Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок (Полдень), 29 июня 2024 года

Часть 1: Рабаш. Записка 601. Молитва и просьба.

Чтец: Мы читаем «Труды РАБАШа», третий том, страница 1919, 601-я статья «Молитва и просьба».

Молитва и просьба. (00:36)

Молитва – это то, что установили для нас наши мудрецы, и это дело общее. Просьба – это дело личное, когда каждый просит того, что, как он чувствует, ему недостает.

Поэтому молитва должна произноситься устами. А иначе нет никакой связи с молитвой, ведь в формулировке молитвы есть слова, о необходимости которых у человека нет никакого понятия. Поэтому вся связь с молитвой – то, что человек произносит те слова, которые написаны.

В то же время просьбу, когда человек просит о том, что, как он чувствует, ему недостает, не нужно произносить устами, а достаточно того, что он чувствует в сердце, чего ему не хватает. Другими словами, то, что человек чувствует в сердце, чего ему недостает, называется просьбой – когда сердце желает, чтобы тот, у кого есть возможность дать ему требуемое им, дал бы ему.

А поскольку религиозный человек хочет, чтобы Творец исполнил его просьбу, а Творец знает помыслы сердца каждого человека – чего требует сердце – поэтому достаточно, если человек ощущает свою потребность – это и есть молитва к Творцу о нуждах его сердца. В то же время формулировка молитвы основана на сердцах наших мудрецов, на том, что было в их сердцах. [РАБАШ. 601. Молитва и просьба].

Еще раз. 601 статья «Молитва и просьба», в третьем томе «Трудов РАБАШа».

Повторное чтение первоисточника (03:20)

М. Лайтман: Вопросы, пожалуйста.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (06:03) Так пока еще нет духовного постижения, единственный ответ на молитву, который может быть, – это общее страдание, потому что каждый просит для себя в таком случае?

М. Лайтман: Ну и что?

Ученик: Потому что, когда просьбы могут быть на самом деле вместе? Только когда чувствуем, есть общее ощущение, так это общее ощущение на самом деле становится молитвой, просьбой, что уста и сердце едины. А пока этого нет?

М. Лайтман: И даже если мы еще не объединены в наших просьбах, все равно просьба каждого достигает Творца, и на нее есть реакция, ответ. Есть.

Ученик: Но каждый хочет наполнить свое сердце.

М. Лайтман: Может быть, и нет, может быть, не настолько, может быть, это уже как-то смешано с другими просьбами, с просьбами общества, с тем, что молятся за товарищей, за общество, за группу. Совсем не обязательно, что каждый за себя, и больше уже никак не молится за других.

Ученик: Я пытаюсь просто почувствовать общее состояние здесь в стране тоже. Пока еще, Вы понимаете, все-таки мы молимся, есть разные общины, которые молятся, делают то же действие, молитвы и так далее. Но Вы видите, это не помогает.

М. Лайтман: Нет, это не значит, что это не помогает. То, что ты не видишь своими глазами изменений, это не говорит о том, что это не помогает, и это не значит, что это не получает от Творца отклика. Но просто может быть, что твоя молитва пока еще не полноценна.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (08:32) Откуда исходит просьба в сердце человека?

М. Лайтман: Из потребности в его сердце.

Ученик: Как он может направить свою потребность в сердце?

М. Лайтман: Надо сначала выяснить, чего ему недостает, а потом – находится ли его недостаток в соединении с недостатком всего общества, группы, товарищей, мужчин, женщин. И тогда он, может быть, может включиться, соединиться с обществом и вместе с ним поднять свои просьбы.

Ученик: Человек может изменить свои просьбы в сердце?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Как изменить личную просьбу на общую молитву, то, что было в сердцах мудрецов?

М. Лайтман: Это действительно путь, когда человек включается в общество и чувствует, что есть у него недостаток, общий недостаток с обществом, он подсоединяется к обществу со своим хисароном и так приходит к общей просьбе.

Ученик: Общая молитва помогает личной просьбе?

М. Лайтман: Если человек участвует в ней, то, конечно, да. Это называется «молитва в обществе».

Ученик: И нужно прийти к такому состоянию, когда моя личная просьба и молитва общества – это одно и то же?

М. Лайтман: Желательно.

Ученик: Чего ждет Творец: личной просьбы или молитвы? На что Он отвечает?

М. Лайтман: Творец ожидает всех хисаронов, которые человек может выразить и в общем хисароне, и в личном хисароне, для всех у Него есть место.

Ученик: Есть предпочтение к чему-то определенному?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Чему? Что Он предпочитает больше?

М. Лайтман: Творец предпочитает, чтобы отдельный человек, поднял свою просьбу на объединение с обществом. И поднять, вознести эту просьбу с обществом, общую просьбу как одну, чтобы эта просьба была бы за всех и каждого.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (11:37) В чем важность молитвы, которую составили нам мудрецы, по отношению к людям до махсома и после?

М. Лайтман: Люди, которые находятся до махсома, но знают, что это есть, то они могут молиться, как пройти махсом, как его достичь, понять, почувствовать. А люди, которые не понимают и не чувствуют, у которых нет знания об этом, даже самого простейшего знания, так они не молятся за такое продвижение, чтобы перейти за махсом, то есть в лишма, а живут себе, хотят обеспечить себе все, что раскрывается в них, в их потребностях и нуждах, то есть обычные потребности, не духовные.

Ученик: Молитва, которая есть в молитвеннике, это является копией того, что находится в высших корнях, в высших мирах?

М. Лайтман: Да. Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (12:58) Молитвы, которыми мы молимся, мы просим у Творца, чтобы Он дал нам место у себя, или чтобы Творец дал нам место для Него?

М. Лайтман: И то, и другое. В принципе, конечно же, настоящая просьба должна привести к состоянию, когда мы молимся для того, чтобы включиться в Творца, чтобы у нас было место в Нем.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (14:01) Вы сказали, что есть молитва, когда ее произносят устами, и есть, когда она в сердце, которую понимает Творец. Эта просьба из сердца, это что, от недостатка веры, что я прошу Его?

М. Лайтман: Может быть, если ты об этом просишь – почувствовать.

Ученица: То есть, если я прихожу к такому состоянию, что мое сердце просит об этом, то, я что, не верю, что Творец дает?

М. Лайтман: Может быть, и нет. Может быть, ты еще просто не получила, и у тебя пока еще нет уверенности в сердце, что Творец обеспечивает тебе то, что нужно.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (14:57) Пишет РАБАШ: связь с молитвой. Это то, что человек произносит слова, которые написаны? Что это – связь с молитвой?

М. Лайтман: Когда человек чувствует все те данные, о которых написано в молитве, и из них он обращается к Творцу и просит реакции.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (15:45) Что значит молитва в совершенстве?

М. Лайтман: Полноценная молитва – это когда человек раскрывает сокровенное, то, что в его сердце. Возносит это к Творцу, а Творец отвечает и наполняет это. И этим человек соединяется, связывается с Творцом. Тогда получается, что Творец и человек находятся как одно целое.

Ученица: Когда Творец согласен принять молитву человека?

М. Лайтман: Когда человек молится об истинной потребности, о том, что приходит, раскрывается из сердца. И когда он направляет напрямую к Творцу, делает это из объединения с товарищами, со всеми, имея возможность включить в это и потребность общества. Тогда он приходит к точке его соединения с Творцом.

Ученица: Сегодня после утреннего урока мы начали читать молитву «Восемнадцать благословений». Какая разница между тем, что мы читаем из молитвенника или поднимаем из сердца эту молитву? Какая разница между этими молитвами?

М. Лайтман: Желательно, чтобы все молитвы поднимались напрямую из сердца и напрямую к Творцу. И чтобы мы соединили сердца и соединили бы наши молитвы, обращение к Творцу, и тогда наверняка мы достигаем Его.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (18:05) Как человек может связать, включить внешние желания в свое сердце?

М. Лайтман: Открыть сердце и постараться почувствовать хисароны общества, и включиться в них.

Ученица: Это только почувствовать желание общества?

М. Лайтман: Да.

Ученица: Есть у каббалистов какая-то техника, как они это делают?

М. Лайтман: Это не вопрос техники.

Ученица: Творец предпочитает, чтобы человек приложил усилия почувствовать общество или чтобы молился из истинного хисарона, который он переживает?

М. Лайтман: Хисарон, который есть в человеке, хотя, может быть, ему и кажется, что это настоящий хисарон, но этого недостаточно. Нам надо поработать над нашим хисароном настолько, чтобы мы почувствовали в нем взаимное включение со всеми и хисарон всех. И так придем к слиянию с Творцом.

Ученица: Так работа должна быть постоянно: открыть себя, почувствовать ближних, так?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (19:36) До того, как я пришла в Бней Барух, я не очень-то углублялась в чтение псалмов. Сейчас, когда мы читаем псалмы, я понимаю, какое постижение было у царя Давида. Я пытаюсь понять, что я чувствую, что автор пишет с такого постижения, на котором я не нахожусь, я могу только почувствовать. Есть ли смысл писать свою молитву, это мое постижение? Вопрос, что важнее: читать псалмы и пытаться достичь этого постижения или быть там, где я нахожусь, скажем, где моя десятка находится?

М. Лайтман: Читать, читать Теилим.

Ученица: Так значит, нет необходимости писать свою молитву, из себя?

М. Лайтман: Но если есть у тебя такое стремление, такой порыв, это тоже следует делать, может быть, раз в неделю.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (20:49) Когда человек находится в духовном постижении, он не молится, потому как он уже находится в подобии свойств с Творцом? Он согласен со всем, что Творец делает?

М. Лайтман: Нет. Он молится, и все время молится, и все время его молитва обновляется.

Ученица: А о чем он молится?

М. Лайтман: Спроси его.

Ученица: Нет, но если я нахожусь в Конце Исправления, то есть в полном подобии свойств с Творцом, полностью согласна с Творцом, так у меня уже нет хисарона. О чем стоит просить?

М. Лайтман: Просить, чтобы был хисарон.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (21:45) Что значит хисарон общества?

М. Лайтман: Это сумма, где общество раскрывает единый хисарон, включается в него и возносит его к Творцу.

Ученица: Это что-то одно, соединение всего?

М. Лайтман: Более или менее.

Ученица: Перед этим Вы говорили, что нужно почувствовать хисароны всех, потребности всех, то есть нужно думать об одном общем хисароне или о многих потребностях?

М. Лайтман: Желательно раскрыть один хисарон, общий для всех.

Ученица: Это желание продвинуться к Творцу? В общем-то, ничего другого нет.

М. Лайтман: Ну, может быть.

Ученица: Также хотелось спросить: часто в десятках подруги просят мыслей о поддержке. Как действительно так подумать о подруге, чтобы Творец ответил?

М. Лайтман: От всего сердца. Ну, что тут можно сказать?

Ученица: Если я раскрываю в себе какое-то равнодушие к потребности подруги, как я должна относиться к этому?

М. Лайтман: Молиться, чтобы вместо равнодушия пришла бы боль и понимание, чего не хватает тебе, чтобы включиться.

Ученица: Иногда есть ощущение беспомощности. Я не знаю, поможет ли Творец?

М. Лайтман: Это Творец знает, и поэтому даже если ты раскрываешь, что нет никакого хисарона по отношению к подруге, это не говорит о том, что ты можешь позволить себе опустить руки.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (23:59) Он пишет: просьба – это личное дело, то, что просит каждый человек, чего ему не достает. Потребность, которую он чувствует – это прежде, чем он включился в товарища или после?

М. Лайтман: Но после того, как он включился в других.

Ученик: В таком случае, в чем же разница между этой просьбой, когда он включился в других, и молитвой?

М. Лайтман: Нет разницы. То, что он поднимает свою просьбу к Творцу – это и есть молитва.

Ученик: Так что значит, что он поднимает?

М. Лайтман: Обращается к Творцу.

Ученик: Обращается с этой просьбой?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так он еще пишет, что в формулировке молитвы есть слова, о необходимости которых у человека нет никакого понятия. И также пишет, что связь с молитвой – это то, что человек произносит слова, которые написаны. Так значит, если человек читает молитву и чувствует, что это не находится у него в сердце – это и есть его молитва?

М. Лайтман: То, что есть. Но он поднимает это все равно, в любом случае, к Творцу.

Ученик: Вопрос. Я спросил раньше: просьба – это когда он работал над собой, включился в других, и чувствовал это в своем сердце? Но когда он читает текст, который не находится в его сердце – как он может прилепиться к этому тексту и все-таки просить чего-то истинного?

М. Лайтман: Может просить.

Ученик: Но он ведь чувствует, что он в этом не находится?

М. Лайтман: Даже так.

Ученик: В таком случае, скажем, что он читает не молитву в молитвеннике, а, скажем, РАБАШа, Бааль Сулама, и он чувствует, что это у него не находится в сердце – это тоже молитва?

М. Лайтман: Да. В принципе, любое обращение к Творцу называется молитвой. Так можно сказать.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (26:20) Я хочу спросить о разнице между желанием и хисароном. Правильно ли сказать, что хисарон – это обработка желания, которое посылается Творцом, человек обрабатывает, а молитва – это уже некоторое выяснение, да?

М. Лайтман: Да. Замечательно.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (26:53) Если я из глубины своего сердца прошу за подругу, которая в данный момент больна – эта молитва, эта просьба может быть обо всех, кому необходимо, хотя я прошу за определенную подругу?

М. Лайтман: Может быть. Обычно добавляют еще какое-то предложение.

Ученица: То есть, чтобы всем?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Чтец): (27:43) Человек, скажем, читает молитвенник, молитвы, читает разные слова, защищающие Авраама, дающие спасение, и человек не понимает, что это такое. Он смотрит на себя и говорит, что я хочу. Я вижу очень большую разницу между тем и этим. Что делать с этой разницей?

М. Лайтман: Если он чувствует, что это очень далеко от его сердца, то это тоже молитва.

Ученик: Как ее уточнить?

М. Лайтман: Да не надо особенно ее уточнять. Если ты произносишь слова, которые написаны, прописаны тем, кто находится в постижении, и ты жалеешь, что не особо-то включен в это – это и есть молитва.

Ученик: Так в любом случае молитвенник называется молитвенником, и есть какой-то порядок, о котором все согласились, что он правильный. Так в чем разница, скажем, между тем, что я читаю молитву молитвенника или читаю ТЭС? Там тоже понятно, что мы не находимся в постижении этого.

М. Лайтман: Но в ТЭС у тебя есть совсем другая цель. При этом в молитве ты поднимаешь свою просьбу к Творцу, просишь у Него поднять твое обращение от тебя к Нему. Поэтому молитва, в принципе, самая сильная просьба.

Ученик: (29:41) А в ТЭС, что мы делаем?

М. Лайтман: В ТЭС, может быть, это как часть молитвы, а может быть, что это просто вещи, которые относятся к учебе.

Ученик: Я спрашиваю об отношении человека, как он должен выстроить эти вещи относительно молитвенника, где это очень высокое, это молитвенник каббалистов, и ТЭС тоже, это то, что выстроил Бааль Сулам.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так в чем разница в отношении к тому и к этому? Я понял, что молитва – это более личное, это интимное.

М. Лайтман: Да.

Ученик: А ТЭС – это больше работа группы, десятки?

М. Лайтман: Ну, есть работа в сердце, есть работа в мозге, да. Молитва относится к работе в сердце.

Ученик: Теперь молитва. Разница в том, что молитву мы читаем каждый день.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Те же слова.

М. Лайтман: Это неважно.

Ученик: И каждый раз мы раскрываем там другое отношение, что-то другое.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Имеет различие, что мы там раскрываем, или это неважно?

М. Лайтман: Каждый раз человек может открывать что-то другое. Это важно.

Ученик: А почему это важно, то, что раскрываем? Ведь мы хотим быть на уровне авторов.

М. Лайтман: Да, это организовали члены Большого Собрания, кнессетов, и мы читаем эти вещи, и поднимаем их наверх, к их источнику, к духовному источнику. И поэтому это важно.

Ученик: (31:44) Есть также что-то в том, что мы читаем это сейчас как группа, потому что мы решили, что мы читаем эту молитву вместе. И есть еще очень много в человечестве читающих те же слова, то же самое, тот же молитвенник. Есть какая-то ценность в знании того, что сейчас очень много людей читает этот текст вместе с нами?

М. Лайтман: Тоже. И то, что мы читаем вместе, да, в обществе. И то, что мы читаем это каждый день, и по нескольку раз в течение месяца, или в году. Все эти вещи, именно потому что мы это делаем в соответствии с тем, как указали нам члены Большого Собрания, то мы выполняем тут некую работу. Работу. С одной стороны, наше желание, с другой стороны, это желание наших святых учителей. И мы читаем это все вместе, в общей молитве. Есть тут особое отношение.

Ученик: Я спрашиваю, по сути дела, само действие, которое мы выполняем, и мы знаем, что сейчас многие миллионы делают то же действие, читают именно тот же текст. И у нас какое-то отношение, потому что мы после утреннего урока в этом...

М. Лайтман: Каждый добавляет что-то.

Ученик: Так мы этим добавляем что-то всему обществу?

М. Лайтман: Да, да, обществу. Есть много таких групп, и каждой группе есть свое место. И так вот все соединяются.

Ученик: Так это тоже должно быть в нашем сознании, когда мы читаем молитву?

М. Лайтман: Нет, нет, совсем не обязательно. Ты знаешь, сколько по всему миру групп? Тысячи.

Ученик: Ну, результат не важен. А то, что мы сейчас это делаем вместе, не только с нашим поколением, но и с поколениями до нас и после нас, продолжить и читать тот же текст.

М. Лайтман: Все эти вещи очень важны. Всё.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (34:29) В соответствии со статьей, молитве чего-то не хватает и просьбе чего-то не хватает. Он говорит, что связывает молитву и просьбу – это человек верующий. А что такое верующий человек? Что его характеризует?

М. Лайтман: Что он хочет получить ответ. В результате молитвы, просьбы, он хочет получить итог в результате своей молитвы.

Ученик: Только это? Получить фидбек? Это превращает его в человека верующего?

М. Лайтман: Нет, вопрос стоял не так. Человек, который молится, он хочет с помощью молитвы чего-то достичь, и поэтому он молится.

Ученик: А как? Как он пишет, этот верующий человек молится, у него есть свои просьбы. Как это связывается вместе, просьба и молитва?

М. Лайтман: В любом тексте, который мы читаем, есть часть от молитвы, часть от просьбы. Их не нужно настолько разделять.

Ученик: Может ли человек взять просьбы... Как он пишет тут: молитва Творцу, это то, что требует сердца человека. То есть он хочет, чтобы Творец это все исполнил. Может ли человек взять какой-то хисарон, который у него есть, и обратить его, приблизить его к молитве?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Как он это делает?

М. Лайтман: Согласно своей просьбе.

Ученик: Но это простая потребность какая-то.

М. Лайтман: Нет такого «простой». Если это хисарон, с которым он обращается к Творцу, это уже заслуживает, чтобы получить ответ.

Ученик: Может ли это быть ситуацией, что человек может относить свою просьбу в соответствии с порядком молитвы и действительно сказать, что только Творец может ему это дать?

М. Лайтман: Это зависит от человека, но я не думаю, что это можно выяснить.

Ученик: Тогда просто поставить эту дистанцию. То есть просить?

М. Лайтман: Да, насколько ты можешь.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:04) Молитва – это связь, или это все-таки речь? Разговор между Творцом и творением.

М. Лайтман: Молитва – это связь творения с Творцом.

Ученик: А в чем разница, если мы читаем молитвенник или, скажем, читаем Зоар? Есть разница?

М. Лайтман: Да. Потому что в порядке молитвы ты идешь согласно тем словам, которые составили члены Великого Собрания, как молитва для нас, и тогда мы вместе с тем, что мы молимся, мы также присоединяем к себе их намерение, когда мы проходим те же тексты, которые они оставили и составили для нас. Вот и все. Это великая вещь.

Ученик: А где место остальных текстов? Зоар, ТЭС.

М. Лайтман: Это зависит от того, кто читает, в каком виде он читает, с каким намерением.

Ученик: То есть есть место и для того, и для другого? То есть нельзя подменить одно другим?

М. Лайтман: Нет.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (38:29) Есть просьба и есть молитва. Просьба, в нашем мире это звучит как, ну, кто-то что-то просит у кого-то, это значит, что тот не дал ему еще пока, и говорит, ты изменишься, и давай тогда то, что мне нужно. Да, в нашем мире? Относительно Творца такое отношение правильное?

М. Лайтман: Нет.

Ученик: Тогда какое правильное отношение? Мы же учим, Он всегда дает, Он же любит.

М. Лайтман: Почитай, что написано в молитвеннике. Это примеры обращения к Творцу.

Ученик: Секундочку, правильно. Но когда мы говорим о хисароне, то, что человек чувствует в сердце, и то, что он берет от других, и чувствует, что им не хватает, он чувствует, что не хватает. Ну?

М. Лайтман: Да.

Ученик: И тогда из этого хисарона правильно обратиться к Творцу, что ему делать? Он чувствует, как бы Творец дает им, ему, нам. Как он это превращает в правильное обращение?

М. Лайтман: Это зависит от того, как человек превращает эти слова в просьбу. Вот и все.

Ученик: Но ведь мы учим, с одной стороны, что не хватает кли, не хватает правильно истолковать то, что Творец уже дает.

М. Лайтман: Так нужно научиться этому больше.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (40:19) Если я правильно поняла, молитва – это то, что мы сидим и читаем тексты каббалистов.

М. Лайтман: Нет, это не молитва. Это просто чтение или учеба, я не знаю, что это. Но это не молитва. Молитва – это когда мы, согласно тому, что написано в этих текстах, хотим присоединить наше сердце к ним и поднять наши просьбы к Творцу.

Ученица: Но до того, как приходим к этому, мы же должны читать очень много текстов молитв?

М. Лайтман: Не так уж много, но нужно.

Ученица: Тогда у меня технический вопрос. Если мы каждый день в десятке встречаемся, и после каждой нашей встречи, или после уроков, или после встреч в течение дня завершаем нашу встречу молитвой, будет ли правильнее читать текст молитвы, или делать круг, когда каждая делится тем, что у нее на сердце?

М. Лайтман: Каждая своим?

Ученица: Ну, когда она делится тем, что есть у нее сейчас в сердце. Или предпочтительнее читать тексты?

М. Лайтман: Нет, мы должны, прежде всего, читать тексты, которые составили для нас члены Великого Собрания и еще люди, которые жили даже до них, как царь Давид и так далее. И мы придем с помощью такого ежедневного чтения как к ощущению, так и к пониманию того, что скрыто в этом тексте.

Ученица: Так, в общем-то, не обязательно делать круг молитвы, когда каждая делится тем, что у нее в сердце?

М. Лайтман: Есть у нас молитвенник, почему он называется Сидур, молитвенник? Потому что это порядок (седер) нашего обращения к Творцу каждый день.

Ученица: Хорошо. Раз в неделю Вы сказали писать молитву из сердца.

М. Лайтман: Желательно.

Ученица: Потому что мы каждый день просим. Мы даже три раза в день делаем такой круг молитвы. Так это сейчас большое изменение.

М. Лайтман: Не нужно делать таких изменений, но если вы связаны таким образом, что вы пишите каждый день молитвы, ничего нет лучше.

Ученица: Ага, значит, это тоже хорошо. Так это не важно, что мы не читаем текст перед тем, как мы пишем молитву из сердца?

М. Лайтман: Не важно.

Ученица: Хорошо, сейчас последний вопрос. Если просьба, из того что я поняла из статьи, это, в общем-то, хисарон человека, поэтому даже не нужно ему его проговаривать, а вытаскивать из сердца, потому что Творец чувствует. Но почему же тогда РАБАШ сказал Вам: почему ты не просил?

М. Лайтман: Если у человека есть претензия, потребность в чем-то, так почему же он не обращается к Творцу и не просит?

Ученица: Словами?

М. Лайтман: Словами.

Ученица: Но я сейчас поняла, что не нужно говорить словами, Творец ведь чувствует, что есть в сердце.

М. Лайтман: Так если достаточно того, что чувствует, достаточно. Главное, что он говорит об этом в сердце. Хорошо? Отлично.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (43:47) Если есть во мне некое сопротивление тому, что я читаю в молитвеннике, особенно одна фраза какая-то определенная, как я работаю с этим?

М. Лайтман: Изменить сердце. Проси изменить сердце, если ты не согласна с написанным.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (44:33) Есть молитвенник, и то, что я понимаю, это молитва всего народа, который может соединиться в этом месте. Но мы видим молитвы, что царь Давид и РАМХАЛЬ, что им было важно… Я не знаю, если это молитва одного человека, ведь Давид включает в себя всех, все души. Это малхут. Но я знаю, что это, может быть, было позже написано. Скажем, пример молитвенника, который был для общества, и были каббалисты, для которых было важно дать свою молитву.

М. Лайтман: Многие люди, кроме членов Великого Собрания, еще разного вида общества, составляли молитвы, а затем пришли мудрецы и выстроили все эти молитвы и сказали, молитесь так-то и так-то. И поэтому мы берем этот порядок молитв, называемый молитвенником «Сидур», и читаем там каждый день согласно праздникам, согласно дням недели и так далее, и так мы должны делать. Согласно тому, что мы читаем это, насколько мы можем присоединить к этому наши сердца, это хорошо. А насколько не можем, мы в любом случае выполняем то, что великие сказали нам выполнять. Понятно?

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (46:33) То, чего мне не хватает, должно не хватать также и другим подругам, чтобы получить ответ?

М. Лайтман: Нет. Может быть, что это только твоя просьба. Ты не должна бегать между ними и спрашивать, кто еще хочет. Мы не стоим в очереди и не хотим соединять наши просьбы именно в таком виде. Но так это получается, что молитвы сами, которыми мы молимся согласно молитвеннику, они направляют нас к связи между нами, и поэтому они действуют.

Ученица: Почему молитва мудрецов должна быть словами, проговаривать нужно, не только в сердце?

М. Лайтман: Нужно молитвы произносить и устами. Это сильнее. Это принимается лучше, если человек произносит устами. Понятно?

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (48:01) Когда-то я просила очень много Творца перед тем, как я пришла в науку каббала. Я действительно просила сердцем и плакала, и чувствовала. И с тех пор, как я пришла на учебу, я чувствую полностью наоборот. Сердце только закрывается, затыкается, и меньше чувствует.

А также есть эти постоянные выяснения, о чем просить, как просить, потому что я понимаю, что не каждая просьба получает ответ, а только правильный хисарон получает ответ. И я как будто затыкаюсь. И я не чувствую, что у меня вообще есть о чем просить, несмотря на то, что я говорю это устами. И перед семинарами, перед уроками я говорю: я хочу доставить Тебе наслаждение. Я говорю это, но это только устами. Что делать?

М. Лайтман: Я не могу тебе сказать. Не могу. Но я понимаю твою беду. Когда сердце и уста неравны, это большая беда.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (49:28) Должна ли десятка произносить молитву о материальных нуждах подруг как: здоровье, материальное состояние?

М. Лайтман: Да, очень важно.

Ученица: Когда мы читаем молитву утром, можно ли, чтобы одна подруга читала, а все остальные слушали. Или нужно всем произносить голосом?

М. Лайтман: Нет, это не так уж и важно. И то, и другое может быть, главное, чтобы вы все включались вместе.

Ученица: Я хотела спросить. Я уверена, что у всех подруг и товарищей есть постоянная молитва, постоянно, в сердце. Мой вопрос: может ли товарищ принести пользу тем, что он подсоединяет молитвы других к Творцу?

М. Лайтман: Когда соединяются все, и хотят достичь Творца в общей своей молитве, что может быть лучше? Это превосходно.

Ученица: Если чувствуем эту молитву в сердце, как сказала подруга до этого: открой сердце и чувствуй молитву товарищей – это большой, большой хисарон. Мы должны просить у Творца, чтобы все эти молитвы были приняты, чтобы был контакт?

М. Лайтман: Да.

Ученица: В воскресенье мы соединяемся на очень важном общем действии, и в такие моменты чувствуется очень сильная молитва. Это начинается еще заранее, когда начинается подготовка, регистрация, запись. И в чем важность такого действия? Как мы можем подготовиться к такой общей молитве, которая будет в воскресенье, для того, чтобы она продвинула нас туда, куда мы хотим прийти?

М. Лайтман: Думать об этом заранее. Думать об этом заранее всем.

Ученица: А какая молитва должна быть у нас в сердце во время мероприятия?

М. Лайтман: Дай нам силы, разум, постоянство, чтобы быть обращенными к Тебе, как один человек с одним сердцем и так далее. Все, что вы хотите сказать.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (52:06) Можно ли сказать, что намерение истинное, личное намерение находится в потребности всего общества?

М. Лайтман: Да.

Ученица: И что важнее всего просить о том, чтобы наполнил хисарон общества всегда?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (52:40) В конце урока у части из подруг есть желание подвести итог, а у части подруг есть желание прочитать молитву из молитвенника. И потому как у нас мало времени, мы не можем выполнить и то, и другое, и нужно выбрать что-то одно. Чтобы Вы нам порекомендовали: итог урока или молитву?

М. Лайтман: Это не то же самое. Делать попеременно, может быть, один раз то, другой раз другое.

Ученица: Как прийти к состоянию, когда уста и сердце, и разум равны?

М. Лайтман: Прежде всего, чтобы они были направлены на одну цель, на одну тему. И просите об этом. Все вместе. Всё. У вас получится. Я вам говорю, получится. Вы достаточно серьезны.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (54:03) Что это за общество? Иногда кажется, что это десятка, иногда весь Бней Барух, иногда весь народ Израиля, иногда весь мир.

М. Лайтман: Да.

Ученица: Должны ли мы включать постоянно всех или иногда сосредотачиваться на этом или на том?

М. Лайтман: Тоже.

Ученица: То есть всегда нужно как будто заботиться обо всем мире, обо всем народе Израиля, или я должна в первую очередь почувствовать подруг, которые около меня?

М. Лайтман: Прежде всего, подруг.

Ученица: И потом я должна включить Бней Барух, и потом народ Израиля, и потом весь мир?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (54:52) Часто я чувствую, что я поднимаю молитву из плача и из горя, и тогда молитва выходит из глубины сердца. Как совместить молитву из горя, и также и радость, и благодарность?

М. Лайтман: Как исходит это у тебя из сердца, и бывают разные случаи, есть разные виды молитвы.

Ученица: А какое горе должно ощущаться у нас в молитве, от чего?

М. Лайтман: Это невозможно точно определить, потому что у каждого своя потребность. А если ее нет, то нет. Так молиться от всего сердца, что нет ее.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (56:27) Если есть кто-то, не я, а вообще, в общем, что я кого-то не люблю, не справляюсь с ним. Как я прошу об этом человеке? Или мне можно говорить отрицательно об этом человеке Творцу?

М. Лайтман: Я не понял. Если есть человек, к которому вы нехорошо относитесь?

Ученица: Скажем, я не люблю его, я не подсоединяюсь к нему. Могу ли я просить у Творца что-то отрицательное по отношению к нему?

М. Лайтман: Почему отрицательное? Почему не попросить о любви?

Ученица: Спасибо.

М. Лайтман: Отлично.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (57:24) Написано в конце статьи: В то же время формулировка молитвы основана на сердцах наших мудрецов, на том, что было в их сердцах. А что было в их сердцах? В сердцах мудрецов, когда они писали об этом, что они хотели связать народ Израиля и в падении, и в подъеме? Что было в их сердцах? Чего они желали?

М. Лайтман: Чего они желали? Они хотели объединения и мира.

Ученица: А чего они хотят от нас?

М. Лайтман: Чтобы наше сердце было открыто для объединения и мира.

Ученица: Внутри нас, в десятке?

М. Лайтман: Между нами.

Ученица: Между нами в десятке, или всего мирового кли, или народа Израиля и всего мира?

М. Лайтман: Всего кли, и весь народ Израиля, а затем весь мир.

Ученица: А как мы производим эту связь? Когда мы связали это с собой, как мы связываем это с народом Израиля?

М. Лайтман: Ну.

Ученица: Я спрашиваю.

М. Лайтман: Если мы создали эту связь между нами, так мы хотим просить той же связи, чтобы она была между всем народом.

Ученица: А как мы входим в сердце народа для того, чтобы соединить его вместе?

М. Лайтман: Это из усилий, привычек, действий. Мы приходим к этому.

Ученица: Можно спросить: какие усилия, какие привычки, какие действия мы должны произвести?

М. Лайтман: Объединение, в котором я чувствую себя, что включился во всех, а все включаются в меня.

Ученица: В молитве? Только в молитве?

М. Лайтман: Да-да, конечно.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (59:55) Есть что-то в уроке сегодня, что, если соединить это с рукописями Последнего Поколения, то, в принципе, происходит порядок, что мы должны достичь такого высокого уровня, которого нужно достичь, и есть важность общества. Но на утреннем уроке Вы всегда говорите: это не сейчас, это не сейчас. Это ведь очень сильная молитва, которая сейчас выходит. Вы чувствуете себя близкими, очень близкими к этому.

М. Лайтман: Что исходит из сердца человека называется молитвой. Так, пожалуйста, вы сидите здесь и молитесь.

Ученица: Завтра у нас день единства, вечер единства, и мы хотим начать этот процесс. Я чувствую, что мы просто горим этим, не только молимся. Чтобы начать выстраивать этот процесс, выстраивать себя и мир, как это делать? Это же ведь общая молитва должна быть.

М. Лайтман: Общая молитва между всеми, между мужчинами и женщинами. Когда мы хотим все быть объединенными, без всяких различий и прекращений между нами, когда все наши просьбы поднялись к Творцу в одной молитве, чтобы стать как один человек с одним сердцем, и без всякого ощущения разделения между нами. Все мы, все мы, все мы соединены, и хотим поднять только одну просьбу, чтобы Творец пребывал между нами. Вот и все.

Ученица: Можно продолжить?

М. Лайтман: Нет, мы уже продолжим завтра вечером. Всего вам доброго, и привет, и успех.

Объявление (01:02:02)

Песня (01:02:36)

Набор: Команда синхронного набора

Ссылка на урок в Медиа Архиве

Kabala Media

Kabala Media

My LibrarySign in to like, save and subscribe to videos

קטעים נבחרים משיעורים על תלמוד עשר הספירות (קליפים)

קטעים נבחרים משיעורים על תלמוד עשר הספירות (קליפים)

קטעים נבחרים משיעורים על תלמוד עשר הספירות (קליפים)

Kabala MediaCopyright © 2003-2026 Bnei Baruch – Kabbalah L’Am Association, All rights reserved

My Library
Sign in to like, save and subscribe to videos

Kabala Media
Copyright © 2003-2026 Bnei Baruch – Kabbalah L’Am Association, All rights reserved