэтому это называется только «остановкой», поскольку они еще не завершили работу, то есть еще нужно исправить злое начало, называемое свойством тела. И это было лишь чудо Пурима.

И это называется «исполнили и получили»⁸ – до этого момента «насильно», поскольку злое начало еще не соглашалось на работу, так как оно еще не получило своего исправления. А сейчас, когда произошло чудо с избавлением тел, и исполнилось «всеми сердцам твоими – двумя началами твоими», поэтому это называется «по желанию».

Поэтому в Хануку осознание чуда происходит только в восхвалении и благодарности, что является лишь потребностями души. В то же время в Пурим осознание чуда происходит через пир и ликование, и это доходит до тела.

(05:08) «Греки собрались против меня тогда, в дни хашмонеев, и пробили стены моего дворца и осквернили всё масло»⁹.

«Греки» – то есть философия, которая всё хочет понять внешним разумом. «Тогда, в дни хашмонеев» – что именно когда есть хашмонеи, то есть работники Творца, становится видно, что есть власть греков.

Слово «стены» 'хомот' состоит из тех же букв, что и слово «предел» 'тхум' (объясняется в трудах АРИ), то есть человек ставит предел на свою мысль, чтобы хотеть понять работу не внешним разумом, а верой, и вера – это стена, противостоящая внешним. «Мой дворец» – то есть дворец, полный всех благ. «Масло» – то есть ясность… [РАБАШ. 897. Что такое Ханука]

М. Лайтман: Вопросы.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (06:40) Может быть греки, вот эти мысли, эти философии человека поддерживают духовную работу, и это он должен преодолевать?

М. Лайтман: Может быть, для того чтобы восполнить понимание у греков, эллинов, нам надо делать какие-то действия, о которых мы до этого, может быть и не думали.

Ученик: Греки могут оправдывать эти действия?

М. Лайтман: Нет, не то, что получится, а именно, чтобы с помощью этого выяснить, что это за понятие «греки», чтобы у нас было более полноценное желание, соответственно, против них.

Ученик: Я пытаюсь понять, достижение духовного постижения, есть ли здесь какой-то этап, когда человек преодолевает свой разум, чтобы в нем не было ни оправдания, ни сопротивления грекам.

М. Лайтман: В соответствии с этим письмом, я не думаю, что это так.

Ученик: Греки всегда против духовной работы, или они иногда поддерживают ее?

М. Лайтман: Против, против духовной работы, конечно же.

Ученик: Они оспаривают духовное?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (08:28) Как мы можем истолковать между нами эти действия, связанные с действиями греков?

М. Лайтман: Все действия, в которых мы не разрушаем наше желание получать, а продолжаем с ним – это как поддержка грекам или нам.

Ученик: Это из отрицания. Но как можно видеть, что сейчас греки властвуют во мне?

М. Лайтман: Это мы, после того, как проясняем, что это за действия этих греков, эллинов, можем увидеть себя правильнее.

Ученик: То есть, мы сейчас собираемся на конгресс, и мы хотим, чтобы на этом конгрессе была чистота, то есть, путь иудеев, а не греков.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так что мы должны беречь в пути до конгресса, чтобы не испортилось?

М. Лайтман: Нам нужно постараться оберегать себя, чтобы не включаться в мысли, желания, планы этих самых греков эллинистов.

Ученик: (10:29) Это значит, что каждый это объясняет своим путем или есть место для…

М. Лайтман: Нет, не каждый это объясняет своим путем. Что есть желание получать, что, собственно, является целью греков, и что мы не хотим использовать эти силы.

Ученик: Мы хотим на пути к конгрессу выяснить это понятие лишма, что значит войти в лишма. Все вот эти процессы, в которых мы хотим находиться во время конгресса. Вопрос, как уберечься от разных толкований, чуждых этому? Как действительно очиститься от этого всего?

М. Лайтман: Мы говорили об этом много раз, что именно эгоистическое желание получать, которое все время возбуждается в нас в разных видах, предназначено показывать нам, где мы не можем быть в действиях, соответствующих Творцу, и где мы можем отдалиться от Него настолько, что, не дай Бог, вообще превратить себя в греков, в эллинистов.

Ученик: Но здесь говорится о какой-то победе, то есть мы победили греков, хотя это еще и не Пурим, мы не можем это использовать, но можно сказать, что мы достигли какой-то остановки, передышки, победы над греками.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Как мы, как мировое кли, можем достичь такого состояния и сказать, что мы достигли этого, мы победили?

М. Лайтман: Если пока еще между нами есть мысли этих самых греков, так мы еще не победили, они все-таки еще находятся там и сям.

Ученик: Нужно просить помощи, чтобы победить их.

М. Лайтман: Да, увидеть их, обнаружить их, и убрать их, выкинуть.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (13:33) Может быть, в продолжении этого тут написано, что осознание чуда должно дойти до тела. Что значит осознание чуда должно дойти до тела?

М. Лайтман: Осознание чуда должно быть на всю его высоту: с нуля и пока не будет на полную высоту.

Ученик: А после этого? То есть далее есть уже сила веры?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Это приводит нас туда, как осознание этого чуда телом, и дальше – переход к вере?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (14:27) Тут написано, что «греки» – то есть философия, которая всё хочет понять внешним разумом. В чем проблема в понимании всего разумом?

М. Лайтман: Потому что это против веры, когда ты не можешь решить вопросы, проблемы веры посредством разума.

Ученик: Невозможно совместить то и другое?

М. Лайтман: Нет, как? Дай пример.

Ученик: Я стараюсь понять, что мешает, или что вообще такое внешний разум?

М. Лайтман: Внешний разум – это разум, который мы используем каждый день.

Ученик: Как это мешает духовной работе?

М. Лайтман: Если ты хочешь с тем же самым разумом прийти к духовной работе и понимать ее, и решать там вопросы, проблемы, задачи, которые пробуждаются в тебе, то ты не можешь.

Ученик: Кли веры – это другой разум, разум веры?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Можно ли как-то сочетать их, то есть работать в духовной работе высшим разумом и параллельно действовать во внешнем разуме? Или либо то, либо другое?

М. Лайтман: Да, это ты можешь при условии, что тебе понятно место одного и место другого.

Ученик: Как можно сопротивляться внешнему разуму?

М. Лайтман: Ты просто видишь, что ему тут нет места, что ты не можешь с ним работать на той территории, где действует только внутренний разум.

Ученик: Когда мы говорим, и я анализирую то, что Вы говорите, я думаю об этом, в каком разуме это происходит? Какой у меня есть еще разум? Это то, что у меня есть.

М. Лайтман: Да, у тебя есть обычный разум.

Ученик: Да, и с ним я произвожу выяснения, размышления. Нет?

М. Лайтман: Нет, нет, не совсем.

Ученик: А как?

М. Лайтман: Это прежде, чем ты отличаешь между двумя видами разума, который есть у тебя.

Ученик: Как использовать внешний разум ради внутреннего разума, скажем?

М. Лайтман: Внешним разумом ты можешь пользоваться только для форм разума внешнего.

Ученик: (17:36) Как я могу пользоваться им ради духовного пути, чтобы это помогало?

М. Лайтман: Это приводит нас к путанице, если мы начнем этим заниматься, мы потеряем границы.

Ученик: Принято. Еще вопрос. Что все-таки исправляют в Хануку?

М. Лайтман: В Хануку исправляют вопросы, которые относятся к пониманию, к духовному сознанию.

Ученик: Какой был предыдущий вопрос, и какой вопрос я исправил?

М. Лайтман: Ты хотел решить проблемы, которые исходят не из разума.

Ученик: Что есть в человеке, в состоянии Хануки или в другом состоянии того, чего не было прежде?

М. Лайтман: До этого у него не было никакого понимания о духовной системе. Никакого понимания, и поэтому у него было все просто.

Ученик: А сейчас?

М. Лайтман: А сейчас уже есть проблема, потому что он не знает, с помощью чего отнести себя к духовному или к материальному.

Ученик: Я не понял. Вхождение в духовное становится более проблематичным?

М. Лайтман: Да.

Ученик: (20:16) В чем именно? Это разве не должно упорядочить больше?

М. Лайтман: Нет. Как сказать тебе? Если ты идешь только с разумом, то ты не ошибаешься в материальной системе, но в духовной системе ты не можешь, ты даже ее не касаешься. И наоборот.

Ученик: Когда человек входит в духовное и начинает ощущать духовную систему, корни, то, что не ощущал – это не начинает организовывать ему всю жизнь, включая материальный уровень?

М. Лайтман: Да, но ты же пока еще не знаешь, что такое духовная система.

Ученик: Но ведь он начинает входить в это?

М. Лайтман: В чем?

Ученик: В ощущении.

М. Лайтман: Как он это делает?

Ученик: Когда он удостаивается этого, я не говорю, что он это сам делает. Я сказал, что когда он входит в это состояние. Что тогда происходит? Все начинает как-то, наоборот, складываться или, наоборот, все это вызывает путаницу?

М. Лайтман: Это начинает становиться как… это не облачается одно на другое.

Ученик: Тогда нет проблем.

М. Лайтман: Нет проблемы в том, что ты можешь сказать, что вот это духовное, а это материальное?

Ученик: Да. Или это ему непонятно, и это и есть проблема.

М. Лайтман: Вот именно, именно так.

Ученик: Именно так. Почему существует такое запутанное смешение между двумя состояниями – материальным и духовным?

М. Лайтман: Потому что мы не связаны с духовной системой.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (22:57) Написано, что чудо Хануки было только в добром начале.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Мы часто учим, что Творец создал желание получать, и кроме желания получать нет ничего, есть только желание получать. Что же такое все-таки доброе начало?

М. Лайтман: Доброе начало – это желание Творца, с которым он работает.

Ученик: Ну, у человека мы говорим, что это точка в сердце, искра, которая находится в каждом. Можно сказать, что это доброе начало? Что такое доброе начало в человеке? Или в человеке нет вообще доброго начала?

М. Лайтман: Говорят, что есть внутри его сердца.

Ученик: Есть в человеке часть из доброго начала или нет?

М. Лайтман: Есть.

Ученик: И он должен все время его искать и с ним работать?

М. Лайтман: Да.

Ученик: А что значит, что осознание чуда в Хануку – это только лишь восславление и благодарность? Почему такое восславление и благодарность – это основное в Хануку, и это осознание души?

М. Лайтман: Потому что только это он может обнаружить, только это он может извлечь и соединиться с этим.

Ученик: Это единственное действие, которое остается ему из доброго начала, то, что он ощущает?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Последний вопрос. Он пишет о ясности, что масло – это ясность. Что такое ясность в духовной работе?

М. Лайтман: Ясность в духовной работе – это то, что понятно человеку, ясно ему, как продвигаться, где находится злое начало и где находится доброе начало.

Ученик: Это такое требование, чтобы понять разумом, как продвигаться?

М. Лайтман: Да.

Ученик: А мы говорим, что мы не можем использовать разум. То есть ясность всегда связывается с разумом? Мы должны работать таким образом, что у меня есть ясность, как в этой жизни, я чувствую относительно этой реальности, когда мне что-то ясно, я знаю, что делать, как вести себя, то же самое относительно духовной работы или выше знания?

М. Лайтман: Нет, верой выше знание.

Ученик: Вера – это и есть тогда ясность?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (26:19) Он пишет, что стена (хома) – это слова «тхум» (область или предел), что это должно сделать ограничение на его мысль? Каково действие – ограничить его мысль? Как это делаем?

М. Лайтман: Насколько он может работать со своим разумом, а с этого момента и дальше, уже не может. Нам тут надо как раз делать это выяснение.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (27:14) В Хануке мы останавливаемся перед атакой, заново реорганизуемся, но это перед атакой, перед войной. Но разум, греки, они могут использоваться как основа, устои такие. Я каждое утро прихожу на урок и стараюсь заново воспринимать эти вещи в этой области. Можно так рассматривать?

М. Лайтман: Мы видим по тебе, что это возможно.

Ученик: А когда мы хотим силы, эти добавки, реорганизацию в эту Хануку, когда мы делаем эту остановку и думаем, что то, что даст нам силы – это единство между нами, а масло – это вера. Как каждый из этого еще больше раскрывает сердце, хотя бы на капельку?

М. Лайтман: Ну, я не знаю.

Ученик: Вы чувствуете, как я, вот эту необходимость, что нужна еще капля?

М. Лайтман: Нет.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (28:48) Написано, «греки собрались против меня». Если человек чувствует этих греков, что они буквально захватывают мысли, что может помочь ему в борьбе с ними? Потому что понятно, что внешний разум не поможет, нечего использовать его. Какие инструменты, келим, могут помочь?

М. Лайтман: Я не понял.

Ученик: Написано, что «греки собрались против меня», и он говорит, что греки – это то, что он хочет понять, все уяснить в своем внешнем разуме.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Греки хотят пробить стены, когда он хочет оградить какое-то место, чтобы там были мысли только выше знания, но «греки собрались против меня». Какие инструменты, какое может быть оружие, чтобы защитить эти стены?

М. Лайтман: Эти инструменты защитить стены, как мы говорили – это поручительство и вера.

Ученик: Но в этот момент он чувствует, что нет поручительства. Разум властвует, он видит картину испорченной, желание получать.

М. Лайтман: Так уже нет стен.

Ученик: Тогда уже проломлены стены?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Что же делать?

М. Лайтман: По-видимому, нет исправления, согласно тому, что ты говоришь.

Ученик: (30:53) То есть, если он видит своими неисправленными глазами через желание получать, то у него нет «стен»? Можно ли из этого понять, что для того, чтобы снова построить «стены», он должен оставить все, что ему показывают его глаза? Смотреть не через желание получать? Не соглашаться смотреть через желание получать? Как снова построить «стены»?

М. Лайтман: Чтобы построить стены, ты должен почувствовать, насколько они разломаны, и с помощью чего ты можешь их восстановить.

Ученик: Как правило мы восстанавливаем их с помощью входа в десятку. Но сейчас нет входа в десятку. За что он может зацепиться? Нет входа, вороты закрыты.

М. Лайтман: С помощью молитвы. С помощью молитвы.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (32:53) Если можно выяснить момент о войне. Человек направлен через окружение. Как описано, он не находит подобия свойств его и группы. Он находится в точке, когда у него есть осознание зла, но пока нет исправления. Ему понятно, что он должен быть направлен на молитву, и со мной будет все хорошо, если я смогу связаться с группой, с десяткой. В суть тут войны в Хануку? Как представить этот этап?

М. Лайтман: Объединение.

Ученик: Если можно немного… Человек хочет присоединиться. Понимает, что у него нет сил. У него нет духовного ощущения, быть в отдаче. В чем победа макавеев над греками? Это такое это объединение?

М. Лайтман: Какой патент макавеев, что они могут объединить всех?

Ученик: Как?

М. Лайтман: Ну, во-первых, их мало, но даже в таком количестве они побеждают.

Ученик: Что отдельный человек, который хочет войти в группу, хочет соединиться с ней в свойстве отдачи, представляет себе, как победу? Есть у него чуждые мысли, все его любят, как представить эту точку, что я каждое мгновение могу упасть…

М. Лайтман: С такими мыслями он не может присоединиться.

Ученик: Как же все-таки присоединиться, с какими мыслями?

М. Лайтман: Только в возможности объединиться вокруг Творца. Вокруг Творца, нет ничего другого.

Ученик: Но где этот механизм подобия свойств?

М. Лайтман: Подумай.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (36:34) Получается, что прежде всего мы должны молиться Творцу, укреплять доброе начало между нами, и он говорит, что работа – это в Торе и заповедях.

М. Лайтман: Да.

Ученик: А если мы достигаем этого, то это вхождение в лишма. Ханука – это лишма в постоянном виде, когда уже не спускаются из этого?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Я хотел еще спросить. Злое начало все время растет, и, скажем, если человек чувствует, что у него нет ни на что сил, и в материальном он терпит крах во всем, у него есть много помех, он понимает разумом, что у него есть состояние, когда он не может приподняться, он не может прийти на урок, он не может вкладывать в десятку – ничего. Он говорит об этом товарищам. Что товарищи могут сделать? Как помочь ему они могут?

М. Лайтман: Только подставить ему опору.

Ученик: В чем именно?

М. Лайтман: Тем, что все-таки готовы принять его как-то.

Ученик: Но главное – молитва о нем. Что? Просто молиться, чтобы у него возникло желание, чтобы пробудилось сердце, точка, или помогать материально?

М. Лайтман: Нет-нет-нет, молитва.

Ученик: Чтобы его точка снова поднялась?

М. Лайтман: Я не знаю, там точка...

Ученик: Ну, желание, он же пришел сюда, он приходит, он находится здесь. Есть у него желание в чем-то.

М. Лайтман: Ну, хорошо, хорошо.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (38:20) Написано, что служители Творца боятся греков. Видят, что есть власть греков. Что делать?

М. Лайтман: Они должны объединиться против этой власти греков.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (38:51) Настоящая власть, она скрыта. Невозможно избавиться, пока не ощущаешь ее. Как распознать эту власть чуждую?

М. Лайтман: С помощью того, что мы можем объединиться между собой, так объединиться. С помощью того, что можем ввести Творца в их круг, пусть постараются. И все остальное должно прийти свыше.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (40:09) Власть этих эллинистов и философов как узнать? Ведь Ханука – это не только объединение, это предел, это сопротивление эллинистам, это больше, чем объединение. Как я могу пойти на объединение? Потому что объединяться я могу и с философами. Как я могу распознать, что это не то? Как я могу увидеть, что это не Балак, а это Моше, что это не маккавеи, а это эллины?

Ведь они тоже правы. Они говорят, мы ради Творца, давай делать так. И во мне есть много разных аргументов, сделать так или этак. Как мне увидеть эту точку, что я иду именно к святости, кдуша, а не к этим эллинистам? Более того, слово «объединение» такое красивое, и оно может включить всех этих демократов во мне. И остальных тоже.

М. Лайтман: Да. Все правильно.

Ученик: Как идти за Моше, как выбрать маковеев, точку святости, кдуша?

М. Лайтман: Если ты спрашиваешь мозгами, то тебе некуда продвигаться и невозможно никак. А Моше, он не сильнее.

Ученик: (41:58) Вы всегда отвечаете – объединение. Какое объединение правильное, святое, чтобы я выбрал его, а не этих умников? Это ежесекундно в нашей жизни.

М. Лайтман: Да.

Ученик: В праздники, между товарищами, при принятии решений, в десятке я должен выбрать объединение мне надо выбрать объединение ради Творца правильного, а не ради «творца умников»?

М. Лайтман: Нам нужно, в первую очередь, постараться очиститься от всех предыдущих решений. Постараться, насколько это возможно, объединиться сердцами, чистыми сердцами. И тогда мы почувствуем в них, внутри этих сердец, точку связи, которая, в принципе, и приведет нас к правильному единству. Эта точка связи, она развернет нас к правильной форме исправления.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (44:39) В статье пишется несколько раз о потребностях души. Что такое потребности души?

М. Лайтман: Потребности души – это только высший цвет, который приходит в правильном сочетании между частями души вместе.

Вопрос (Ж Интернет): (45:29) Причина того, что заканчиваются силы учиться – это потому, что я выполняю работу в десятке неправильно, или, когда заканчиваются силы, – это какой-то этап в работе, который я должна ощутить?

М. Лайтман: Да, это этап работы.

Вопрос (Интернет): (45:53) На уровне мыслей я понимаю, как работать и что делать. А что делать с таким проявлением эллинистов, которые раскрываются в нашем мире? Чувствуется, что большая часть народа живет в этой философии эллинистической. Как мы можем исправиться относительно такого отношения?

М. Лайтман: Нам нужно постараться очиститься от этих эллинистов, которые есть в каждом – это план нашей работы, программа. Сейчас, прежде чем мы приходим к празднику, нам нужно постараться, конечно же, обнаружить, где мы, где эти эллинисты, где маковеи, и с кем мы.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (47:48) Написано, что это была передышка в войне. А в конце написано, что «стены» 'хомот' состоит из тех же букв, что и слово «предел» 'тхум' (объясняется в трудах АРИ), то есть человек ставит предел на свою мысль, чтобы хотеть понять работу не внешним разумом, а верой, и вера – это стена, противостоящая внешним. «Мой дворец» – то есть дворец, полный всех благ. «Масло» – то есть ясность...

М. Лайтман: Это ясность.

Ученик: Да, масло – это ясность. Я хотел бы выяснить, этот патент «макавеев», о котором Вы говорили прежде. Как мы можем взять это, укрепиться в этом до конгресса и двигаться вперед? Потому что я не совсем понимаю, можете объяснить.

М. Лайтман: Мы будем работать именно над этим.

Ну, вы тогда пока что продолжайте.

Чтец: Перейдем к следующей части урока. Учеба с товарищами.

Набор: Команда синхронного набора

Ссылка на урок в Медиа Архиве

5761 г.↩
Трактат Шаббат, 21:2.↩
Слово «Ханука» можно разложить на два слова: «остановились» 'хану' и «здесь» 'ко' (каф–хэй).↩
Численное значение слова «здесь» 'ко', состоящего из букв каф–хэй – 25.↩
Дварим, 6:5.↩
Трактат Брахот, 54:1.↩
Трактат Кидушин, 30:2.↩
Эстер, 9:27.↩
Ханукальная песня «Маоз цур».↩

קבלה מדיה

קבלה מדיה

איזור אישיכדאי להיכנס כדי להוסיף לייק לסרטונים, לשמור תכנים ולהירשם למינויים.

אנחנו זה הרגשה

אנחנו זה הרגשה

אנחנו זה הרגשה

קבלה מדיה© כל הזכויות שמורות 2003-2026 בני ברוך - קבלה לעם

איזור אישי
כדאי להיכנס כדי להוסיף לייק לסרטונים, לשמור תכנים ולהירשם למינויים.

קבלה מדיה
© כל הזכויות שמורות 2003-2026 בני ברוך - קבלה לעם