Стенограмма составлена на основе стенограммы на иврите и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.

Ежедневный урок (Утро), 18 марта 2026 года

Часть 1: РАБАШ. Порядок собрания группы. 17-2 (1984) (в записи от 25.05.2003)

Чтец: Дорогие друзья, в первой части мы будем изучать урок в записи от 25 мая 2003 года. Урок основан на статье 17, часть 2 «Порядок собрания группы». Книга «Труды РАБАШа», том 1, стр. 50.

Будем читать статью вместе в десятке. Десятки, которые закончат раньше времени, приглашаются провести семинар по этой статье.

Порядок собрания группы

В начале, когда собираются, должен быть порядок собрания¹. То есть, чтобы каждый, насколько он способен, говорил о важности группы. То есть какую выгоду принесет ему группа. И насколько он надеется, что группа принесет ему нечто важное, то́, чего сам он достичь не в состоянии, в этой мере он ценит группу.

И это, как сказали наши мудрецы: «Рабби Симлай учил: «Всегда человек должен воздать хвалу Творцу, а потом молиться. Откуда мы знаем это? От Моше. Ведь сказано: «И молился я Творцу в то время»². И сказано: «Творец Всесильный! Ты начал …»³ А [потом] сказано: "Дай мне перейти, и я увижу эту хорошую страну"⁴»⁵.

И причина того что сначала нужно воздать хвалу Творцу, в том, что в мире принято, что когда кто-то просит что-то у кого-то, существует два условия.

Что у него есть то, что я прошу у него. Например, богатство или возможности, и он известен своим богатством и величием.
Чтобы у него было доброе сердце, то есть у него есть желание давать другим.

У такого человека можно просить о благодеянии. Поэтому сказано: «Всегда человек должен воздать хвалу Творцу, а потом молиться». То есть после того, как человек верит в величие Творца – что у Него есть разнообразные наслаждения, которые Он может дать творениям, и желание Его – творить добро, тогда можно сказать, что он молится Творцу, и что, конечно же, Он поможет ему, ведь желание Его – творить добро, поэтому Творец в состоянии дать ему то, чего желает его сердце. И тогда молитва может быть [вознесена] в уверенности, что Творец примет его молитву.

То же относится и к любви между товарищами. То есть прежде всего, когда собираются, нужно воздать хвалу товарищам, [превознести] важность каждого из товарищей. И в той мере, в которой он оценивает величие группы, он может уважать ее. А потом он должен молиться. То есть каждый должен проверить себя, насколько он прилагает силы ради группы. И тогда, когда они видят, что у них нет сил сделать хоть что-либо ради группы, есть место для молитвы, чтобы Творец помог ему и дал ему силу и желание заниматься любовью к ближнему.

А потом каждый должен поступать, как в трех последних [благословениях] молитвы «Шмоне-эсре» 'Восемнадцать [благословений]'. То есть после того, как он передал всё, что он просит, Творцу, сказано в книге Зоар, что три последних [благословения] молитвы «Шмоне-эсре» будут для него подобно тому, как будто Творец уже дал ему то, что он просит, и он ушел от Него.

Так же следует вести себя в любви к товарищам. То есть после того, как он проверил себя и исполнил известный совет, то есть помолился, сейчас пусть думает, как будто его молитва была принята, и они будут сидеть в радости с товарищами, как будто все товарищи есть одно тело. И как тело желает, чтобы все его органы испытывали наслаждение, так же и он хочет, чтобы все товарищи сейчас наслаждались.

Поэтому после всех расчетов приходит время радости от любви к товарищам. И тогда каждый должен чувствовать себя счастливым, как будто он совершил хорошую сделку, благодаря которой он заработает много денег. И в мире принято в таком случае дать товарищам выпить.

Также и здесь, каждый должен [позаботиться], чтобы товарищ что-то выпил и закусил (бисквитом) и т.п., ведь сейчас он счастлив, и он желает, чтобы товарищи тоже чувствовали себя хорошо. Поэтому, когда собрание расходится, это должно происходить из ощущения радости и приподнятого настроения.

Так же, как есть «время Торы» и «время молитвы». Ведь «время Торы» есть состояние совершенства, в котором нет недостатка. И это называется «правой линией». Как сказано: «От правой руки его пламя закона им»⁶. Тогда как «время молитвы» называется «левой линией». Ведь место недостатка есть место, нуждающееся в исправлении. И это называется «исправлением келим». Тогда как в состоянии «Торы», называемом правой линией, нет места для исправлений. Поэтому Тора называется «подарком».

И принято давать подарки тому, кого ты любишь. И в мире принято, что не любят того, у кого есть недостаток. Поэтому во «время Торы» нет места думать об исправлениях. И, когда уходят с собрания, должно быть как в трех последних [благословениях] молитвы «Шмоне-эсре», как сказано выше. И благодаря этому все ощутят совершенство. [РАБАШ. Статья 17-2 (1984). Порядок собрания группы]

Семинар

Чтец: (08:32) Переходим к уроку с Равом от 25 мая 2003 года.

(Трансляция урока в записи)

М. Лайтман: Мы прослушали статью РАБАШа «Порядок собрания группы». Что значит порядок собрания товарищей? Как человек должен упорядочить свое отношение к группе. Если мы хотим получить от группы силы, чтобы продвигаться каждый раз все больше и больше, и разумеется, каждый раз, продвигаясь, мы нуждаемся в больших силах. Желание получать растет, помехи растут, и нам нужно получить помощь против них, и в понимании, и в вере, и в концентрации, и в устремленности к цели, в важности цели. Все эти вещи – это условия, посредством которых мы растем.

Начинаем с почти нулевого желания получать к духовному, очень маленького, которое называется точка в сердце, и эту точку в сердце мы можем увеличить только из помех, которые добавляют к этой точке все желания, которые пробуждаются. И у нас никогда нет в нас самих сил, которыми мы можем сами справиться с любым, даже самым маленьким желанием, которое пробуждается в нас. А каждое желание – либо мы властвуем над ним, либо оно властвует над нами с точки зрения продвижения к духовному. То есть, либо мы обязаны служить этому желанию как оно есть, либо нет.

(11:41) Либо мы властвуем над ним, что несмотря на то, что к нам приходит помеха, а помехами называются только те, которые отрывают нас от слияния с Творцом. Что мы прежде всего должны быть привязаны к Нему, как мы получили это изначально как точку в сердце, что привязались к Творцу настолько, насколько могли понять, почувствовать, увидеть, неважно, получили пробуждение, и это пробуждение мы должны хранить на фоне помех. И если так, то мы продвигаемся. Силы для этого у нас нет.

Как эти помехи приходят, они как бы всплывают изнутри нас, приходят из нас самих, но это как бы со стороны пробуждаются новые злые силы, и нам тоже нужно вооружиться против них новыми добрыми силами. Как, несмотря на помеху, каждый раз возвращаться к тому же направлению мысли, а не к тому, что помеха привлекает к себе внимание, а на фоне помехи продолжать стремиться к Творцу.

Здесь нам нужна помощь группы. И чтобы получить помощь от группы, есть два условия. Прежде всего, есть ли у меня величие цели. Если нет у меня величия цели, то как я обращаюсь к группе? Я не обращусь к ней получить от нее помощь. А если допустим, есть у меня величие цели, то откуда я знаю, что мне нужно обратиться к группе? Откуда я уверен, что группа может ответить мне на то, чего мне недостает, обеспечить мне эти силы? И обращение к группе – с чем оно связано? Что я должен заплатить группе, чтобы получить от нее помощь?

То есть, если мне нужно при этом подчинить себя, сделать себя маленьким по отношению к остальным, то это большая работа. Может быть, я не способен, или может быть, я не хочу. И в этом тоже могут быть помехи, не напрямую к Творцу, а во всем этом процессе, что сейчас я обращаюсь к группе и потом еще ко всяким действиям, которые я совершаю по пути.

(15:30) То есть, здесь много подготовок, которые мне нужно сделать, чтобы этот процесс завершился как надо. Обратиться к группе, верить, что группа способна мне это обеспечить, что у группы есть сила обеспечить мне это, что Творец намеренно поставил группу так, чтобы я мог ею пользоваться. Что именно в этом мой единственный свободный выбор – прилепиться к Творцу, вооружиться силами группы. Нет у меня, кроме этого, никакого средства вернуться и прилепиться к Нему, изнутри себя никогда не выйдут у меня новые силы для этого. А от группы я могу получить только при условии, что я ценю ее и подчиняю себя.

И здесь есть процессы, процессы работы с самим собой, с группой, с Творцом, что в итоге называется «порядок работы». В порядке этой работы есть также и порядок обращения к группе. Чтобы еще до падения вооружиться силами, в оценке группы, я должен работать с ней. Чтобы в то время, когда я падаю, – я упал относительно важности Творца, все же может быть не упаду относительно важности группы. Упал может быть относительно важности группы? Но все же есть у меня какое-то решимо от того, что у меня есть товарищи, и они помогут мне хотя бы в чем-то другом, если не точно в моем направлении, в моем устремлении к Творцу.

То есть я заранее обязан построить свои отношения с группой таким образом, что когда я упаду с величия, с важности, мне будет как можно легче, как можно удобнее с моей стороны обратиться к группе, и чтобы группа тогда сразу обнаружила, что она должна мне помочь, даже если я не прошу ее, и что эта помощь будет целенаправленной помощью.

Поэтому нужно то, что называется «собрание товарищей». Собрание товарищей, то есть предварительные подготовки к падениям, к спускам, перед посторонними мыслями. Что мы садимся вместе, то есть строим общую структуру, чтобы эта структура была для нас как хранилище сил, как та самая сила, которая поможет каждому из нас во время спуска.

(19:24) И здесь мы, исходя из этого, должны уже понять, что мы должны требовать от собрания товарищей. Прежде всего – величие цели, чтобы группа могла обеспечить мне величие цели каждый раз так, чтобы я не оторвался от связи с Творцом. Как? Мы строим такую группу, что каждый постоянно заботится внутри себя, внутри самого себя, чтобы величие цели было важным, чтобы мы постоянно воодушевлялись от этого, чтобы мы по-настоящему заботились об этом, чтобы мы постоянно об этом думали. Ибо нет, кроме величия Творца, по сути силы, которая может притянуть нас к Нему.

Тогда мы уже строим в группе некую особую силу, которая называется важность Творца, важность цели, и эта сила излучает нам силы. И если помехи приходят, а помехи обязательно должны быть, иначе как мы продвинемся, если не на основе помех. И когда приходят помехи, они стирают нам, как волна воды, которая стирает то, что есть, что было до нее, когда проходит по нам такая новая волна, тогда не остается никакого строения важности Творца, которое мы построили. И это именно приходит к человеку, который подготовил себя, тогда приходят к нему волны, и большие волны, и частота этих волн и высота их зависит от подготовки человека.

Ведь в итоге мы обязаны пройти определенное количество волн, чтобы достичь духовного, а затем через духовное – до Конечного Исправления. Тогда видим отсюда, что прежде всего, если после волн мы встанем и снова упадем, и снова встанем, мы все время должны строить важность Творца, и это непрекращающаяся работа номер один внутри группы.

Теперь, когда приходит волна и человек падает, должна быть теперь подготовка со стороны группы – позаботиться о том, кто упал. Написано: «Узник не может сам освободить себя из тюрьмы». Должна прийти к нему внешняя сила и спасти его. Иначе это не называется, что он упал, что он находится в плену сил разделения. Эта команду, которая поможет ему, спасет его, человек обязан построить вокруг себя и представить себе, что если он действительно упадет, он готов к тому, чтобы они позаботились о нем.

(23:10) Ведь действительно готов быть в их руках как младенец, или как раненый, или как мертвый, что только они могут вырастить его, или вылечить его, или похоронить его, тоже исправления сделать. Если уже, что такое раненый? Что живет с плохой вещью внутри, от которой нужно его вылечить, что это зло можно исправить на добро. А если это зло одолело его, что он уже буквально находится под властью зла – это называется как мертвый, тогда нужно похоронить его. То есть, те желания, те состояния нужно похоронить, и начать новые состояния.

Тогда человек должен заранее подготовить себя к тому, что есть состояния, когда он полностью буквально в руках группы находится, и готов отменить себя во время спуска, падения, смерти, перед группой, чтобы они позаботились о нем и сделали все, о чем он сейчас с ними договаривается, что они сделают.

То есть, в группе должно быть, помимо величия Творца, также и понятие помощи каждому, кто падает – внутри группы, а у человека – подготовка, чтобы ему помогли. Готов отказаться от всяких помех, которые тогда есть в нем, что может быть он не хочет от них избавиться, находится в таком состоянии, что они властвуют над ним. И буквально видит группу, что эта группа нехороша, и что он упал, и по тому как он упал, тоже видит, как написано, ученик, которого изгоняют, изгоняют его рава вместе с ним.

То есть, если человек падает с духовного, то в его глазах и Творец, и группа, и все падают. Тогда он должен заранее подготовить эти системы, чтобы, несмотря на то что он будет в таком состоянии, все же у него была подготовка, может быть, думать все же иначе.

И также он должен относиться к группе – что группа сама должна не только ему, но и по отношению к другим его товарищам – величие Творца, которое она обеспечит его товарищам, и также готовность позаботиться о них, когда они упадут. Тогда он готов участвовать в группе в самой активной форме, все время добавлять ей возвышение цели, величие Творца, возвышение цели, величие Творца, и готовность помочь каждому.

(26:46) Все эти вещи должны быть связаны только с одним – с одной целью, прилепиться к Творцу, к Нему вперед. Если делают какие-то подготовки, какое-то собрание, какие-то вещи, в которых не видят по-настоящему связи с этой целью, то не выполняют это, не делают это, не планируют, вообще не касаются их.

Нужно сначала выяснить, что действительно каждое действие, которое мы планируем, каждый вспомогательный механизм, который мы хотим построить в группе, он должен быть связан напрямую, или может быть косвенно, но чтобы нам было ясно, что это так, с постижением свойств Творца, с постижением самого Творца.

И тогда, когда садятся, нужно уже заранее знать, о чем говорят, какое сейчас свойство, силу, систему группы мы собираемся развивать, обсуждать, чего нам недостает, как исправить и укрепить это. Чтобы всем было ясно, что мы делаем. Почему? Потому что сейчас, в общем усилии, когда мы сосредоточены строить эту систему, еще какой-то внутренний механизм в ней, один из очень многих, может быть, которые есть в этом понятии «группа», чтобы всем было ясно, что мы делаем, куда направить усилия, не отрываясь от внимания к Творцу, что это ради Него мы делаем, чтобы продвигаться к Нему. И соответственно этому обсуждаем все наши состояния и улучшаем эту общую силу, которая называется «группа».

Что я не сказал, и что он еще сказал?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (29:25) Человеку самому тяжело определить, как он отрывается от связи с Творцом. Когда приходит помеха, начало падения, не само падение, как я, как товарищ, могу определить это и помочь в этом товарищу?

М. Лайтман: Мы находимся в состоянии, которое называется «скрытие лика». То есть, мы не знаем, что с нами происходит. В духовном... есть человек, допустим ребенок. Я помню себя. Я ем, встал из-за стола, прыгаю, бегу. Мама говорит: «Ну, когда ты снова придешь есть?» «Какой есть, когда? Я не хочу». «Но ты захочешь через несколько часов». «Я не понимаю, что захочу». То есть, я действую по своим ощущениям и не верю, что может быть другое состояние. Я не понимаю этого, не схватываю, что через пять часов я снова захочу есть и мне нужно будет снова прийти к маме, чтобы она дала мне еду. Я помню себя, я не понимал этого. Правда.

Я думаю, дети так устроены. Потом мы становимся умнее, развитее, есть опыт, и мы понимаем, что снова придет время, когда я буду так, тоже в таком состоянии. Но в тот момент я не чувствую. Приобретая такие системы мудрости, помимо ощущения, я уже могу с их помощью предполагать другие состояния.

Мы находимся в скрытии в начале пути в таком, что я сейчас нахожусь в хорошем состоянии. Подъем, все прекрасно. Я не чувствую, что в тот момент, когда я уже сейчас нахожусь, как будто закончил есть, и я уже сейчас начинаю как бы становиться все больше, больше, больше пустым от еды, и скоро захочу есть.

То же самое. Я может быть уже начинаю опустошаться, опустошаться, опустошаться. Окружающие света, которые сейчас были близки ко мне и давали мне ощущение подъема, они сейчас отдаляются, как мама, которая отходит от ребенка, чтобы научить его ходить, ставит его и отходит, и ждет, чтобы он сделал один шаг вперед. Это называется «скрытие».

Она сделала скрытие для младенца, и он стоит и плачет. Это называется, что окружающие света отдалились от меня, и я не знаю, что делать. Скрытие пришло ко мне, и я чувствую себя... «ты оставила меня, и что теперь происходит?» Буквально состояние – не чувствую, не вижу, не знаю, что делать. Как младенец, стоит так и плачет, и чтобы кто-то его подхватил. Какая мама плохая, бросила.

(33:03) То есть, мы не можем оценить состояние правильно, даже если бы мы его видели, потому что мы младенцы. Но как правило, наш спуск начинается с того, что мы не видим. Как ребенок, который поел, он не чувствует, что через пять часов... примерно два ближайших часа вообще. Потом он начинает да, хотеть, но еще не нуждаться. А потом может быть да, и пока он возвращается обратно... пока он возвращается обратно к маме есть.

То есть, мы только потом, через некоторое время, когда уже эти окружающие света отдалились на заметное от нас расстояние, тогда мы по этому заметному расстоянию – о, сейчас я понимаю, что нахожусь в другом состоянии. Вдруг. Что уже спуск. Что такое спуск? Сейчас я понимаю, что уже отключился от направленности к Творцу, а лишь наслаждался состоянием для себя, без всякой связи с Ним. И сейчас наконец ко мне приходит понимание этого, и это понимание, что Творец напоминает мне таким образом, что я забыл о Нем – я называю это понимание «спуском».

Почему это спуск? Это буквально призыв свыше – вернуться к Нему. Тогда с одной стороны это помощь. Но с другой стороны, это помощь без наделения силами. Я только чувствую это. Что мне теперь делать? Как это использовать? Тогда либо я сижу, оплакиваю себя как больного или как мертвого, о котором сожалеют, либо я способен из этого состояния обратиться к группе. К тому, кто мне поможет.

Это зависит от подготовки. Настолько ли подготовка, моя связь с товарищами, велика, что неважно, в каком падении я окажусь, или какова величина падения, могут быть такие падения, что да, а может быть и нет, зависит от глубины падения, я могу обратиться к группе сам. И они еще не видят, что я нахожусь в падении. Или может быть, я нахожусь в таком состоянии, что уже не могу обратиться к ним. Что это значит? Что у меня разрыв с ними, они мне уже не важны, я не верю, что могут мне помочь, то есть окружающие (света) настолько отдалились, что и те силы и системы, которые я построил с группой, уже не кажутся мне – не действуют.

(36:45) И тогда я буквально тоже не могу воспользоваться помощью группы. Это вопрос веры, что называется. То есть, нужно заранее вооружиться такой верой, чтобы группа действительно была способна это сделать. Бааль Сулам пишет об этом в статье, что ученик, которого изгоняют, изгоняют и его рава вместе с ним. То есть, если ученик заранее строил систему важности рава такую, что даже когда он падает, рав остается для него важным, и это посредством упражнений, как в армии, что мы делаем тренировки, вводим себя как бы в отрыв от Творца, как будто мы представляем себе всякие помехи, и как будто мы преодолеваем их.

Эти подготовки – это хорошо. Потому что действительно потом, когда это происходит, это помогает. И то же самое с группой: человек может сделать так, что даже когда его изгоняют, он в падении, группа все же не раскрывается в его глазах тоже в том же месте, что ничего не стоит сейчас, а остается важной. Важной для исправлений. Но допустим, случилось с ним, и он не может обратиться к группе сам, даже если может обратиться – здесь вопрос в том, насколько он, и это зависит от группы и от него, видит себя находящимся в плохом состоянии.

Может быть, что его состояние – это действительно падение, но он не оценивает это состояние как плохое. Ведь плохо – это значит, что при отдалении от Творца ему плохо. И оценка группы в этом как раз может помочь. А если, допустим, не может – может ли группа распознать в нем, что он уже не может обратиться к ней, и находится в таком спуске, что просто нуждается в особой силе со стороны группы.

Что такое особая сила со стороны группы? В группе должна быть сила заботиться о каждом и обо всей группе – никогда не падать. Просто. Мы должны об этом все время молиться, постоянно. Что я все время забочусь об этом, все время молюсь об этом, что мы все время только поднимались. Все.

(40:03) Если мы все время заботимся об этом, то даже те, кто падает, сразу, даже если не обращаются, они тоже сразу получают на себя излучение этой силы и могут снова присоединиться к общему ходу.

То есть мы обязаны запустить общий мотор на всех – не падать на деле, а падать только до того, чтобы почувствовать, что снова я присоединяюсь к действию. То есть группа, даже если человек отключается и не понимает, буквально ранен сейчас, он не чувствует и не видит и ничего, находится в спуске, нет у него никакого осознания этого, – группа построила силу в молитве и все время поддерживает эту силу в молитве, в заботе о том, чтобы быть сосредоточенными на Творце, чтобы эта сила действовала на все ее части.

И кроме этого, должна быть внутри группы может быть некая подгруппа, которая заботится об этих вещах по-настоящему, на деле, по-настоящему, как сила обязанности, которую они на себя взяли. И они заботятся, прежде всего, чтобы вся группа все время молилась о том, чтобы была сила помощи каждому, чтобы группа буквально была как поставщик окружающих светов, которые держат всех, и они должны требовать это от группы. И они должны также заботиться о каждом и обращать внимание на каждого, есть ли какие-то признаки, что определенно этот человек немного что-то с ним случилось, и действительно находится в таком состоянии, что сам уже не контролирует свое состояние, отвлекся от того, где он находится, и тогда нужно пробудить его.

И насколько у этих товарищей, ответственных за пробуждение, есть возможность, то есть мы даем им место, это их обязанность, прийти и встряхнуть человека напрямую, позаботиться. И также позаботиться о том, чтобы он как-то отреагировал. Может быть, он уже не реагирует и не может и так далее, тогда вывести его из группы вообще может быть. Или предупредить его и так далее, но не оставлять это состояние как состояние, с которым можно как-то смириться. Группе запрещено соглашаться, что есть в ней какой-то товарищ, который находится не в стопроцентном подъеме, устремлении, связи с общим подъемом, который группа строит в направлении Творца. Все. Цель обязана быть стопроцентной, меньше этого – нет.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (44:10) Эта молитва, в которой человек должен быть все время, что мы все время будем подниматься, нужно для этого думать в целом о группе или в частности о каждом товарище?

М. Лайтман: Молитва, когда я молюсь… Что значит молюсь? Что я забочусь. Что такое молитва? Некая забота в сердце. Есть хисарон, и этот хисарон приобретает у меня некий образ, что я этот хисарон каким-то образом строю, придаю ему особую форму. Есть у меня хисарон между мной и группой и Творцом. И то, что я упорядочиваю его особым образом, это называется молитва.

Этот хисарон, который я упорядочиваю, должен быть таким, что я хочу, чтобы в группе, то есть в моем окружении, от которого я завишу, как Бааль Сулам говорит, на сто процентов, чтобы в ней было только одно – если я завишу от нее на сто процентов, в ней должно быть на сто процентов только одно – сила, притягивающая к Творцу. Это то, что я хочу, чтобы она оказывала на меня: важность Творца, слияние с Ним, направление к Нему, неважно вообще как мне это сказать, это я хочу, чтобы было в ней.

Если мне нужно выбрать группу, которая будет влиять на меня, это то, что я хочу, чтобы было в группе, ничего кроме этого мне не важно. Я не хочу, чтобы за счет этого, чтобы этого было меньше, были бы еще всякие вещи. Мне не важно, красива она или не красива, или есть у нее всякие такие формы или другие, вообще не важно, это на сто процентов мне нужно, чтобы было там. Все. И чтобы это направление к Творцу она обеспечивала мне на сто процентов.

А другим людям – почему нет, или почему да? Если другие люди не будут получать от нее то же впечатление, как я, то как они смогут присоединиться к той же молитве и построить такое в группе, ведь группа состоит только из наших частных сил? Если каждый не позаботится, чтобы в группе было некое хранилище наших частных сил, стремящееся, связанное устремленностью к Творцу, эта общая сила не будет действовать на нас, то что тогда мы сделали? То есть, я как бы должен молиться за всех товарищей, чтобы у них были такие силы, желания, построить такое хранилище в группе сил притяжения к Творцу, общую силу притяжения к Творцу. Тогда я должен по-настоящему заботиться, я должен чувствовать, что я завишу от них. Все.

Ученик: (47:34) В целом или в частности, один к одному?

М. Лайтман: О каждом в частности я тоже должен знать, заботиться. РАБАШ нигде не пишет, что должна быть какая-то контрольная комиссия или комиссия заботы о подъемах и спусках, и воодушевлении, и направлении, и чем-то еще, он не пишет об этом. Это просто мы пытаемся как-то сделать это как еще одну внешнюю систему. Но на самом деле никто не должен в этом расслаблять себя, что уже все, есть кто-то, Муши заботится, слава Богу, я к этому не отношусь, я освобожу свою голову от этого. Это не поможет. А как-то мы, мы обязаны каждый быть в такой заботе.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (48:30) А если человек выберет себе несколько людей, о которых он будет заботиться внутри группы?

М. Лайтман: Нет, не нужно сосредотачиваться на нескольких людях внутри группы и заботиться только о них. Я должен заботиться обо всех, потому что я, по сути, завишу от всех. То есть, почему Бааль Сулам говорит, что если кто-то не вкладывает сто процентов, он ворует? Ну, какая мне разница, если кто-то там немного не додал? Немного не додал – то есть, все, я уже обязан, согласно определенному числу людей- - чтобы каждый дал на сто процентов. Все.

Ученик: Можно ли заботиться о ста…

М. Лайтман: Тогда если я забочусь только о нескольких, а о других нет, кто знает, что происходит там с другими? Силы притяжения, спасения, достаточной для достижения цели, не будет. Тогда что мне от того, что я забочусь? Ты хочешь сказать: давай разделим группу, я забочусь о троих, а ты о четверых, и так мы покрываем всю территорию?

Ученик: Можно ли увидеть в поле зрения сто человек одновременно?

М. Лайтман: Верно, ты прав, что мы не можем заботиться, допустим, группа – это сто человек, и чтобы я заботился о ста людях, я не могу сосчитать больше пяти. Не зря у моей руки пять пальцев, так как это может быть перед глазами, я одновременно охватываю пять. Шесть, семь – это уже проблема. Больше десяти – это для меня уже вообще даже тяжело считать. Четырнадцать, тринадцать, пятнадцать, шестнадцать – это уже за моими пределами. Да, так мы устроены.

И здесь это сто, как я позабочусь, как я буду держать всех перед собой, внимательно так одним взглядом, как я охвачу их? И если бы охватил, ты думаешь, я мог бы о них заботиться? Или если я охватываю двоих, троих, я действительно о них позабочусь? Что из того, что я охватываю, что я вижу по твоему лицу, в каком ты состоянии? И что мне даст, даже если я узнаю, в каком я состоянии? Мы должны понять, что кроме молитвы за человека, ради человека, у нас нет по-настоящему никакого средства вмешаться в него и помочь ему.

(51:24) Только посредством нашего желания, что я хочу передать желание кому-то, то только посредством моего желания, а не посредством рук и ног и рта. Пусть выйдут из меня тысяча и одно слово, мы видим уже после многих лет, насколько эти слова не действуют. Не действуют. Вы видите, сколько мы пробовали всяких вещей, это не работает. Потому что это не предназначено действовать. С чего это то, что ты производишь движения в воздухе, такие волны звука, и это доходит до моего уха, почему это должно дойти до моего сердца? Это очень внешнее пробуждение, что мы уже не работаем в этом.

Мы находимся уже в более внутреннем механизме, слова не помогают. Только моя мысль, мое желание, что называется молитва, что я задействую через свое желание... хочу задействовать через свое желание твое желание. Поэтому Бааль Сулам пишет и РАБАШ пишет, что тем, что мы находимся внутри окружения, окружению не нужно говорить мне «важен Творец» и «цель» и вообще говорить об этом, окружению не нужно об этом говорить, даже наоборот, окружение может говорить о пустяках снаружи.

А передавать каждому внутри этих пустяков, передавать каждому внутреннее, духовное послание, сильное и точное в связи с целью, и это подействует именно в такой внешней легкой форме, буквально противоположной как бы внутреннему. То есть, мы должны понять, что наши мысли и наши желания, что называется молитва, – это силы, которые действуют, и только этим мы можем влиять один через группу на каждого и на всех. И в этом нет ограничения.

(53:52) Тебе не нужно быть рядом с группой, внутри группы, вне ее, близко, далеко, эта сила действует без ограничения места, расстояния, а зависит только от тебя, насколько ты ее задействуешь, «забота в сердце человека» – всего лишь. Поэтому эти системы, которые мы хотим строить внешние, еще комиссия, еще комиссия, нужно делать это, еще разделиться на несколько человек, чтобы я их видел, может быть пять, может быть десять, может быть таких, что хороши для меня, плохи для меня – этого уже достаточно?

Мы видели, что это не работает, но мы прошли через это, мы должны были проверить это, увидеть это. Но я думаю, что уже более или менее мы согласны, что все эти вещи, даже если мы сделаем их сейчас, это просто будет еще раз дело, которому провал уже обеспечен. Все внешнее не влияет на сердце, а только внутренние силы, которые на том же уровне.

Поэтому мы должны определить для себя, где будут сосредоточены наши мысли и желания, как мы хотим, чтобы они соединились в этом духовном пространстве, как бы виртуальном, где они соединятся все, чтобы был механизм, который хранит нас, и об этом заботиться, и таким образом заботиться обо всех.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (56:05) Вы сказали раньше – представлять падения, сделать такое упражнение, что мы представляем падение.

М. Лайтман: Как мы… я сказал, что мы должны представлять падения. Вообще, должен ли человек представлять падения? Нужно все время быть связанным с Творцом и стараться быть как можно больше буквально на вершине этого ощущения и этого укрепления в Нем. Как я отхожу от этого, и еще представлять в таких состояниях падения? Это буквально как бы против самого состояния. Я испорчу состояние и буду воображать в нем падения?

РАБАШ описывает это в состоянии, которое подобно старику. Идет по улице, согнутый такой, как будто потерял что-то. Он заранее предполагает состояние, что он потерял что-то, ведь старик – это называется, что он приобрел мудрость. Он уже заранее, он так же хочет больше мудрости, и приобрел ее, так он уже видит будущее, что может быть такое. И тогда он как бы представляет это заранее и уже хочет исправить это заранее. Если мы будем хранить себя, что как будто каждое мгновение я уже нахожусь в тенденции спуска, то из этого я каждый раз буду подниматься.

И мы должны представлять себя, как будто уже я нахожусь в спуске. Ведь спуск я никогда не чувствую в начале, я чувствую, что я уже в бессознательном состоянии от духовного. Ты понимаешь? Что соскользнул, знаешь, с десятого этажа уже, и бум, сейчас я падаю на землю, тогда я чувствую. Знаешь, это когда человек падает с десятого этажа, и сосед на пятом этаже: «Как дела?», – кричит ему из окна, так он отвечает: «Пока в порядке». Понимаешь? Пока не встретился с землей.

(58:42) Все, тогда мы должны представлять эту вещь буквально заранее, предполагать ее. И это называется старик, который хочет приобрести мудрость, который видит будущее, ходит согнутый, как будто уже теряет свое состояние, и поэтому он мудрый, называется старик, поэтому он мудрый, потому что он сразу уже предотвращает свои падения. Так ходит все время согнутый, но не падает. То есть, каждое мгновение вместе с тем, что ты чувствуешь подъем, ты должен добавить к этому свой хисарон к дальнейшему подъему, насколько ты находишься в состоянии, которое удовлетворяет тебя на сто процентов.

Как это возможно? Если ты не будешь подвержен своим чувствам, что наслаждаешься состоянием, а будешь думать, что еще можно добавить, чтобы отдавать Творцу, чтобы добавить ощущение к Нему, в направлении к Нему, в намерении к Нему, тогда ты почувствуешь, что тебе есть что добавить. В ощущении – нет, но в направлении к Нему – да. И тогда у тебя выйдет хисарон. Ведь иначе невозможно представить хисарон во время подъема, когда мы: «Ах, это так хорошо, это вообще, все мои келим полны, я буквально». Ты буквально – нет. Но если к Нему направишь себя, увидишь, что да.

Старец видит будущее, он... Вопрос в том – как мы говорим, какой хисарон есть всегда в духовном? Могу ли я еще что-то добавить Ему, дать Ему. И тогда человек все время поднимается. Тогда группа должна построить такое внутреннее сознание, что это то, что нам нужно все время. Что если я отключаюсь от направления к тому, что еще я могу Ему добавить, это уже я отключился вообще от правильного хода, я уже нахожусь внутри себя.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:01:19) Как, если я вкладываю свою силу молитвы в этот механизм, мысль возвращается ко мне каждый раз в более быстром темпе? Отключиться совсем...?

М. Лайтман: Насколько мы будем больше держаться за устремленность к Творцу, несмотря на наши состояния – лучше, хуже, хорошие, плохие, неважно, но все же мы будем искать эту стрелку, направиться к Нему, состояния уже не в нашей власти, они придут в соответствии с этим в большем темпе, и в разной силе, и по-разному каждый раз, в другой форме каждый раз, и часть на группу, и на всю группу, и на меня одного, и на того одного, и так далее. Это уже не зависит от нас, нам не нужно об этом заботиться. Нам вообще не нужно относиться к виду падения и виду посторонних мыслей, которые приходят ко мне.

Написано, где мысли человека, там он, тогда не стоит заниматься этим грязным бельем, моей свалкой. Я поверх нее должен прилепиться к духовной идее, к Творцу снова. И то, что у меня там есть – это исправится. Я все равно не могу это исправить, мне нужно прилепиться к Нему, мне нужно посредством окружающего света – насколько я больше буду близок к Нему, мысли, сердце мое будут там, в Нем, тогда эти окружающие света исправят мне это зло, которое все время пробуждается во мне. И я не могу здесь ничего сделать. Это как младенец, который прилепляется к маме и посредством этого охраняется от всех плохих вещей.

Нет у меня возможности с плохими вещами, которые сейчас пробуждаются, обращать на них внимание, а только – что я младенец. Потому что это такие вещи, что где я, а где эти плохие мысли и желания? Они могут захватить меня и сделать из меня, что хотят. Я обязан прилепиться к Творцу, к высшему, к более высшей ступени.

Ученик: (01:03:53) Если мне нужно полностью отключиться от всех внешних систем, допустим просто собрания тел, это все равно помогает мысли. Как я каждый раз возвращаюсь к этой мысли? Все-таки может быть мне нужно еще что-то внешнее, что вернет меня к мысли, и тогда я уже начинаю молитву и так далее?

М. Лайтман: Ты говоришь, что если ты будешь думать о внутренних вещах, внешние вещи как бы исчезают из твоего поля зрения. А я говорю тебе – нет. Начни все время описывать внутреннюю вещь, и ты увидишь, как внешние вещи, как перчатка, надеваются на внутренние. Ты обнаружишь, что весь мир не против твоего усилия к Творцу, а он устроен именно для этого. Ты увидишь провидение и все строение мира, насколько оно устроено для этого и идет таким образом, что нет ничего более подходящего. Тебе кажется, что ты не можешь тогда устроиться в жизни и в мире и внутри себя по отношению к группе и товарищам, нет, наоборот, все тогда устроится.

Ученик: Мой вопрос – нужна ли мне внешняя система, которая вернет меня к этой мысли, и тогда я начинаю вкладывать...?

М. Лайтман: Нужна ли нам внешняя система, которая вернет нас к тому же направлению мысли? Нам нужны внешние системы. Что это значит? Если я все время нахожусь в этой мысли, тогда нам не нужна никакие рамки. Но такого не бывает, мне необходима внешняя система, которая мне поможет. Вот сейчас мы все прилеплены к той же идее, давайте, посмотрим на себя через полчаса. Я не обманываю себя, где мы будем.

Сейчас начинаем что-то учить, через мгновение все мы – все. Давайте, встанем сейчас с наших мест так на полминуты, и увидите, где находится каждый. Что это? Мы должны почувствовать в себе, представить себе эти состояния, и тогда почувствовать, насколько мы должны хранить их каждый раз, насколько нужно заранее молиться, чтобы это не произошло, все время оставаться в слиянии, в заботе об этом. Это только в страхе. Неспроста первая заповедь – это трепет. Хотя бы такой трепет – оторваться от этого, не отдавать Ему – это уже внутренние вещи. Все.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:07:14) Как просить помощь у группы? Что это за механизм просьбы помощи у группы?

М. Лайтман: Просьба о помощи от группы не должна быть посредством того, что я прихожу и кричу: «Ну, кто за Творца – ко мне, помогите мне». А что? Я просто смешиваюсь с ними, они не должны это чувствовать. А я готов и заинтересован прийти и стараться соединиться с ними внешне, и через внешнее получить от них влияние, мысли, желания.

Ученик: Если снаружи все устроено, как просить помощь внутренней?

М. Лайтман: Что значит снаружи все устроено? Если я нахожусь с ними в том же... Был здесь вопрос по поводу рамок, по поводу того, что мы возвращаемся или не возвращаемся к тем же системам учебы, всяким вещам, для чего все эти вещи тогда? Тогда это именно для того, чтобы я мог посредством внешней формы включиться с другими во внутренних формах наших, в желаниях наших, в намерениях наших.

Ученик: Если я включился во внешних вещах...

М. Лайтман: Ну, это называется «по действиям Твоим познаем мы Тебя» как бы, я прилепляюсь к внешнему товарища в чем-то общем между нами, и посредством этого как-то его мысль и желание влияют на меня, потому что это облачено в это.

Ученик: А если все-таки, несмотря на внешнее, я отключен от этой мысли? Несмотря на внешнее...

М. Лайтман: То есть, может быть, что я прихожу сюда только во внешней форме, а внутренне я мертв и не могу пробудить свою связь с группой, и тем, что я совершаю те же внешние действия, как они, у меня не пробуждается связь с ними, я не улавливаю внутреннее, что есть во внешних действиях.

Тогда ты спрашиваешь, что делать тогда?

Ученик: Внутренне.

М. Лайтман: Ну, как связаться внутренним образом? Это проблема. Потому что снова я говорю – у нас есть иллюзия, что мы можем словами пробудить человека. Иногда это действует, но при условии, что человек готов воодушевиться от этого. Но если я не готов, рассказывайте мне что хотите, я нахожусь в состоянии, что я не хочу, и я смеюсь над этим, у меня легкомыслие к этому. И я может быть ненавижу себя за это тоже в интеллектуальной оценке, но в эмоциональном состоянии это то, что происходит. Что делать? Тогда снова я говорю – это только сила молитвы группы, только это может помочь. Мы не понимаем, насколько эта вещь – единственная важная, которая может спасти нас, ничего кроме этого.

(01:11:04) Об этом говорится: «Узник не может сам освободить себя из тюрьмы». Об этом говорится, что я нахожусь буквально узником внутри своих сил, мыслей моих, чуждых и нет у меня возможности что-то сделать с собой. И не осталось мне ничего, как просто ждать, пока может что-то из меня сделают. И если не сделают – я и этого не жду. Оставь этого человека, это зависимость от группы на сто процентов, даже если у него с его стороны нет зависимости. И тебе запрещено его бросать, потому что если ты применил ты к нему достаточную силу, действительно, хотел вернуть его к деятельности, оживить его – сделал или нет?

Когда мы можем тогда сказать человеку: «Уходи от нас?» Когда ты пробуешь несколько раз и стараешься, и устраивают собрание, как его спасти. Он пишет там РАБАШ в «Статье на окончание книги Зоар», раз через руку, когда тонет в реке, раз через ногу, хватают за волосы, так и так. Потом нечего делать. Говорят ему: «Держись так и как-то». Но если уже с его стороны нет никакой реакции, тогда оставляют, все, тони в реке своих чуждых мыслей. Нечего поделать.

Ученик: Что значит со стороны человека просить помощь? Или что просто невозможно...

М. Лайтман: Нет, со стороны человека просить помощь – это человек как бы старается сам. Если он может просить, то либо он просит внутренним образом, буквально требует от группы, что он выполняет это действие внутренним образом. Либо приходит к группе и не просит у них словами, а участвует во всяких системах. Либо он может даже сказать им: «Товарищи, помогите мне, пробудите меня, позвоните может быть несколько раз». Может быть так все же старается, чтобы это повлияло на него.

Но снова я говорю, внешние вещи мы должны все же хорошо проверить и убедиться, насколько они у нас начинают быть буквально все лишенные реального результата. Буквально не знаю, как сказать, это буквально бессмысленно. Ты можешь делать очень большие глобальные вещи в этом мире, ты не повлияешь на внутреннее. Там это только сердца, желания, намерения, сосредоточения моха вэ-либа, все.

Внешние действия, которые проходят через язык тела или через звуковые волны, всякие такие вещи, они очень, очень ограничены. Это просто, мы по опыту, что уже прошли, я хочу обратить ваше внимание на то, чтобы вы пришли к этому выводу, где действительно мы должны устроить себе поле работы, в каких более внутренних понятиях, силах и желаниях более сосредоточенных, так, не во внешнем.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:15:23) Когда все-таки есть это состояние, которое называется время Торы, с точки зрения совершенства, что нет никакого хисарона, когда все-таки внутри всех этих действий есть определенная точка, в которой я совершенен и нет у меня хисарона?

М. Лайтман: Как можно представить себе время Торы, когда у меня нет никакого хисарона? И что, это хорошо?

Ученик: Не знаю... это разделено на два, время молитвы...

М. Лайтман: Время молитвы и время Торы. Ну так как ты себе представишь? Тогда мне хорошо, я слава Богу, не нуждаюсь ни в чем. Это называется время Торы?

Ученик: Нет, потому, что я понимаю...

М. Лайтман: Может быть стопроцентная устремленность к Творцу? Что мне, как не дает мне спать, люблю и тоскую, не знаю, как сказать. К Нему. Есть у Бааль Сулама такое красивое слово.

Ученик: Кисуфим (томление).

М. Лайтман: Кисуфим. От слова нисхаф (тянусь) к Нему.

Ученик: Нисхаф (тянусь).

М. Лайтман: Так, на сто процентов, может быть это для меня время, которое называется Тора, в этом я чувствую сейчас совершенство. И если мне недостает из этих ста процентов, тогда я чувствую буквально хисарон. И стопроцентный хисарон к Творцу – это для меня покой.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:17:18) Что с новыми товарищами, у которых еще нет опыта, которые действительно от всего сердца хотят петь, танцевать...?

М. Лайтман: Новые товарищи, у которых нет опыта, как они могут присоединиться к нам?

Мы видим, что те, кто присоединяется, буквально за кратчайшее время, без опыта, не пройдя опыт, как мы, как-то получают от нас, видимо, этот опыт, и нет проблемы. Мы учили тоже это в статье «Мир», что каждое поколение – нам кажется, что это новое поколение – оно приходит и стоит на плечах предыдущего поколения, это то же продолжение. Тогда человек, который приходит сегодня, я должен относиться к нему не как к новичку, который начинает сегодня. А его появление здесь в группе – для моих животных глаз новое – но по сути он находится в процессе и приходит в группу не в качестве начинающего, которому сейчас мы должны дать соску, а потом растить его как маленького и большого, пока он станет…

А мы должны относиться к нему так, что он сейчас просто присоединится к нам во внешней форме, а во внутренней форме у него есть все подготовки быть с нами уже как мы буквально. Это называется, что приходит новый в духовной форме, он не рождается сейчас новым, он приходит из своего предыдущего кругооборота, что это продолжение его духовной жизни, что буквально его подготовки на сто процентов как наши. Только во внешней форме, относительно него, в его ощущениях, и относительно нас, в его поведении, может быть, они за короткое время выровняются. И так мы видим, что это происходит, не то что нужно в это верить. Приходит новый человек, несколько месяцев, если он вообще принадлежит к нам, то почти нет различия.

(01:20:06) И может быть не то что почти нет различия, может быть наоборот, его восприятие, его подход более ясный и чистый, чем наш. Что мы находимся еще под грузом всяких привычек и стажа и отношений и каких-то лозунгов и кто знает, стигм прошлого. А у него – нет, у него это потеряло ту форму, и он находится готовый в потенциале, и все. Эти формы, которые давят на нас, может быть из прошлого, у него нет. Тогда я не смотрел бы на него как на маленького, молодого, которому чего-то не хватает, нет, может быть наоборот, он уловит их в лучшей форме за буквально, он вытащит их по сути изнутри себя за очень короткое время.

О новых, которые приходят, у меня нет никакой заботы, моя забота – что делать с «детьми, которые состарились», как их выбросить отсюда. Не выбросить совсем, а в какую-то систему, где они будут, как в доме престарелых. А потом может быть поправятся и вернутся. А если нет, то тоже пусть что-то делают, все-таки осталось у них еще несколько лет жить в этом кругообороте. Все-таки ничего не проходит просто так. Все.

Ученик: Почему не сделать одну группу, почему есть эти уровни, или он – снаружи или здесь?

М. Лайтман: Почему есть уровни в группе? Это чтобы может быть во внешней форме пока пробудить людей. Людей, которые не могут пробудить себя, и мы пока не можем посредством наших систем пробудить их, мы должны показать им, что их состояние не в порядке. Если у человека нет действительно реального оправдания, что он ослаб, какие-то очень особые проблемы, которые действительно сверх обычного, не дай Бог, в семье или что, тогда тоже к этому, но допустим, мы не будем вдаваться в объяснение, почему это происходит.

(01:22:58) То есть, нам пока нужны уровни. Допустим, я тебе сейчас говорю, что ты принадлежишь не к группе А и не к этой высшей комиссии, а ты почти присутствующий. Ну? Тогда я надеюсь, что от этого знания у тебя зажжется какой-то красный свет, и ты уже начинаешь беспокоиться: что происходит, если я уже как присутствующий, то скоро это вообще. Это как ты едешь, и тогда видишь, что бензин заканчивается, что мотор перегревается, что скоро будет вообще проблема. Все. Тогда просто только для этого, может быть еще немного как-то, но конечно это неправильно. Группа должна быть одна. Но что делать?

Я надеюсь, что мы так раз в какое-то время будем определять, что такое уровень 1, 2, 3 для каждого в итоге. Я не могу сказать Г…, что он спит сегодня, может быть что-то с ним случилось, может быть это не знаю что, может быть действительно находится в состоянии, ну. Но если это будет происходить еще и еще и еще, через две недели, допустим, смотрят... что уже две недели? Мы говорим о моменте – что уже все, это должно быть буквально очень сильная тревога, кто-то спускается, сразу здесь – жужжит. Тогда допустим через некоторое время уже видят, что этот человек просто даже не присутствующий, он все время спит. Это называется присутствующий?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:25:19) Это немного похоже на вопрос Лиора, все-таки что-то не ясно. Он пишет здесь, что после молитвы «нужно вести себя как в трех последних благословениях молитвы Восемнадцать». Тогда как это должно выражаться в работе группы, если вообще?

М. Лайтман: Три последних благословения «Восемнадцать», которые должны быть у нас как знак того, как мы должны завершать каждое обращение к группе, они говорят о благодарности. Что я уверен, что я получу это от группы, что группа должна обеспечить это, и она обеспечит, у нее есть готовность к этому, и я благословляю ее за то, что она у меня есть, и что мое будущее обеспечено ею. Это состояние, которым нужно завершать каждое обращение, иначе не с чем продолжать дальше. Все.

Ученик: Это должно оберегать? Ведь есть элементы для того, чтобы молиться как надо, мы сказали, что есть некий вид отчаяния и также страха. Такие элементы могут как раз привести человека к потере сил. Тогда есть ли в конце действия действительно...

М. Лайтман: Что? Какие, что ты говоришь?

Ученик: Есть страх и есть отчаяние, чтобы прийти к... чтобы прийти к молитве, нужно чувствовать отчаяние.

М. Лайтман: Все свойства и наклонности, которые у нас есть, все они должны быть, ни одно не исчезнет, все должны быть упорядочены в обращении: и отчаяние, и страх, и что ни скажешь. И проклятие внутри, что хочешь. Есть у нас всевозможные виды желаний, и напротив каждого эти свойства должны упорядочиться таким образом, чтобы в итоге это было буквально целостное обращение, совершенная молитва, что называется. И ты без страха не можешь любить. Тогда без проклятия не можешь благословить. Это обязательно должны быть как свет и кли все время зависящие друг от друга.

И это проблема, что мы хотим отключиться от зла, и тогда мы витаем в добре. Нет. Как старик видит будущее, ты обязан все время привязывать зло к себе и «ехать» на нем все время. И это проблема, Бааль Сулам пишет, и это трудность, что каждое духовное состояние включает два противоположных состояния в себе. И это трудность, пока человек привыкает к этому. Потому что мы хотим быть как дети: мне плохо, мне хорошо, все. Нет. А посередине – не хорошо, не плохо, и как я это упорядочу – это мы должны учиться. Но если мы... Как сделать такое состояние, что и зло, которое ощущается, ощущается как поддержка добра – это то, что нужно. Но если оно ощущается как зло. Ну, это придет.

Чтец: (01:29:02) Друзья, сейчас поделимся впечатлениями от урока. Что мы берем от этого урока для реализации в десятке?

Семинар

Чтец: Перейдем к следующей части урока, но прежде вместе споем.

Песня: (01:35:22)

Набор: Команда синхронного набора

Ссылка на урок в Медиа Архиве

Букв.: «порядок дня». Идиома, которая также означает «повестка дня».↩
Дварим, 3:23.↩
Дварим, 3:24. Творец Всесильный! Ты начал показывать рабу Твоему величие Твое и мощную руку Твою; кто же тот Всесильный на небе и на земле, который совершил бы подобное деяниям Твоим и свершениям Твоим?↩
Дварим, 3:25.↩
Трактат Брахот, 32:1.↩
Дварим, 33:2.↩

Kabala Media

Kabala Media

My LibrarySign in to like, save and subscribe to videos

Integral education

Integral education

Integral education

Kabala MediaCopyright © 2003-2026 Bnei Baruch – Kabbalah L’Am Association, All rights reserved

My Library
Sign in to like, save and subscribe to videos

Kabala Media
Copyright © 2003-2026 Bnei Baruch – Kabbalah L’Am Association, All rights reserved